Решение № 2-1080/2018 2-1080/2018~М-744/2018 М-744/2018 от 28 ноября 2018 г. по делу № 2-1080/2018

Р Е Ш Е Н И Е Дело № 2-1080/2018

Именем Российской Федерации

г. Минусинск 28 ноября 2018 года

Минусинский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Шкарина Д.В.,

при секретаре Витютневой П.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

истцы обратились в Минусинский городской суд с иском к ФИО3 о признании недействительным договора дарения части жилого дома и земельного участка. Мотивировав свои требования тем, что ранее в их совместной собственности находилась часть жилого дома и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> ДД.ММ.ГГГГ они подарили своей приемной дочери ФИО3 часть жилого дома и земельный участок. Данный договор дарения был заключен вынужденно, так как в тот период ФИО1 был болен, а из строя вышла система отопления дома. Фактически они замерзали и у них не было средств для ремонта системы отопления. Ответчик ФИО3 предложила им за её счет сделать ремонт системы отопления, а они должны за это подарить ей дом и земельный участок. В настоящее время ответчик им не помогает. ФИО1 только месяц назад понял, что жилой дом и земельный участок ему не принадлежит. Ранее он не понимал этого. В настоящее время, когда встал вопрос о том, чтобы продать жилой дом и купить благоустроенную квартиру, так как по состоянию здоровья содержать дом у истцов не имеется возможности. ФИО2 вынуждена была объяснить ФИО1, что они больше не собственники дома и земельного участка, в связи, с чем не могут его продать. Когда ФИО1 подписывал договор дарения, то его состояние здоровья было такое, что он плохо понимал происходящие события, ему и не объясняли, какой документ он подписывает. Он полностью доверился ФИО2 и ФИО3. В тот период времени ФИО1 уже страдал рядом тяжелых заболеваний: сосудистая энцефалопатия, сахарный диабет, хронический панкреатит, он часто жаловался на сильные головные боли, скачки артериального давления, нарушение сна, ухудшение памяти, тревожное состояние. ФИО1 состоит на учете у психиатра в Минусинском Психоневрологическом диспансере. Он нуждается в уходе и контроле. ФИО2 также страдала в тот период ряжом заболеваний, и принимала лекарства. Истцы полагают, что договор дарения должен быть признан судом недействительным в силу того, что в результате тяжелых заболеваний ФИО1 не мог понимать значения своих действий и руководить ими, при оформлении договора дарения в пользу ФИО3, он принимал лекарства, которые могли влиять на состояние его психики, кроме того, организм претерпевал значительные изменения, в связи, с тяжелыми заболеваниями. ФИО1 в силу своего заболевания был неадекватен в своих действиях, в связи с чем, и подписал договор дарения, не вникая в его суть. Ответчица воспользовалась его беспомощным состоянием и уговорила их оформить договор дарения на себя, так как они оба в тот период были очень внушаемы и подчиняемы. В связи с чем просят, признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ части жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1, ФИО2 и ответчиком ФИО3 и передать <адрес> в совместную собственность ФИО2 и ФИО1 (л.д. 3-6).

В судебном заседании истица ФИО2, а также её представитель адвокат Шелухина Н.М., действующая на основании ордера (л.д. 44) на исковых требованиях настаивали в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Также суду пояснили, что на момент подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не отдавал отчет своим действиям, что подтверждается, проведенной по делу судебно-психиатрической экспертизой.

Истец ФИО1 и ответчик ФИО3 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались, надлежащим образом (л.д. 93,101-104), причины неявки суду не сообщили. Ранее в судебном заседании представитель ФИО3 по доверенности ФИО4 (л.д. 45) исковые требования не признал, полагал, что договор между сторонами был заключен добровольно, без оказания, какого-либо давления со стороны ответчика. Кроме того, заявлял о пропуске срока исковой давности по оспариванию сделки.

В судебном заседании свидетель И.С.. пояснила, что знакома с ФИО2 с детства, поскольку проживали по соседству в <адрес>, с ФИО1 знакома около года. В январе 2018 года, в связи с рождественскими праздниками была приглашена в гости к семье Проданюк, которые проживают в большом доме по адресу <адрес>. В ходе беседы находясь с ФИО2, последняя жаловалась на свое состояние здоровья и состояние здоровья ФИО1, а также на большую площадь дома, за которым необходим уход. В связи с чем, она предложила ФИО2 и ФИО1 продать дом, на что от ФИО2 получила ответ, что дом они продать не могут, так как подарили его дочери Марии, услышав это ФИО1 стал кричать на ФИО2 и они вместе пытались его успокаивать, обосновав, что ФИО3 дом вернет. В связи с чем, у нее сложилось впечатление, что ФИО1 впервые услышал о дарении дома именно в ходе указанного разговора, то есть в январе 2018 года. Также указала, что со слов ФИО5 ей стало известно, что ФИО1 давно болеет и не может сам осуществлять за собой уход.

Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ были допрошены свидетели К.А., В.А., В.С., Л.В.. Свидетель К.А. суду пояснил, что работал врачом неврологом в поликлинике №1 г. Минусинска. Согласно записям амбулаторной карты, ФИО1 обратился к нему в 2003 году с диагнозом токсическая инфацелопатия, после чего он периодически обращался за медицинской помощью. В 2007 году ему был поставлен диагноз дискуляторная инфацелопатия 3 степени, то есть сильное нарушение памяти в связи с чем, больной нуждается в постороннем уходе. Были выявлены когнитивные нарушения высшей психической функции - это внимание, память, критика, воля, степень которой могут указать только психиатры или нейропсихологи, от данного заболевания вылечится невозможно. Осознание происходящего при имеющемся у ФИО1 заболевании происходит, но не в полном объеме и в случае если пациент наблюдается у врача психиатра и состоит на учете, о чем имеются записи о его состоянии, эксперты смогут установить психическое состояние в любой период времени. Также указал, что последний раз ФИО1 обращался за помощью ДД.ММ.ГГГГ, при этом его психическое состояние не улучшилось.

Свидетель В.А. пояснил, что проживает в подвале дома семьи Проданюк, а именно в котельной, помогает им по хозяйству за жилье и еду уже около 10 лет. Когда он пришел к ним жить, ФИО1 уже был болен, часто все забывал. С ФИО3 знаком, она к ним приезжала примерно раз в месяц, пояснить осуществляла ли ФИО3 какую-либо помощь родителям не смог, поскольку в доме не проживал. На протяжении всего времени, что он проживает в этом доме, ФИО1 один никуда не выходит, так как может заблудиться, по дому работы не выполняет, кушает самостоятельно, но приготовить сам не сможет. О том, что дом был подарен ФИО3, ему стало известно около полугода назад, от ФИО2, при этом ФИО3 с октября 2017 года он не видел, считает, что всеми действиями ФИО1 руководит ФИО2.

Свидетель В.С. пояснил, что с семьей Проданюк знаком 15-20 лет состоит с ними в дружеских отношениях. Приемную дочь Натальи и Дмитрия, видел один раз, хотя они с женой периодически приходят к ним в гости. Около 10-15 лет назад ФИО1 стал плохо себя чувствовать, выяснилось, что имеется психическое заболевание, со временем ему становилось все хуже, в настоящее время ФИО1 не может себя обслуживать, не узнает некоторых людей. О том, что они подарили ФИО3 долю в доме, он узнал недавно. Также пояснил, что ему известно, что отопление в дом, где проживают Наталья и Дмитрий проводила их дочь ФИО3 за свои денежные средства.

Свидетель Л.В. пояснила, что знакома с ФИО3 и ее родителями с детства, так как с ФИО3 учились вместе с 1 класса и все это время поддерживали дружеские отношения. Ранее проживали в г. Кызыл. В 2005 г. она переехала на постоянное место жительства в г. Минусинск. До настоящего времени продолжает общаться с семьей Проданюк, часто бывает у них в гостях. В 2005 г. ФИО1 работал на Минусинской ТЭЦ, примерно с 2008 года он не работает. В настоящее время ФИО1 помогает по дому своей жене, весной 2012 г. он еще занимался с её сыном, осознавал свои слова и действия, сам передвигался по дому, ходил самостоятельно в магазин. ФИО3 делает в доме ремонт за свой счет, помогает им постоянно. Последний раз в гостях у Проданюк она была на новый год, о том, что они подарили дочери ФИО3 долю в доме, ей известно не было.

Выслушав явившиеся стороны, свидетеля, исследовав материалы дела, оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В соответствии с п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Судом установлено, что на основании договора дарения части жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ дарители ФИО2 и ФИО1 дарят своей дочери ФИО3 земельный участок, кадастровый №, площадью 888 кв.м. и часть жилого дома, состоящую из основного одноэтажного кирпичного строения, общей площадью 187,7 кв.м. находящиеся по адресу: <адрес> -2 (л.д. 13).

Указанный договор зарегистрирован в Управлении Федеральной Службы государственной регистрации кадастра и картографии по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ за № и послужил основанием, для передачи в собственность ФИО3 вышеуказанных объектов недвижимости, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости (л.д. 107-108).

С иском о признании сделки недействительной может обратиться гражданин, совершивший сделку. По смыслу закона, лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям статьи 177 ГК РФ, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" Во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ).

Для разрешения вопроса о психическом состоянии ФИО1 на период оформления оспариваемого договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, судом по ходатайству представителя истца проведена комплексная судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, проведенной в составе члена комиссии судебного эксперта-психиатра высшей категории ФИО7, заведующей психиатрическим отделением № филиала № КГБУЗ «ККПНД №», врача докладчика судебного эксперта-психиатра высшей категории ФИО8, заведующей отделением амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы филиала №3 КГБУЗ «ККПНД № 1» судебного эксперта-психолога высшей категории ФИО9, медицинского психолога амбулаторного отделения судебно-психиатрической экспертизы филиала № 3 КГБУЗ «ККПНД №1»: ФИО1 с 2003 года по настоящее время страдает хроническим психическим заболеванием в форме деменции, в связи со смешанными заболеваниями (сосудистый, экзогенно - токсический факторы, сахарный диабет) со стойкими значительно выраженными нарушениями психических функций (Р02.848). Сопутствующий диагноз: «Гипертоническая болезнь III ст. риск 4. Сахарный диабет, II тип. Дисциркуляторная энцефалопатия II – III ст. сложного генеза (сосудистого, экзогенно-токсического). Экзогенно-токсическая полинейропатия». Несмотря на то, что в период с 2008г. по 2014г. ФИО1 врачом-психиатром не наблюдался, данные медицинской документации и настоящего психолого-психиатрического обследования свидетельствуют о том, что какая-либо положительная динамика в психическом состоянии подэкспертного с 2006г., когда был установлен диагноз «Деменция сложного генеза» по 2018г. отсутствует, прослеживается лишь нарастание явлений деменции до стойких значительно выраженных нарушений психических функций. Распознать наличие у ФИО1 психические расстройства в период с 2008 г.-2014 г. и на период юридически значимого события - подписание подэкспертным договора дарения части жилого дома и земельного участка ДД.ММ.ГГГГ, окружающим, возможно кроме близких родственников, не позволяло наличие внешне сохранного «фасада», при котором вероятно оставались отдельные привычные, ставшие шаблонными суждения, создававшие впечатление об относительной сохранности психических способностей подэкспертного. У подэкспертного на момент подписания договора дарения части жилого дома и земельного участка ДД.ММ.ГГГГ, вследствие слабоумия (деменции), неизбежно были трудности при освоении новых сведении, снижение ориентировки в сложных нестандартных ситуациях. А ситуацию дарения части жилого дома и земельного участка с подписанием договора следует рассматривать именно как сложную, нестандартную и психотравмирующую, требующую от подэкспертного определенных интеллектуальных и эмоциональных ресурсов, способности совершать не только действия в привычных бытовых ситуациях, но и способности к пониманию новых нестандартных условий, усвоению нового материала. Таким образом, можно с большей долей вероятности утверждать, что на момент подписания договора дарения части жилого дома и земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 страдал хроническим психическим заболеваем в форме деменции (слабоумия) сложного генеза и не мог понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО1 на момент подписания договора дарения, какие – либо медицинские препараты, которые могли повлиять на его психическое состояние не принимал. ФИО1 может участвовать в судебном заседании, его присутствие в судебном заседании не представляет опасности для его жизни и здоровья, жизни и здоровья лиц участвующих в судебном заседании» (л.д.92-95).

Оснований не доверять представленному заключению у суда не имеется, поскольку заключение выполнено в соответствии с требованиями действующего законодательства, комиссия экспертов предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Доказательств, опровергающих выводы экспертов, стороной ответчика в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, с учетом исследованных письменных доказательств, положений статей 67, 71 Гражданского процессуального кодекса РФ суд приходит к выводу о том, что на момент заключения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не был способен понимать значение своих действий.

При этом доказательств, того, что ФИО2 была не способна понимать значение своих действий и руководить ими, а также находилась под влиянием обмана, насилия, угрозы в ходе судебного разбирательства ФИО2 не представлено.

Так, судом учтено, что условия договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ изложены ясно, понятны для лица, не обладающего специальными познаниями в сфере юриспруденции. Указанный договор дарения не содержит каких-либо условий относительно пожизненного содержания истцов и возмездного характера передачи спорных объектов недвижимости.

ФИО2 лично подписала данный договор дарения, а также документы, подаваемые для государственной регистрации договора дарения и перехода права собственности от нее к ФИО3, что не оспаривала в ходе судебного разбирательства.

ФИО2 в течение семи лет с декабря 2011 по март 2018 не предпринимала попыток расторжения договора дарения или его оспаривания, стороной истца ФИО2 не оспаривалось, что на момент подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ она по состоянию здоровья не нуждалась в постороннем уходе, была адекватной, бодрой, все помнила, самостоятельно занималась хозяйством, осуществляла уход за супругом ФИО1, что также следует из показаний свидетелей: В.А., В.С., Л.В., И.С..

Свидетелей, которые бы присутствовали при оформлении оспариваемого договора дарения, суду представлено не было.

Более того, истец ФИО2 в ходе судебного разбирательства лично поясняла, произвела дарение в пользу ФИО3 поскольку надеялась на материальную помощь от последней, которую ФИО3 оказывала и после подписания договора. Также не оспаривала, что за счет ФИО3 были проведены ремонтные работы отопления спорного жилого дома, что также опровергает доводы о том, что ФИО3 не способна понимать значение своих действий и руководить ими, а также находилась под влиянием обмана, насилия, угрозы.

Таким образом, суд приходит к выводу, о том, что стороной истца ФИО2 не было представлено доказательств для признания сделки дарения от 27.12.2011 г. недействительной, как совершенной гражданином не способным понимать значение своих действий, так и под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств, поскольку доказательства нахождения ФИО2 в состоянии не способном понимать значение своих действий относительно природы сделки, а также доказательства отсутствия у ФИО2 воли на совершение сделки дарения дома и земельного участка либо того, что ее воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования, суду представлено не было. В то время как указание на возраст, обещания производства ремонтных работ, оказания материальной помощи, не имеет существенного значения.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной им в п. 102 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса РФ", в силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Кроме того, отказывая в иске ФИО2, суд исходит из того, что истцом ФИО2 без уважительных причин был пропущен срок исковой давности по требованию о признании недействительной сделки дарения жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ о переходе права собственности на спорный жилой дом и земельный участок ФИО2 должно было стать известно с момента его регистрации в 2012 г., поскольку последняя лично подписывала оспариваемый договор дарения и принимала участие в регистрации оспариваемого договора в Росреестре. Кроме того, ФИО2 имела возможность, в случае возникновения у нее сомнений в оспариваемой сделке, своевременно ознакомиться со сведениями в отношении спорного объекта недвижимости, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, в связи с общедоступностью данных сведений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Осуществление отдельных правомочий по пользованию и распоряжению имуществом - это право собственника, не влияющее на законность сделки.

Поскольку доли супругов в силу действующего законодательства признаются равными, при этом судом установлено, что ФИО2 при подписании договора дарения ДД.ММ.ГГГГ находилась в состоянии способным понимать значение своих действий, суд приходит к выводу о прекращении права собственности ФИО3 на ? долю жилого дома, общей площадью общей площадью 187,7 к.в.м., с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>; земельного участка, площадью 888 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>–2, и регистрации права общей долевой собственности ( ? доли в праве) за ФИО1 на жилой дом, общей площадью общей площадью 187,7 к.в.м., с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес> земельный участок, площадью 888 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> - 2.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки – удовлетворить.

Прекратить право собственности на ? долю в праве ФИО3 на жилой дом, общей площадью 30,2 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> и земельный участок, общей площадью 2142 кв.м., категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведение личного подсобного хозяйства, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>.

Вернуть ФИО1 ? долю вышеуказанного недвижимого имущества.

Настоящее решение является основанием для внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним сведений о прекращении права собственности ФИО3 на ? долю жилого дома, общей площадью 30,2 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> и земельного участка, общей площадью 2142 кв.м., категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведение личного подсобного хозяйства, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>, и регистрации права общей долевой собственности ( ? доли в праве) за ФИО1 на жилой дом, общей площадью 30,2 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> и земельного участка, общей площадью 2142 кв.м., категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведение личного подсобного хозяйства, кадастровый №, расположенного по адресу: <адрес>.

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Минусинский городской суд в течение одного месяца, со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий:

Мотивированный текст решения изготовлен 17 декабря 2018 года