Апелляционное постановление № 22-2818/2025 22-34/2026 от 2 марта 2026 г.

Судья Максимова Е.С. Дело № 22-34/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 3 марта 2026 года

Томский областной суд в составе

председательствующего судьи Вельтмандера А.Т.,

при секретаре Каличкине С.Н.,

с участием прокурора Ананьиной А.А.,

адвоката Грель А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании в апелляционном порядке дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО1 и ее защитника Грель А.В. на постановление Северского городского суда Томской области от 14 октября 2025 года, которым с осужденной

ФИО1, /__/, взысканы в доход федерального бюджета процессуальные издержки в сумме 3000 рублей.

Заслушав выступление защитника-адвоката, поддержавшего доводы апелляционных жалоб, выступление прокурора, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором Северского городского суда Томской области от 14 октября 2025 года ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ и ей назначено наказание в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев условно, с испытательным сроком 1 год 6 месяцев.

При вынесении приговора частично удовлетворён гражданский иск представителя потерпевшего /__/ - Я., с ФИО1 взысканы в пользу /__/ в счёт возмещения имущественного ущерба деньги в сумме 332 560 (триста тридцать две тысячи пятьсот шестьдесят) рублей.

Обжалуемым постановлением Северского городского суда Томской области от 14 октября 2025 года удовлетворено требование представителя потерпевшего /__/ - Я. о возмещении расходов, понесенных в ходе уголовного судопроизводства, постановлено произвести выплату /__/ за счет средств федерального бюджета из средств Управления Судебного департамента в Томской области в размере 3 000 рублей - расходы, связанные с оплатой юридических услуг за составление искового заявления, процессуальные издержки в размере 3 000 рублей, связанные с выплатой /__/, постановлено взыскать с осужденной ФИО1 в доход федерального бюджета.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 выражает несогласие с постановлением, указывает, что в возбуждении уголовного дела было отказано 3 раза, несмотря на это следователь М. смог возбудить данное дело, полагаясь на сомнительные документы. Отмечает, что свидетель стороны защиты С. на суде при ознакомлении со своими показаниями констатировала подделку своих подписей и озвучила, что ее допрашивал не следователь М., как это указано в протоколе допроса, а оперативник Б..

Кроме того, в обвинительном заключении указано, что в результате ее действий с расчетных счетов /__/ на расчетный счет ИП А. было перечислено 886 065рублей 05 копеек, обоснование суммы не было приведено, действия следователя М. никто не контролировал, даже прокуратура не глядя пописала обвинительное заключение, не углубляясь в данное дело, она на протяжении 2-х процессов доказывала, что это заработные платы всех работников с 01.03.2017г по 01.05.2019г., с чем согласились суды согласились, хотя это работа Следственного Комитета.

Обращает внимание на то, что полномочия председателя /__/ регламентированы Уставом /__/, должностной инструкцией и нормами ЖК, и то, что председатель должен сохранять материальные средства и ценности /__/, подтверждено документами и свидетельскими показаниями и в процессе данный факт не оспаривался.

Поясняет, что ввиду отсутствия знаний по работе с государственной информационной системой ЖКХ она вынуждена была пригласить специалиста с оплатой 1500 руб. в месяц. Сторона обвинения утверждает, что работа программиста была ничтожна, при этом утверждения Я. и А. никто не проверял, их утверждения голословны и не подтверждены документами. Отмечает, что до сих пор на странице ГИС ЖКХ выставлены только договора и документы, которые внесла нанятая ею программист, новых документов с мая 2019г. на странице ГИС ЖКХ нет, за 6 лет своей работы Я. и А. не выставили ни одного договора, ни одного документа.

Указывает, что с 01.01.2017г. была заведена тетрадь, чтобы вести учет расходов параллельно с бухгалтером, в ней отражены все расходы за период с 01.01.2017г. по май 2019гг. Все консалтинговые работы оформлялись договорами и проводились А. в программе 1C, после чего проходили оплаты за проделанные работы. В смете отражены зарплаты работников и это законно (утверждает обвинение), а указанное в этой же смете вознаграждение председателя и з/плата программиста по мнению обвинения - это хищение чужого имущества. Получается, что часть зарплат выдавались законно, а часть - это уже хищение. Причем в строке «Управление» заложены зарплата бухгалтера - это законная выплата, а вознаграждение-это уже статья, хищение. Так же в смете указаны зарплаты дворника и уборщицы, их ей не вменяют, оплата законна; а работа программиста - это хищение. В деле есть Акты сверок с ИП А., которые были составлены для отчета перед жильцами за 2017г. Все расходы включены в смету, которая является главным и единственным документом для /__/, утверждается на собрании членов /__/. Суд подтверждает, что Уставом /__/, принятым в соответствии с ч.2 ст.135 ЖК РФ, установлено, что правление /__/ имеет право распоряжаться средствами /__/; в обязанности правления /__/ входит составление смет доходов и расходов на очередной год.

Сторона обвинения утверждает, что отдельных решений о выплате председателю вознаграждения и его размере на общем собрании членов /__/ не принималось, таких документов нет. При этом, в т.8 л.д. 108-109 представлен «Протокол общего(вне) очередного собрания членов /__/ от 20 июля 2014г., где согласно п10 общим собранием утвержден порядок внесения обязательных платежей, собственников и нанимателей жилых помещений по договорам соц найма..., связанных с оплатой расходов на (п 10.1 указанного протокола) содержание, текущий и кап ремонт общего имущества в МКД: оплата за управление. И это право установлено в одном из первых протоколов при организации /__/ по адресу /__/. При изменении размера вознаграждения председателю, данная сумма вносится в смету, в строку Управление и утверждается на ежегодном общем собрании членов /__/. И это на законном основании, согласно Протоколу №1 от 20.07.2014г.

Отмечает, что ежегодно утверждалась смета расходов на год, где отдельной строкой было заложено вознаграждение председателя и зарплата бухгалтера «Управление и налоги». Смета- это основополагающий документ, в котором указаны все расходы на год в МКД. Смета утверждалась ежегодно на общем собрании членов /__/. В бюллетенях члены /__/ ежегодно подтверждали своей подписью согласие на расходы, прописанные в смете, включая и вознаграждение председателю. Отмечает, что в бюллетене напротив каждого пункта голосования ставилась только личная подпись, никаких +. По мнению обвинения «смета не имеет юридической силы». При этом все /__/ ежегодно утверждают данный документ, чтобы определить тариф на содержание МКД. Остается непонятным, почему следователь, зная о консалтинговых услугах- это дворники, уборщики, никому из жильцов дома не задавал вопросы о том, проводились ли какие-нибудь работы на доме, если да, то какие. Видит непрофессионализм в действиях следователя, либо намеренное искажение фактов для своих целей.

Указывает на явные противоречия в показаниях свидетелей со стороны обвинения, в которых постоянно звучали фразы «на собрания не ходил», и «на собраниях не обсуждался размер вознаграждения председателю», поскольку как мог свидетель слышать о вознаграждении председателя, если он никогда не ходил на собрания. Тем более большая часть приглашенных свидетелей со стороны обвинения - это либо жители муниципальных квартир: /__/,/__/,/__/, либо просто прописанные лица, которые не являются собственниками: /__/,/__/,/__/, либо сожители: /__/,/__/. Так же были опрошены не члены /__/: /__/,/__/. Вышеперечисленные лица не имеют права голоса и подписи при утверждении сметы на год и обсуждении зарплат работникам по консалтингу и вознаграждению председателя. Из всех опрошенных свидетелей со стороны обвинения только право голоса имели 8 человек- это /__/, /__/, /__/, /__/, /__/, /__/, /__/, /__/. Те из 30 опрошенных свидетелей обвинения только 8 человек на собрании членов /__/ имели право голоса. Суд также перечисляет ФИО свидетелей, которые либо никогда не ходили на собрания, либо выше перечисленные жители дома.

Сторона обвинения утверждает, что только 2 человека смогли показать об обсуждении вознаграждения председателю: С. кв./__/ и Т. кв./__/, показания данных лиц об обсуждении вознаграждения председателя правления /__/ на общих собраниях членов /__/ опровергаются показаниями многочисленных свидетелей обвинения- остальных жильцов дома, исследованными в судебном процессе. Считает, что данное утверждение также голословно и не подтверждено фактами из дела с указанием страниц, что противоречит пояснениям стороны защиты, где указаны свидетели в количестве 15 человек, с указанием № тома и страниц дела. Данные свидетели утверждают, что председатель ФИО1 работала за вознаграждение. Из 15 человек прописанных, но не собственников - 3 чел., не проживающих - 2 чел., собственники - 2 чел., члены /__/ - 8 чел.

Отмечает, что никогда ни от кого не скрывала, что работает возмездно, сумма ее вознаграждения при этом всегда была озвучена, и перечисленные жители, не члены /__/, не имеющие право голоса и подписи, утверждают, что знали о вознаграждении председателя. Дополняет, что свидетели, которые подтверждали, что она получает вознаграждение, не заинтересованы давать ложные показания, так как они не являются ее родственниками и друзьями.

В судебном заседании на ее вопросы о проводимых работах на доме никто не отрицал проделанных работ, все опрошенные понимали, что данные работы должны были быть оплачены, и если она, как председатель /__/, в полном объёме выполняла свою работу, так на каком основании она не должна получать вознаграждение за проделанную работу? Согласно Протоколу N 91 от 20.07.2014г, вознаграждение председателю закладывается в смете в строке Управление, то есть получение вознаграждения происходит на законном основании.

Тем более, согласно Конституции РФ, любой труд должен быть оплачен. Она могла не получать вознаграждение, но для этого необходимо было ее письменное заявление об отказе от денежного вознаграждения, такого заявления она не писала и соответственно от вознаграждения не отказывалась. Вознаграждение получала на законных основаниях, т.к. ежегодно утверждалась смета на общих собраниях членов /__/, где заложено вознаграждение председателю в разделе «Управление», а именно расходы по управлению общим имуществом, это законно, согласно статьям ЖК и Устава /__/. При допросе свидетеля со стороны защиты юриста Ф., было им озвучено о правомерности оплаты вознаграждения, если оно прописано в смете в разделе управление. В этом разделе могут суммироваться зарплаты всех работников и не выделяться отдельной строкой. И соответственно данная смета должна быть утверждена на собрании членов /__/, что и делалось ежегодно.

Указывает, что закон позволял ей как председателю /__/ иметь денежные средства /__/ на личной карте и рассчитываться за оказанные услуги и покупку товарно-материальных ценностей на хозяйственные нужды, она этот вопрос тщательно изучила, получила консультацию у юриста в Департаменте ЖКХ. Ее действии не шли в разрез закону. Основная цель - миниминизировать расходы жильцов и не иметь долгов за оказанные услуги, контролировать качество оказанных услуг.

Отрицая наличие между ней и бухгалтером устной договоренности о невыполнении работ в доме и присвоении денежных средств, выделенные на данные работы, указывает, что ни в протоколах допроса А. нигде не был зафиксирован факт устной договоренности между ними, ни в судебном заседании на ее вопрос о том, был ли между ними сговор А. ответила, что такого не было.

Полагает, что в обвинительном заключении намеренно искажены факты, не доказан сговор между ней и А., это утверждение голословно и не подтверждено ни одним доказательством, в протоколах допроса, представленных в т.9, т.26, ни на прошедших процессах данный факт не был зафиксирован.

Показания свидетеля А., приведенные судом в приговоре на стр.11, данные в качестве представителя потерпевшего, не корректны, так как они опровергаются судебным решением Томского областного суда, которое приобщено к материалам уголовного дела.

Считает, что органами предварительного следствия не собрано достаточных и убедительных доказательств того, что она, действуя с прямым умыслом и корыстной целью, совершила хищение в форме присвоения, с использованием своего служебного положения вверенных ей денежных средств, принадлежащих /__/ на общую сумму 332 560 рублей, то есть в крупном размере.

Просит в удовлетворении исковых требований /__/ к ФИО1 отказать в полном объеме, постановление Северского городского суда Томской области от 14.10.2025г. о возмещении расходов, понесенных в ходе уголовного судопроизводства по уголовному делу отменить.

В апелляционной жалобе защитник Грель А.В. считает, что обжалуемое постановление должно быть отменено, так как в отношении ФИО1 должен быть постановлен оправдательный приговор, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, судом 1-й инстанции допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

ФИО1 признана виновной в том, что, являясь председателем правления /__/ (далее по тексту /__/) в неустановленный по мнению стороны защиты органами предварительного следствия период времени совершила хищение в форме присвоения вверенных ей денежных средств на общую сумму 332 560 рублей, то есть в крупном размере.

Говоря о том, что следствием не установлено время совершения ФИО1 инкриминируемого преступления, исходит из текста обвинительного заключения, утвержденного заместителем прокурора ЗАТО г.Северск Томской области ФИО2 11 ноября 2024, согласно странице третьей которого ФИО1 совершила инкриминируемое ей деяние в периоды времени с 01 марта 2016 по 31 мая 2019 (1 абзац) и с 20 июля 2014 по 31 мая 2019 (3 абзац), то есть дважды указаны разные периоды времени.

В обвинительном заключении помимо двух разных периодов времени совершения преступления, указано, что ФИО1 в силу своего служебного положения, в указанное время (если исходить из общего смысла предложений, то с 20 июля 2014 по 31 мая 2019) заключила с ИП А., которая была не осведомлена о преступных намерениях ФИО1, договор № 25/1 от 01 марта 2016 и договор № 14-2018 от 01 февраля 2018 об оказании бухгалтерских услуг и услуг по управлению домом (консалтинговых услуг), достигнув с последней устной договоренности о том, что услуги по управлению домом (консалтинговые услуги) ИП А. выполняться не будут, а денежные средства поступившие в качестве оплаты данных услуг А., должна будет перечислять на банковский счет, открытый на имя ФИО1 в /__/ (лист 2 обвинительного заключения).

Не приведено в приговоре никаких обоснований того, как А. являющаяся квалифицированным бухгалтером при таком способе хищения денежных средств, могла быть не была осведомлена о преступных намерениях ФИО1, тем более как утверждает орган предварительного следствия последняя достигла с А. договоренности о том, что услуги по управлению домом (консалтинговые услуги) ИП А. выполняться не будут, однако денежные средства поступившие в качестве оплаты данных услуг А., должна будет перечислять ФИО1

Допрошенная в судебном заседании свидетель А. категорически отрицает, что указанная выше договоренность в устной форме между ней и ФИО1 была, бухгалтерский учет велся в строгом соответствии с установленными правилами.

Кроме того, указывая, что ФИО1 совершила преступление в период времени с 20 июля 2014 по 31 мая 2019, следователь ссылается на то, что подзащитная для достижения задуманного заключает договоры с А. лишь 01 марта 2016 и 01 февраля 2018, тем самым совершенно не понятно, как нам относиться к периоду времени с 20 июля 2014 по 29 февраля 2016, в который А. еще не работала с ФИО1, тем самым абсолютно не ясно, каким образом последняя могла совершить хищение денежных средств в указанный период времени.

Также согласно материалам уголовного дела ФИО1 избрана председателем правления /__/ 20 июля 2014 (том 4, л.д. 206), а полномочия ею были сложены 19 апреля 2019 (том 4, л.д. 107,128), 21 апреля 2019 ФИО1 выходит из /__/ (том 4, л.д. 130), то есть в мае 2019 года ФИО1 уже фактически не обладала никакими полномочиями, и, следовательно, не имела возможности совершить инкриминируемое ей деяние в период с 20 июля 2014 по 31 мая 2019.

Суд 1-й инстанции на данный довод защиты формально указал в обжалуемом приговоре, что оснований для возвращения уголовного дела прокурору в соответствии со ст. 237 УПК РФ (защита такое ходатайство не заявляло) не имеется, поскольку отсутствуют нарушения, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основе данного обвинительного заключения. Вмененный ФИО1 период совершения преступления, отраженный в обвинительном заключении, противоречивым не является.

Из предложенной органами предварительного следствия конструкции обвинения ФИО1 невозможно уяснить, ни способ совершения хищения, ни механизм причинения ущерба потерпевшему в результате инкриминируемых ФИО1 действий.

Так, в обвинительном заключении указано, что в результате действий ФИО1

Н.Р. с расчетных счетов /__/ на расчетный счет ИП А. было перечислено 886 065 рублей 05 копеек. Но данные действия еще не расцениваются органами предварительного следствия как хищение. Причинение ущерба /__/ в размере 886 065 рублей 05 копеек ФИО1 не вменяется.

Далее по тексту обвинительного заключения следует, что А. по договоренности с ФИО1 из переведенных с расчетных счетов /__/ средств перечислила на личный банковский счет ФИО1 684 888 рублей 01 копейку. Эти действия также не расцениваются органами предварительного следствия как хищение. Причинение ущерба /__/ в размере 684 888 рублей 01 коп. ФИО1 также не вменяется.

Исходя из текста обвинительного заключения, хищение денежных средств в сумме 332 560 руб. совершено ФИО1 после того, как 684 888 руб. 01 коп. поступили на ее личный счет с расчетного счета ИП А., то есть денежные средства в указанной сумме были похищены ею со своего личного банковского счета.

Таким образом, из текста обвинительного заключения невозможно понять, почему 332 560 руб., которые по мнению следователя, ФИО1 похитила, являлись для нее чужими, какое отношение к денежным средствам, находившимся на личном счете ФИО1 имело /__/, каким образом ФИО1 обратила данные денежные средства в свою пользу уже после того, как они и так поступили на ее банковский счет, и почему она не похитила не все 684 888 руб.01 коп., которые были перечислены ей А., а только их часть.

Полагает, что подзащитная правомерно получала денежные средства за руководство правлением /__/, качественно выполняя возложенные на нее обязанности по управлению многоквартирным домом, и естественно не имела указанного выше умысла на хищение вверенных денежных средств и корыстной цели.

Допрошенная в судебном заседании ФИО1 показала суду, что в 2014 году став председателем правления /__/ не имея профильного бухгалтерского образования, пролонгировала договор с ИП А. на оказание бухгалтерских услуг. Ежегодно на общем собрании членов /__/ утверждалась смета доходов и расходов /__/ на текущий год. Согласно утвержденным сметам, определялись расходы по управлению общим имуществом, куда входили оплата труда и налоги только двух человек: председателя правления /__/ и бухгалтера, что в том числе подтверждается двумя сметами за 2017 год и 2018 год согласно которым были оплачены заработная плата и налоги в 2017 году 162 ООО рублей, а в 2018 году - 207 360 рублей. Все голосования по вопросу вознаграждения председателя правления /__/ проходили с непосредственным привлечением всех членов /__/. Она (ФИО1) была абсолютно уверена, что получает вознаграждение на законных основаниях, с которой нанятый /__/ бухгалтер А. оплачивает все необходимые отчисления в налоговый орган и социальный фонд. Также в /__/ работала программистом девушка по имени Я., и согласно смете, получала 1 500 рублей.

Показания ФИО1 подтверждаются следующими доказательствами.

Свидетель С. показала, что ФИО1 ежегодно отчитывалась перед членами /__/. Она (С.) была на собраниях, где обсуждалось вознаграждение ФИО1 (том 21, л.д. 200-203).

Свидетель К. показала, что размер вознаграждения ФИО1 обсуждался, собственники за это голосовали. ФИО1 отчитывалась о расходах, где была показана и ее заработная плата, (том 8, л.д. 236-241; том 21, л.д. 203-208).

Свидетель С. показал, что членом /__/ стал с 24 марта 2019. Председатель /__/ ФИО1 автоматически взяла себе заработную плату, которую до этого получал прежний председатель /__/ Ш., (том 16, л.д. 88-95). На собрании членов /__/ ФИО1 сообщала, что получала денежные средства (том 22, л.д. 48-53)

Свидетель С. показала, что в доме № /__/ она проживает с 1965 года. Собрание членов /__/ она всегда посещала, так как ей было это интересно. ФИО1 ежегодно отчитывалась перед членами /__/ о доходах и расходах, все было ясно и понятно, вся информация размещалась, вопрос о заработной плате ФИО1 обсуждался на собраниях. ФИО1 получала 6 000 рублей, она лично с последней это обсуждала. Заработная плата председателя /__/ отражалось в смете, в графе «управление и налоги», (том 9, л.д. 109-116; том 16, л.д. 121-124; том 22, л.д. 64-70).

Свидетель Ш. показал, что заработная плата управляющего /__/ составляет 6000 рублей в месяц (том 16, л.д. 171-174).

Свидетель М. показала, что проживает в доме № /__/, слышала, что говорили о том, что вознаграждение ФИО1 ничтожно мало, (том 22, л.д. 9-11).

Свидетель Б. показала, что проживает в доме № /__/. Нареканий по работе ФИО1 она не имела, (том 9, л.д. 191-194).

Свидетель К. показала, что проживает в доме № /__/. Вся информация о расходах и доходах /__/ доводилась. ФИО1 работала возмездно, на общих собраниях звучала сумма 8-10 тысяч рублей, (том 9, л.д. 196-199; том 16, л.д. 138-145).

Свидетель Т. (в настоящее время скончался) показал, что проживает в доме № /__/, на общих собраниях обсуждался вопрос о зарплате ФИО1 Ревизор /__/ прикладывал отчет к отчету ФИО1 У Ш. была зарплата 6 ООО рублей, у ФИО1 вначале зарплата была 6 ООО рублей, затем 12 ООО рублей. Протоколы собраний вывешивались, с которыми он знакомился, так как является дотошным человеком. В /__/ был программист, оплата услуг которого составляла 1 500 рублей, [том 9, л.д. 69-73; том 16, л.д. 58-66).

Свидетель Д. показала, что проживает в доме № /__/. Имеет бухгалтерское образование. При отчете ФИО1, задавала ей вопросы по смете. Программист был заложен в смету. У ФИО1 было вознаграждение, (том 16, л.д. 21-27; том 21, л.д. 187-192).

Свидетель П. показал, что работал дворником, убирал территорию дома № /__/. К ФИО1 никаких претензий не имеет, только благодарность, (том 9, л.д. 145-150; том 16, л.д. 95-97; том 21, л.д. 232-234)

Свидетель В. показал, что является сыном ФИО1, которой посоветовал нанять программиста для работы в системе ГИС ЖКХ, когда мама стала председателем /__/, так как мама не дружит с техникой. Со слов мамы ему известно, что она такого программиста наняла. Маму характеризует только с положительной стороны, (том 20, л.д. 19-22).

Свидетель Я. показала, что проживает в доме № /__/, являлась членом правления /__/. ФИО1, как председатель правления /__/ отчитывалась перед собственниками на общем собрании, где обсуждался размер вознаграждения ФИО1, дворника и технички. ФИО1

Н.Р. получала вознаграждение, о чем было указано в отчетной смете. Также свой отчет представлял ревизор. В /__/ был программист. ФИО1 нормальный и адекватный человек. Работа по дому ею велась. Решение о зарплате ФИО1 принимало в том числе и правление, (том 9, л.д. 43-47; том 16, л.д. 98-104; том 21, л.д. 241-247).

Свидетель С. показала, что проживает в доме № /__/. Являлась ревизором /__/. Председатель ФИО1 получала около 6 000 рублей. Это обсуждалось на собраниях. В /__/ был программист. ФИО1 работала хорошо, ее вознаграждение входило в смету, (том 9, л.д. 53-58; том 16, л.д. 185-187; том 22, д.д. 80-84).

Свидетель А. показала, что вела бухгалтерский учет в /__/. В /__/ был программист, ее зарплата включалась в работы по управлению домом, платилась определенная сумма. В сумму 10 800 рублей (п.2.1 договора № 25/1 от 01 марта 2016) входил председатель и бухгалтер, а в сумму 22 500рублей (п. 4.1 договора № 14-2018 от 01 февраля 2018) может быть входил еще и программист.

Будучи опрошенной на предварительном следствии А. пояснила, что ФИО1 ежемесячно получала вознаграждение, с программистом был заключен гражданско-правовой договор (том 7, л.д. 123-124).

В ходе предварительного и судебного следствия какая-либо заинтересованность вышеуказанных лиц в исходе дела и в судьбе ФИО1 не установлена.

Документально показания вышеперечисленных свидетелей подтверждаются протоколом общего (вне) очередного собрания членов /__/ от 20 июля 2014 согласно п. 10 которого общим собранием утвержден порядок внесения обязательных платежей и (или) взносов, собственников помещений в многоквартирном доме и нанимателей жилых помещений по договорам социального найма или договорам найма жилых помещений государственного либо муниципального жилищного фонда в данном доме, связанных с оплатой расходов на (10.1 указанного протокола) содержание, текущий и капитальный ремонт общего имущества в многоквартирном доме: оплата за управление, содержание и ремонт общего имущества вносится в /__/ пропорционально доли (с кв.м). За проголосовало 100% участников общего собрания, (том 8, л.д. 108-109)

Кроме того, необходимо отметить, что ФИО1 в процессе своей работы председателем правления /__/ направляла в АО «Единый расчетно-консультационный центр» протокол общего собрания /__/ и смету расходования финансовых средств /__/ за 2017 год., что подтверждается приобщенным и оглашенным сопроводительным письмом на имя директора АО «ЕРКЦ» от 13 января 2017 за № 6, что в совокупности со свидетельскими показаниями, приведенными выше свидетельствует о прозрачности финансовой деятельности председателя правления /__/ ФИО1

Таким образом, органами предварительного следствия не собрано достаточных и убедительных доказательств того, что моя подзащитная, действуя с прямым умыслом и корыстной целью, совершила хищение в форме присвоения, с использованием своего служебного положения вверенных ей денежных средств принадлежащих /__/ на общую сумму 332 560 рублей, то есть в крупном размере, в связи с чем ФИО1 должна быть оправдана в инкриминируемом деянии, и, как следствие, с нее не подлежат взысканию расходы, понесенные в ходе уголовного судопроизводства.

Просит отменить постановление Северского городского суда Томской области от 14 октября 2025 о возмещении расходов, понесенных в ходе уголовного судопроизводства по уголовному делу.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора ЗАТО г. Северск просит постановление суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденной и адвоката – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, выслушав участвующих лиц, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражения на них, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое путем лишения или ограничения гарантированных прав участников уголовного судопроизводства повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В силу ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Апелляционным определением Томского областного суда от 2.03.2026 года приговор Северского городского суда Томской области от 14 октября 2025 года в части разрешения гражданского иска, в связи с которым решался вопрос о возмещении и последующем взыскании процессуальных издержек, был отменен, дело в данной части было направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе в порядке гражданского судопроизводства. Наряду с этим, из протокола судебного заседания следует, что вопрос о взыскании процессуальных издержек не обсуждался, мнения сторон по указанному вопросу не выяснялось.

При указанных обстоятельствах, данные нарушения являются неустранимым в суде апелляционной инстанции, постановление суда подлежит отмене, дело направлению на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Северского городского суда Томской области от 14 октября 2025 года в отношении ФИО1 отменить и передать материалы дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда.

Апелляционные жалобы ФИО1 и адвоката Грель А.В. удовлетворить частично.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий А.Т. Вельтмандер