Апелляционное определение № 33-4875/2026 от 22 апреля 2026 г.

Судья Селезнев Е.В. дело № 33-4875/2026

УИД: 34RS0011-01-2025-011344-86


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Волгоград 23 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Кудрявцевой А.Г.,

судей Ривняк Е.В., Колгановой В.М.,

при секретаре Кучеренко Е.В.,

с участием прокурора Брежневой Т.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-416/2026 по иску ФИО1 к отделению фонда социального и пенсионного страхования Российской Федерации по <адрес> (ОСФР по <адрес>) о признании решения незаконным,

по апелляционным жалобам ОСФР по Волгоградской области, третьего лица Министерства обороны Российской Федерации

на решение Волжского городского суда Волгоградской области от 3 февраля 2026 года, которым постановлено: исковые требования ФИО1 к ОСФР по Волгоградской области о признании решения незаконным – удовлетворить. Признать незаконным решение № <...> ОСФР по Волгоградской области от 10 июня 2025 года. Обязать ОСФР по Волгоградской области назначить ФИО1 пенсию по потере кормильца с 28 мая 2025 года.

Заслушав доклад судьи Ривняк Е.В., выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ОСФР по Волгоградской области о признании незаконным решения пенсионного органа об отказе в назначении пенсии по случаю потери кормильца.

В обоснование своих требований истец указала, что является матерью ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который в период с 16 февраля 2023 года по 15 марта 2023 года выполнял задачи в ходе специальной военной операции на территории Украины, а 15 марта 2023 года погиб. При обращении к ответчику с заявлением о назначении пенсии по потере кормильца решением № 124289/25 от 10 июня 2025 года ей было отказано, поскольку истец уже является получателем страховой пенсии по старости и, по мнению пенсионного органа, не имеет права на одновременное получение двух пенсий. Ссылаясь на положения Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», а также на конституционные принципы равенства и справедливости, истец полагала, что отказ является незаконным, поскольку она как мать военнослужащего, погибшего при выполнении задач в ходе специальной военной операции, имеет право на получение пенсии по случаю потери кормильца независимо от получения иной пенсии. С учётом изложенного ФИО1 просила суд признать незаконным решение ОСФР по Волгоградской области № 124289/25 от 10 июня 2025 года и обязать ответчика назначить ей пенсию по потере кормильца.

Суд постановил указанное выше решение.

В апелляционных жалобах ОСФР по Волгоградской области, третье лицо Министерство обороны Российской Федерации оспаривают законность и обоснованность постановленного по делу решения суда, просят его отменить и принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах, обсудив указанные доводы, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного акта, постановленного в соответствии с нормами действующего законодательства, а также фактическими обстоятельствами дела.

Как установлено судом, ФИО1 является матерью ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. 17 февраля 2023 года ФИО3 зачислен в списки личного состава и приступил к исполнению служебных обязанностей в отделении (огневой поддержки) 5 группы (штурмовой) 6 штурмовой роты «Z» ВУС-109, что подтверждается выпиской из приказа войсковой части 22179. С 15 марта 2023 года ФИО3 полагался пропавшим без вести.

Решением Волжского городского суда Волгоградской области от 1 апреля 2025 года ФИО3 объявлен умершим, днём смерти определено 15 марта 2023 года, местом гибели указан населённый пункт Невельское Донецкой Народной Республики.

28 мая 2025 года ФИО1 обратилась в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца.

Решением ОСФР по Волгоградской области № 124289/25 от 10 июня 2025 года истцу отказано в назначении пенсии со ссылкой на то, что заявительница на дату обращения является получателем страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее Закон №400-ФЗ) и у неё отсутствует право на одновременное получение двух пенсий.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями подпункта 3 пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» (далее Закон № 166-ФЗ), предоставляющими родителям военнослужащих, погибших в период прохождения военной службы по призыву, право на пенсию по случаю потери кормильца по достижении возраста 50 лет независимо от получения иной пенсии, а также правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которым социальная поддержка лиц, выполняющих задачи в ходе специальной военной операции, и членов их семей должна иметь единый характер вне зависимости от статуса подразделения, установив, что сын истца ФИО3 в период с 16 февраля 2023 года по 15 марта 2023 года выполнял задачи в ходе специальной военной операции, был зачислен в списки личного состава штурмовой роты «Z» на основании контракта, заключённого с Министерством обороны Российской Федерации, и погиб 15 марта 2023 года, что подтверждено решением Волжского городского суда Волгоградской области от 1 апреля 2025 года об объявлении его умершим, а также приняв во внимание, что отказ пенсионного органа в назначении пенсии истцу был основан исключительно на том, что она уже является получателем страховой пенсии по старости, и при этом ответчик не оспаривал факт гибели сына при исполнении обязанностей, пришёл к выводу о наличии правовых оснований для признания незаконным решения ОСФР по Волгоградской области № 124289/25 от 10 июня 2025 года и о возложении на ответчика обязанности назначить ФИО1 пенсию по случаю потери кормильца с 28 мая 2025 года.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда, изложенным в обжалуемом судебном постановлении, поскольку он является правильным, соответствует фактическим обстоятельствам дела, основан на верном применении норм материального права и на представленных сторонами доказательствах, которым судом по правилам статьи 67 ГПК РФ дана надлежащая оценка.

В случае гибели (смерти) граждан, пребывавших в добровольческих формированиях, нетрудоспособным членам их семей предоставляется право на пенсию по случаю потери кормильца по нормам пункта 3 статьи 8 и пункта 4 статьи 15 Закона № 166-ФЗ. В целях документального подтверждения юридических фактов, необходимых для назначения указанной пенсии, руководствуются положениями пунктов 37, 38, 39(1), 105(1), 117 и 147 Перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утверждённого приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 4 августа 2021 года № 538н. Данная пенсия назначается и выплачивается Социальным фондом России.

Согласно пункту 8.1 статьи 1 Федерального закона от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне» (далее Закон № 61-ФЗ) (в редакции от 4 ноября 2025 года) для выполнения отдельных задач в области обороны привлекаются добровольческие формирования, содействующие выполнению задач, возложенных на Вооружённые Силы Российской Федерации (войска национальной гвардии Российской Федерации), в период мобилизации, в период действия военного положения, в военное время, при возникновении вооружённых конфликтов, при проведении контртеррористических операций, а также при использовании Вооружённых Сил Российской Федерации (войск национальной гвардии Российской Федерации) за пределами территории Российской Федерации. В соответствии с подпунктом 11.2 пункта 2 статьи 4, пунктами 1 и 4 статьи 22.1 Закона № 61-ФЗ Президент Российской Федерации принимает решение о создании добровольческих формирований. Добровольческие формирования могут создаваться Министерством обороны Российской Федерации (Федеральной службой войск национальной гвардии Российской Федерации) по решению Президента Российской Федерации.

Гражданин Российской Федерации может поступить в добровольческое формирование путём заключения контракта о пребывании в добровольческом формировании (о добровольном содействии в выполнении задач, возложенных на Вооружённые Силы Российской Федерации или войска национальной гвардии Российской Федерации). Термин «контракт о пребывании в добровольческом формировании» и термин «контракт о добровольном содействии в выполнении задач, возложенных на Вооружённые Силы Российской Федерации или войска национальной гвардии Российской Федерации» в федеральных законах используются в одном значении.

В соответствии с пунктами 1, 2 и 3 статьи 32 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» контракт о прохождении военной службы заключается между гражданином (иностранным гражданином, лицом без гражданства) и от имени Российской Федерации – Министерством обороны Российской Федерации, иным федеральным органом исполнительной власти или федеральным государственным органом, в которых настоящим Федеральным законом предусмотрена военная служба, письменно по типовой форме в порядке, определяемом Положением о порядке прохождения военной службы. В контракте о прохождении военной службы закрепляются добровольность поступления гражданина на военную службу, срок, в течение которого гражданин обязуется проходить военную службу, и условия контракта. Условия контракта включают в себя обязанность гражданина проходить военную службу в Вооружённых Силах Российской Федерации, других войсках, воинских формированиях или органах в течение установленного контрактом срока, добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности военнослужащих, установленные законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также право гражданина на соблюдение его прав и прав членов его семьи, включая получение социальных гарантий и компенсаций, установленных законодательными актами, определяющими статус военнослужащих и порядок прохождения военной службы.

Согласно положениям статьи 11 Федерального закона от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии» государственные военизированные организации имеют право приобретать боевое ручное стрелковое и иное оружие в порядке, установленном нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации. В государственных военизированных организациях должности, связанные с учётом, хранением, выдачей или использованием огнестрельного оружия, боеприпасов и патронов к огнестрельному оружию, не могут замещать лица, имеющие неснятую или непогашенную судимость за умышленное преступление, либо в отношении которых судом установлен запрет замещать такие должности или заниматься определённой профессиональной или предпринимательской деятельностью в сфере оборота оружия.

Согласно пункту 39(1) Перечня, утверждённого приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 4 августа 2021 года № 538н, для назначения пенсии по случаю потери кормильца из числа граждан, пребывавших в добровольческих формированиях, в дополнение к документам, предусмотренным пунктами 37, 38 настоящего Перечня, для подтверждения условий, предусмотренных Федеральным законом «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации», необходимы документы: а) подтверждающие пребывание в добровольческом формировании (пункт 3 статьи 8 Закона №166-ФЗ); б) подтверждающие гибель (смерть) вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания гражданина, пребывавшего в добровольческих формированиях, либо наступление смерти после окончания пребывания в добровольческих формированиях вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период пребывания в добровольческих формированиях (пункт 3 статьи 8, подпункт 1 пункта 4 статьи 15 Закона № 166-ФЗ).

В соответствии с пунктом 105(1) того же Перечня гибель (смерть) вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания гражданина, пребывавшего в добровольческих формированиях, погибшего (умершего) в период пребывания в добровольческом формировании, увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, подтверждается выпиской из приказа командира воинской части об исключении гражданина, пребывавшего в добровольческих формированиях, из списков личного состава воинской части в связи с его гибелью (смертью), документами, выданными военными комиссариатами, воинскими подразделениями, органами войск национальной гвардии Российской Федерации, воинскими частями и подразделениями войск национальной гвардии Российской Федерации, организациями, осуществляющими хранение и использование архивных документов. Причина смерти гражданина, пребывавшего в добровольческих формированиях, после пребывания в добровольческих формированиях вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, подтверждается заключением военно-врачебной комиссии.

Как следует из пункта 147 Перечня № 538н, документами, подтверждающими, что гражданин пребывал в добровольческом формировании, являются справки, выданные воинскими подразделениями, военными комиссариатами, уполномоченными органами в области обороны, органами войск национальной гвардии Российской Федерации, воинскими частями и подразделениями войск национальной гвардии Российской Федерации, организациями, осуществляющими хранение и использование архивных документов.

Из вышеизложенных положений действующего законодательства следует, что в отношении гражданина, заключившего контракт с Министерством обороны Российской Федерации о прохождении военной службы, поступающего в добровольческие формирования и пребывающего в них, создаваемых Министерством обороны Российской Федерации, независимо от их вида и названия, а также члены его семьи приобретают равные права и обязанности с военнослужащими, в том числе проходившими службу в добровольческих формированиях, включая получение социальных гарантий и компенсаций, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе в случае его гибели в период прохождения военной службы, гибели (смерти) вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания в период пребывания в добровольческих формированиях, либо наступления смерти после окончания пребывания в добровольческих формированиях вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных в период пребывания в добровольческих формированиях, при подтверждении гибели или заболевания, полученных в связи с исполнением обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании, заключением военно-врачебной комиссии.

Статьей 19 Конституции Российской Федерации закреплено, что все равны перед законом и судом (часть 1). Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности (часть 2). Согласно части 1 статьи 59 Конституции Российской Федерации защита Отечества является долгом и обязанностью гражданина Российской Федерации.

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 22 ноября 2013 года № 25-П выражена позиция, согласно которой любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе её статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в силу которых такие различия допустимы, если они объективно оправданы, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращённый к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2017 года № 29-П указано, что федеральный законодатель не освобождается от обязанности соблюдать конституционные принципы равенства и справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые, помимо прочего, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требуют для субъектов права при равных условиях равного положения, означают запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории.

Исходя из анализа изложенных выше норм действующего федерального законодательства и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, социальная поддержка военнослужащих и иных лиц, выполняющих задачи в области обороны и принимающих участие в боевых действиях в ходе проведения специальной военной операции, равно как и членов их семей в случае гибели их близкого человека в связи с участием в специальной военной операции, должна иметь единый характер вне зависимости от подразделения, в котором он принимал участие в специальной военной операции, и его статуса. Это обусловлено общностью выполняемых такими лицами задач, возложенных на Вооружённые Силы Российской Федерации в области обороны.

Поскольку специальная военная операция осуществляется в целях защиты интересов Российской Федерации, участники такой операции, содействовавшие выполнению задач, возложенных на Вооружённые Силы Российской Федерации, в ходе специальной военной операции, заключившие контракт (имевшие иные правоотношения) с Вооружёнными Силами Российской Федерации и относящиеся в силу законодательных предписаний подпункта 2.4 пункта 1 статьи 3 Федерального закона «О ветеранах» к ветеранам боевых действий, в данном случае лица, участвующие в штурмовых ротах «Z» на стороне Российской Федерации в боевых действиях в ходе специальной военной операции, равно как и члены семей таких лиц в случае их гибели в ходе специальной военной операции, должны иметь равное с иными участниками специальной военной операции и членами их семей право на меры социальной поддержки, предоставляемые в связи с выполнением задач, возложенных на Вооружённые Силы Российской Федерации в ходе специальной военной операции.

Доводы апелляционной жалобы ОСФР по Волгоградской области и третьего лица Министерства обороны Российской Федерации о том, что подразделение, в котором проходил службу ФИО3 (штурмовая рота «Z»), не относится к добровольческим формированиям, являются несостоятельными и опровергаются материалами дела и нормами действующего законодательства. В соответствии со статьёй 1 Федерального закона от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне» для выполнения отдельных задач в области обороны привлекаются добровольческие формирования, содействующие выполнению задач, возложенных на Вооружённые Силы Российской Федерации, в период действия военного положения, при возникновении вооружённых конфликтов, а также при использовании Вооружённых Сил Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации. Согласно пункту 8.1 статьи 1 названного закона такие добровольческие формирования могут создаваться Министерством обороны Российской Федерации по решению Президента Российской Федерации.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 17 февраля 2023 года ФИО3 на основании заключённого контракта был зачислен в списки личного состава и приступил к исполнению служебных обязанностей в штурмовой роте «Z» (войсковая часть 22179), что подтверждается выпиской из приказа командира войсковой части. Сам факт заключения контракта и издания приказа о зачислении в подразделение неопровержимо свидетельствует о том, что ФИО3 был принят в добровольческое формирование, созданное Министерством обороны Российской Федерации в соответствии с федеральным законодательством для выполнения задач в ходе специальной военной операции.

Доводы о том, что приказ Министра обороны Российской Федерации об отмене контракта о пребывании в добровольческом формировании был издан уже после смерти ФИО3, также не могут служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. На момент заключения контракта и в период выполнения боевых задач вплоть до дня гибели — 15 марта 2023 года — ФИО3 являлся лицом, правомерно пребывающим в добровольческом формировании и оказывающим содействие Вооружённым Силам Российской Федерации в выполнении возложенных на них задач в ходе специальной военной операции. Его правовой статус как участника добровольческого формирования возник с момента заключения контракта и действовал вплоть до его гибели при исполнении служебных обязанностей. Издание впоследствии какого-либо приказа об отмене контракта в отношении уже погибшего лица не имеет юридической силы и не может аннулировать уже возникшие и реализованные правоотношения, а также не может лишать членов его семьи права на меры социальной поддержки, включая пенсию по случаю потери кормильца.

Учитывая изложенное, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, а доводы апелляционных жалоб ОСФР по Волгоградской области и третьего лица Министерства обороны Российской Федерации подлежат отклонению как несостоятельные.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Волжского городского суда Волгоградской области от 3 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционные жалобы отделения фонда социального и пенсионного страхования Российской Федерации по Волгоградской области и третьего лица Министерства обороны Российской Федерации – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 24 апреля 2026 года.

Председательствующий:

Судьи: