Определение № 2-87/2015 33-1567/2017 от 10 мая 2017 г. по делу № 2-87/2015

Дело 2- 87/2015 Председательствующий судья Артюхова Э.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ №33-1567/2017

гор. Брянск 11 мая 2017 года

Судебная коллегия по гражданским делам Брянского областного суда в составе:

председательствующего Сидоренковой Е.В.,

судей областного суда Маклашова В.И., Цуканова Д.А.,

при секретаре Савиной М.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО10 на решение Советского районного суда г. Брянска от 03 июня 2015 года по делу по иску ФИО10 к ООО «Росгосстрах», ФИО9 о взыскании страхового возмещения и материального ущерба.

Заслушав доклад судьи Брянского областного суда Сидоренковой Е.В., возражения ФИО9 и ее представителя- адвоката ФИО8, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО10 обратилась в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что 15.10.2012 года по адресу: <адрес>, произошло ДТП с участием автомобиля Мерседес, <данные изъяты>, под ее управлением, и автомобиля Ниссан Альмера, <данные изъяты> под управлением ФИО9 17.04.2013 года постановлением инспектора по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Брянску производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО10 было прекращено в связи с отсутствием в ее действиях состава правонарушения. В результате ДТП автомобилю Мерседес были причинены механические повреждения, а истцу - убытки. Риск гражданской ответственности ФИО9 застрахован в ООО «Росгосстрах». Согласно заключению ООО «Эксперт П.В.П.» рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Мерседес, <данные изъяты> составила 1164579 руб. 93 коп., утрата товарной стоимости автомобиля – 157218 руб. 93 коп. ФИО10 просила суд взыскать с ООО «Росгосстрах» страховое возмещение в размере 120 000 руб., с ФИО9 возмещение ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере 1 201 798 руб. 29 коп.

Решением Советского районного суда г. Брянска от 03 июня 2015 года в удовлетворении исковых требований ФИО10 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО10 просит отменить решение суда, как принятое с нарушением норм материального и процессуального права. Указывает, что суд пришел к неправильному выводу о нарушении ею Правил дорожного движения, взяв за основу заключение экспертов ФГУП НАМИ. Считает, что эксперт не дал оценки тому обстоятельству, что опасность для движения была создана водителем автомобиля Ниссан в момент пересечения границы полосы движения транспортных средств со встречного направления. Эксперт неправильно установил исходные данные, не принял во внимание, что маневр поворота влево ФИО9 начала после того, как ФИО10 начала обгон впереди идущих машин. Эксперт не учел, что передняя часть автомобиля Мерседес Бенц не повреждена, что свидетельствует о том, что удар был нанесен автомобилем Ниссан. Эксперт провел исследование без осмотра автомобиля Мерседес Бенц, сохраняющего следы аварии, и неверно определил точки удара, что привело к искажению угла соприкосновения автомашин. Вывод эксперта о наличии у водителя автомобиля Мерседес Бенц технической возможности предотвратить столкновение применением торможения является безосновательными. Считает, что выводы эксперта о развитии дорожно-транспортной обстановки построены только на версии водителя автомобиля Ниссан, в связи с чем исследование, проведенное экспертом, не является объективным, полным и всесторонним. Указывает на то, что ее представитель заявлял ходатайство о назначении повторной комиссионной экспертизы, однако суд, не дав оценки ее доводам, отказал в удовлетворении ходатайства, сославшись на отсутствие оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 86 ГПК РФ.

В дополнениях к апелляционной жалобе ФИО10 указывает, что выводы эксперта ФГУП НАМИ о возможном расстоянии от а/м Мерседес до а/м Ниссан в момент совершения маневра поворота налево водителем ФИО9 и о виновности водителя ФИО10 основаны на противоречивых показаниях свидетеля ФИО11, который в рамках дела об административном правонарушении и при допросе в судебном заседании давал различные показания относительно того, какое из транспортных средств раньше начало маневр. Считает, что в действиях ФИО9 имеется несоответствие требованиям пунктов 8.1. (абз.1) и 11.3. ПДД РФ, так как при выполнении маневра поворота налево была создана помеха другому участнику дорожного движения, в связи с чем водитель Мерседес был лишен технической возможности безопасно завершить маневр обгона и вернуться на полосу движения своего направления, что привело к ДТП. Данные выводы подтверждаются заключением экспертов ФГБОУ ВПО «БИТМ».

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО9 и ее представитель адвокат ФИО8 просили в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, в связи с чем, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, заслушав объяснения ответчика ФИО9 и ее представителя адвоката ФИО8, судебная коллегия полагает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют им на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абз.2 п.1 ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п.4 ст.931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно ст.1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 15.10.2012 года по адресу: <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля Мерседес, <данные изъяты>, под управлением ФИО10, и автомобиля Ниссан Альмера, <данные изъяты>, под управлением ФИО9

Постановлением инспектора по ИАЗ ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Брянску от 17.04.2013 года производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО10 было прекращено в связи с отсутствием в ее действиях состава правонарушения. Из данного постановления следует, что водитель ФИО10 допустила столкновение с автомобилем Ниссан.

Решением Фокинского районного суда г. Брянска от 01.08.2013 года постановление инспектора ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Брянской области от 17.04.2013 года изменено, из него исключены выводы о причинах ДТП и его механизме, как допущенного ФИО10

Согласно заключению ООО «Эксперт П.В.П.» стоимость восстановительного ремонта автомобиля Мерседес, <данные изъяты>, составляет 1 164 579,36 руб., утрата товарной стоимости - 157 218,93 руб.

Риск гражданской ответственности ФИО9 на момент ДТП был застрахован в ООО «Росгосстрах».

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции была назначена судебная автотехническая экспертиза. Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ФГУП НАМИ г. Москва, на первой стадии происшествия автомобиль Ниссан Альмера двигался по <адрес>, совершил маневр поворота налево. Автомобиль Мерседес двигался по Объездной со стороны <адрес> в прямолинейном направлении со скоростью 55-60 км/ч (со слов водителя), совершил маневр обгона с выездом на полосу встречного движения, обогнав несколько автомобилей, продолжил движение по встречной полосе, при обнаружении опасности для движения (а/м Ниссан Альмера совершающего маневр поворота налево) принял левее, при этом торможения не применял, в результате чего произошло столкновение.

На второй стадии рассматриваемого ДТП произошло столкновение автомобиля Мерседес с автомобилем Ниссан Альмера. Контактирование происходило между правой частью а/м Мерседес и передней левой частью а/м Ниссан Альмера. После столкновения автомобиль Мерседес двигался с потерей управления и разворотом относительно вправо, в результате чего произошло левостороннее столкновение с препятствием. Автомобиль Ниссан Альмера двигался с разворотом вправо вплоть до места, зафиксированного на схеме ДТП. Угол взаимного расположения центральных продольных осей исследуемых автомобилей в момент их столкновения составлял примерно 35°. Определить расположение автомобилей – участников ДТП в момент столкновения относительно границ проезжей части не представляется возможным из-за недостаточности исходных данных.

Водитель а/м Мерседес в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться, помимо общих, требованиями п.п. 11.1,11.2,10.1 Приложение 2 (Линии 1.1.) Правил дорожного движения РФ; водитель а/м Ниссан Альмера должен был руководствоваться, помимо общих, требованиями п. 8.1 и 8.2 ПДД РФ; действия водителя а/м Мерседес в данной дорожно-транспортной ситуации не соответствовали требованиям п.п, 11.1, 11.2,10.1 ПДД РФ. Кроме того, при дальнейшем движении при возвращении на «свою» полосу движения а/м Мерседес неминуемо пересек бы линию разметки 1.1, которую согласно требованиям Приложения 2 ПДД РФ пересекать запрещается; в действиях водителя автомобиля Ниссан Альмера несоответствий требованиям ПДД РФ не установлено.

Разрешая спор, учитывая обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, заключение судебной экспертизы, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для возложения на ООО «Росгосстрах» обязанности по выплате ФИО10 страхового возмещения, а также для возложения на ФИО9 гражданско-правовой ответственности за причиненный истцу вред и исходил из того, что в действиях водителя автомобиля Ниссан Альмера <данные изъяты> ФИО9 несоответствий требованиям ПДД РФ не установлено, причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями не подтверждена.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции правильными, основанными на материалах дела и положениях закона.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Обязанность доказывания противоправного характера действий ответчика и наличие причинно-следственной связи между ними и негативными последствиями возложена на лицо, требующее возмещение причиненного ему вреда.

Согласно п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения. При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (п. 8. 2 ПДД РФ)

В соответствии с п.10.1. ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности, видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно п.11.1 ПДД РФ, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу (п.11.2 ПДД РФ).

Из объяснений ФИО10 от 15.10.2012 года следует, что, управляя автомобилем Мерседес, двигаясь по <адрес>, со скоростью 60 км/ч., при этом впереди следовал а/м <данные изъяты>, включила указатель поворота и начала обгон. Впереди «<данные изъяты> двигался а/м Ниссан Альмера, который начал совершать поворот налево. Она попыталась объехать его с левой стороны, но столкновения избежать не удалось.

Из объяснений ФИО9 от 15.10.2012 года следует, что, управляя а/м Ниссан Альмера, двигаясь по <адрес> в левом ряду со скоростью 60 км/ч., приближаясь к <адрес>, включила левый указатель поворота с целью поворота к <адрес> при этом снизив скорость. Остановилась у поворота, пропустила встречный автомобиль, начала поворачивать налево. И на середине встречной полосы неожиданно почувствовала удар в левую часть автомобиля.

Доводы жалобы истца о том, что она первой начала маневр обгона по встречной полосе движущихся в попутном направлении транспортных средств, в связи с чем, водитель Ниссан Альмера обязана была ее пропустить, судебная коллегия отклоняет исходя из следующего.

Из объяснений ФИО11 от 12.04.2013 года (водителя маршрутного такси №) следует, что 15.10.2012 года приблизительно в 14 час. 30 мин. он двигался по своему маршруту в направлении от <адрес>. Через машину, впереди него двигался черный автомобиль Ниссан Альмера, водитель которого заранее включил левый поворот, снизил скорость и начал маневр поворота налево к <адрес> ФИО11 в этот момент находился на расстоянии около 70 метров от поворачивающего автомобиля. Чтобы перестроиться вправо, он посмотрел в зеркала заднего вида и увидел обгоняющий его белый Мерседес, который в считанные секунды обогнал его автомобиль и черный автомобиль, двигающийся впереди него, и попытался «проскочить» слева перед поворачивающим налево Ниссаном, въехав при этом на прилегающую территорию. Столкновение Мерседеса и Ниссана произошло на границе проезжей части и прилегающей территории.

Доводы жалобы о противоречивости показаний данного свидетеля безосновательны, поскольку допрошенный судом в качестве свидетеля ФИО11 дал аналогичные показания, из которых определенно следует, что водитель автомобиля Ниссан начала первой маневр- поворот налево, подав заблаговременно сигнал, при этом автомобиль Мерседес двигался с огромной скоростью.

Согласно показаниям свидетеля ФИО12, автомобиль Ниссан Альмера с включенным левым поворотом снизил скорость практически до полной остановки, начал маневр поворота и практически закончил его, после чего с ним столкнулся автомобиль Мерседес.

Судебная коллегия оценивает данные показания свидетелей, как указывающие на то, что водитель ФИО10 начала маневр обгона, выехав на полосу встречного движения, после того, как ФИО9 уже начала маневр поворота налево.

Из объяснений ФИО10 в судебных заседаниях суда первой инстанции также следует, что в момент поворота водитель автомобиля Ниссан Альмера включила сигнал поворота, стала снижать скорость, при этом передняя часть автомобиля в момент совершения поворота на <адрес> находилась в начале поворота, не меняя скорости движения (55-60 км/ч), она решила, что не сможет применить экстренное торможение и успеет «проскочить».

Между тем, представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о том, что водитель ФИО10 при совершении маневра обгона имела техническую возможность избежать столкновения путем применения торможения.

В частности, наличие у истца такой возможности установлено экспертным заключением ФГУП НАМИ г. Москва. Выводы экспертов в указанной части согласуются с проведенным исследованием ЭКЦ УМВД России по Брянской области в рамках проверки по факту ДТП, и истцом не опровергнуты.

Доводы апелляционной жалобы о том, что выводы эксперта о неминуемом пересечении автомобилем Мерседес линии сплошной разметки при завершении маневра обгона, ничем не подтверждены и являются безосновательными, судебная коллегия отклоняет исходя из следующего.

Согласно схеме, предоставленной МБУ «Центр организации дорожного движения г. Брянска», на проезжей части перед поворотом налево (<адрес>») нанесена горизонтальная дорожная разметка – линия 1.5, которая разделяет транспортные потоки противоположных направлений. Непосредственно за поворотом на проезжей части нанесена линия 1.1. горизонтальной дорожной разметки, которая разделяет транспортные потоки, ее протяженность составляет 400 м.

Линия горизонтальной разметки 1.1 Приложения N 2 к ПДД РФ разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен. Правилами дорожного движения установлен запрет на ее пересечение.

Таким образом, начав маневр обгона нескольких автомобилей, истец должна была его завершить, т.е. вернуться на ранее занимаемую полосу, до начала разметки линии 1.1.

С учетом расположения места столкновения автомобилей на схеме ДТП, можно сделать вывод, что автомобилю Мерседес для завершения маневра обгона без создания помех обгоняемым транспортным средствам неминуемо пришлось бы пересечь линию разметки 1.1.

При изложенных обстоятельствах представленные в материалы дела доказательства, в совокупности с объяснениями участников происшествия, свидетелей ДТП, с достоверностью свидетельствуют о том, что действия водителя Мерседес ФИО10 в данной дорожной ситуации не соответствовали требованиям пунктов 10.1, 11.1, 11.2 ПДД РФ, поскольку, приступив к обгону транспортных средств, истец не убедилась в безопасности своего маневра и не оценила возможность безопасного возвращения в ранее занимаемую полосу до начала сплошной горизонтальной линии разметки 1.1, которую пересекать запрещается.

Указанное нарушение истцом требований Правил дорожного движения Российской Федерации находится в прямой причинно-следственной связи с произошедшим столкновением и наступившими последствиями.

Вопреки доводам жалобы, оснований полагать, что ДТП произошло по причине несоблюдения водителем ФИО9 требований ПДД РФ, у суда первой инстанции не имелось. Доказательств того, что причиной ДТП является нарушение водителем ФИО9 требований пунктов 8.1 (абз.1), 11.3 ПДД РФ, материалы дела не содержат.

Доводы истца о виновности водителя автомобиля Ниссан Альмера в произошедшем ДТП допустимыми доказательствами не подтверждены, и противоречат вышеизложенным обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным заключением судебной экспертизы по мотивам неполноты представленных в нем сведений, неясности и недостоверности выводов экспертизы, являются несостоятельными, поскольку направлены на переоценку установленных судом обстоятельств и исследованных по делу доказательств, и не являются основаниями для отмены постановленного судом решения.

При оценке заключения ФГУП НАМИ г. Москва коллегия учитывает, что данная экспертиза проведена в соответствии с нормами гражданского процессуального законодательства Российской Федерации, лицом, имеющим, соответствующую квалификацию и опыт работы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Заключение является достаточно аргументированным, выводы эксперта последовательны и непротиворечивы, даны в полном соответствии с поставленными в определении суда вопросами. При проведении экспертизы экспертом изучены обстоятельства дела, административный материал по факту дорожно-транспортного происшествия. Кроме того, коллегия учитывает, что данное заключение экспертизы согласуется с выводами специалиста ЭКЦ УМВД России по Брянской области от 8 апреля 2013 года (т.1 л.д. 207-208).

С учетом полноты и достоверности заключения ФГУП НАМИ, представитель ответчика ФИО8 в суде апелляционной инстанции заявил об отказе от ранее заявленного им ходатайства о вызове эксперта данного учреждения, ввиду отсутствия к нему вопросов, связанных с неясностью экспертного заключения.

Соглашаясь с решением суда первой инстанции, судебная коллегия не считает возможным взять за основу заключение экспертизы НИЛСЭ ФГБОУ «Брянский государственный технический университет» от 9 ноября 2015 года, которая проведена на основании определения суда апелляционной инстанции, по следующим основаниям.

Согласно данному заключению, исходя из экспертной практики, считается, что опасная обстановка возникает тогда, когда одно транспортное средство может оказаться в полосе движения другого транспортного средства и продолжение их движения в том же направлении и с той же скоростью может привести к ДТП, в связи с чем эксперты усмотрели в действиях водителя а\м Ниссан несоответствие требованиям пунктов 8.1 (абз.1) и 11.3 ПДД РФ, так как при выполнении маневра поворота налево была создана помеха другому участнику дорожного движения, в связи с чем водитель а\м Мерседес был лишен технической возможности безопасно завершить маневр обгона и вернуться на полосу движения своего направления.

Исходя из того, что помеха для движения создана водителем а\м Ниссан, эксперты вместе с тем отметили, что при заданных исходных данных в действия водителя а\м Мерседес имеется несоответствие требованиям п.10.1 (абз.2) ПДД, и это несоответствие находится в причинной связи с обстоятельствами совершения ДТП, поскольку у водителя а\м Мерседес имелась техническая возможность применением экстренного торможения предотвратить столкновение с а\м Ниссан. Таким образом, в данном заключении содержится указание на несоответствие действий обоих участников ДТП требованиям ПДД РФ.

Между тем, данным экспертным заключением бесспорно не установлено, действия кого из водителей состоят в причинной связи с ДТП. Более того, вывод о том, что водителем а\м Ниссан была создана помеха при выполнении маневра поворота другому участнику дорожного движения- водителю а\м Мерседес, носит вероятностный и предположительный характер ввиду отсутствия на момент проведения экспертизы исходных данных о том, кто из участников первым начал маневр. Соответственно, излагая в заключении механизм дорожно-транспортного происшествия, эксперты исходили лишь из того, что в начальной фазе ДТП имело место движение автомобилей Мерседес и Ниссан по <адрес> в попутном направлении.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая, как указано выше, что водитель ФИО10 начала маневр обгона по встречной полосе, в то время как водитель ФИО9 уже начала маневр поворота налево, судебная коллегия считает, что заключение экспертизы НИЛСЭ ФГБОУ «Брянский государственный технический университет» противоречит обстоятельствам дела и не согласуется с совокупностью всех иных вышеперечисленных доказательств по делу, свидетельствующих о виновности в рассматриваемом ДТП водителя а\м Мерседес ФИО10 В связи с чем, данное заключение экспертизы в силу ст.67 ГПК РФ не может быть принято в качестве средства обоснования выводов обоюдной вины сторон в ДТП.

Другие доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку имеющихся доказательств по делу, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для его отмены судебная коллегия не находит.

Руководствуясь ст.328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г. Брянска от 03 июня 2015 года по делу по иску ФИО10 к ООО «Росгосстрах», ФИО9 о взыскании страхового возмещения и материального ущерба- оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО10 – без удовлетворения.

Председательствующий Е.В. СИДОРЕНКОВА

Судьи областного суда В.И. МАКЛАШОВ

Д.А. ЦУКАНОВ