Апелляционное определение № 22-443/2026 от 25 марта 2026 г.

Судья Курбанов Т.К. Дело № 22-443/2026

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Махачкала 26 марта 2026 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего судьи Мраморовой Н.Н.,

судей Хайретдинова М.Ф., Ташанова И.Р.,

при секретаре судебного заседания Гаджиевой Л.М.,

с участием прокурора Тагирова Р.Б.,

защитников – адвокатов ФИО10, ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката ФИО10 и законного представителя ФИО9 на постановление Буйнакского городского суда Республики Дагестан от 20 октября 2025 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвинявшегося в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ и ч. 2 ст. 327 УК РФ (в ред. Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ), прекращено на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – в связи со смертью обвиняемого, при отсутствии оснований для его реабилитации.

Заслушав доклад судьи Хайретдинова М.Ф., мнение защитника, законного представителя умершего подсудимого поддержавших апелляционную жалобу, мнение прокурора, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

20 октября 2025 постановлением Буйнакского городского суда РД уголовное дело в отношении ФИО1, умершего 19 августа 2025, прекращено по нереабилитирующему основанию (п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ).

Суд первой инстанции, рассмотрев дело по существу в порядке, предусмотренном для реабилитации умершего (по ходатайству его сына – ФИО9), пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемых деяниях.

Судом установлено, что ФИО1 в 2017 году (не позднее 11 июля 2017) организовал изготовление подложных документов – постановления № 3 от 16 апреля 1997 и государственного акта № 05 11 0416 от 16 апреля 1997, после чего, обманув свидетеля Свидетель №9 (подписавшего документы задним числом), зарегистрировал право собственности на земельный участок площадью 2,5 га (кадастровый №), причинив администрации района ущерб в особо крупном размере 9 575 000 рублей.

В связи с истечением сроков давности по ч. 2 ст. 327 УК РФ суд освободил осужденного от наказания по данному эпизоду (ч. 8 ст. 302 УПК РФ), однако констатировал наличие в его действиях состава преступления.

Оснований для оправдания и реабилитации умершего суд не усмотрел.

В апелляционной жалобе адвокат ФИО10 и законный представитель ФИО9 просят постановление суда отменить и вынести оправдательный приговор.

Указывая, что неустановлено времени совершения преступления. Ссылаясь на апелляционное определение Верховного Суда РД от 15 апреля 2025, авторы жалобы указывают, что точная дата подделки документов не установлена («не позднее 2017 года»), что препятствовало защите и применению сроков давности. Суд первой инстанции данное нарушение не устранил.

Наличие лицевого счета из похозяйственной книги. В материалах дела имеется заверенная копия лицевого счета № <***> из похозяйственной книги за 2002-2006 гг., согласно которой земельный участок 2,5 га числился за ФИО1 уже в 2002 году. Это, по мнению защиты, исключает необходимость подделки документов в 2017 году. Наличие пожара в администрации в 1998 году подтверждает утрату оригиналов, но не подделку.

Нотариально заверенная копия от 2001 года. Защита представила копию постановления № 3, заверенную нотариусом Свидетель №7 10.09.2001. Комплексная экспертиза (заключение №1006,1007/1-1-24 от 8 мая 2024) подтвердила подлинность подписи нотариуса. Следовательно, ФИО1 владел документом с 2001 года, а не изготовил его в 2017 году.

Невозможность датировки документа. Та же комплексная экспертиза установила, что определить время изготовления постановления и Госакта невозможно. Ранее судом было признано, что бланк Госакта изготовлен в 1994 году. Это опровергает вывод о подделке в 2017 году.

Недостоверность показаний свидетеля ФИО15 Свидетель в судебном заседании пояснил, что не помнит содержание подписанных документов. Авторы жалобы ставят под сомнение наличие у ФИО17 печати сельсовета в 2017 году спустя 20 лет после увольнения, особенно с учетом уничтожения документов и печатей при пожаре 1998 года.

Кроме того, авторы жалобы указывают на формальный подход суда к оценке доказательств, игнорирование выводов последней комплексной экспертизы (ДЛС Минюста РФ) в пользу устаревших заключений коммерческих экспертов, а также на нарушение принципа толкования сомнений в пользу обвиняемого.

Судебная коллегия, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение участников процесса, приходит к следующему.

Рассматривая дело в апелляционном порядке, судебная коллегия действует в пределах полномочий, предусмотренных ст. 389.9, 389.19 УПК РФ, проверяя законность, обоснованность и справедливость судебного решения.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора (ст. 389.17 УПК РФ), при рассмотрении дела в суде первой инстанции не допущено.

Судебная коллегия находит обжалуемое постановление законным, обоснованным, мотивированным, а доводы апелляционной жалобы – несостоятельными по следующим основаниям.

Довод жалобы о том, что отсутствие точной даты («не позднее 2017 года») нарушает право на защиту, основан на неверном толковании закона. Согласно ст. 73 УПК РФ доказыванию подлежит время (период) совершения преступления.

Судом первой инстанции достоверно установлено, что преступление совершено в 2017 году:

Свидетель Свидетель №9 прямо указал, что документы подписаны им примерно в 2017 году, когда он работал комендантом районной администрации (т.е. после увольнения с должности главы села).

ФИО1 обратился в МФЦ и зарегистрировал право собственности 11 июля 2017 и 17 июля 2017 соответственно.

Экспертиза № 128 от 30 июня 2022 и № 85 от 26 апреля 2022 однозначно установили, что постановление № 3 составлено не ранее 2017 года.

Ссылка защиты на апелляционное определение от 15 апреля 2025 является некорректной, так как данное определение отменяло предыдущий приговор по процессуальным основаниям, не отменяя установленных фактических обстоятельств совершения преступления именно в 2017 году. Суд первой инстанции дал надлежащую оценку этому факту.

Довод жалобы о том, что запись в похозяйственной книге за 2002-2006 гг. подтверждает законность владения участком с 1997 года, является несостоятельным и юридически ошибочным.

Судебная коллегия отмечает следующее:

В соответствии с правовой позицией, сформированной на основе ст. 8 Федерального закона № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» и Приказа Минсельхоза № 345, похозяйственная книга является документом учета, а не правоустанавливающим документом. Запись в похозяйственной книге носит производный характер и вносится на основании сведений, предоставленных гражданином. Сама по себе выписка из похозяйственной книги подтверждает факт пользования участком, но не подменяет собой документ-основание (постановление главы, госакт).

Как следует из показаний свидетеля Свидетель №6 и материалов дела (ответ администрации от 26 июня 2025), в подлинных журналах регистрации постановлений за 1999-2009 гг. постановление № 3 от 16 апреля 1997 в отношении ФИО1 отсутствует.

Так же в представленных сведениях усматривается, что в графе земля, находящаяся в личном пользовании хозяйства (измерение в сотых гектарах) указано в графе 1 июня 1997 г. всего земли - 0,08, 1 июня 1999 г. всего земли – 0,10. (т.7, д.<адрес>)

Запись же в похозяйственной книге 2002 года могла быть внесена самим ФИО1 (занимавшим должность главы села с 2003 года или будучи должностным лицом, либо с его слов) при отсутствии правоустанавливающих документов, что не порождает законного права собственности, поскольку как было указано выше похозяйственная книга является документом учета, а не правоустанавливающим документом. Запись в похозяйственной книге носит производный характер и вносится на основании сведений, предоставленных гражданином. Таким образом, наличие лицевого счета № <***> не опровергает, а косвенно подтверждает версию обвинения: желая придать видимость законности, ФИО1 обеспечил внесение учетной записи в похозяйственную книгу в период, когда имел доступ к документации сельсовета. Кроме того судебная коллегия, давая оценку данному обстоятельству так же, учитывает, что запись внесена в графе 2.2. Крестьянское (фермерское) хозяйство указано 2,5 га., а в этом же подразделе 2. Всего земли, то есть ссумарно – 0,08 га., данные записи выполнены явно разным подчерком и разными ручками, а так же графа наличие всего земли меньше, чем земля указанная в графе 2.2. Крестьянское (фермерское) хозяйство, которая суммарно должна быть больше. (т. 5, л.д. 119)

Так же учитывается, что данная копия лицевого счета была представлена только защитой в суде, а не входе расследования уголовного дела, в связи с чем, суд верно дал ей оценку в совокупности при наличии иных доказательств по делу.

Судебная коллегия соглашается с критической оценкой суда первой инстанции нотариальной копии, представленной стороной защиты.

Комплексная экспертиза №1006,1007/1-1-24 действительно подтвердила, что подпись в копии выполнена Свидетель №7 Однако суд первой инстанции обоснованно исключил из числа доказательств заключение № 176 от 16 сентября 2022, ставившее этот факт под сомнение.

Вместе с тем, сам по себе факт наличия нотариальной копии от 2001 года не опровергает подделку документа в 2017 году. Согласно показаниям нотариуса Свидетель №7 (оглашенным в суде), он заверил копию документа, которую ему принес ФИО1 Нотариус удостоверяет соответствие копии оригиналу, но не проверяет подлинность самого оригинала и законность его выдачи.

Более того, из показаний Свидетель №7 следует, что журнал регистрации нотариальных действий за 2001 год уничтожен, предъявленная копия заламинирована (что нетипично для 2001 года и вызвало у нотариуса сомнения). Следовательно, представленный документ подтверждает лишь то, что в 2001 году ФИО1 предъявил нотариусу некий документ (возможно, также сфальсифицированный ранее или позже), но не доказывает факт выделения земли в 1997 году.

Довод защиты о том, что раз экспертиза не установила дату изготовления Госакта, то подделка не доказана, противоречит совокупности иных доказательств.

Судебная коллегия отмечает, что заключение ДЛС Минюста РФ №1006,1007/1-1-24 не было проигнорировано судом первой инстанции. Напротив, суд взял его за основу в части, касающейся подписи нотариуса. Однако невозможность датировки документов современными методами (ввиду ламинирования Госакта) не означает, что документы являются подлинными.

Вывод о подделке сделан судом на основании:

Прямых показаний свидетеля ФИО15 о подписании документов в 2017 году.

Протокола очной ставки, где ФИО1 полностью согласился с показаниями ФИО17.

Заключений экспертиз №85 и №128, установивших, что постановление №3 изготовлено не ранее 2017 года и что цифра года в Госакте подвергалась исправлению.

Факт изготовления бланка Госакта в 1994 году (типографские данные) сам по себе лишь подтверждает, что использован старый бланк, но не законность внесенных в него в 2017 году записей.

Судебная коллегия отвергает утверждение защиты о том, что ФИО15 «ничего не помнит» и оговорил ФИО1

В ходе предварительного следствия и в суде (при оглашении показаний в связи с существенными противоречиями) свидетель Свидетель №9 давал последовательные, подробные и логичные показания: он пояснил, где (в фойе администрации района), когда (в 2017 году) и при каких обстоятельствах (ФИО16 попросил подписать «бумаги», не имеющие особого значения) подписал документы.

Довод жалобы о том, что у ФИО17 не могло быть печати сельсовета в 2017 году, опровергается заключением экспертизы №. Экспертизой установлено, что оттиск печати на постановлении № нанесен не ранее 2017 года. Следовательно, печать была проставлена именно в момент подписания в 2017 году. Откуда ФИО1 взял печать сельсовета спустя 20 лет – не опровергает факт преступления, а свидетельствует лишь о способе его совершения.

Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции дал верную юридическую оценку действиям ФИО1 по ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество в особо крупном размере) и ч. 2 ст. 327 УК РФ (подделка официального документа).

Квалификация по ч. 2 ст. 327 УК РФ (в ред. 2003 г.) является правильной, поскольку целью подделки являлось облегчение совершения мошенничества.

Стоимость ущерба (9 575 000 рублей) подтверждена экспертным заключением №1575/2-1 от 10 января 2023 и обоснованно признана особо крупным размером.

О прекращении дела и отсутствии оснований для реабилитации.В соответствии с позицией Конституционного Суда РФ (Постановление № 16-П от 14 июля 2011), прекращение дела в связи со смертью обвиняемого при возражении родственников допускается только при установлении вины умершего. В противном случае должен быть постановлен оправдательный приговор.

Суд первой инстанции, исследовав все доказательства в их совокупности, пришел к обоснованному выводу, что вина ФИО1 полностью доказана, а его невиновность не нашла своего подтверждения.

Оснований для его реабилитации (оправдания) не имеется.

Вопреки доводам жалобы, суд не ограничился перечислением доказательств обвинения. В постановлении дан подробный анализ показаниям свидетелей защиты (ФИО9, доводы адвоката), им дана критическая оценка, мотивировано, почему одни доказательства положены в основу решения (заключения экспертиз №85, 128, показания ФИО17, протокол очной ставки), а другие отвергнуты.

Нарушений принципа презумпции невиновности (ст. 14 УПК РФ) судом первой инстанции не допущено. Все сомнения, которые объективно существовали и не могли быть устранены (дата нанесения подписи нотариуса, невозможность датировки Госакта), были истолкованы в пользу обвиняемого (заключение ДЛС Минюста признано допустимым, обвинительные экспертизы коммерческих учреждений оценивались критически в этой части). Однако это не опровергло бесспорно установленных фактов подписания документов в 2017 году и их последующего использования.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что постановление Буйнакского городского суда РД от 20 октября 2025 года в отношении ФИО1 является законным и обоснованным.

Суд первой инстанции правильно применил нормы уголовного и уголовно-процессуального закона, оценил доказательства в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ, и пришел к верному выводу о доказанности вины ФИО1 и отсутствии оснований для его реабилитации.

Оснований для отмены или изменения судебного решения, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Постановление Буйнакского городского суда Республики Дагестан от 20 октября 2025 года - оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката ФИО10 и законного представителя ФИО9 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции. При этом законный представитель вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи:

.