Решение № 2-397/2019 2-397/2019~М-266/2019 М-266/2019 от 14 мая 2019 г. по делу № 2-397/2019

№ 2-397/2019

(УИД 56RS0032-01-2019-000341-05)


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Соль-Илецк 15 мая 2019 года

Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области, в составе:

председательствующего судьи Журавской С.А.,

при секретаре Банниковой С.А.,

с участием: истца – ФИО1,

ответчика – ФИО2,

представителей ответчиков – ФИО3, ФИО4,

третьего лица – ФИО5,

представителя третьего лица – ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО7 об освобождении имущества от ареста,

У С Т А Н О В И Л

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просил освободить принадлежащий ему культиватор КПШ-9 от ареста.

В обоснование своих требований ссылался на то, что 27.02.2019 года судебным приставом – исполнителем Соль-Илецкого РОСП ФИО5 был наложен арест на вышеуказанное имущество. Данный культиватор он приобрел в собственность 15 сентября 2001 года в АОЗТ «Пригородное» вместе с другими сельскохозяйственными агрегатами для обработки земли. Культиватор находился в <адрес> на хранении во дворе пожарной части, поскольку он обрабатывает землю в сезон полевых работ. Кроме накладной, подтверждающей приобретение культиватора, иных документов нет. Считает, что арест имущества произведен незаконно, поскольку культиватор ответчикам не принадлежит. Кроме того, в исполнительном производстве не указан точный адрес места нахождения имущества, подлежащего изъятию, его индивидуальные признаки.

В судебном заседании истец ФИО1 свои требования поддержал. В обоснование дополнил, что культиватор КПШ-9 он приобрел вместе с другим оборудованием в АОЗТ «Пригородное» по накладной от 15.09.2001 года, в счет погашении задолженности по заработной плате. В АОЗТ «Пригородное» он работал без оформления трудовых отношений. Культиватор находился в <адрес>, около пожарной части, летом 2014 – 2015 года, точно не помнит, он его туда поместил на хранение, поскольку не нуждался в нем. В августе 2018 года ФИО2 попросил разрешения взять культиватор КПШ-9 для работы, он разрешил. Договор об аренде не оформляли, устно договорились. В марте 2019 года от ФИО2 узнал, что его культиватор арестован.

Ответчик – ФИО2 в судебном заседании исковые требования признал. В обоснование пояснил, что осенью 2018 года у истца по устной договоренности взял для работы культиватор КПШ-9, перегнал его из <адрес> в <адрес>, поставил на хранение к пожарной части. Судебному приставу – исполнителю он пояснил, что культиватор ФИО7 находится в <адрес>, в разобранном состоянии, разбирал его сам ФИО7, но последний утверждал, что культиватор находится в <адрес>. Акт описи имущества он подписал не читая, поскольку был без очков.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО3, действующий на основании ордера (л.д. 17), в судебном заседании поддержал позицию своего доверителя.

Ответчик – ФИО7 в судебное заседание не явился. Извещен надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела не просил.

На основании ч. 4 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчика ФИО7 – ФИО4, действующий на основании доверенности (л.д. 16), возражал по заявленным требованиям. В обоснование возражений пояснил, что истцом заявлены требования о снятии ареста с имущества, то есть, фактически оспаривается вступившее в законную силу решение суда, что осуществляется в ином порядке. Кроме того, накладная, на которую истец ссылается как на документ, подтверждающий право собственности на культиватор КПШ-9, не содержит обязательных реквизитов – печати юридического лица. При этом, АОЗТ «Пригородное» было зарегистрировано позже даты, указанной в накладной.

Третье лицо – ФИО5 в судебном заседании против удовлетворения требований возражала. Пояснила, что 27.02.2019 года она вместе с ФИО7, ФИО2 выехала в <адрес>, в рамках исполнения требований исполнительного листа, выданного судом, об истребовании имущества – культиватора КПШ-9. Со слов взыскателя ФИО7 было известно, что культиватор находится в <адрес>, возле здания администрации. При понятых был составлен акт описи имущества, она озвучила акт вслух, ФИО2 при этом присутствовал, расписался в акте без замечаний. Он говорил о том, что культиватор ему не принадлежит, но не указал, кому он принадлежит и чем подтверждается.

Представитель третьего лица – ФИО6, действующая на основании ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, пояснила, что в ходе исполнительных действий ФИО2 пояснил, что культиватор КПШ-9 находится на <адрес> в <адрес>, приехав на указанное должником место, обнаружили сугробы из снега, ему было предоставлено время для расчистки. После расчистки культиватор обнаружен не был. Взыскатель указал, что культиватор находится в <адрес>. Судебный пристав – исполнитель со сторонами исполнительного производства и понятыми обнаружил имущество, составил акт, замечаний при составление которого от должника не поступило.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Установлено, что 11 октября 2018 года Соль-Илецкий районный суд принял решение, которым истребовал из незаконного владения ФИО2 и передал ФИО7 культиватор КПШ-9. Решение вступило в законную силу 10 января 2019 года. Исполнительный лист выдан истцу для предъявления к исполнению.

14.02.2019 года Соль-Илецким РОСП возбуждено исполнительное производство №-ИП об истребовании у ФИО2 и передаче ФИО7 культиватора КПШ-9 (л.д. 18).

Судебным приставом – исполнителем Соль-Илецкого РОСП ФИО5 27 февраля 2019 года осуществлен выезд в <адрес>, где составлен акт приема – передачи взыскателю ФИО7 культиватора КПШ-9 (л.д. 14).

При составление акта присутствовал взыскатель ФИО7, должник ФИО2 и понятые. Заявления и замечания в ходе совершения исполнительных действий по изъятию и передаче имущества не поступали, что отражено в акте.

Согласно ч. 1 ст. 119 ФЗ «Об исполнительном производстве», в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу п. 2 ст. 130 ГК РФ вещи, не относящиеся к недвижимости, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Истец в обоснование требования об освобождении имущества от ареста ссылался на накладную от 15 сентября 2001 года, из текста которой следует, что ФИО1 выкупил у АОЗТ «Пригородное» имущество, среди которого под № 2 указан культиватор КПШ-9, в количестве 1 шт., стоимостью 30 000 руб. (л.д. 4).

Как пояснил истец в судебном заседании, он в конце 1990-х – начале 2000-х годов работал в АОЗТ «Пригородное», последнее имело задолженность по заработной плате перед ним, расчет был произведен сельхозтехникой, о чем свидетельствует накладная.

Оценивая представленные истцом доказательства, суд не находит оснований для удовлетворения его требований.

Так, в накладной от 15.09.2019 года указан культиватор КПШ-9 без индивидуальных признаков.

По данным Управления гостехнадзора, культиваторы регистрации не подлежат.

Подтвердить факт работы в АОЗТ «Пригородное» ФИО1 не может, поскольку трудовые отношения не оформлялись.

На запрос суда из архивного отдела администрации МО Соль-Илецкий ГО поступило сообщение, что в архивном фонде колхоза имени 20 Партсъезда и АОЗТ «Пригородное» в лицевых счетах по начислению заработной платы членам ОАЗТ за 1996 – 2001 годы сведения о ФИО1 отсутствуют (л.д. 35).

Доводы представителя ответчика ФИО4 в той части, что АОЗТ «Пригородное» как юридическое лицо зарегистрировано в ЕГРЮЛ позже даты 15.09.2001 года, судом проверены. Из информации с сайта ЕГРЮЛ установлено, что АОЗТ «Пригородное» имеет регистрацию с 20.01.1993 года.

К пояснениям свидетеля ФИО12 суд относится критически, поскольку он работал в АОЗТ «Пригородное» в период с 01.03.1999 года по 03.08.2001 года (л.д. 26), поэтому подтверждение факта передачи истцу какого-либо имущества в сентябре 2001 года сомнительно.

Кроме того, ФИО12 суду пояснил, что ему неизвестно наименование имущества, переданного ФИО1 (л.д. 30).

По мнению суда, истец не доказал тот факт, что спорное имущество – культиватор КПШ-9, изъятый по акту 27.02.2019 года в <адрес>, принадлежит ему.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требования об освобождении имущества от ареста у суда не имеется.

Признание ответчиком ФИО2 исковых требований суд не может принять, поскольку данное признание нарушает права ФИО7 (ч. 2 ст. 39 ГПК РФ).

Утверждение ответчика ФИО2, что культиватор КПШ-9, принадлежащий ФИО7, находится по <адрес> в разобранном состоянии, не является обстоятельством, обосновывающим доводы истца. В рамках требования об освобождении имущества от ареста необходимо обосновывать принадлежность имущества именно истцу, а не опровергать принадлежность имущества взыскателю.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2, ФИО7 об освобождении имущества от ареста – культиватора КПШ – 9, отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд, через Соль-Илецкий районный суд, течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Журавская С.А.

Мотивированный текст решения изготовлен 20 мая 2019 года