Решение № 2-4318/2017 2-4318/2017~М-4173/2017 М-4173/2017 от 25 декабря 2017 г. по делу № 2-4318/2017

Дело № 2-4318/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

(заочное)

26 декабря 2017 года

Ленинский районный суд г. Омска

в составе председательствующего судьи Кондратенко Е.В.

при секретаре судебного заседания Гугучкиной Т.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения квартиры недействительным,

установил :

ФИО1 в лице представителя по доверенности ФИО5 обратилась с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения квартиры недействительным. В обоснование заявленных требований указала, что ей принадлежала на праве собственности квартира, расположенная по адресу: ххх, в которой зарегистрирована и проживает по настоящее время. ххх года умер ее сын Г.В.Н., который последние несколько лет фактически проживал в Москве и отношения с матерью не поддерживал. О смерти сына она узнала в мае 2017 года. При написании заявления о принятии наследства ФИО1 от нотариуса стало известно, что в наследственную массу входит и ее квартира, расположенная по вышеуказанному адресу, на которую в порядке наследования будут претендовать супруга и дети сына. Также нотариус пояснила, что 26.12.2007 года объект недвижимости по договору дарения ею был передан наследодателю. Узнав об этом, она испытала сильнейшее потрясение, поскольку квартиру в собственность сыну не передавала, не помнит, чтобы они подписывали договор дарения, на регистрацию сделки не ездили, намерения подарить квартиру сыну у нее не было. С лета 2007 года состояние ее здоровья резко ухудшилось - нарушение сна и памяти, сильная утомляемость даже при незначительных нагрузках, плаксивость, сильные головные боли, раздражительность. Договор дарения от 26.12.2007 года является мнимым, совершен для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия, без намерения передать жилое помещение в собственность Г.В.Н., поскольку последний не вселялся и не имел намерения вселяться при ее жизни, вещи не завозил, проживал с супругой и детьми сначала по адресу ххх, затем в городе Москве. После заключения сделки квартира из ее владения не выбывала, она продолжала пользоваться квартирой как собственник жилого помещения, зарегистрирована по месту жительства в спорной квартире до настоящего времени, несет бремя ее содержания. Просит признать недействительным договор дарения от 26.12.2007 года, по которому квартира, расположенная по адресу: ххх, общей площадью 38,60 кв.м., перешла в собственность от ФИО1 Г.В.Н., возвратить квартиру в собственность истца.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом. Ранее в судебном заседании исковые требования полностью поддержала (л.д.33). Пояснила, что не имела намерения подарить и не дарила принадлежащую ей квартиру сыну, обстоятельств заключения договора не помнит. Квартира принадлежит ей и она до настоящего времени проживает в ней и оплачивает коммунальные услуги.

Представитель истца ФИО5, действующая на основании доверенности (л.д.9), в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. В соответствии со ст. 39 ГПК РФ уточнила заявленные требования. По вышеизложенным основаниям, поскольку из наследственного дела усматривается, что ответчику ФИО2 выдано свидетельство о праве на наследство по закону от 22.06.2017 года на 3/4 доли квартиры № дома № по улице ххх в городе Омске, просит указанное свидетельство также признать недействительным. Считает, что в силу затрудненного восприятия окружающей действительности в силу возраста ФИО1, ее состояния здоровья и малограмотности, Г.В.Н. мог ввести ее в заблуждение. Сын привез ФИО1 в Росреестр, предложил подписать документы, а она не понимала, что делает и каковы последствия ее действий. Считает, что имело место наличие порока воли, истец не имела намерения распоряжаться квартирой, в том числе, путем дарения. Также сделка является мнимой, заключена без намерения перехода права собственности к одаряемому, поскольку он не вселялся в квартиру, не проживал в ней, коммунальные услуги не оплачивал. Истец же продолжала проживать одна, несет бремя содержания квартиры. ФИО1 не понимает, каким образом перешло право собственности к одаряемому. Фактически не наступили правовые последствия, связанные с заключением спорного договора дарения. Просит удовлетворить требования в полном объеме и возвратить квартиру в собственность истца.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом.

Третье лицо нотариус ФИО7 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом. Просила о рассмотрении дела в ее отсутствие (л.д.22).

Представитель третьего лица Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Омской области ФИО8, действующая на основании доверенности (л.д.40) в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом, представила отзыв на исковое заявление, в котором просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя Управления Росреестра по Омской области (л.д.38-39). Также указала, что на момент проведения государственной регистрации права собственности Г.В.Н. на квартиру оснований для приостановления или отказа не имелось. Также указала, что решение суда о признании сделки недействительной служит основанием для внесения записи в ЕГРН. При этом судом должны быть применены последствия недействительности сделки.

Выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В силу положений пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В силу ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Заблуждением, имеющим существенное значение, о котором говорится в ст. 178 ГК РФ, признается не соответствующее действительности представление относительно природы сделки, т.е. правовой сущности, относительно последствий сделки, характера отношений между сторонами, объема наступивших результатов и т.д. или тождества предмета сделки, когда стороны (или одна из них), подразумевали не тот предмет, который на самом деле имеет данная сделка. Заблуждения относительно мотивов сделки не имеют существенного значения.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 на основании договора купли-продажи от 01.03.2002 года принадлежала квартира № дома № по улице ххх в городе Омске (л.д. 88), что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 20.03.2002 года (л.д. 81).

Также судом установлено, что 26.12.2007 года между ФИО1 и Г.В.Н. был заключен договор дарения квартиры № дома № по улице ххх в городе Омске, в соответствии с условиями которого, Г.В.Н. принял в дар вышеуказанную квартиру, принадлежавшую ФИО1 (л.д.74).

Как следует из материалов дела, 14.01.2008 года произведена государственная регистрация названного договора дарения и права собственности Г.В.Н. на спорную квартиру, что также подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (л.д.72,74).

Обратившись с настоящим иском, одним из оснований для признания договора дарения недействительным являлось отсутствие у истца на момент заключения договора способности понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии с определением суда от 31.10.2017 года (л.д.93-94) по ходатайству представителя истца по делу была назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

Из заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов БУЗОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова» № от 27.11.2017 года следует, что ФИО1 по психическому состоянию на момент подписания договора дарения квартиры 26.12.2007 года, могла понимать значение своих действий и руководить ими в силу имеющихся у нее заболеваний (л.д. 111-115).

При таких обстоятельствах, довод о том, что ФИО1 на момент заключения договора дарения не могла понимать значение своих действий и руководить ими, не нашел своего подтверждения.

В то же время, суд считает нашедшим подтверждение довод о том, что ФИО1 при подписании договора дарения действовала под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, и ее воля не была направлена на распоряжение квартирой путем дарения. Истец поясняла о том, что не помнит обстоятельств заключения договора дарения, что у нее проблемы с состоянием здоровья, в том числе, она страдает ухудшением памяти. Также указала, что у нее отсутствовало реальное намерение распорядиться квартирой путем ее дарения, Помнит только, что сын возил ее в какое-то учреждение, чтобы прописаться в квартире.

Оценивая вышеуказанные доводы истца, суд учитывает, что истцу ФИО1 на момент совершения сделки было ххх лет, она имеет 5 классов образования, страдала рядом хронических заболеваний. Как следует из медицинской документации истца, описанной экспертами в вышеуказанном заключении, в период с 2005 года ФИО1 наблюдалась у невролога с диагнозами: ххх. Одновременно в медицинской карте имеется указание на жалобы ФИО1 на головные боли, головокружения, ухудшение памяти. Данное состояние истца на протяжении длительного периода времени, в том числе, ухудшение памяти, подтверждается показаниями опрошенных судом свидетелей Г.В.Я., К.Т.Н., Г.В.Н. (л.д.33-34). Указанные свидетели также подтвердили об отсутствии у истца намерения распорядиться принадлежащей ей квартирой путем дарения, как и факт не проживания Г.В.Н. в квартире и отсутствие там его вещей.

На основании изложенного, суд считает, что истец, в силу возраста, образования, и имеющихся у нее заболеваний, могла заблуждаться относительно существа сделки, а именно: договора дарения, после заключения которого она лишается прав на спорную квартиру. При этом спорная квартира является для истца единственным жильем.

Кроме того, в обоснование заявленных требований истец ссылается на мнимость совершенной сделки, поскольку договор дарения совершен Г.В.Н. лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. При этом Г.В.Н. не имел намерения вселяться в квартиру, не завозил своих вещей и фактически всегда проживал с семьей по ул. ххх, а затем в г. Москве.

Оценивая вышеуказанные доводы истца, суд учитывает следующее.

Согласно ч.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (Одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с п. 1 статьи 574 Гражданского кодекса РФ дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами, 2 и 3 настоящей статьи; передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

Судом установлено, что после заключения договора дарения фактическая передача спорной квартиры Г.В.Н. не состоялась. Квартира, как в 2007 году, так и в последующие годы продолжала оставаться во владении и пользовании истца ФИО1, которая полагала, что является ее собственником, зарегистрирована в указанной квартире с 27.03.2002 года по настоящее время, что подтверждается копией лицевого счета и поквартирной карточкой. При этом истец фактически проживает в квартире, оплачивает коммунальные услуги. Данные обстоятельства также подтверждены показаниями опрошенных судом свидетелей. Несмотря на указание в договоре дарения (п.8) что одаряемый за свой счет осуществляет ремонт и эксплуатацию приобретаемого жилого помещения, доказательств того, что Г.В.Н. осуществлял указанные действия, не имеется.

Таким образом, судом установлено, что фактическая передача дара в виде квартиры после заключения договора дарения не была произведена, а значит не наступили соответствующие сделке правовые последствия, что свидетельствует о ее мнимости. Применительно к положениям ст. 170 ГК РФ указанная сделка является ничтожной.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", одним из признаков мнимой сделки является ее формальное исполнение сторонами, что не препятствует признанию сделки ничтожной. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

На основании изложенного, факт регистрации права собственности Г.В.Н. на спорную квартиру, на выводы суда повлиять не может.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что совершенная сделка не соответствовала действительной воле истца, она не имела намерения лишать себя права собственности на квартиру, учитывая также, что квартира является единственным жильем истца, находит требования ФИО1 подлежащими удовлетворению, и полагает необходимым признать недействительным договор дарения квартиры от 26.12.2007 года, заключенный между ФИО1 и Г.В.Н., зарегистрированный в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 14.01.2008 года за №.

На основании пункта 2 статьи 167 ГК РФ суд также считает необходимым применить последствия недействительности договора дарения, аннулировать в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи регистрации от 14.01.2008 года: запись № – регистрации договора дарения от 26.12.2007 года; запись № – регистрации права собственности Г.В.Н. на квартиру, расположенную по адресу: ххх, с восстановлением записи регистрации права собственности ФИО1 на квартиру, расположенную по адресу: ххх.

Кроме того, судом установлено, что Г.В.Н. умер ххх года, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д.44).

Из материалов наследственного дела после смерти Г.В.Н., предоставленного нотариусом ФИО7 (л.д.43-69) следует, что наследниками по закону после смерти Г.В.Н. являются супруга наследодателя ФИО2, сын наследодателя ФИО3, дочь наследодателя ФИО4, мать ФИО1 Наследственным имуществом указана квартира, расположенная по адресу: ххх, 1/2 доля в праве общей собственности на квартиру, расположенную по адресу: ххх, денежные вклады. Дети наследодателя - сын ФИО3 и дочь ФИО4 отказались от принятия наследства в пользу матери ФИО2 (л.д.47-48). 22.06.2017 года нотариусом ФИО2 выданы свидетельства о праве на наследство, в том числе, на 3/4 доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру № в доме № по ул. ххх в г. Омске (л.д.66).

Поскольку судом удовлетворены исковые требования ФИО1 о признании недействительным договора дарения квартиры, на основании которого возникло право собственности на квартиру у наследодателя Г.В.Н., суд также считает необходимым также признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону, выданное 22.06.2017 года нотариусом ФИО7 на имя ФИО2 на 3/4 доли квартиры № дома № по улице ххх в городе Омске, состоящей из одной комнаты, общей площадью 38,6 кв.м.

Применительно к положениям ст. 98 ГПК РФ с ответчика ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199, 233-237 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ххх, общей площадью 38,60 кв.м. от 26 декабря 2007 года, заключенный между ФИО1 и Г.В.Н., зарегистрированный в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ххх за №.

Аннулировать в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи регистрации от ххх: запись № – регистрации договора дарения от 26.12.2007 года; запись № – регистрации права собственности Г.В.Н. на квартиру, расположенную по адресу: ххх, с восстановлением записи регистрации о праве собственности ФИО1 на указанную квартиру.

Признать недействительным свидетельство о праве на наследство по закону, выданное 22 июня 2017 года нотариусом ФИО7 на имя ФИО2 на 3/4 доли квартиры № дома № по улице ххх в городе Омске, состоящей из одной комнаты, общей площадью 38,6 кв.м.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано не присутствовавшим в судебном заседании ответчиком путем подачи в Ленинский суд г. Омска заявления об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии решения.

Заочное решение суда может быть обжаловано сторонами также в апелляционном порядке в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья Е.В. Кондратенко

ххх

ххх