Решение № 2-186/2020 2-186/2020~М-198/2020 М-198/2020 от 18 октября 2020 г. по делу № 2-186/2020

№ 2-186/2020

№

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Колосовский районный суд Омской области в составе

председательствующего судьи Сорокиной Н.В.,

при секретаре Анбрехт Е.С.,

с участием помощника прокурора Керейбаевой Д.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в с. Колосовка 19 октября 2020 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Обществу с ограниченной ответственностью «Хлеб», Сельскому потребительскому обществу «Пищекомбинат» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ООО «Хлеб» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием. В обоснование, ссылаясь на ст. ст. 22, 237 ТК РФ, ст. ст. 151, 1101 ГК РФ указала, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она работала пекарем на предприятии ответчика – ООО «Хлеб», исполняла трудовые обязанности. Работодатель обязан обеспечить работнику безопасные условия труда. Для этого работодатель должен предпринимать различные меры, в том числе проводить мероприятия по предупреждению возникновения профессиональных заболеваний. В период её работы работодатель эти обязанности не выполнял и не предпринимал меры по предупреждению профессионального заболевания. При осуществлении трудовой деятельности работодатель нарушал санитарные правила и нормы в части требований к вентиляционным системам, освещенности, микроклимату, тяжести и напряженности трудового процесса. В результате этого у неё возникло профессиональное заболевание, диагностируемое в целом, как радикулопатия, а именно: шейно-плечевая и пояснично-крестцовая радикулопатия от воздействия комплекса производственных факторов (физической, статической и динамической нагрузки), стойкие незначительные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (стадонинамических) функций. Заболевание было признано профессиональным. ДД.ММ.ГГГГ врачебной комиссией Бюро №, которое является филиалом МСЭ, в связи с профессиональным заболеванием была установлена утрата профессиональной трудоспособности 30% бессрочно. В связи с профессиональным заболеванием она в очередной раз проходила стационарное лечение, а именно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в Центре профессиональной патологии БУЗОО «КМСЧ №». Для неё предусмотрена программ реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, которую она начала выполнять. Несмотря на принимаемые меры, мое состояние здоровья не улучшается, она по-прежнему испытывает физические и нравственные страдания, вызванные болезнью, негативными изменениями образа жизни, необходимостью постоянного лечения. Характер физических и нравственных страданий, вызванных у неё профессиональным заболеванием достаточно велик: постоянные боли во всех отделах позвоночника, больше в шее и пояснице; постоянные боли в локтевых, плечевых, коленных, тазобедренных суставах после физических нагрузок; судорожное сведение икроножных мышц, возникают боли и онемение кистей рук, проявляется снижение силы в руках; многие другие болезненные ощущения. Уточнив исковые требования, просила взыскать в её пользу компенсацию морального вреда с работодателей ООО «Хлеб», Сельпо «Пищекомбинат» в размере <данные изъяты> рублей.

Определением Колосовского районного суда Омской области от ДД.ММ.ГГГГ в качестве соответчика привлечено Сельское потребительское общество «Пищекомбинат».

Истец ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме и пояснила, что в период с 1987 года она фактически работала в одной организации, у которой менялись только названия. В разные периоды трудовой деятельности она работала в должностях пекаря, пекаря-мастера, пекаря-кондитера. В какие именно периоды она точно вспомнить не может, в её трудовых документах эта информация отсутствует. В период с 2002 года по 2005 год она работала в должности пекаря-мастера в Сельпо «Пищекомбинат», в период с 2005 года по 2007 год в той же должности в ООО «Хлеб». Фактически свои трудовые обязанности она выполняла у обоих работодателей в одном и том же помещении пекарни, на одном и том же оборудовании, её должностные и фактические обязанности оставались неизменными. У обоих работодателей освещение, микроклимат, вентиляционные системы, тяжесть и напряженность трудового процесса не соответствовали санитарным нормам и правилам. В помещении пекарни было очень жарко, вентиляционная система отсутствовала, возле печи было плохое освещение. На должности пекаря-мастера в её обязанности входило замес теста для смены, поэтому приходила она за три часа до начала смены, что поставить опары и замесить тесто. В тот период работодателями ставилась задача по выпечке хлебобулочных изделий на весь Колосовский район, в связи с чем хлеба выпекалось очень много. В одну смену необходимо было переработать тесто из 12-14 дежей, в одной деже минимум 115 кг теста. По документам работало три смены по 8 часов каждая, но фактически одна смены длилась от 12 до 16 часов, поскольку из-за большого объема работы смена не успевала закончить свою работу за 8 часов, поэтому следующая смена не заступала, пока предыдущая смена не выпечет весь хлеб. Для замеса теста ей было необходимо со стеллажей вручную подтаскивать мешки с мукой весом по 50 кг. каждый на мешкоопрокидыватель. Замес теста необходимо было контролировать и постоянно помогать тестомесу, чтобы тесто вымесилось равномерно, что сопровождалось многочисленными наклонами. После замеса теста она приступала к формовке теста совместно с другими пекарями, после выпечки хлеб вручную выбивали из форм на ленту. С ленты хлеб вручную помещали на вагонетки с лотками. Вагонетки были тяжелые, колеса на них плохо катались от старости и неровного пола с перепадами. В печь помещалось по 600 булок. Когда не хватало места на вагонетках, то их освобождали для следующей партии, разгружали готовый хлеб на пол. Трудовой процесс был автоматизирован лишь частично, долгие годы ничего не менялось в лучшую сторону. В результате длительного воздействия негативных производственных факторов у неё развилось заболевание. Первоначально диагноз радикулопатия ей был поставлен в 2006 году. В 2013 году имеющееся у нее заболевание было признано профессиональным. В настоящее время она вынуждена постоянно лечиться, принимать болеутоляющие лекарственные препараты и множество других, но при этом все равно испытывает постоянную боль в спине, шее, суставах. Физическая боль причиняет ей нравственные страдания.

Представитель ответчика – директор Сельпо «Пищекомбинат» ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал и пояснил, что в период с 2013 года по февраль 2020 года работал в ООО «Хлеб» в должности генерального директора, а также с 2016 года по настоящее время является руководителем Сельпо «Пищекомбинат». В период работы истца с 2002 года по 2007 год в должности пекаря, деятельность по выпечке хлеба на одной и той же пекарне осуществляли две организации – Сельпо «Пищекомбинат» с 2002 года по 2005 год. Затем на базе Сельпо «Пищекомбинат» было создано ООО «Хлеб», которое продолжило производство хлеба в помещении пекарни, которое было сдано ему в аренду. В настоящее время ООО «Хлеб» фактически свою деятельность не осуществляет, работники в организации отсутствуют, он последним уволился в феврале 2020 года. В ООО «Хлеб» он начал свою трудовую деятельность в 2009 году в должности инженера. Ему известно, что в помещении пекарни процесс выпечки хлеба автоматизирован лишь частично, длительное время каких-либо существенных изменений не вносилось. В помещении пекарни отсутствует принудительная вентиляционная система (вытяжка), имеется только обычная вентиляция. В 2014 году в ООО «Хлеб» проводилась аттестация рабочих мест, по результатам которой уполномоченной организацией были выданы положительные заключения, в том числе по должностям пекаря, пекаря-мастера, пекаря-кондитера. Проводилась ли ранее аттестация рабочих мест в ООО «Хлеб» и Сельпо «Пищекомбинат» ему неизвестно, документы отсутствуют. Относительно тяжести и напряженности трудового процесса пояснил, что это связано с особенностями профессии, которую себе выбрала ФИО4. Мешки с мукой необходимо было подтаскивать от стеллажа до мешкоопрокидывателя, но между ними было небольшое расстояние. Также засыпать муку в мукосей можно было частями с помощью любой емкости. Вода в тот период также подносилась вручную с помощью ведра, что по тяжести не превышает норму. В настоящее время в пекарне вода подается через краны сразу в дежу. Считает, что заболевание истца не связано с выполнением ею трудовых обязанностей, поскольку больше никто из пекарей не заболел. Полагал, что Сельпо «Пищекомбинат» не должно выплачивать компенсацию морального вреда, поскольку поменялись учредили, которые забрали выручку. Сельпо «Пищекомбинат» на оставшиеся денежные средства продолжило производство хлеба.

Представитель ответчика ООО «Хлеб» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, каких-либо ходатайств от него не поступало.

Помощником прокурора Колосовского района Омской области Керейбаевой Д.Р. в судебном заседании дано заключение, из которого следует, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению к обоим ответчикам с учетом степени вины работодателей, отработанного периода времени в условиях труда не соответствующих требованиям безопасности, а также с учетом требований разумности и справедливости.

Заслушав стороны, прокурора, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции РФ, ст. ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. Причинение вреда жизни и здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда.

Как следует из ст. 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 220 Трудового кодекса РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

По смыслу положений ст. 151 ГК РФ, ст. ст. 219, 220, 212 ТК РФ, ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя. В том числе работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда; расследование и учет в установленном настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации порядке несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Согласно трудовой книжке (л.д. 8-11, 70-75), распоряжению от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 142-144), приказам от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №, ДД.ММ.ГГГГ № (л.д.142-152) ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работала в должности пекаря в Сельпо «Пищекомбинат». В период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 работала в должности пекаря в ООО «Хлеб». С ДД.ММ.ГГГГ переведена по состоянию здоровья в Сельпо «Пищекомбинат» на должность продавца и столовой рабочей.

ДД.ММ.ГГГГ БУЗОО «Колосовская ЦРБ» направила в Сельпо «Пищекомбинат» извещение об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (л.д. 94), из которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 поставлен предварительный диагноз профессионального заболевания: Остеоартроз, полиостеоартроз, двухсторонний коксартроз. Вертеброгенная радикулопатия пояснично-крестцового уровня, шейного уровня. Вредные производственные факторы и причины, вызвавшие заболевание – физические перегрузки.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 37-45) следует, что сотрудником ТО управления Роспотребнадзора по <адрес> в <адрес> проведена проверка условий труда ФИО4 в должности пекаря-кондитера в Сельпо «Пищекомбинат» кондитерский цех, ООО «Хлеб» - хлебопекарный цех.

По результатам проверки составлены заключения о состоянии условий труда:

- на предприятии Сельпо «Пишекомбинат» условия труда пекаря-кондитера соответствуют требованиям СП 2.3.6.1079-01 «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям общественного питания, изготовлению и оборотоспособности в них пищевых продуктов и продовольственного сырья», СП «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту, «Руководству по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда» Р 2.2.2006-05. Имеется контакт с аллергеном - пыль мучная.

- на предприятии ООО «Хлеб» условия труда пекаря не соответствуют требованиям СанПиН 2.3.4.545-96 «Производство хлеба, хлебобулочных и кондитерских изделий», СП «Гигиенические требования к организации технологических процессов, производственному оборудованию и рабочему инструменту, «Руководству по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда» Р 2.2.2006-05 по требованиям к вентиляционным системам, освещенности, микроклимату, тяжести и напряженности трудового процесса. Имеется контакт с аллергеном - пыль мучная.

Аналогичные заключения были сделаны в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12-14, 31-36) в отношении Сельпо «Пищекомбинат» и в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 127-131) в отношении Сельпо «Пищекомбинат», ООО «Хлеб».

Из пояснений заместителя начальника ТО Управления Роспотребнадзора по Омской области в Саргатском районе ФИО6, допрошенной в судебном заседании в качестве специалиста следует, что проверка условий труда пекаря на предприятии ООО «Хлеб» проводилась в хлебопекарном цеху, где ранее работала ФИО4 в должности пекаря. Проверка условий труда пекаря-кондитера на предприятии Сельпо «Пищекомбинат» проводилась в кондитерском цеху, где работала ФИО4 на момент проверки. Проверить условия труда пекаря на предприятии Сельпо «Пищекомбинат» не представилось возможным, поскольку на момент проверки Общество не осуществляло производство хлеба в помещении хлебопекарного цеха. Для проверки был привлечен эксперт Филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Омской области в Саргатском районе» для получения результатов измерений по отдельным показателям. По результатам измерений эксперт составил экспертное заключение по условиям труда, сведения из которого были перенесены в санитарно-гигиеническую характеристику.

Заключением врачебной комиссии БУЗОО «КМХЦ» Центра профессиональной патологии № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 96) ФИО4 был поставлен диагноз: Шейно-плечевая и пояснично-крестцовая радикулопатия от воздействия комплекса производственных факторов (физическая статическая и динамическая нагрузки), хронический рецидивирующий болевой синдром. Указанное заболевание признано профессиональным заболеванием.

Впоследствии указанное профессиональное заболевание также было подтверждено заключениями врачебной комиссии БУЗОО «КМХЦ» Центр профессиональной патологии № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 97), № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 101), № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 104), № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 107), № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 110), № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 111).

Согласно выписному эпикризу из истории болезни № БУЗОО «КМХЦ» Центр профессиональной патологии (л.д. 239-240) ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на экспертизе связи заболевания с профессией в профпатологическом отделении. В заключении указано, что данные проведенного обследования и динамического наблюдения позволяют связать патологию нервной системы с профессией.

При этом заключение врачебной комиссией сделано с учетом данных профмаршрута – стаж работы в профессии пекаря и пекаря-кондитера в условиях вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 25 лет 11 месяцев, а также сведения из санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ – на рабочем месте ООО «Хлеб» условия труда не соответствуют гигиеническим требованиям по показателям тяжести трудового процесса – суммарная масса груза перемещаемого в течение каждого часа смены с рабочей поверхности составляет 371 кг при норме 350 кг, с пола 375 кг при норме до 175 кг.

Согласно п. 30, п. 32 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утв. Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № надлежащим документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является акт о случае профессионального заболевания.

Из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 162-164) следует, что ДД.ММ.ГГГГ в Сельпо «Пищекомбинат» комиссией в составе: Председатель комиссии Свидетель №1 – председатель Сельпо «Пищекомбинат»; членов комиссии: ФИО1 - врач-профпатолог БУЗОО «Колосовская ЦРБ», ФИО2 – технолог (инженер по охране труда) Сельпо «Пищекомбинат», ФИО3 – специалист отдела кадров Сельпо «Пищекомбинат», проведено расследование случая профессионального заболевания у ФИО4 (общий стаж работы - 27 лет 2 месяца, стаж работы в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов - 25 лет 11 месяцев) в виде: «Шейно-плечевая и пояснично-крестцовая радикулопатия от воздействия комплекса производственных факторов (физическая статическая и динамическая нагрузки), хронический рецидивирующий болевой синдром».

По результатам проверки комиссией сделано заключение, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия на организм больного комплекса вредных факторов производства (физическая статическая и динамическая нагрузки). В Сельпо «Пищекомбинат» отсутствует производственный контроль за соблюдением санитарных норм и правил и выполнением санитарно-противоэпидемиологических (профилактических) мероприятий. Производственные помещения не оборудованы раковинами с подводкой воды (вода доставляется вручную). В целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний предлагается: организовать производственный контроль на предприятии. Обеспечить допустимые параметры производственных факторов, механизацию производственных процессов.

Вины работника не установлено.

Согласно справке МСЭ-2006 № (л.д. 7) ФИО4 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30%, в связи с профессиональным заболеванием (акт о профессиональном заболевании от ДД.ММ.ГГГГ) бессрочно.

Впервые степень утраты профессиональной трудоспособности 30% ФИО4 была установлена ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается актом медико-социальной экспертизы №.55/2015 (л.д. 166-167).

Кроме того, актами от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 160-161), от ДД.ММ.ГГГГ №.16.55/2016, от ДД.ММ.ГГГГ №.16.55/2017 (№.16.55/2017), от ДД.ММ.ГГГГ №.16.55/2018, от ДД.ММ.ГГГГ №.16.558/2019 (№.16.55/2019), от ДД.ММ.ГГГГ №.16.55/2020 (л.д. 168-183) подтверждается ежегодное освидетельствование ФИО4 на медико-социальной экспертизе.

В отношении ФИО4 Бюро № – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Омской области» Минтруда России разработана программа реабилитации пострадавшего в результате профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 17).

Из показаний свидетелей Свидетель№2, Свидетель №3 следует, что они работали пекарями в разные периоды с ФИО4, которая работала в Сельпо «Пищекомбинат» пекарем затем мастером-пекарем, в ООО «Хлеб» ФИО4 была переведена в должности мастера-пекаря. В её обязанности входило замес теста и опар, для этого она приходила раньше на смену, чтобы подготовить тесто к выпечке хлеба и хлебобулочных. Чтобы замесить тесто, ей необходимо было мешки весом 50 кг подтащить к мешкоопрокидывателю. Работы было много, условия труда были очень тяжелые, за одну смену перерабатывали по 12-14 деж теста, в одной деже было до 300 кг теста. Смена длилась до тех пор, пока полностью не было выполнено задание по количеству хлеба, для этого приходилось работать по 12-14 часов в смену. Также ФИО4 участвовала в формовке хлеба, выбивала его из форм, то есть выполняла все обязанности пекаря. В связи с переводом из Сельпо «Пищекомбинат» в ООО «Хлеб» обязанности мастера и пекаря не изменились, поскольку фактически работа продолжалась в одном и том же хлебопекарном цеху, на том же оборудовании, изменилось только название организации.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показала, что она с 2003 года по 2013 год являлась руководителем Сельпо «Пищекомбинат», с 2005 года она также являлась руководителем ООО «Хлеб», ушла на пенсию из Сельпо «Пищекомбинат» в 2016 году. ФИО4 работала пекарем, мастером-пекарем, её обязанности и условия труда в двух организациях ничем не отличались, поскольку работа в ООО «Хлеб» продолжалась в том же помещении хлебопекарного цеха, на том же оборудовании, что и в Сельпо «Пищекомбинат». Показала, что ФИО4 могла не таскать мешки с мукой, а засыпать муку с помощью емкостей – ведра или таза. За 45 лет её работы на этом предприятии, это был единственный случай профессионального заболевания. Она была не согласна с профессиональной причиной заболевания и не хотела подписывать документы, но её уговорили и пояснили, что материально предприятие не пострадает.

Из показаний Свидетель №4 следует, что она работала в должности экономиста в Сельпо «Пищекомбинат», в её обязанности входило вести хронометраж, для этого она посещала помещение хлебопекарни. Пекари работали по 10-12 часов в смену, по документам ставили 7-8 часов. Хлеба пекли в то время много, на весь район. Работа была тяжелая, все делали вручную, мешки поднимали, лотки с хлебом. В помещении пекарни было сильно жарко, пол холодный, летом были сильные сквозняки. Часть процесса была механизировано, но все часто ломалось.

Свидетель Свидетель №5 показала, что она пришла в Сельпо «Пищекомбинат» на должность пекаря в 2004 году, работали тогда в три смены. Со временем она перешла в смену с ФИО4, которая сначала была пекарем, затем в 2005 году она стала мастером, в её обязанности входило подготовка опар и замес теста. Мешки с мукой она подтаскивала со стеллажа до подъемника, между которыми было небольшое расстояние, не более двух шагов. Приходила на смену раньше пекарей, чтобы подготовить тесто. Уходила со смены раньше, пекари могли задерживаться, если что-то случалось. Тесто на смену ставили около пяти деж, точно она не помнит.

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о наличии вины Сельпо «Пищекомбинат» и ООО «Хлеб» в возникновении профессионального заболевания у ФИО4, поскольку в нарушение положений ст. 212 ТК РФ работодатели не обеспечили безопасные условия труда.

Отсутствие в санитарно-гигиенических характеристиках указания на несоответствие условий труда пекаря-кондитера в Сельпо «Пищекомбинат» не свидетельствует об отсутствии вины данного ответчика в возникновении профессионального заболевания, поскольку на момент проверки условия труда пекаря в Сельпо «Пищекомбинат» в период с 2002 года по 2005 год не исследовались, что подтвердил в судебном заседании специалист ТО управления Роспотребнадзора по Омской области в Саргатском районе.

Вместе с тем, судом установлено, что в период работы ФИО4 в Сельпо «Пищекомбинат» в должности пекаря-мастера условия труда не отличались от условий труда в ООО «Хлеб» в той же должности. Фактически ФИО4 продолжила выполнять одни и те же функциональные обязанности, в одном и том же помещении, на одном и том же оборудовании. Тяжесть и напряженность трудового процесса в Сельпо «Пищекомбинат» и ООО «Хлеб» ничем не отличалась, в силу своих обязанностей мастера пекаря ФИО4 в Сельпо «Пищекомбинат» и ООО «Хлеб» осуществляла замес теста и ставила опары для этого вручную переносила мешки с мукой весом по 50 кг. от стеллажа до мешкоопрокилдывателя каждую смену на протяжении пяти лет.

Указанные обстоятельства были установлены судом из показаний свидетелей Свидетель№2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №1, Свидетель №5, а также пояснений представителя ответчика ФИО5, который данные обстоятельства не оспаривал и предоставил суду фотографический материал помещения хлебопекарного цеха и находящегося в нем оборудования, используемого в разное время Сельпо «Пищекомбинат» и ООО «Хлеб». Из его пояснений следует, что в помещении хлебопекарного цеха ничего не изменилось со времени его постройки 1960-х годов.

Как следует из показаний свидетелей, пояснений истца, приказа № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 151-152) ФИО4 в должности мастера-пекаря работала с 2004 года по 2007 год в Сельпо «Пищекомбинат» и ООО «Хлеб». В силу своих должностных обязанностей истец вручную перемещала мешки с мукой для замеса теста.

В ходе проверки были выявлены нарушения гигиенических требований по показателям тяжести трудового процесса, а именно суммарная масса груза перемещаемого в течение каждого часа смены с рабочей поверхности составляла 371 кг при норме 350 кг, с пола - 375 кг при норме до 175 кг.

Кроме того, суд учитывает, что ФИО4 с 2006 года наблюдается в медицинских учреждениях с диагнозом: «Остеоартроз, полиостеоартроз, двухсторонний коксартроз. Вертеброгенная радикулопатия на поясничном уровне, болевой синдром», что подтверждается медицинскими документами в период с 2006 года по 2013 год (л.д. 79-93). В течение указанного времени диагноз уточнялся и в 2013 году признан профессиональным заболеванием по причине длительности воздействия негативных производственных факторов на организм больного. При этом критерий – длительность - по мнению суда, является ключевым.

Доводы представителя Сельпо «Пищекомбинат» ФИО5 о том, что общество не должно оплачивать моральный вред, в связи с уходом учредителей с частью прибыли, суд не принимает во внимание, поскольку нормы действующего законодательства не содержат условий освобождения от ответственности работодателя за вред, причиненный работнику на производстве, в зависимости от изменения состава его учредителей.

При этом работодатели не принимали мер для создания безопасных условий труда, в том числе в целях исключения нарушения норм по тяжести и напряженности трудового процесса. Механизировать эту часть процесса не пытались.

Таким образом, судом установлено наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья истца и воздействием вредного производственного фактора в период работы в Сельпо «Пищекомбинат» и ООО «Хлеб».

В соответствии с ч. 1 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, которые оцениваются с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно п. 32 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Определяя размер компенсации морального вреда подлежащей взысканию с ответчиков в пользу ФИО4, суд исходит из: степени вины причинителей вреда – нарушение гигиенических требований по показателям тяжести трудового процесса в течение всего периода работы истца у ответчиков, в результате длительного воздействия на организм негативного производственного фактора у ФИО4 возникло профессиональное заболевание; тяжести причиненных истцу физических страданий – степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО4 составила 30%, что очевидно ухудшило условия её жизни; тяжести причиненных истцу нравственных страданий – ФИО4 постоянно испытывает боль в шее, спине, суставах, вынуждена регулярно обращаться за медицинской помощью, постоянно принимать болеутоляющие препараты. Иных обстоятельств, имеющих значение, а также индивидуальных особенностей ФИО4 судом не установлено.

На основании изложенного, суд считает разумным и справедливым, определить компенсацию морального вреда, причиненного ФИО4 в размере 80000 рублей.

Распределяя сумму компенсации морального вреда между ответчиками, суд исходит из степени вины каждого работодателя.

В судебном заседании было установлено, что на протяжении всего периода работы ФИО4 в должности пекаря-мастера в Сельпо «Пищекомбинат» (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) и ООО «Хлеб» (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) работодатели не обеспечивали безопасные условия труда, допускали длительное воздействие на организм работника комплекса вредных факторов производства в виде физической статической и динамической нагрузки, что привело к возникновению у ФИО4 профессионального заболевания. Каких-либо профилактических мероприятий по предупреждению профессионального заболевания не принимали, механизировать процесс производства не стремились. Нарушали гигиенические требования по показателям тяжести трудового процесса, как установлено судом суммарная масса груза перемещаемого в течение каждого часа смены с рабочей поверхности составляла 371 кг при норме 350 кг, с пола - 375 кг при норме до 175 кг.

Таким образом, сумма компенсации морального вреда подлежит возмещению каждым из ответчиков пропорционально отработанному истцом периоду времени – с Сельпо «Пищекомбинат» в размере 46000 рублей, с ООО «Хлеб» в размере 34000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере по 300 рублей с каждого ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к Обществу с ограниченной ответственностью «Хлеб», Сельскому потребительскому обществу «Пищекомбинат» удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Хлеб» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 34000 рублей.

Взыскать с Сельского потребительского общества «Пищекомбинат» в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 46000 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Хлеб» государственную пошлину в размере 300 рублей в местный бюджет.

Взыскать с Сельского потребительского общества «Пищекомбинат» государственную пошлину в размере 300 рублей в местный бюджет.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Колосовский районный суд Омской области в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Сорокина Н.В.

Мотивированное решение суда изготовлено 23 октября 2020 года