Апелляционное постановление № 22-203/2026 22-8712/2025 от 20 января 2026 г.

Судья Буренко С.В. Дело №22-203/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Краснодар 21 января 2026года

Суд апелляционной инстанции Краснодарского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Куриленко И.А.

при ведении протокола с/з помощником судьи Сапрыкиной С.П.

с участием прокурора Гуляева А.В.

представителя потерпевшего ФИО1

адвоката Авдеева Р.В.

осужденного А.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело, поступившее с апелляционной жалобой адвоката Авдеева Р.В., действующего в защиту интересов осужденного А., на приговор Ленинского районного суда г.Краснодара от 15.10.2025года, которым

А., .........., уроженец ............, гражданин РФ, зарегистрированный и проживающий по адресу: ............, имеющий высшее образование, работающий в должности исполнительного директора ООО «1», холостой, невоеннообязанный, ранее не судимый,

осужден по ч.2 ст.199.2 УК РФ к наказанию в виде штрафа в доход государства в размере 500.000рублей. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменена. Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Проверив материалы уголовного дела, содержание приговора, апелляционной жалобы и возражений на неё, выслушав адвоката и осужденного, поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора и представителя потерпевшего, полагавших приговор суда подлежащим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

обжалуемым приговором А. признан виновным в совершении сокрытия денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, страховым взносам, в особо крупном размере.

Преступление совершено А. в период времени с 25.12.2020года по 19.07.2022года в г.Краснодаре при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании А. вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Авдеев Р.В., действующий в защиту интересов осужденного А., выражает несогласие с приговором суда ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, неправильного применения уголовного и уголовно-процессуального закона. В обоснование доводов жалобы указывает, что суд не дал надлежащей оценки доказательствам по правилам, предусмотренным ст.88 УПК РФ, неправильно квалифицировал событие преступления и незаконно отказал в отмене постановления о признании потерпевшим ИФНС №1 по г.Краснодару. Указывает на невиновность А. в совершении инкриминируемого ему преступления и на неправильно определенный период совершения преступления. Ссылаясь на показания подсудимого А., свидетелей К., В., М., указывает, что А. не подписывал распорядительные письма об осуществлении платежей ООО «2» в адрес третьих лиц. Считает, что судом необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства о проведении почерковедческой экспертизы, в связи с чем, обстоятельства подписания распорядительных писем, на основании которых осуществлялись перечисления денежных средств за ООО «2», минуя расчетный счет данной организации, именно А., не установлены и не доказаны. Ссылаясь на нормы Налогового кодекса РФ, разъяснения, содержащиеся в п.21 постановления Пленума Верховного суда РФ №48 от 26.11.2019года, указывает что уголовная ответственность по ст.199.2 УК РФ может наступить после истечения срока, установленного в полученном требовании об уплате налога, сбора, страхового взноса. Согласно обвинению, в связи с неуплатой задолженности по требованиям в установленный Налоговым кодексом РФ срок, в соответствии со ст.46 НК РФ сформированы решения о взыскании задолженности по налогам и страховым взносам за счет денежных средств на счетах налогоплательщика в банках, начиная с 12.02.2021года и выставление ИФНС России №1 на расчетные счета ООО «2» инкассовых поручений для бесспорного взыскания имеющейся задолженности по налогам, страховым взносам в бюджетную систему РФ с указанной даты. Таким образом, полагает, что моментом начала умышленных действий по сокрытию денежных средств является 12.02.2021года. Обращает внимание, что в обвинении не указано, какой срок уплаты налогов был установлен в требованиях, что, по мнению автора жалобы, необходимо для исчисления крупного и особо крупного размера сокрытых денежных средств, что является существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона РФ, предъявляемым к обвинительному заключению. Таким образом, полагает, что период с 25.12.2020года по 12.02.2021года незаконно включен в период совершения преступления, что повлекло излишнее включение в размер сокрытых денежных средств 13.953.053,82 рублей. Ссылаясь на заключение эксперта от 27.05.2023года, указывает что размер денежных средств ООО «2», направленных на расчеты с третьими лицами, минуя расчетный счет данной организации, в период с 12.02.2021года по 19.07.2024год составил 4.096.308,61рублей, в связи с чем, действия А. должны квалифицироваться по ч.1 ст.199.2 УК РФ и уголовное дело подлежит прекращению по основанию, предусмотренному п.3 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности. Кроме того, по мнению защитника, судом необоснованно отказано в признании незаконным постановления о признании потерпевшим от 17.05.2023года ИФНС №1 и постановления о допуске представителя потерпевшего от 17.05.2023года, что также существенно нарушило право подсудимого на доступ к правосудию ввиду указания судом порядка обжалования принятого решения вместе с приговором. Учитывая данные обстоятельства, считает недопустимыми доказательствами показания представителей потерпевшего Е., Б., по причине их незаконного допуска в качестве представителей потерпевшего. Учитывая вышеизложенное, просит приговор суда изменить, квалифицировать действия А. по ч.1 ст.199.2 УК РФ, прекратить уголовное дело по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.24 УК РФ, исключить из доказательств виновности А. показания представителей потерпевшего Е. и Б.

Представителем потерпевшего - ИФНС №1 по г.Краснодару - поданы возражения на апелляционную жалобу адвоката Авдеева Р.В., в соответствии с которыми он, аргументируя свое мнение, просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы и отмены либо изменения приговора суда по изложенным в ней доводам. К такому выводу суд апелляционной инстанции приходит, исходя из следующего.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Обжалуемый приговор соответствует требованиям ст.ст.307,308 УПК РФ, содержит подробное описание преступления, совершенного осужденным А.

В соответствии со ст.73 УПК РФ, судом установлены и учтены все обстоятельства, подлежащие доказыванию, имеющие значение для дела по обстоятельствам инкриминируемого А. преступления.

Оснований не согласиться с приведенными в приговоре мотивами, по которым суд пришел к выводу о виновности осужденного А. в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.199.2 УК РФ, суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы апелляционной жалобы стороны защиты, доводы, изложенные в судебном заседании суда апелляционной инстанции, о невиновности осужденного, о необходимости переквалификации его действий с ч.2 ст.199.2 УК РФ на ч.1 ст.199.2 УК РФ, и, как следствие, необходимости прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.24 УК РФ, фактически сводятся к несогласию с оценкой исследованных доказательств, данной судом и приведенной в приговоре, к их переоценке, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции о виновности осужденного А. в совершении сокрытия денежных средств организации, за счет которых в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о налогах и сборах должно быть произведено взыскание недоимки по налогам, страховым взносам, в особо крупном размере, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью доказательств, добытых на предварительном следствии, проверенных в судебном заседании и приведенных в приговоре: показаниями представителя потерпевшего Б., данными ею в ходе судебного разбирательства; показаниями представителя потерпевшего Е., данными в ходе предварительного расследования по делу и оглашенными в судебном заседании в порядке ст.281 УПК РФ с согласия участников процесса; показаниями свидетелей К., В., М., данными ими в ходе предварительного расследования и оглашенными в судебном заседании с согласия участников процесса в порядке ст.281 УПК РФ, и иными доказательствами, отвечающими по своей форме и источникам получения требованиям закона, в своей совокупности признанными достаточными для разрешения дела.

Так, согласно показаниям представителя потерпевшего Б., при осуществлении функции налогового контроля при анализе расчетных счетов ООО «3», который является контрагентом ООО «2», было выявлено, что 3 совершает взаиморасчеты с контрагентами ООО «2» через свои расчетные счета. При этом у ООО «2» на этот период имелась задолженность по обязательным платежам, которая была обеспечена мерами взыскания, то есть были выставлены требования об уплате задолженности, также приняты меры по взысканию задолженности с расчетных счетов, и также были постановления о возбуждении исполнительных производств. Выявленной суммой являлись 18.049.362руб. В связи с проведением налогового контроля был осуществлен анализ. Насколько ей известно, отделом урегулирования задолженности при работе в плане банкротства 3, это было выявлено. Производился при работе по банкротству анализ расчетных счетов. Были возбуждены исполнительные производства, и взыскания производились за счет его имущества, однако ничего не было взыскано, добровольные уплаты тоже не поступали. Были подключены телекоммуникационные каналы связи, по которым ООО «2» получало требование о других документах, требование об уплате налогов направлялось электронным образом. А., являясь директором, принимал меры к сокрытию имущества или денежных средств, за счет которых взыскание должно производиться опосредованно через руководство обществом с ограниченной ответственностью, так как именно директор в силу своих должностных полномочий несет ответственность за исполнение обязанности по уплате налогов, за получение требований и так далее, также уплату по исполнительному производству.

Согласно показаниям представителя потерпевшего Е., данным на предварительном следствии, исходя из банковских выписок по счетам контрагента ООО «2» в графе «Назначение платежа» «за» и «для» должника выявлены следующие операции взаиморасчетов с ООО «3» ИНН ................: расходные операции в пользу 4, в порядке ст.46 НК РФ сформированы решения о взыскании задолженности за счет денежных средств (от 14.12.2020 №12889, от 12.02.2021 №267, от 01.03.2021 №1757, от 12.03.2021 №2086, от 19.03.2021 №2350). Ввиду отсутствия у налогоплательщика достаточных денежных средств на расчетных счетах, были приняты меры принудительного взыскания за счет имущества налогоплательщика, в соответствии со ст.47 НК РФ (постановления о взыскании за счет имущества налогоплательщика: от 22.12.2020 №4442 на сумму 965 тыс. руб.; от 24.02.2021 №496 на сумму 56 898 тыс. руб.; от 10.03.2021 №1635 на сумму 211 тыс. руб.; от 24.03.2021 №1758 на сумму 22 тыс. руб.).

Из показаний свидетеля К. следует, что примерно в августе 2018года он назначен на должность генерального директора ООО «3». Основным видом деятельности ООО «ТД «Славянский ЖБИ» являлась реализация ЖБИ изделий, инерта и строительных материалов, в том числе и транспортные услуги. В том числе К. являлся руководителем ООО «1» с января 2021года и по настоящее время. Организация ООО «3» состоит на налоговом учете в ИФНС России №1 по городу Краснодару, а ООО «1» состоит на налоговом учете в МИФНС России №11 по Краснодарскому краю. Насколько К. понимает, организации ООО «3» и ООО «1» применяют общую систему налогообложения. Ответственным за ведение бухгалтерского учета в ООО «3» являлась В., а в ООО «1» главным бухгалтером была М. Около 7 лет назад он познакомился с А., который на тот момент являлся коммерческим директором в ООО «3», а он генеральным директором ООО «2». Примерно с того времени у К. с А. сложились рабочие отношения, касаемо взаимоотношений между ООО «3» и ООО «2». В ходе ведения финансово-хозяйственной деятельности ООО «3» и ООО «1» в адрес указанных Обществ от имени генерального директора ООО «2» в лице А. поступали письма о необходимости производства расчета в адрес третьих лиц. К., как генеральным директором ООО «3» и ООО «1», рассматривались указанные письма и принималось решение об оплате на расчетные счета третьих лиц за ООО «2». О том, что у ООО «2» имелась задолженность по налогам, сборам и страховым платежам ему было неизвестно.

В соответствии с показаниями свидетеля В., примерно в мае 2015года она состояла в должности главного бухгалтера ООО «3». В ходе осуществления финансово-хозяйственной деятельности ООО «3», в период времени с 2020 - 2022г.г., в адрес Обществ за подписью генерального директора ООО «2» в лице А., систематически поступали распорядительные письма о необходимости производства расчета в адрес третьих лиц, за ООО «2». Далее, В. указанные распорядительные письма согласовывались с руководителем ООО «3» К. После того, как К. проверялась подлинность и возможность производства оплаты, он передавал указанные распорядительные письма В., и в последующем В. передавались документы исполнителю, то есть бухгалтеру, который в последующем составлял платежные поручения, на основании которых производилась оплата в адрес третьих лиц.

Согласно показаниям свидетеля М. с 01.12.2020года по настоящее время она занимает должность главного бухгалтера в организации ООО «1». Руководителем ООО «1» является К. Учредителем ООО «1» является Л. ходе осуществления финансово-хозяйственной деятельности ООО «1», в период с 30.07.2021 по 19.07.2022 в адрес ООО «1» за подписью генерального директора ООО «2» в лице А., систематически поступали распорядительные письма о необходимости производства расчета в адрес третьих лиц, за ООО «2». После того, как поступали распорядительные письма, М. указанные письма согласовывались с руководителем ООО «1» К. Далее, К. проверялась подлинность и возможность производства оплаты согласно распорядительным письмам, он передавал указанные письма М., и она в последующем передавала документы исполнителю, то есть бухгалтеру, который в последующем составлял платежные поручения, на основании которых производилась оплата за ООО «2» в адрес третьих лиц. Имелась ли у ООО «2» задолженность по налогам, сборам и страховым платежам в налоговом органе ей неизвестно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, показания представителя потерпевшего Б., данные ею в ходе судебного разбирательства, показания представителя потерпевшего Е., свидетелей К., В., М., данные ими при производстве предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании в соответствии с требованиями ст.281 УПК РФ, с согласия участвовавших в судебном заседании сторон, положенные судом первой инстанции в основу приговора, сомнений в их достоверности не вызывают, поскольку они являются последовательными, согласуются между собой и подтверждаются письменными доказательствами, исследованными судом и приведенными в приговоре.

Приведенные в приговоре показания представителей потерпевшего и свидетелей обвинения каких-либо существенных противоречий между собой не имеют, а напротив – содержат достаточно подробные сведения о преступных действиях осужденного, дополняют друг друга и полностью опровергают выдвинутые стороной защиты аргументы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований сомневаться в достоверности вышеуказанных показаний у суда не имелось, они обоснованно указаны в приговоре, как доказательства виновности А., поскольку получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Оснований к оговору А. со стороны представителей потерпевшего, свидетелей, наличия у них иной личной заинтересованности в привлечении А. к уголовной ответственности, судом апелляционной инстанции не установлено и из материалов уголовного дела не следует.

Объективным подтверждением совершения А. инкриминируемого ему преступления также являются письменные и вещественные доказательства по делу, принятые судом как относимые, допустимые и достоверные доказательства вины осужденного, в частности заключения эксперта и специалиста; протоколы осмотра предметов (документов) и другие письменные и вещественные доказательства, исследованные судом и подробно описанные в приговоре.

При этом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона суд полностью раскрыл в приговоре содержание вышеназванных доказательств, то есть изложил существо показаний представителей потерпевшего, свидетелей обвинения и подробно изложил сведения, содержащиеся в письменных и вещественных доказательствах.

Таким образом, суд, вопреки доводам апелляционной жалобы, оценив все представленные доказательства стороны обвинения с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности, всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, пришел к выводу о доказанности вины А. в совершении преступления и квалификации его действий по ч.2 ст.199.2 УК РФ.

Проанализировав и дав надлежащую оценку всем исследованным материалам уголовного дела, проверив утверждения стороны защиты о невиновности А., о необходимости переквалификации его действий с ч.2 ст.199.2 УК РФ на ч.1 ст.199.2 УК РФ, суд мотивировал в приговоре, почему он, с одной стороны, принял те или иные доказательства в качестве допустимых и достоверных, признал их в своей совокупности достаточными для разрешения дела, а с другой – критически оценил и отверг показания подсудимого, данные им в ходе судебного заседания и приведенные стороной защиты доводы.

Так, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019года №48 «О практике применениями судами законодательства об ответственности за налоговые преступления», уголовная ответственность наступает с требованием об уплате задолженности. Инспекцией Федеральной налоговой службы России №1 по г.Краснодару в соответствии со ст.69 НК РФ сформированы и направлены путем телекоммуникационной связи требования об уплате налога, сбора, взносов №75396 от 25.12.2020года.

Доводы апелляционной жалобы о том, что период с 25.12.2020года по 12.02.2021года незаконно включен в период совершения преступления, а также, что до выставления инкассовых требований, а именно не ранее 12.02.2021года, действия А. не составляют сокрытия денежных средств, являются необоснованными, поскольку, выставление требования об уплате налога является частью принудительного взыскания задолженности, в связи с чем, судом правильно определено начало и окончание периода совершения действий, направленных на сокрытие денежных средств при наличии недоимки по налогам и взносам, а именно с 25.12.2020года по 19.07.2022года, и правильно определена сумма сокрытия – 18.049.362,43руб., что также подтверждено выводами, содержащимися в заключении эксперта от 27.05.2023года.

В соответствии с примечанием к ст.170.2 УК РФ вышеуказанная сумма сокрытия является особо крупным размером для целей ст.199.2 УК РФ, в связи с чем, оснований для переквалификации действий А. с ч.2 ст.199.2 УК РФ на ч.1 ст.199.2 УК РФ, как и оснований для прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному п.3 ч.1 ст.24 УК РФ, у суда не имелось.

Также суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о критической оценке доводов стороны защиты о том, что А. не подписывал распорядительные письма. Данные доводы защиты опровергаются показаниями свидетеля К., который, будучи генеральным директором ООО «3», подтвердил, что в ходе ведения финансово-хозяйственной деятельности ООО «3» и ООО «1», в адрес указанных обществ поступали письма от имени генерального директора ООО «2» А. о необходимости расчета в адрес третьих лиц. К. в свою очередь рассматривались указанные письма и принималось решение об оплате на расчетные счета третьих лиц за ООО «2». Также свидетель В., занимавшая должность главного бухгалтера ООО «3», подтвердила, что в период времени с 2020 по 2022г.г. в адрес указанного общества за подписью генерального директора ООО «2» А., систематически поступали распорядительные письма о необходимости производства расчета в адрес третьих лиц. Данные письма согласовывались с руководителем ООО «3» К., после того, как им проверялась подлинность и возможность производства оплаты, они передавались бухгалтеру В., которая в последующем составляла денежные поручения, на основании которых производилась оплата в адрес третьих лиц. Свидетель М. дала показания, аналогичные показаниям свидетеля В. Таким образом, А., являясь генеральным директором ООО «2», действовал от имени вышеуказанной организации, представлял его интересы и имел право совершать различные сделки.

Судом первой инстанции созданы условия для состязательного процесса, в связи с чем, материалы дела исследованы с достаточной полнотой, уголовное дело рассмотрено всесторонне, полно и объективно, судебное следствие проведено в полном соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального закона.

Собранные и представленные для исследования доказательства признаны судом достаточными для разрешения дела, в связи с чем отсутствуют основания согласиться с утверждениями стороны защиты о неполноте предварительного и судебного следствия, необходимости признания доказательств недопустимыми.

Доводы стороны защиты о незаконности отказа в удовлетворении ходатайства об отмене постановления о признании ИФНС России №1 по г.Краснодару потерпевшим, и как следствие, недопустимости в качестве доказательств показаний представителей потерпевшего Б. и Е., являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Так, в соответствии со ст.1 Закона РФ от 21.03.1991года №943-1 «О налоговых органах Российской Федерации» налоговые органы Российской Федерации (далее - налоговые органы) - единая централизованная система контроля за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) в бюджетную систему Российской Федерации налогов, сборов и страховых взносов, соответствующих пеней, штрафов, процентов, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, - за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) в бюджетную систему Российской Федерации иных обязательных платежей, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу ст.31 НК РФ на налоговые органы возложены соответствующие права, направленные на обеспечение исполнения налогового законодательства и устранение последствий в результате налоговых правонарушений. В связи с этим налоговые органы, будучи ответственными за исполнение законодательства о налогах и сборах, от лица Российской Федерации обязаны принимать все исчерпывающие меры по возмещению причиненного государству ущерба в результате налоговых преступлений и, по смыслу статьи 214 ГК РФ, вправе требовать возмещения причиненных убытков в результате не поступления в бюджет налоговых платежей.

Согласно ч.1 ст.42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. Поскольку в связи с не поступлением налоговых платежей имуществу государства причинен вред, налоговый орган от лица Российской Федерации может бы потерпевшим по уголовному делу.

Согласно п.27 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.11.2019года №48 «О практике применения законодательства об ответственности за налоговые преступления» гражданский иск может быть предъявлен прокурором (часть 3 статьи 44 УПК РФ) или налоговым органом. Признавая за налоговым органом право на предъявление гражданского иска, с учетом положений ст.42 УПК РФ, Пленум Верховного Суда РФ тем самым допустил возможность признания налогового органа потерпевшим, поскольку на налоговый орган возложены обязанности по представлению интересов государства при расследовании налоговых преступлений. Иное толкование необоснованно ограничивало бы права налогового органа, действующего от лица государства, на участие в уголовном процессе.

Кроме того, соответствующим полномочиям налогового органа по уголовным делам данной категории, содержащимся в законодательстве Российской Федерации, подробные толкования даны Конституционным Судом Российской Федерации в его постановлении от 8.12.2017года №39-П «По делу о проверке конституционности положений статей 15, 1064 и 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 199.2 Уголовного кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 54 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой граждан». В частности, из пунктов 3.3, 5, 6 данного постановления следует, что вред, причиняемый налоговыми правонарушениями, заключается в непоступлении в бюджет соответствующего уровня неуплаченных налогов (недоимки) и пеней. При этом, учитывая предусмотренные законом механизмы взыскания налоговой задолженности юридического лица - налогоплательщика с третьих лиц, наличие имущественного вреда в таких случаях, по смыслу положений главы 59 "Обязательства вследствие причинения вреда» ГК РФ, связано с невозможностью взыскания налоговой недоимки и предопределяется исчерпанием либо отсутствием оснований для применения мер ее взыскания (в том числе закрепленных абзацами восьмым и девятым подпункта 2 пункта 2 статьи 45 НК РФ), а также предусмотренных гражданским законодательством механизмов привлечения к ответственности по долгам юридического лица - налогоплательщика иных лиц.

В соответствии с Положением о Федеральной налоговой службе (утверждено постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004года №506) Федеральная налоговая служба является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в соответствующий бюджет налогов, сборов и страховых взносов (пункт 1). В лице налоговых органов государство осуществляет контроль за исполнением налогоплательщикам своих обязанностей по уплате налогов и сборов в бюджеты бюджетной системы РФ и в этих целях наделяет их полномочиями предъявлять в суды требования, обеспечивающие поступление налогов в бюджет (п.п.14 п.1 ст.31 НК РФ, п.11 ст.7 Закона РФ от 21.03.1991года №943-1 «О налоговых органах Российской Федерации»). Отношения между публично-правовым образованием и физическим лицом, совершившим налоговое преступление (например, предусмотренное ст.199 или ст.199.2 УК РФ), по поводу возмещения вреда, причиненного бюджету публично-правового образования в результате неуплаты налогов организацией-налогоплательщиком, являются не налогово-правовыми, а гражданско-правовыми. Из содержания приведенного постановления Конституционного Суда Российской Федерации прямо следует, что налоговые органы выступают, по сути, в качестве представителя интересов соответствующего публично-правового образования, лишившегося имущества в размере налоговых платежей, которые не поступили в бюджет в результате неправомерных действий физического лица, что согласно диспозиции ст.42 УПК РФ соответствует критериям отнесения лица к потерпевшим в уголовном процессе. Кроме того, Конституционным Судом Российской Федерации в абзаце 6 постановления налоговый орган прямо указан, как потерпевший по уголовному делу.

Таким образом, оснований для вывода о незаконности постановления следователя о признании ИФНС России №1 по г.Краснодару потерпевшим по уголовному делу и допуске потерпевшего, исключения показаний представителей потерпевшего Б. и Е. из числа доказательств, не имеется.

Кроме того, вопрос о недопустимости указанных доказательств являлся предметом рассмотрения судом первой инстанции по ходатайству стороны защиты, о чем Ленинским районным судом г.Краснодара вынесено мотивированное постановление от 12.02.2025года об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции считает, что исследованным в ходе судебного разбирательства доказательствам дана надлежащая оценка в приговоре в соответствии с требованиями ст.ст.17,88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достаточности для выводов суда, а оснований, предусмотренных ст.75 УПК РФ для признания положенных в основу приговора доказательств недопустимыми, о чем ходатайствовала сторона защиты, не имелось. У суда апелляционной инстанции правильность данных выводов суда первой инстанции не вызывает сомнений.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда о доказанности вины А. в совершении инкриминируемого преступления и юридическая квалификация действий А. по ч.2 ст.199.2 УК РФ являются правильными.

В ходе судебного разбирательства суд проверил все обстоятельства по делу, дал правильную оценку всем тем обстоятельствам, на которые защита указала в апелляционной жалобе и в судебном заседании апелляционной инстанции, должным образом мотивировал свои выводы.

При назначении наказания А. суд учел характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, отнесенного Законом к категории преступлений средней тяжести, данные о его личности, наличие смягчающих наказание обстоятельств в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – наличие наград в период службы в органах МВД, пенсионный возраст, наличие заболеваний, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Таким образом, наказание осужденному А. назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6,43,46,60,61 УК РФ, в пределах санкции соответствующей нормы Особенной части УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, данных о его личности, обстоятельств дела, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд апелляционной инстанции находит назначенное осужденному А. наказание справедливым и не противоречащим требованиям закона, соразмерным содеянному, при этом каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивом преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, которые позволили бы назначить более мягкое наказание, либо наказание ниже низшего предела, предусмотренного Законом за совершение данного вида преступлений, с применением ст.64 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. Также, с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд апелляционной инстанции не находит оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с требованиями ч.6 ст.15 УК РФ.

Каких-либо существенных нарушений уголовного или уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение обжалуемого приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы защиты, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Ленинского районного суда г.Краснодара от 15.10.2025года в отношении А. – оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Авдеева Р.В., действующего в защиту интересов осужденного А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вынесения. В случае подачи кассационных жалоб, представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий И.А. Куриленко