Решение № 2-721/2024 2-721/2024~М-122/2024 М-122/2024 от 30 октября 2024 г. по делу № 2-721/2024

Дело № 2-721/2024

49RS0001-01-2024-000336-75 30 октября 2024 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МАГАДАНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

в составе: председательствующего судьи Доброходовой С.В.,

при секретаре Чуйко А.В.,

с участием прокуроров Завьяловой О.А., ФИО6,

истца К.

представителей ответчика ГБУЗ «Магаданская областная больница» ФИО7, ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Магадане в помещении Магаданского городского суда Магаданской области 30 октября 2024 года гражданское дело по иску прокурора города Магадана в защиту прав и законных интересов К. к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Магаданская областная больница» о взыскании компенсации морального вреда за некачественное оказание медицинской помощи, взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор города Магадана обратился в Магаданский городской суд Магаданской области с настоящим иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Магаданская областная больница» (далее – ГБУЗ «Магаданская областная больница», Учреждение), государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства» (далее – ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства»).

В обоснование требований указано, что в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года дочь истца - ФИО1 находилась на лечении в травматологоортопедическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» с диагнозом «<данные изъяты>».

Несмотря на плохое самочувствие ФИО1 во время лечения в травматологическом отделении, какие-либо диагностические мероприятия, направленные на выявление иного заболевания, не проведены.

Согласно выписке из истории болезни от 27 марта 2020 года №, признаки иных патологических изменений у больной не выявлены.

Указывает, что 18 января 2021 года ФИО1 обратилась с жалобой в ОГБУЗ «Магаданский родильный дом» (в настоящее время - ГБУЗ «Магаданский областной центр охраны материнства и детства») на обильное кровоизлияние со сгустками в течение 3 дней, после осмотра ей был поставлен диагноз - «<данные изъяты>», далее ФИО1 в срочном порядке направлена в кабинет патологии шейки матки, где выявлено злокачественное новообразование шейки матки четвертой стадии, после она направлена в онкологическое отделение ГБУЗ «Магаданская областная больница», куда госпитализирована в условия стационара, 22 марта 2022 года она скончалась.

В соответствии с медицинским свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ серии № приблизительный период времени между началом патологического процесса, вызванного раком наружной части шейки матки, и смертью ФИО1 составил приблизительно 1 год 6 месяцев.

Таким образом, должностными лицами травматологоортопедического отделения ГБУЗ «Магаданская областная больница» начальные признаки указанного онкологического заболевания во время лечения ФИО1 в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года не выявлены.

Отмечает, что ФИО1 обратилась в онкологическое отделение ГБУЗ «Магаданская областная больница» с жалобами на плохое самочувствие и просьбой о госпитализации, в которой ей было отказано, на следующий день - 22 марта 2022 года дочь истца скончалась, в связи с чем прокурор считает, что указанные обстоятельства могли послужить формированию причинно-следственной связи между отказом в госпитализации и смертью ФИО1

Указывает, что в ходе проведенной прокуратурой проверки установлено, что в отношении в ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства» установлено, что в отношении ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства» 01 августа 2022 года проводилась экспертиза оценки качества медицинской помощи, согласно заключению которой по профилю акушерство и гинекология выявлены следующие нарушения, а именно:

отсутствие в документации (несоблюдение требований к оформлению) информационного добровольного согласия застрахованного лица на медицинское вмешательство или отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях (дефект - 2.13);

невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, в том числе по результатам проведенного диспансерного наблюдения, рекомендаций по применению методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, данных медицинскими работниками национальных медицинских исследовательских центров в ходе консультаций/консилиумов с применением телемедицинских технологий, приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания (за исключением случаев отказа застрахованного лица от медицинского вмешательства в установленных законодательством Российской Федерации случаях) (дефект - 3.2.2).

Прокуратурой в ходе проверки ГБУЗ «Магаданская областная больница» также установлено, что 18 января 2021 года ФИО1 обратилась с жалобами в ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства» на обильное кровоизлияние со сгустками в течение 3 дней, после осмотра поставлен диагноз - «<данные изъяты>», далее ФИО1 в срочном порядке направлена в кабинет патологии шейки матки, где было выявлено образование шейки матки, после пациентка направлена в онкологическое отделение ГБУЗ «Магаданская областная больница», где она была госпитализирована в условия стационара.

Сообщает, что в ходе экспертизы качества медицинской помощи от 11 июля 2022 года, проведенной Магаданским филиалом АО «Страховая компания «СОГАЗ-МЕД» в г. Магадане, с привлечением высококвалифицированных врачей-экспертов установлено, что в нарушение требований пунктов 25.14, 26.14 Порядка в медицинской документации, в частности в медицинский карте, отсутствует информация о результатах обследований, осмотров, консультаций специалистов, дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья пациента, объем, характер, условия предоставления медицинской помощи и проведения оценки качества медицинской помощи.

В результате ненадлежащего оформления и ведения медицинской документации невозможно оценить проводимое ранее лечение, своевременность проведения настоящего лечения, следовательно, сделать вывод о качестве оказанной помощи.

По мнению прокурора, медицинская помощь ФИО1 оказана некачественно, что выразилось в не назначении необходимых исследований и несвоевременной госпитализации пациентки и дальнейшем отказе пациентке в госпитализации, что привело к невозможности своевременного лечения и преждевременной смерти ФИО1, которая оказывала истцу материальную помощь, проживая совместно с К., являющейся инвалидом 2 группы.

Указывает, что действия ответчиков нарушили право истца на материнство и доставили последней глубочайшие моральные страдания, выражающие в подавленном психологическом состоянии, психоэмоциональном стрессе, моральных страданиях по причине смерти близкого человека.

Как сообщает прокурор, в результате нарушения законного требования о надлежащем оформлении и ведении медицинской документации в ГБУЗ «Магаданская областная больница» невозможно оценить проводимое ранее лечение, своевременность проведения настоящего лечения в данном учреждении, что делает невозможным формулирование вывода о качестве оказанной помощи. Подобное выявленное нарушение подорвало веру истца в гуманность должностных лиц органов здравоохранения, ведь из-за действий последних по ненадлежащему оформлению медицинской документации невозможно установить фактические обстоятельства смерти дочери истца в полном объеме, что так же влияет на самочувствие К., являющейся инвалидом 2 группы, а также серьезно ухудшает ее психо-эмоциональное состояние, причиняя моральные страдания.

Также, по мнению прокурора, в результате действий ГБУЗ «Магаданская областная больница» и ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства» К. нанесен материальный ущерб, связанный с погребением ФИО1, в размере 53 995 руб., из которых 25 670 руб. - дополнительные срочные работы по рытью грунта, 11 500 руб. - бальзамирование тела, 7 500 руб. - крест резной и табличка с портретом, 9 325 руб. - ритуальные товары.

Ссылаясь на приведенные обстоятельства, приведенные обстоятельства, просил суд:

- взыскать с ГБУЗ «Магаданская областная больница» в пользу К. компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. за неправильное оформление медицинского документации, некачественное оказание медицинской услуги в виде неполноты оказания медицинской помощи, выразившейся в неназначении необходимых исследований, что послужило невозможным установить и оценить качество оказанной помощи ФИО1;

-взыскать с ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства» в пользу К. компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. за некачественное оказание медицинской услуги в виде неполноты оказания медицинской помощи, выразившейся в не назначении необходимых исследований и не своевременном направлении пациентки ФИО1 на госпитализацию в ГБУЗ «Магаданская областная больница»;

-взыскать солидарно с ГБУЗ «Магаданская областная больница» и ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства» в пользу К. компенсацию материального ущерба, связанного с погребением ФИО1 в размере 53 995 руб.

Определением судьи от 24 января 2024 года в порядке подготовки к судебному разбирательству в соответствии со ст. 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено Министерство здравоохранения и демографической политики Магаданской области.

В судебном заседании 14 февраля 2024 года прокурором заявлены изменения исковых требований и отказ от иска к ответчику ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства», в связи с частичной тождественностью заявленных требований исковым требованиям по гражданскому делу № по иску К. к ГБУЗ «Магаданская областная больница», ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства» о взыскании денежной компенсации морального и материального вреда, производство по которому прекращено в связи с отказом истца от иска.

Определением, зафиксированным в протоколе судебного заседания от 14 февраля 2024 года, приняты изменения исковых требований, прокурор просил:

- взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Магаданская областная больница» компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб. за некачественно оказанную медицинскую помощь, выразившуюся в непроведении необходимых диагностических мероприятий, а также отказе в госпитализации ФИО1 в ГБУЗ «Магаданская областная больница»;

- взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Магаданская областная больница» компенсацию материального ущерба, связанного с погребением ФИО1 в размере 53 995 руб.

Определением, зафиксированным в протоколе судебного заседания от 13 марта 2024 года, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечены врачи ГБУЗ «Магаданская областная больница» ФИО2, ФИО3, ФИО4

Определением суда от 03 апреля 2024 года прекращено производство по настоящему гражданскому делу в части требований к ГБУЗ «Магаданский Областной Центр Охраны Материнства и Детства», в связи с отказом прокурора от иска.

Третьи лица для участия в судебном заседании не явились, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом.

Учитывая надлежащее извещение участников процесса о времени и месте судебного разбирательства суд на основании ст. 167 ГПК РФ полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебном заседании прокурор и истец на иске настаивали, истец дополнительно пояснила, что ее дочь ФИО1 умерла от онкологического заболевания, диагностированного в январе 2021 года, однако в 2020 году она находилась на стационарном лечении в травматологическом и инфекционном отделениях ГБУЗ «Магаданская областная больница», где лечилась в том числе от «посттравматического остеомиелита и ревматоидного полиатрита». Полагала, что за время лечения в травматологическом и инфекционном отделениях ГБУЗ «Магаданская областная больница» ее дочь должна была получить консультации врача гинеколога, поскольку имеющиеся у нее тогда симптомы – резкая потеря веса, плохие анализы, по мнению истца, свидетельствовали о начинающемся онкологическом заболевании. Однако, при длительном лечении в ГБУЗ «Магаданская областная больница», ФИО1 врачом-гинекологом не осмотрена, что привело к прогрессированию онкологического заболевания, его диагностированию на поздней стадии и как следствие, к летальному исходу.

Также пояснила, что причинение ей морального вреда связывает с неоказанием дочери медицинской помощи, которой 20 марта 2022 года при наличии сильных болей было отказано в госпитализации в стационар. В результате, ФИО1 испытывала страдания от невыносимой боли в течении суток, до момента госпитализации в отделение противоопухолевой лекарственной терапии ГБУЗ «Магаданский областной онкологический диспансер» (в настоящее время - ГБУЗ «Магаданская областная больница») на следующий день 21 марта 2022 года, где последняя скончалась ночью 22 марта 2022 года.

Сообщала, что она очень переживала, т.к. ей было тяжело смотреть на мучения дочери, которая будучи здоровой помогала и ухаживала за ней. Кроме того, указывала, что в связи с некачественно оказанной ответчиком медицинской помощью ее дочери поздно диагностировали онкологическое заболевание, из-за чего, не получая своевременного лечения и обезболивания, она длительное время страдала от постоянных болей и могла бы жить дольше. Свои переживания связывает не только со смертью дочери, но также испытывает чувства беспомощности, безысходности, утраченных надежд, поскольку из-за медицинских ошибок длительное время не было диагностировано онкологическое заболевание, оказывалась помощь ненадлежащего качества. Истец пояснила, что расходы на погребение фактически понесены ею, поскольку по состоянию здоровья ей трудно передвигаться, похоронами занимался ее сын, которому она передала денежные средства.

Представители ответчика ГБУЗ «Магаданская областная больница» требования не признали, по доводам, изложенным в возражениях на иск. Представитель ФИО7 обращала внимание суда на то, что 20 марта 2022 года ФИО1 не нуждалась в госпитализации, поскольку уже была госпитализирована в отделение противоопухолевой лекарственной терапии ГБУЗ «Магаданский областной онкологический диспансер» и уходила домой на выходные. По мнению представителя ответчика, при лечении пациента в травматологическом и инфекционном отделениях Учреждения у врачей отсутствовала обязанность организации консультации врачом гинекологом, без соответствующих жалоб пациента.

Ранее участвовавшие в судебном заседании 03 апреля 2024 года третьи лица врачи ФИО3, ФИО2 с исковыми требованиями не согласились.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, пояснения специалиста - врача травматолога ФИО5, исследовав материалы дела и оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

Положения ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривают возможность потерпевшей стороны требовать компенсации вреда.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, урегулированы Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В ст. 2 для целей указанного ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» используются основные понятия, в том числе:

- медицинская помощь определена как комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг;

- медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение;

- диагностика - комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий;

- лечение - комплекс медицинских вмешательств, выполняемых по назначению медицинского работника, целью которых является устранение или облегчение проявлений заболевания или заболеваний либо состояний пациента, восстановление или улучшение его здоровья, трудоспособности и качества жизни;

- качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии с п. 2 ч. 5 ст. 19 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям.

На основании ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (ч. 2).

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 3).

Так, согласно п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей в силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ.

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Жизнь и здоровье являются нематериальными благами, которые принадлежат гражданину от рождения (п. 1 ст. 150 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда в соответствии со статьей 1101 ГК РФ.

Положения ст. 1101 ГК РФ предусматривают, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п.14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда (пункт 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

В пункте 49 данного постановления указано на то, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 11 постановления от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснил, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе членам семьи гражданина, которому он причинен при оказании медицинской помощи, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец К., является матерью ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей 22 марта 2022 года о чем, отделом ЗАГС мэрии города Магадана составлена актовая запись от ДД.ММ.ГГГГ №.

Как следует из медицинского свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ №, дата смерти ФИО1 22 марта 2022 года смерть наступила в стационаре, вследствие заболевания, причиной смерти указаны: а) недостаточность нескольких органов, б) метастазы мочевого пузыря, в) рак наружной части шейки матки.

ФИО1 (далее также – пациент) в период с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года проходила лечение в инфекционном отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница», а в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года в травматологическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница».

Согласно медицинской карте стационарного больного ФИО1 № ГБУЗ «Магаданская областная больница» 19 января 2020 года последняя была осмотрена в приёмном отделении, обратилась с жалобами на боли в правой верхней конечности в области подмышки, предплечья и ладони, боли в левом предплечье, правом коленном суставе, там же отёчность, покраснение кожи. Установлен предварительный диагноз: <данные изъяты>, больной даны рекомендации: консультации ревматолога, гематолога, гинеколога, УЗИ органов малого таза.

19 января 2020 года ФИО1 проведено КТ органов грудной клетки и брюшной полости, по результатам которого в полости малого таза определено кистозное образование, 58x83x64 мм, прилежащее к передней поверхности матки, вероятно исходящее из правого яичника, дано заключение о наличии жидкостного образования малого таза. Патологических изменений органов грудной полости не выявлено.

В этот же день при осмотре хирургом установлен диагноз: острый гепатит? Жидкостное образование малого таза, рекомендованы: консультация инфекциониста и обследование гинеколога.

Из медицинской карты стационарного больного ФИО1 № ГБУЗ «Магаданская областная больница» следует, что консультация специалистов не проводилась, пациент выписана из инфекционного отделения в состоянии средней степени тяжести.

Согласно медицинской карте стационарного больного ФИО1 № 24 января 2020 года пациент осмотрена дежурным терапевтом. Установлен диагноз: <данные изъяты>

При выписке на амбулаторное долечивание установлен диагноз: <данные изъяты>

Из медицинской карты амбулаторного больного № (№) следует, что 18 января 2021 года ФИО1 обратилась за консультацией к врачу гинекологу, где пояснила, что последний раз осмотр гинекологом проходила в 2019 году. В ходе консультации установлен диагноз: Заболевание шейки матки? Срочно (сito) направлена в кабинет патологии шейки матки.

Согласно заключению в протоколе прижизненного патолого-анатомического исследования биопсийного материала от 21 января 2021 года установлено наличие умеренно дифференцированного плоскоклеточного рака, без ороговевания полной утратой стратификации, выраженной воспалительной инфильтрацией, признаками выраженного инвазивного роста.

26 января 2021 года ФИО1 установлен диагноз: Злокачественное новообразование шейки матки (под вопросом).

В дальнейшем ФИО1 проходила лечение в ГБУЗ «Магаданский областной онкологический диспансер».

Как следует из медицинской карты стационарного больного ФИО1 № в период с 14 по 22 марта 2022 года пациент была госпитализирована в отделение противоопухолевой лекарственной терапии ГБУЗ «Магаданский областной онкологический диспансер», с диагнозом: С53.8, ЗНО шейки матки IV А ст. T4N1M0, влагалищно-параметрально-маточный вариант, с распространением на мочевой пузырь и устье левого мочеточника, МТС в регионарные лимфоузлы малого таза. Состояние после биопсии шейки матки от 18 января 2021 года. В отделении ФИО1 получала курс паллиативной химиотерапии и обезболивающей терапии.

21 марта 2022 года согласно медицинской карте, ФИО1 в 11 часов 29 минуты находясь в отделении противоопухолевой лекарственной терапии ГБУЗ «Магаданский областной онкологический диспансер» была осмотрена лечащим врачом, совместно с заведующим отделением. Состояние ФИО1 ухудшилось, в 19 часов состояние средней тяжести, в 23 часа 30 минут состояние пациента тяжёлое. 22 марта 2022 года в 01 час 30 минут констатирована смерть.

В судебном заседании, истец ссылалась на наличие в действиях ответчика ГБУЗ «Магаданская областная больница» нарушений, выразившихся в несвоевременном диагностировании онкологического заболевания у ее дочери ФИО1, поскольку по мнению истца, при стационарном лечении в период с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года в инфекционном отделении, в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года в травматологическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» лечащие врачи должны были установить причины ухудшения состояния пациента и быстрой потери веса.

Оценивая доводы исковых требований, а также представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно п. 5 ст. 70 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента.

Вопросы обоснованности установленного медицинского диагноза решаются при проведении медицинской экспертизы, порядок и основания проведения которой установлены Правительством Российской Федерации (ст. 58 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

С целью выяснения фактических обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему делу, определением суда от 03 апреля 2024 года была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено автономной некоммерческой организации «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки».

Как следует из заключения экспертов автономной некоммерческой организации «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» от 26 августа 2024 года № в соответствии с данными представленных медицинских документов ФИО1 19 января 2020 года была доставлена в ГБУЗ «Магаданская областная больница» с жалобами на боли в правой верхней конечности в области подмышки, предплечья и ладони, боли в левом предплечье, правом коленном суставе, там же отёчность, покраснение кожи. В приёмном отделении был выставлен предварительный диагноз: «Острый вирусный гепатит, желтушная форма». В связи с наличием клинических и лабораторных проявлений гепатита ФИО1 была госпитализирована в инфекционное отделение. Во время пребывания в стационаре последняя получала комбинированную антибактериальную, обезболивающую, детоксикационную терапию. При прохождении обследования в ГБУЗ «Магаданская областная больница» ФИО1 было выполнено 19 января 2020 года КТ исследование органов брюшной и грудной полостей, а так же органов малого таза, по результатам данного обследования было выявлено жидкостное образование в полости малого таза. Специалистами отмечены консультации гинеколога, но они не были выполнены.

После обследования и лечения ФИО1 была выписана 24 января 2020 года с диагнозом: «Гепатит неуточнённый, желтушная форма, средней степени тяжести». Поскольку пациентка клинически не была ясной и с учетом выраженного увеличения в объеме правого коленного сустава с усилением болевого синдрома в нем ее направили на дообследование в ГБУЗ «Магаданская областная больница».

При поступлении 24 января 2020 года в травматологическое отделение ГБУЗ «Магаданская областная больница» состояние пациентки расценено как средней тяжести, местно правый сустав болезненный при пальпации и движении, значительно увеличен в объёме. Рентгенологически выявлен сросшийся перелом правого бедра и правосторонний гонартроз с деструкцией правого бедра. Принято решение о проведении пункции и дренировании правого коленного сустава. При пункции получено 150 мл гнойного содержимого. На основании имеющихся данных установлен диагноз: «Посттравматический остеомиелит правого бедра. Гнойный гонит правого коленного сустава». Во время лечения в травматологическом отделении ФИО1 проведена консультация с ревматологом, установлен диагноз: «Недифференцированный артрит, активность I ст. НФС 1 ст. Ревматоидный артрит? Недифференцированное заболевание соединительной ткани? Вторичная анемия средней степени тяжести в анамнезе, реактивный тромбоцитоз, разрешивший гепатит неясного генеза, гепатоспленомегалия в анамнезе от января 2020 года», так же ФИО1 проводилось лечение в виде антибактериальной, обезболивающей, инфузионной терапии.

27 марта 2020 года ФИО1 была выписана из травматологического отделения с положительной динамикой, проявившейся уменьшением болевого синдрома, уменьшением размеров свища, скудным серозно-гнойным отделяемым. Выставлен заключительный диагноз: «Посттравматический остеомиелит дистального метафиза правого бедра, свищевая форма. Гонит справа. Ревматоидный полиартрит? Подкожный разрыв сухожилий разгибателей пальцев правой кисти и 1 п. левой». При этом не было осмотра гинекологом за весь период лечения в травматологическом отделении.

В период с марта 2020 года по январь 2021 года ФИО1 наблюдалась у травматолога-ортопеда по месту жительства в связи с сохраняющимся болевым синдромом в правом коленном суставе.

18 января 2021 года ФИО1 обратилась к гинекологу с жалобами на обильные кровянистые выделения из половых путей. При внутреннем акушерском исследовании выявлено изменение шейки матки в виде «цветной капусты», установлен диагноз: «Заболевание шейки матки». Дано направление в кабинет патологии шейки матки для до обследования и уточнение диагноза. 19 января 2021 года ФИО1 была выполнена прицельная биопсия шейки матки, возникшее кровотечение остановлено введением тампона с аминокапроновой кислотой, полученный материал направлен на исследование. По результатам патолого-анатомического исследования биопсийного материала от 21 января 2021 года установлен диагноз: «Умеренно дифференцированный плоскоклеточный рак».

ФИО1 поступила в ГБУЗ «Магаданский родильный дом» с кровотечением из половых путей неясной этиологии, проведено лечение, откуда пациент выписана 26 января 2021 года.

В июле 2021 года ФИО1 проходила лечение в ГБУЗ «Магаданский областной онкологический диспансер» с диагнозом: «Рак шейки матки IV А ст. T4N1M0», проведено 3 курса химиотерапии по схеме ПХТ. В период с июля 2021 по декабрь 2021 года проведено 8 курсов химиотерапии.

В период с декабря 2021 по март 2022 года наблюдалась по месту жительства.

14 марта 2022 года ФИО1 обратилась в ГБУЗ «Магаданский областной онкологический диспансер» с жалобами на общую слабость, запоры периодические, болевой синдром внизу живота (купируемый на фоне применения трансдермальной системы с фентанилом). Состояние при поступлении оценено как относительно удовлетворительное. Составлен план лечения на 2 курса паллиативной химиотерапии а монорежиме, начато лечение. 21 марта 2022 года у ФИО1 развилось профузное кровотечение из половых путей и прямой кишки. Проведена тампонада влагалища и прямой кишки с раствором аминокапроновой кислоты. В 19 часов по данным истории болезни отмечено уменьшение кровотечения состояние пациентки средней тяжести. 22 марта 2022 года в 01 час 30 минут дежурной медсестрой зафиксирована остановка дыхания и кровообращения, начаты реанимационные мероприятия. В связи с неэффективностью проводимых реанимационных мероприятий в течении 30 минут, констатирована биологическая смерть.

В связи с отказом родственников от вскрытия, посмертный диагноз и причина смерти установлены на основании медицинских документов, а именно, причина смерти: «Недостаточность нескольких органов», первоначальная причина смерти: «Рак наружной части шейки матки».

С учетом данных КТ от 19 января 2020 года и клинических данных не представляется возможным подтвердить факт того, что в период лечения в ГБУЗ «Магаданская областная больница» с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года у ФИО1 было злокачественное заболевание органов малого таза. При этом нельзя исключить, что в случае проведения консультации пациентки гинекологом и проведения дополнительного обследования в дальнейшем могло быть выявлено злокачественное заболевание и начато лечение у онколога в более ранние сроки.

С учетом локализации, распространенности и агрессивного характера злокачественной опухоли, приведших к быстрому наступлению летального исхода причинно-следственная связь между недостатками оказания медицинской помощи и смертью ФИО1 не усматривается. При этом не исключается, что указанные недостатки, связанные с недостаточностью обследования ФИО1 (не была проведена консультация гинекологом, не было проведено УЗИ органов малого таза), могли повлиять на выбор диагностических мероприятий и лечебную тактику ведения пациентки, а также течение злокачественного процесса. Данные обстоятельства не исключают вероятности наступления летального исхода в иные более поздние сроки. Вероятность суждения о продлении жизни связана с особенностями лекарственной терапии злокачественных новообразований, где требуется учитывать соотношение ожидаемой пользы и выраженности побочных эффектов терапии, а также риски наступления осложнений при хирургическом лечении опухоли и т.д. То есть активные лечебные мероприятия были сопряжены с рисками наступления угрожающих жизни осложнений, что не позволяет объективно и достоверно оценить вероятность наступления более благоприятного исхода (продление жизни) в данном случае.

Отвечая на вопросы суда, эксперты указали, что на момент лечения в инфекционном отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 19 января 2024 по 24 января 2024 клинически состояние ФИО1 не было ясным, в связи с чем она была направлена в приемный покой ГБУЗ «Магаданская областная больница» для дальнейшего обследования с диагнозом: неуточнённый гепатит в желтушной форме, вторичная анемия неуточнённая, жидкостное образование малого таза, хроническая почечная недостаточность, инфекция мочевыводящих путей латентное течение. Объективных данных за злокачественное заболевание не было по результатам проведенного обследования. Исходя из имеющейся в медицинских документах информации о состоянии пациента, ее жалобах, содержания анамнеза была необходимость в консультациях врача гинеколога при лечении ФИО1 в инфекционном отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года и в травматологическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года. Достаточных оснований для консультации онколога не было (вопросы 1, 4).

Назначение физиолечения пациенту при лечении ФИО1 в травматологическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года без консультации врача гинеколога является допустимым (вопрос 13).

В заключении исследования КТ от 19 января 2020 года, содержащимся в медицинской карте стационарного больного №, результаты исследования интерпретированы корректно, в том числе, касающиеся выявленного кистозного образования в полости малого таза. Данные результаты были основанием для лечащего врача назначить консультацию гинеколога. Выявленное по результатам КТ от 19 января 2020 года образование в полости малого таза могло быть для лечащего врача основанием для назначения консультации пациентки гинекологом. В случае наличия оснований гинеколог по результатам осмотра ФИО1 мог проявить онконастороженность (вопросы 5, 6).

Достаточных признаков того, что кистозное образование в полости малого таза, выявленное по результатам исследования КТ от 19 января 2020 года, является проявлением онкологического заболевания, диагностированного у ФИО1 в 2021 году, нет (вопрос 7).

Учитывая результаты КТ исследования от 19 января 2020 года имелась необходимость направления ФИО1 на консультацию врачу гинекологу в период лечения в инфекционном отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница»в период с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года и в травматологическом отделении ГБУЗ «МОБ» в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года. Достаточных оснований для направления пациентки на консультацию к онкологу не было. Ненаправление пациентки к указанным врачам в прямой причинно-следственной связи с развитием онкологического заболевания и смертью ФИО1 не состоит (вопрос 8).

Обследование в инфекционном отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года не было завершено, но было достаточным, чтобы исключить инфекционную патологию в клинической оценке тяжести состояния пациентки. С учетом неясности в отношении клинического состояния пациентка ФИО1 была обосновано направлена в приемный покой ГБУЗ «Магаданская областная больница» для дальнейшего обследования. В этой связи допустимо считать, что полно и своевременно были проведены опрос, инструментальные, лабораторные исследования ФИО1, собран анамнез, детализированы жалобы в инфекционном отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года. При этом в выписном эпикризе не была отражена необходимость проведения консультации гинеколога, что является недостатком оформления медицинской документации. В травматологическом отделении ГБУЗ «ФИО4 областная больница» в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года с учетом налитая образования в малом тазу по данным КТ от 19 января 2020 года в плане обследования не была назначена консультации гинеколога, не было назначено УЗИ малого таза, в диагнозе не отражено образование в малом тазу и при выписке в рекомендациях не отражена необходимость консультации гинеколога. В этой связи нельзя считать, что обследование в травматологическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года было полным и своевременным (вопрос 3).

При лечении пациента в инфекционном отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года усматриваются следующие недостатки (дефекты) при оказании медицинской помощи: не выполнено назначение по поводу консультации гинеколога (по данным КТ от 19.01.2020 образование в малом тазу); в выписном эпикризе от 24 января 2020 года не отмечена необходимость в консультации гинеколога. При лечении пациента в травматологическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года усматриваются следующие недостатки (дефекты) при оказании медицинской помощи: в плане обследования нет консультации гинеколога (по данным КТ от 19 января 2020 года образование в малом тазу); не было назначено УЗИ малого таза, проведено только УЗИ брюшной полости 24 января 2020 года; в диагнозе не отражено образование в малом тазу; при выписке в рекомендациях не отражена необходимость консультации гинеколога. Выявленные недостатки в обследовании не позволили более полно клинически оценить состояние пациентки. Нет оснований считать, что выявленные недостатки в обследовании привели к наступлению смерти пациента (вопрос 15).

В случае диагностирования онкологического заболевания в более ранние сроки в период с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года и в травматологическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года с учетом вида и интенсивности заболевания существовала возможность проведения лечения онкологического заболевания пациента («направленного на излечение»), которое могло продлить жизнь. Оценить при этом сроки продления жизни и улучшение качества жизни не представляется возможным из-за отсутствия экспертных методик решения вероятностных трудно прогнозируемых событий и рисков в медицине (вопрос 12).

Злокачественное новообразование шейки матки - умеренно дифференцированный плоскоклеточный рак с признаками выраженного инвазивного роста. Онкологическое заболевание на ранних стадиях, которым страдала ФИО1, с учетом проявлений сопутствующей патологии могло не иметь клиническую картину, отражённую в медицинских документах пациента. Наступление смерти ФИО1 причинно связано с прогрессированием злокачественного заболевания и его осложнений (интоксикация, кровотечение и т.д.). Онкологическое заболевание - ЗНО шейки матки (умеренно дифференцированный плоскоклеточный рак с признаками выраженного инвазивного роста) могло иметь бессимптомное, скрытое течение и не отразиться в клинических и биохимических исследованиях крови на ранних стадиях заболевания (вопросы 17, 18, 19).

Оценивая указанное заключение экспертов автономной некоммерческой организации «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» от 26 августа 2024 года №, наряду с другими доказательствами по делу в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд в соответствии с п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции», п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», приходит к выводу о его соответствии вопросам, поставленным перед экспертами, проведении полного исследования представленных материалов и документов и принимает его в качестве надлежащего, относимого и допустимого доказательства по настоящему делу, поскольку экспертиза выполнена компетентными лицами, в соответствии с действующими нормативными правовыми актами, на основании изучения представленных медицинских документов и материалов гражданского дела, исследовательская часть содержит подробное описание, выводы экспертов подробно мотивированы. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ.

Заключение экспертов содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате его выводы носят последовательный, логичный, обоснованный, объективный и непротиворечивый характер, не допускающий неоднозначного толкования.

Само по себе несогласие ответчика с выводами экспертов не является основанием для исключения экспертного заключения из объёма доказательств, имеющихся в деле. Вопросы полноты оказываемой медицинской помощи в инфекционном и травматологическом отделениях ГБУЗ «Магаданская областная больница», в том числе в спорные периоды, исследовались экспертами, указанные события приняты во внимание в совокупности, при изучении медицинских документов.

Вопреки доводам истца данное экспертное заключение содержит выводы о том, что выявленные недостатки в обследовании не привели к наступлению смерти пациента (вопрос 15). Каких-либо иных существенных отклонений в сроках, объеме лечения в отношении пациента от стандартов или клинических протоколов не выявлено (вопрос 20).

Установить конкретные сроки начала развития онкологического заболевания у ФИО1 не представляется возможным. С учетом отсутствия возможности доказать наличие онкологического заболевания до 27 марта 2020 года не исключается начало развития онкологического заболевания у ФИО1 после 27 марта 2020 года (после выписки из травматологического отделения ГБУЗ «Магаданская областная больница») (вопрос 21).

С учетом невозможности доказать выявление онкологического заболевания у ФИО1 в январе-марте 2020 года не позволяет сформулировать экспертное суждение в отношении предотвращения неблагоприятного исхода в марте 2022 года. Принимая во внимание агрессивный характер злокачественной опухоли у ФИО1 и отсутствие объективной возможности установить давность онкологического заболевания в этой связи не усматривается прямая причинная связь со сроком смерти и развитием онкологического заболевания (вопрос 11).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что доводы истца К. о наличии причинно-следственной связи между полнотой, качеством и своевременностью оказания ГБУЗ «Магаданская областная больница» медицинской помощи её дочери ФИО1 и наступившими для последней последствиями в виде смерти, не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Вместе с тем доводы прокурора о том, что ответчиком не в полной мере произведены все необходимые действия при оказании медицинской помощи, нашли своё подтверждение в судебном заседании.

Как указали эксперты при лечении пациента в инфекционном отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 19 января 2020 года по 24 января 2020 года не выполнено назначение по поводу консультации гинеколога (по данным КТ от 19 января 2020 года образование в малом тазу); в выписном эпикризе от 24 января 2020 года не отмечена необходимость в консультации гинеколога. При лечении пациента в травматологическом отделении ГБУЗ «Магаданская областная больница» в период с 24 января 2020 года по 27 марта 2020 года в плане обследования нет консультации гинеколога (по данным КТ от 19 января 2020 года образование в малом тазу); не было назначено УЗИ малого таза, проведено только УЗИ брюшной полости 24 января 2020 года; в диагнозе не отражено образование в малом тазу; при выписке в рекомендациях не отражена необходимость консультации гинеколога.

Выявленные недостатки в обследовании не позволили более полно клинически оценить состояние пациентки, однако не повлияли на наступление неблагоприятных последствий в виде смерти ФИО1, что, вместе с тем, не исключает гражданско-правовую ответственность ответчика за некачественно оказанную медицинскую помощь.

При этом, доводы материального истца об отказе 20 марта 2022 года ФИО1 в госпитализации в ГБУЗ «Магаданский областной онкологический диспансер» (в настоящее время - ГБУЗ «Магаданская областная больница») противоречат установленным по делу обстоятельствам, поскольку в период с 14 по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 проходила стационарное лечение в отделении противоопухолевой лекарственной терапии ГБУЗ «Магаданский областной онкологический диспансер», где получала курс паллиативной химиотерапии и обезболивающей терапии.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что недостатки оказания медицинской помощи, допущенные ГБУЗ «Магаданская областная больница» привели к нарушению прав ФИО1 на получение своевременной, качественной медицинской помощи, в полном объеме, что причинило страдания самой пациентке, а также ее близкому родственнику – матери.

Поскольку истец связывает свои нравственные переживания не только с самим фактом наступления неблагоприятных последствий в виде смерти дочери, но и с оказанием ФИО1 медицинской помощи не в полном объеме, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда с ГБУЗ «Магаданская областная больница».

Возражения ответчика ГБУЗ «Магаданская областная больница» о том, что у врачей инфекционного и травматологического отделений не имелось обязанности организации консультации врачом гинекологом, при отсутствии жалоб со стороны пациента, опровергаются выводами, содержащимися в комиссионной судебно-медицинской экспертизе о допущенных недостатках обследования пациента.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер допущенных ответчиком дефектов оказания медицинской помощи, степень вины причинителя вреда, фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, индивидуальные особенности личности истца, являющейся инвалидом 2 группы, ее возраст (<данные изъяты>), наличие хронических заболеваний, близость её отношений с умершей, степень и характер причиненных ей страданий, руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании в пользу К. компенсации морального вреда с ответчика ГБУЗ «Магаданская областная больница» в размере 200 000 руб.

Вместе с тем, поскольку судом установлено, что выявленные недостатки в обследовании ФИО1 не привели к наступлению смерти пациента суд не находит оснований для взыскания в пользу истца убытков, понесенных в связи с погребением ее дочери в размере 53 995 руб.

Разрешая вопрос о судебных расходах, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, состоящие, согласно ст. 88 ГПК РФ, из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст. 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении исков неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда) (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

По ходатайству прокурора определением Магаданского городского суда Магаданской области от 03 апреля 2024 года по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено автономной некоммерческой организации «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки».

Из представленного экспертным учреждением счета от 24 сентября 2024 года № следует, что затраты на проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы составили 140 000 руб.

На основании определения судьи от 30 октября 2024 года данные затраты на проведение экспертизы в размере 140 000 руб. возмещены за счет средств федерального бюджета.

В соответствии ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что судом удовлетворено требование прокурора г.Магадана, освобожденного от несения судебных расходов, понесённые по делу расходы на проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы, подлежат взысканию с ответчика ГБУЗ «Магаданская областная больница» в доход федерального бюджета в размере 140 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Удовлетворить частично исковые требования прокурора города Магадана в защиту прав и законных интересов К. к государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Магаданская областная больница» о взыскании компенсации морального вреда за некачественное оказание медицинской помощи, взыскании материального ущерба.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Магаданская областная больница» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу К. (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, отказав в удовлетворении оставшейся части исковых требований.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Магаданская областная больница» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета судебные расходы на проведение комплексной судебно-медицинской экспертизы в сумме 140 000 (сто сорок тысяч) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Магаданский областной суд Магаданской области через Магаданский городской суд Магаданской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить срок принятия решения суда в окончательной форме – 13 ноября 2024 года.

Судья С.В. Доброходова