Решение № 2-244/2017 2-244/2017~М-223/2017 М-223/2017 от 14 сентября 2017 г. по делу № 2-244/2017

Дело № 2-244/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«15» сентября 2017 года с. Мамонтово

Мамонтовский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего: Корякиной Т.А.,

при секретаре: Неверовой О.Н.,

с участием представителя ответчика: ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации, МО МВД России «Мамонтовский», Главному управлению Министерству внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю, МВД России о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в Мамонтовский районный суд Алтайского края с исковым заявлением о компенсации морального вреда, в обоснование своих исковых требований, ссылаясь на то, что он периодически содержался под стражей в ИВС МО МВД России «Мамонтовский» в 2008 году, где условия содержания не соответствовали требованиям закона, а именно:

- в камере №, где он содержался, отсутствовала канализация, санузел, а для естественных нужд стоял бак, и он вынужден был в одном помещении есть, спать и ходить в туалет, от бака были неприятные запахи, что причиняло ему нравственные страдания;

- в камере № отсутствовало естественное освещение - окно, а в других камерах окна были закрыты железными листами, что создавало неудобство;

- в камере № отсутствовали спальные места (кровати), он был лишен индивидуального спального места, спать приходилось на полу;

- в ИВС отсутствовал душ.

Считает, что перечисленными нарушениями нарушены его права, унижены его честь и достоинство.

На основании изложенного истец просит взыскать с Министерства внутренних дел РФ за счет средств казны РФ в счет компенсации причиненного морального вреда 50 000 рублей.

Определением суда от 27 июля 2017 г. к участию в деле в качестве соответчика привлечено Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю, Министерство финансов РФ.

Истец ФИО2 будучи надлежаще уведомлен, в судебное заседание не явился, находится в ФКУ ИК -3 УФСИН России, не ходатайствовал о своем личном участии в судебном заседании, а потому суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель МО МВД России «Мамонтовский» ФИО1 в судебном заседании требования не признал, ссылаясь на доводы, изложенные в представленных суду возражениях. Суду пояснил, что истец содержался в ИВС в связи с тем, что подозревался в совершении преступления и в настоящее время отбывает наказание. Все его доводы по 2008 году об отсутствии спальных мест, освещения, душевой, не обоснованы и опровергаются техническим и санитарным паспортами. В 2008 году действительно отсутствовала раковина и водопровод, а также санузел в камерах, были для этого баки. Однако указанные нарушения не нанесли какого-либо морального или физического ущерба истцу. В камере № действительно отсутствует окно, однако истцом не представлено доказательств того, что он содержался именно в этой камере. В 2008 году покамерный учет не велся.

В судебное заседание представитель Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю не явился надлежаще извещен, представил отзыв на исковое заявление, согласно которого исковые требования не признал, считая, что не доказан причиненный моральный вред. Кроме того, указывает, что Министерство финансов РФ ненадлежащий ответчик, поскольку у Министерства внутренних дел РФ предусмотрена специальная статья расходов по исполнению судебных актов.

В судебное заседание представитель ГУ МВД России по Алтайскому краю, МВД России (по доверенности) не явился, согласно отзыва просил дело рассмотреть в его отсутствие, ФИО2 в иске отказать в полном объеме, поскольку истцом не представлено доказательств обоснование иска. Кроме того указывает, что ГУ МВД России по Алтайскому краю является ненадлежащим ответчиком, а указанный спор должен рассматриваться в рамках КАС РФ.

Руководствуясь ст.167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав представителя ответчика ФИО1, изучив материалы дела, суд считает, что исковые требования полежат частичному удовлетворению.

Согласно ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы.

Как провозглашено ст.17 Конституции Российской Федерации, основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации (ст.1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»). Поэтому применение судами вышеназванной Конвенции осуществляется с учётом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

В соответствии со ст.21 Конституции РФ никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство обращению и наказанию.

Данной норме корреспондируют принятые на себя Российской Федерацией обязательства, закреплённые международными правовыми актами и являющиеся, согласно ст.15 (ч.4) Конституции РФ, частью её правовой системы: ст.5 Всеобщей декларации прав человека, ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод ETS № (Рим ДД.ММ.ГГГГ), ст.7 Международного пакта о гражданских и политических правах.

Согласно ст.3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Обращаясь с требованиями о компенсации морального вреда, истец сослался на причинение ему морального вреда вследствие нарушения порядка его содержания в ИВС МО МВД России «Мамонтовский» в качестве подследственного по уголовному делу.

Согласно ст.7 Федерального Закона №103-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», местом содержания под стражей являются изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел.

В силу ст.9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел предназначены для содержания под стражей задержанных по подозрению в совершении преступлений. В изоляторах временного содержания в случаях, предусмотренных УПК РФ, могут временно содержаться подозреваемые и обвиняемые, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу.

Обращаясь в суд с иском, истец ФИО2, указал о том, что как подследственный по уголовному делу он периодически содержался в ИВС МО МВД России «Мамонтовский» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

По общим правилам, для наступления ответственности необходимо наличие следующих условий: 1) наступление вреда; 2) противоправность поведения причинителя вреда; 3) причинная связь между двумя первыми элементами; 4) вина причинителя вреда.

Таким образом, применительно к рассматриваемой судом правовой ситуации юридически значимыми обстоятельствами по делу являются: факт содержания истца ФИО2 в ИВС МО МВД России «Мамонтовский», соответствие данных условий содержания требованиям Федерального закона № от ДД.ММ.ГГГГ, наличие причиненного истцу вреда, противоправность (вина) действий сотрудников ИВС при содержании истца и причинно-следственная связь между наступлением вреда и противоправным поведением сотрудников ИВС.

В силу ч.1 ст.57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно ст.35 Гражданского процессуального кодекса РФ лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, установленные настоящим Кодексом, и должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Бремя доказывания факта содержания лица под стражей в определенный период в том или ином учреждении лежит на истце, а бремя доказывания факта отсутствия нарушений закона и обеспечение надлежащих условий содержания под стражей возложено на ответчика.

Согласно данным МО МВД России «Мамонтовский» Журнала для записи арестованныхи задержанных, содержащихся в ИВС МО МВД России «Мамонтовский», истец ФИО2 содержался в ИВС в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу о доказанности факта нахождения истца в ИВС МО МВД России «Мамонтовский» в вышеуказанные периоды.

В силу ст.15 Федерального закона от 1507.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Обращаясь с требованиями о компенсации морального вреда, истец сослался на причинение ему морального вреда вследствие нарушения порядка его содержания в ИВС МО МВД России «Мамонтовский», ссылаясь на то, что в спорный период в ИВС он содержался в ненадлежащих условиях, а именно: в камере №, где он содержался, отсутствовала канализация, санузел, а для естественных нужд стоял бак, и он вынужден был в одном помещении есть, спать и ходить в туалет, от бака были неприятные запахи, что причиняло ему нравственные страдания; в камере № отсутствовало естественное освещение - окно, а в других камерах окна были закрыты железными листами, что создавало неудобство; в камере № отсутствовали спальные места (кровати), он был лишен индивидуального спального места, спать приходилось на полу; в ИВС отсутствовал душ.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом №103-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Согласно ст.17 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые имеют право на личную безопасность в местах содержания под стражей, на материально - бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях.

Подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности (ст.23 Закона).

Согласно «Правилам внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел» (утвержденным Приказом МВД России от ДД.ММ.ГГГГ №, зарегистрирован в Минюсте России ДД.ММ.ГГГГ №) подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом (п.42).

Из материалов дела следует, что ИВС МО МВД России «Мамонтовский» (ранее ОВД по Мамонтовскому району) представляет собой помещение кирпичного здания ОВД 1983 года постройки. Освещение в помещениях ИВС смешанное, приточно-вытяжная вентиляция имеется, находится в исправном состоянии. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ в ИВС имелось 6 камер с лимитом наполнения 14, центральным отоплением, смешанным освещением, приточно-вытяжной, естественной вентиляцией, имеются санитарные узлы : 1 встроенный для сотрудников и 1 надворный для спецконтингента. Покрытие полов деревянное. В ИВС медицинского кабинета и мед.работника не имеется, однако имеется укомплектованная аптечка установленными препаратами, в том числе анти-СПИД (хранится у дежурного ИВС). Имеется комната для подогрева пищи с раковиной для мытья посуды с холодной и горячей водой, установлен водонагреватель для кипячения воды, холодильник, шкаф для сушки посуды, для доставки пищи 4 термоса.

В соответствии с ч.1 ст.24 ФЗ «О содержании под стражей обвиняемых и подозреваемых в совершении преступления» от 15.07.1995г. №103-ФЗ, лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях № С (XXIV) от ДД.ММ.ГГГГ и № (LXII) от ДД.ММ.ГГГГ, предусматривают, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п.10). Каждому заключенному следует обеспечивать отдельную койку в соответствии с национальными или местными нормами (п.19)

Ст.23 Федерального закона №103-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» установлено, что норма санитарной площади в камере ИВС на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Таким образом, в двух-местных камерах площадь должна быть не менее 8 кв.м.

Не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства доводы истца о содержании его в 2008 г. в камере № без окна, поскольку установить номер камеры, в которой содержался истец, поскольку согласно предоставленным сведениям в 2008 году покамерные карточки законодательством предусмотрены не были и не велись.

Согласно санитарного паспорта ИВС на 2008 г. площадь камер в ИВС составляла 61,87 кв.м., лимит наполняемости 14 человек, следователь на человека приходилось по 4,4 кв.м., что соответствует законодательства РФ.

Иных доказательств истцом не представлено.

Согласно п.45 «Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел» (утвержденным Приказом МВД России от ДД.ММ.ГГГГ №, зарегистрирован в Минюсте России ДД.ММ.ГГГГ №, камеры ИВС оборудуются, в том числе санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности.

Согласно положениям Свода правил 12-95 МВД России (СП 12-95) (принят и введен в действие протоколом МВД России от 12.02.95г. №) унитазы и умывальники в камерах, карцерах, изоляторах следует размещать в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу. ФИО3 должна иметь перегородки высотой 1 метр от пола санитарного узла (п.17.16).

Отсутствие в камерах в 2008 г. санузлов, соответствующих требованиям законодательства, в т.ч. СП 12-95, судом установлено.

Невыполнение требований, предъявляемым к санузлам в камерах ИВС, безусловно свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий.

В судебном заседании установлено отсутствие в 2008 году в камерах санузла, что подтверждается представленными материалами дела и не оспаривалось представителем МО МВД России «Мамонтовский» ФИО1, которая подтвердил наличие в камерах бака для нечистот до установки санузла.

При таких обстоятельствах нахождение бака для органических отходов в камере косвенно подтверждает присутствие в камерах запаха нечистот.

Истец в своем заявлении указывает также на отсутствие спальных мест, однако согласно санитарного паспорта за 2008 год при лимите наполняемости 14 имеется 14 кроватей, то есть каждый содержащийся в камере имел спальное место.

Истец указывает на недостаточность освещения, однако и данный факт не находит своего подтверждения, поскольку согласно документации освещение в камерах смешанное. Установить, в каких камерах находился истец не представляется возможным.

Согласно п.45 Правил внутреннего распорядка камеры ИВС оборудуются светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа.

Согласно санитарного паспорта за 2008 г. в ИВС имелось в наличии: 18 матрацев, 18 одеял, 18 подушек, 30 комплектов постельных принадлежностей. Согласно п.9 технического паспорта в санпропускнике установлен прожарочный шкаф.

Согласно п.2.2 санитарного паспорта ИВС на 2008 год, п.2 технического паспорта ИВС на 2008 год, а также сведений о текущем ремонте и реконструкции, в спорный период имелся сан.пропускник с дезинфекционной камерой, душевой комнатой, а потому довод истца об отсутствии душевой комнаты не нашли своего подтверждения.

Несмотря на то, что в силу положений ст.56 и 57 Гражданского процессуального кодекса РФ бремя доказывания факта причинения вреда и его размера лежит на истце, доказательств того, что в период нахождения истца ФИО2 в ИВС в созданных условиях у истца наступило ухудшение состояние его здоровья, либо что он нуждался в медицинской помощи или что ему в соответствующей медицинской помощи было отказано, суду не представлено.

При этом суд учитывает, что в соответствии со ст.17 Федерального закона от 1507.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые имеют право обращаться с предложениями, заявлениями и жалобами, в том числе в суд, по вопросу о законности и обоснованности их содержания под стражей и нарушения их законных прав и интересов (п.7).

Принимая во внимание подтвержденный факт отсутствия в камерах санузла, суд полагает доказанным довод истца о нарушении его прав отсутствием в камерах ИВС санузла.

При установленных судом обстоятельствах суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца.

При разрешении вопроса о правовых основаниях частичного удовлетворения иска суд руководствуется следующим.

По общим правилам обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований (ст.307 ГК РФ).

Конвенция о защите прав человека и основных свобод, являющаяся в соответствии с ч.4 ст.15 Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, допускает взыскание с государства, виновного в нарушении ее положений, справедливой компенсации потерпевшей стороне, для обеспечения действенности права на справедливое судебное разбирательство (ст.41).

В Декларации «прав и свобод человека и гражданина» закреплено: «Права жертв преступлений и злоупотребления властью охраняются законом. Государство обеспечивает им доступ к правосудию и скорейшую компенсацию за причиненный ущерб» (ст.33).

В силу ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Данная конституционная норма в сфере властно-административных правоотношений реализуется путем закрепления в Гражданском кодексе РФ обязанности возместить ущерб, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами.

Ст.45 Конституции РФ закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

Согласно п.2 ст.2 ГК РФ неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Одним из способов защиты гражданских прав относится возмещение убытков и компенсация морального вреда (ст.12 ГК РФ).

Согласно п.15 Постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных норм международного права и международных договоров РФ» унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом требований режима содержания.

В соответствии со ст.ст.151, 1099 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда; основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст.151 ГК РФ.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 20.12. 1994г. № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснил, что «под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, неприкосновенность частной жизни деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п., или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина). При этом нравственными страданиями являются претерпевание стыда, страха, чувства унижения и или иное неблагоприятное в психологическом аспекте состояние. Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.».

Размер компенсации морального вреда в силу положений ст.1101 ГК РФ определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу об установленном факте содержания истца в условиях, не соответствующих установленным нормам, а также факте причинения страдания или переживания истцу в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, суд считает требования истца подлежащими частичному удовлетворению.

При определении размера морального вреда суд учитывает степень перенесенных истцом нравственных страданий в связи с унижающими его достоинство условиями содержания в ИВС МО МВД России «Мамонтовский» в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

При этом суд учитывает, что факт причинения истцу в результате установленных судом обстоятельств каких-либо физических страданий, а также возникновение у него на этой почве нарушений здоровья, не подтвержден доказательствами.

Исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств, подтвержденных доказательствами, учитывая доводы истца о причинении ему нравственных страданий, связанных с обстоятельствами причинения вреда, такими, как несоответствие условий его содержания установленным законодательством нормам, исходя из принципа разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей. Указанный размер суд полагает соразмерным характеру и объему нравственных страданий, которые претерпел истец.

В остальной части исковые требования истца суд полагает явно завышенными.

При разрешении вопроса о надлежащем ответчике суд исходит из следующего:

В соответствии со ст.1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно части 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию: о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Подпунктом 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, установлено, что Министерство внутренних дел России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Принимая во внимание положения указанных выше норм, суд приходит к выводу, что по заявленным истцом требованиям о компенсации морального вреда, причиненного вследствие действий сотрудников ИВС МО МВД России «Мамонтовский» предполагаемым носителем спорной обязанности возместить причиненный вред (надлежащим ответчиком) является Министерство внутренних дел Российской Федерации. При этом довод представителя ГУ МВД РФ по <адрес> о рассмотрении дела в порядке КАС РФ основан на неверном толковании норм права.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице МВД России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 <данные изъяты> рублей в счет компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца в судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда, с принесением жалобы в Мамонтовский районный суд Алтайского края.

Судья: Т.А. Корякина