Апелляционное постановление № 22-311/2026 от 3 марта 2026 г.

Судья Махова Н.А. Дело № 22-311/2026

УИД 76RS0004-01-2025-000331-48


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Ярославль 4 марта 2026 года

Ярославский областной суд в составе судьи Безуглова В.В.,

при секретаре Павловой А.А.,

с участием: осужденного ФИО12,

защитника – адвоката Тихомирова Ю.Н.,

потерпевшей ФИО1,

прокурора отдела прокуратуры Ярославской области Погуляева И.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника Тихомирова Ю.Н. в интересах осужденного ФИО12 на приговор Даниловского районного суда Ярославской области от 12 декабря 2025 года, которым

ФИО12,

осужден по ч. 2 ст. 268 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ назначенное ФИО12 наказание в виде 2 лет лишения свободы заменено на принудительные работы на тот же срок в местах, определяемых учреждениями и органами уголовно-исполнительной системы, с удержанием 10 % из заработной платы осужденного в доход государства ежемесячно.

Постановлено к месту отбывания наказания в исправительный центр ФИО12 следовать самостоятельно в порядке, установленном ст. 60.2 УИК РФ, на основании врученного территориальным органом уголовно-исполнительной системы по месту жительства осужденного предписания.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня прибытия ФИО12 в исправительный центр.

Избранная в отношении ФИО12 мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении сохранена до вступления приговора в законную силу.

Определена судьба вещественных доказательств.

Суд

у с т а н о в и л :

ФИО12 осуждён за нарушение им как другим участником дорожного движения (кроме лиц, указанных в статьях 263 и 264 УК РФ) правил безопасности движения, повлекшее по неосторожности смерть человека. Преступление совершено 15 июня 2024 года на <данные изъяты> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Защитник Тихомиров Ю.Н. в поданной в интересах ФИО12 апелляционной жалобе не соглашается с приговором, считая его незаконными, необоснованным и подлежащим отмене.

Полагает, что ФИО12 не является субъектом преступления, предусмотренного ст. 268 УК РФ, поскольку в рассматриваемой ситуации он не может быть отнесен ни к одной из категорий участников дорожного движения (водитель, пассажир или пешеход).

Ссылаясь на показания свидетеля ФИО2 и руководство по эксплуатации мотоблока МБ-2 «Нева» и его модификаций, приходит к выводу, что указанный в приговоре мотоблок не только не является механическим транспортным средством, но и вообще не является транспортным средством, поскольку не предназначен для перевозки по дорогам людей, грузов или оборудования, установленного на нем, а конструкция, которая была прикреплена к мотоблоку, не является прицепом в смысле, определенном Правилами дорожного движения РФ.

Считает, что даже при нахождении ФИО1, по мнению суда первой инстанции, в момент ДТП в указанной тележке, ФИО1 не являлась пассажиром, а была пешеходом. Сам ФИО12, находясь в момент ДТП на сидении прицепной тележки, также, по мнению защитника, являлся пешеходом, поскольку участия в управлении транспортным средством не принимал и не находился в транспортном средстве.

С учетом приведенных доводов полагает, что требования пунктов 1.4 и 22.8 Правил дорожного движения РФ, нарушение которых вменено ФИО12, к нему не применимы. Также считает необоснованным указание на нарушение ФИО12 руководства по эксплуатации мотоблока, поскольку положения данного руководства не являются императивными нормами.

Полагает, что в ходе судебного следствия достоверно не установлены место столкновения и факт движения мотоблока по проезжей части в момент столкновения.

Цитирует и критически оценивает показания свидетеля ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, считая их противоречивыми и непоследовательными.

Считает недопустимыми доказательствами протокол осмотра места дорожно-транспортного происшествия с фототаблицей и схемой, заключение эксперта № от 28 августа 2024 года и схему места административного правонарушения, составленную свидетелем ФИО7

В обоснование своей позиции указывает, что осмотр места дорожно-транспортного происшествия проводился без участия понятых, при этом ход следственного действия и его результаты, отраженные в протоколе и схеме, надлежащим образом не фиксировались. Указанные заключение эксперта № от 28 августа 2024 года и схема места административного правонарушения, по мнению защитника, были получены вне процессуальных сроков доследственной проверки.

Также полагает, что вывод суда о совершении ФИО12 преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 268 УК РФ, опровергается показаниями подсудимого ФИО12, свидетелей ФИО8, ФИО9, Свидетель №9, ФИО10, специалиста ФИО11, которые защитник подробно цитирует.

Указывает, что также стороной защиты были предоставлены видео-фотоматериалы, подтверждающие движение мотоблока с прицепной тележкой по обочине, наличие на обочине обломков мотоблока, следов технической жидкости мотоблока, деталей автомобиля Kia Rio, а также сведения о недостоверности расстояний, указанных в схеме ДТП.

Считает, что суд первой инстанции не учел, что вещная обстановка на месте ДТП в протоколе осмотра места происшествия и схеме места ДТП была зафиксирована неверно, не в полном объеме, либо с предоставлением вымышленных данных, что привело к ошибочным выводам автотехнической экспертизы.

Указывает, что в назначении дополнительной автотехнической экспертизы либо в допросе эксперта судом первой инстанции стороне защиты было необоснованно отказано, в результате чего не удалось устранить имеющиеся сомнения в обоснованности выводов эксперта, а также нарушено право ФИО12 на защиту.

На основании изложенного просит приговор в отношении ФИО12 отменить, постановить в отношении него оправдательный приговор, оправдав ФИО12 по предъявленному обвинению в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

На апелляционную жалобу и.о. прокурора Даниловского района Ярославской области Чижовой С.А. принесены возражения, в которых прокурор считает доводы защитника несостоятельными, просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы уголовного дела, заслушав выступление осужденного ФИО12 и его защитника Тихомирова Ю.Н. в поддержание апелляционной жалобы, выступление потерпевшей ФИО1, согласившейся с доводами апелляционной жалобы, выступление прокурора Погуляева И.В., не усмотревшего оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает приговор законным, обоснованным и справедливым.

В соответствии с проверенными в судебном заседании доказательствами суд правильно установил фактические обстоятельства преступления и сделал обоснованный вывод о доказанности вины подсудимого в его совершении. Оценка доказательств в приговоре соответствует требованиям ст.88 УПК РФ.

Вина ФИО12 в совершении указанного преступления полностью установлена исследованными в судебном заседании доказательствами: показаниями свидетелей ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО5, ФИО2, сообщениями о дорожно-транспортном происшествии, протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 16 апреля 2024 года с приложенными к нему схемой и фотографиями, схемой места ДТП, составленной ФИО7, протоколами осмотра мотоблока марки "<данные изъяты> и автомобиля марки «KIA RIO» государственный регистрационной знак <данные изъяты> с приложенными к ним фототаблицами, инструкции к указанному мотоблоку, диска с фотографиями с места ДТП, заключениями эксперта № от 17 июля 2024 года и № от 28 августа 2024 года и другими материалами дела, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Все указанные доказательства являются допустимыми, относимыми, а в совокупности – достаточными для правильного разрешения дела. Противоречий, которые могли бы поставить под сомнение вывод о виновности ФИО12 в совершении инкриминируемого деяния, данные доказательства не содержат.

Из показаний свидетелей ФИО3 и ФИО6 следует, что 15 июня 2024 года около 23 часов 15 минут, когда они следовали на автомобиле «KIA RIO», государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением ФИО3 по автодороге М-8 по направлению из Вологодской области в сторону г. Ярославля, произошло столкновение их автомобиля с крупногабаритным объектом, как потом выяснилось, мотоблоком, которым управлял мужчина, и который находился на проезжей части в пределах их полосы движения ближе к обочине. Удар пришелся в правую переднюю сторону их автомобиля. Столкновение произошло на их полосе движения после того, как они поравнялись со следовавшим во встречном направлении по встречной полосе грузовым автомобилем. Перед столкновением ФИО3 двигался по своей полосе, направления движения не менял, на обочину не выезжал. Указанный объект ФИО3 увидел за 3-5 метров перед собой, начал резко тормозить, произошел наезд, автомобиль остановился через 30-40 метров, на дороге остались следы тормоза. Позднее ФИО3 переставил автомобиль к правой обочине, чтобы не создавать помех для движения. Покинув автомобиль, ФИО3 и ФИО6, в том числе из разговоров стоящих рядом людей, выяснили, что столкновение произошло с мотоблоком, которым управлял мужчина, перевозивший в качестве пассажира женщину. Они обнаружили, что мужчина лежал на краю проезжей части, мотоблок находился в правом кювете, женщина лежала в кювете. Позже им стало известно, что женщина от полученных ранений скончалась, а мужчина был доставлен в больницу. На месте происшествия к ним подошел молодой человек, сказал, что он видел момент ДТП, что он ехал во встречном направлении, хотел обогнать грузовую машину, но увидел движущийся мотоблок, встал обратно в свой ряд. Молодой человек оставил им номер своего телефона.

Согласно оглашенным в судебном заседании показаниям свидетеля ФИО7 15 июня 2024 года в 23 часа 15 минут, он, двигаясь по участку автодороги М-8 (Холмогоры) на 323 км +675 м, увидел, как один автомобиль-фура, за которым он ехал, включил левый поворотник, а после выехал на полосу встречного движения, то есть в направлении г. Ярославль, для выполнения маневра обгона второго автомобиля-фуры. Находясь на полосе движения в направлении г. Ярославля, указанный автомобиль-фура, выполняющий маневр обгона, не доезжая кабины второго автомобиля-фуры, начал оттормаживаться, возвращаясь на его полосу движения, не выполнив маневр обгона, продолжив движение вперед по полосе движения в направлении г. Вологды. Заметив указанную дорожную ситуацию, он (ФИО7) также снизил скорость своего автомобиля до 50 км/ч, включив при этом дальний свет фар, с целью понимания, что произошло впереди. Примерно через 3 секунды, он увидел, как по полосе движения в направлении г. Ярославль, но в направлении г. Вологды, то есть в попутном ему направлении, движется мотоблок, за рулем которого находился мужчина, а позади находилась женщина-пассажир, которая лежала в кузове мотоблока. Они были в поле его зрения около 30 секунд. Указанный мотоблок двигался без каких-либо осветительных приборов, и без какого-либо света фар. Увидев указанный мотоблок, он переключил дальний свет фар на ближний, сбросив скорость автомобиля примерно до 20 км/ч. Продолжая движение вперед со скоростью 20 км/ч, он стал подсвечивать мотоблоку дальним светом фар, при этом оставив тому дистанцию для возвращения на полосу движения в направлении г. Вологды. ФИО7 уточнил, что примерно в 30 метрах от него двигался автомобиль-фура, у которого не получился маневр обгона другой фуры, при этом он специально оставлял место для возвращения мотоблока в свою полосу движения, между ним и автомобилем-фурой. Продолжая движение вперед, он въехал на участок автодороги, имеющий закругление направо, в связи с чем, увидел, как впереди, за автомобилем-фурой, на встречной полосе движения мелькнул свет фар транспортного средства, движущегося по полосе движения в направлении г. Ярославля. Произошло столкновение автомобиля «Кио Рио» и мотоблока в тот момент, когда мотоблок двигался по встречной полосе попутно с грузовиком, который двигался впереди него (ФИО7), примерно в задней части грузовика. Мотоблок двигался примерно со скоростью 5 км/час в направлении г. Вологды. Спустя какое-то время он понял, что произошло ДТП, и незамедлительно остановил свой автомобиль на обочине, включив аварийную сигнализацию. Он подбежал к водителю мотоблока, который лежал на асфальте, на встречной полосе движения, ближе к обочине указанной полосы. Данный водитель не шевелился, не разговаривал. После чего, он подбежал к водителю автомобиля, совершившего столкновение с мотоблоком, который пояснил, что с ним все в порядке, при этом он (ФИО7) заметил на указанном автомобиле, оказавшимся «Киа Рио», повреждения правой передней части кузова. Затем он оставил свой номер мобильного телефона указанному водителю «Киа Рио» на случай приезда сотрудников полиции и уехал, так как торопился и перевозил свою шестилетнюю дочь. Свидетелем ФИО7 также собственноручно составлена схема места ДТП.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оснований не доверять указанным показаниям свидетелей ФИО3, ФИО6, ФИО7 не имеется. Данные показания являются последовательными, существенных противоречий, которые могли бы поставить под сомнение достоверность и объективность данных показаний, не содержат.

Данных, указывающих на возможную заинтересованность и предвзятость свидетеля ФИО7, наличие у него оснований для оговора ФИО12 не имеется. Из материалов дела следует, что ФИО7 с участниками указанного дорожно-транспортного происшествия знаком не был, является жителем другого региона. О наличии данного очевидца ДТП правоохранительным органам было сообщено на начальной стадии проверки по факту указанного происшествия. Высказанные защитником Тихомировым Ю.Н. суждения об отсутствии ФИО7 на месте ДТП являются ничем не подкрепленными предположениями. При указанных обстоятельствах оснований для дополнительной проверки показаний свидетеля ФИО7, в том числе путем запроса сведений биллинговой детализации номера его телефона, как о том просила сторона защиты, у суда первой инстанции не имелось.

Приведенные показания свидетелей ФИО3, ФИО6, ФИО7, помимо того, что они согласуются между собой, также подтверждаются другими указанными выше доказательствами. Так, свидетель ФИО4 - <данные изъяты>, производившая осмотр места происшествия, опрос свидетелей, показала, что на осматриваемом участке автодороги был обнаружен четко выраженный след торможения автомобиля «Кио Рио» в направлении г. Ярославля на правой полосе движения на проезжей части дороги. Также она показала, что место столкновения определила в границах проезжей части исходя из обстановки, на что указывали осыпь, тормозной путь. Свидетель ФИО5- <данные изъяты>, который также находился на месте ДТП, показал, что на проезжей части в месте ДТП он видел осыпь осколков (куски бампера), вместе с экспертом, когда все обследовали, было видно, что машина тормозила на проезжей части, а не на обочине. На дороге валялись канистра, куски от бампера машины, от фары. Предметы были разбросаны по проезжей части и на обочине. Больше фрагментов лежало на самой проезжей части. Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для признания недопустимым доказательством протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия с приложениями, в котором зафиксировано место столкновения автомобиля «Киа Рио» государственный регистрационной знак <данные изъяты> и мотоблока «НЕВА» в пределах проезжей части автодороги. Данный процессуальный документ соответствует требованиям ст.ст. 166, 180 УПК РФ. Нарушения требований норм УПК РФ при производстве указанного следственного действия и фиксации его результатов не допущено. В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции проведена надлежащая проверка указанного доказательства на предмет его допустимости и достоверности, дана оценка доводам стороны защиты, которые, с учетом данной проверки обоснованно признаны несостоятельными.

Также являются несостоятельными доводы апелляционной жалобы о необходимости признания недопустимыми доказательствами заключения эксперта № от 28 августа 2024 года и схемы места административного правонарушения от 6 августа 2024 года, поскольку экспертиза назначена и схема получена вне процессуальных сроков доследственной проверки. Как следует из материалов уголовного дела, автотехническая экспертиза, по результатам проведения которой было дано указанное заключение, была назначена должностным лицом органа предварительного следствия, которому поручалось проведение проверки в порядке ст. ст. 144 - 145 УПК РФ, в пределах срока дополнительной проверки, установленной постановлением руководителя следственного органа – <данные изъяты> Также в пределах срока дополнительной проверки, установленного указанным должностным лицом, была получена указанная схема, обоснованно принятая судом в качестве доказательства с учетом требований ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ.

Заключение эксперта № от 28 августа 2024 года соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, дано на основании необходимой для исследования совокупности материалов, является научно обоснованным и мотивированным. Оснований сомневаться к компетентности эксперта и обоснованности сделанных им выводов не имеется. Нарушений требований УПК РФ, а также регулирующих экспертную деятельность нормативно-правовых актов при производстве судебной экспертизы не допущено.

Показания специалиста ФИО11, на которые ссылается сторона защиты, не являются основанием для иной оценки указанного заключения эксперта.

Согласно положениям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном указанным Кодексом, в том числе его статьями 58, 164, 168 и 270, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Никаких иных полномочий специалиста, в том числе по оценке экспертных заключений, проведению схожих с экспертизой исследований, действующий уголовно-процессуальный закон не предусматривает. Специалист лишь высказывает свое суждение по заданным ему вопросам как в устной форме (что отражается в протоколе судебного заседания), так и в виде заключения (которое приобщается к материалам дела). Заключение специалиста не может подменять собой заключение эксперта, если таковое требуется по делу. (п. 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2025), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18 июня 2025 года)

Из показаний специалиста ФИО11 следует, что поставленные перед ними защитником Тихомировым Ю.Н. вопросы были фактически направлены на оценку экспертного заключения, проведению схожих с экспертизой исследований, что противоречит приведенным выше положениям Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для назначения дополнительной или повторной автотехнической экспертизы, а также для допроса в судебном заседании эксперта ФИО14, поскольку не установлено обстоятельств, предусмотренных ст. 207 УПК РФ.

Доводы защитника, высказанные в суде апелляционной инстанции, о неправомерном отказе в назначении повторной и дополнительной экспертиз со ссылкой на ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ также не свидетельствуют об обоснованности жалобы.

Согласно ч. 1.2 ст. 144 УПК РФ полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений статей 75 и 89 УК РФ. Если после возбуждения уголовного дела стороной защиты или потерпевшим будет заявлено ходатайство о производстве дополнительной либо повторной судебной экспертизы, то такое ходатайство подлежит удовлетворению.

Защитник полагает, что в силу указанной нормы в ходатайстве о назначении повторной либо дополнительной экспертизы не могло быть отказано, так как автотехническая экспертиза назначалась и проводилась до возбуждения уголовного дела.

Однако с данным доводом суд апелляционной инстанции согласиться не может.

Часть 1.2 ст. 144 УПК РФ не исключает действия других норм уголовно-процессуального закона, которыми установлено, что ходатайство лица, которое его заявляет, а также судебное постановление должны быть обоснованными (ч. 1 ст. 271, ч. 4 ст. 7 УПК РФ), а дополнительная и повторная экспертизы могут быть назначены лишь при наличии оснований, предусмотренных ст. 207 УПК РФ. Следовательно, вопреки доводам жалобы, одно лишь обращение стороны защиты с ходатайством о назначении дополнительной либо повторной экспертиз, при отсутствии оснований для их назначения, предусмотренных ст. 207 УПК РФ, не влечет удовлетворения ходатайства стороны защиты в обязательном порядке. Иной подход, при котором принятие процессуального решения целиком и полностью зависело бы только от формального условия - обращения стороны защиты с соответствующим ходатайством, противоречил бы также ч. 1 ст. 8 УПК РФ, в силу которой правосудие по уголовному делу в Российской Федерации осуществляется только судом.

Представленным стороной защиты доказательствам – показаниям свидетелей ФИО8, ФИО9, Свидетель №9, ФИО10, специалиста ФИО11, фото-видеоматериалам судом первой инстанции дана надлежащая оценка.

Судом правильно указано, что ФИО8 вопреки версии стороны защиты об отсутствии свидетеля ФИО7 на месте дорожно-транспортного происшествия, в судебном заседании утверждала, что она не может точно сказать подходил или нет к ФИО12 свидетель ФИО7, так как она не находилась постоянно рядом с ФИО12, а периодически отходила.

Свидетели ФИО9, Свидетель №9, ФИО10 являются родственниками осужденного ФИО12, заинтересованы в представлении информации в выгодном для него свете, благоприятном для него исходе дела.

При этом суд первой инстанции, давая оценку доводам стороны защиты со ссылкой на показания указанных свидетелей и представленные ими фото-видеоматериалы о том, что столкновение автомобиля и мотоблока произошло не на проезжей части, а на обочине, обоснованно обратил внимание, что указанные свидетели прибыли на место ДТП уже после того, как ФИО12 увезли в больницу, а на месте ДТП уже работала следственная группа, достоверность фиксации которой обстановки на месте происшествия судом была установлена на основании проверенных им доказательств.

Кроме того, как обоснованно отмечено судом, из показаний свидетелей ФИО3 и ФИО6 следует, что после ДТП они отогнали машину в сторону к правой обочине, а также перенесли на обочину всё, что мешало на проезжей части, в том числе рельс, какие-то канистры. Таким образом, на момент приезда свидетели со стороны защиты могли наблюдать перечисленные обломки от транспортных средств после ДТП на обочине, которые были перенесены свидетелями ФИО3 и ФИО6

Также судом дана надлежащая критическая оценка показаниям самого подсудимого ФИО12, которые опровергаются совокупностью приведенных выше доказательств, принятых судом в обоснование выводов о виновности осужденного.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ФИО12 не является субъектом преступления, предусмотренного ст. 268 УК РФ, поскольку управляемый им мотоблок «Нева» МБ-2 не является транспортным средством, предназначенным для перевозки по дорогам людей, грузов и оборудования, а потерпевшая ФИО1 не является его пассажиром, и что требования пунктов 1.4 и 22.8 Правил дорожного движения РФ к ФИО12 не применимы, не могут быть признаны обоснованными.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года № 25 (ред. 25.06.2024) «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» лица, управлявшие транспортными средствами, не относящимися к указанным механическим транспортным средствам (например, средством индивидуальной мобильности, указанным в пункте 1.2 Правил, или велосипедом), либо использовавшие для передвижения иные средства (в частности, самокат) и допустившие нарушение правил безопасности движения или эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью или смерть человека, при наличии к тому оснований несут ответственность соответственно по частям 1, 2 или 3 статьи 268 УК РФ.

ФИО12, используя указанный мотоблок с прицепом с целью передвижения по дороге и перевозки груза и пассажира, фактически являлся участником дорожного движения, в связи с чем был обязан соблюдать относящиеся к рассматриваемой ситуации требования Правил дорожного движения РФ, в том числе и пункты 1.4 и 22.8 данных Правил.

Указание при описании в приговоре совершенного ФИО12 преступления на движение ФИО12 на мотоблоке по автодороге в нарушение руководства по эксплуатации мотоблока, согласно которому запрещается движение его по дорогам общего пользования, является констатацией установленного судом обстоятельства, имеющего значение для дела, и не свидетельствует о неверной юридической квалификации содеянного.

Суд пришел к правильному выводу о том, что нарушение пунктов 1.4, 22.8 Правил дорожного движения РФ ФИО12 при установленных судом и изложенных в приговоре обстоятельствах состоит в прямой причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде смерти ФИО15, поскольку доказательствами по делу установлено, что ФИО12, находясь в состоянии алкогольного опьянения, неосторожно относясь к возможности наступления общественно опасных последствий, управляя мотоблоком «Нева» МБ-2Б-6,0 РRO с прицепом, в нарушение пункта 1.4 Правил дорожного движения РФ допустил движение по полосе дороги, предназначенной для встречного движения, чем создал угрозу для безопасности движения, ставя тем самым в опасность жизнь и здоровье других участников движения, а также в нарушение пункта 22.8 Правил дорожного движения РФ перевозил в качестве пассажира в кузове прицепа ФИО15, допустил столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем KIA RIO государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО3, в результате ДТП ФИО15 получила телесные повреждения, повлекшие ее смерть.

Действия ФИО12 правильно квалифицированы по ч. 2 ст. 268 УК РФ, как нарушение другим участником дорожного движения (кроме лиц, указанных в статьях 263 и 264 УК РФ) правил безопасности движения, если это деяние повлекло по неосторожности смерть человека.

Уголовное дело в отношении ФИО12 судом первой инстанции рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. При этом приняты все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела. Сторонам созданы все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов стороне защиты в исследовании доказательств и проверке ее доводов, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, а также ограничений прав участников процесса не допущено.

Все заявленные сторонами ходатайства, вопреки доводам жалобы, рассмотрены судом в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ, с подробным изложением принятых решений; выводы суда достаточно мотивированы. При этом отказ в удовлетворении некоторых заявленных стороной защиты ходатайств, при соблюдении процедуры их рассмотрения, не является нарушением права на защиту и не может свидетельствовать о незаконности этих решений.

При назначении наказания ФИО12 суд в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначаемого наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Выводы суда о назначении наказания в виде лишения свободы с заменой данного вида наказания на принудительные работы в соответствии со ст. 53.1 УК РФ, а также об отсутствии оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ и для применения положений ст. 64, 73 УК РФ, в приговоре мотивированы, являются обоснованными.

Назначенное наказание соответствует требованиям ст.ст.6 и 60 УК РФ, является справедливым. Оснований для изменения вида или размера назначенного наказания не имеется.

Доводы стороны защиты о необоснованном отказе судом в прекращении уголовного дела в отношении ФИО12 в связи с примирением сторон являются несостоятельными.

Суд первой инстанции надлежащим образом рассмотрел ходатайство потерпевшей ФИО1 о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон и принял мотивированное решение об отказе в его удовлетворении, основанное на положениях ст. ст. 76 УК РФ, 25 УПК РФ и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года N 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», согласно которым, суд, при наличии определенных в указанных нормах обстоятельств, вправе прекратить уголовное дело (освободить подсудимого от уголовной ответственности) в связи с примирением сторон, что является правом, а не обязанностью суда, поскольку суду при принятии решения, следует оценить соответствует ли оно целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Из материалов дела следует, что в результате дорожно-транспортного происшествия, которое произошло по вине осужденного ФИО12, погиб человек. Объектами преступления, совершенного осужденным, являются жизнь и здоровье людей, а также безопасность дорожного движения.

Исходя из конкретных обстоятельств дела и сведений о личности осужденного, в целях защиты законных интересов общества и государства суд, вопреки доводам стороны защиты, пришел к правильному выводу о невозможности прекращения уголовного дела в отношении ФИО12

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену судебного решения, при рассмотрении дела и постановлении приговора не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ,

п о с т а н о в и л:

Приговор Даниловского районного суда Ярославской области от 12 декабря 2025 года в отношении ФИО12 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Тихомирова Ю.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, путём подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу, а в случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении – путём подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осуждённый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья В.В. Безуглов