Решение № 2-1500/2020 2-1500/2020~М-1271/2020 М-1271/2020 от 22 сентября 2020 г. по делу № 2-1500/2020

Дело № 2-1500/2020

УИД:26RS0023-01-2020-003903-68


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 сентября 2020 года г. Минеральные Воды

Минераловодский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Чебанной О.М.,

при секретаре Чукариной Н.С.,

с участием: ответчика ФИО1 его представителя по доверенности и ордеру адвоката Папяна С.В., финансового управляющего ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, ФИО1 о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском ФИО4, ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, указав, что истец ФИО3, является супругой ФИО4, что подтверждается свидетельством о регистрации брака серии II-ГН .............., выданным Городским ЗАГС г. Минеральные Воды 22 июня 1985 г. (актовая запись 313).

В период брака, ими было приобретено различное движимое и недвижимое имущество, среди прочего:

Земельный участок, площадь 1032,01 кв.м., адрес .............. а, дата гос. регистрации 06.12.2006 г., кадастровый ...............

Земельный участок, площадь 1200 кв.м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 08.09.2010 г., кадастровый ...............

Кафе, нежилое здание, площадь 86,8 кв.м, адрес .............. а, дата гос. регистрации 03.03.2004 г. ..............;

Кафе, нежилое здание, площадь 543,7 кв.м, адрес .............. а, дата гос. Регистрации 28.02.2009 г., кадастровый ..............;

Летний павильон, нежилое здание, площадь 21,8 кв.м, адрес .............. а, дата гос. Регистрации 28.02.2009г., кадастровый ..............;

Навес, сооружение, площадь 13,8 кв.м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г., кадастровый ..............;

Навес, нежилое здание, 6.8 кв.м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г. кадастровый ..............;

Навес, сооружение, площадь 9,4 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г., кадастровый номер; ..............

Навес, сооружение, площадь 9 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г. кадастровый ..............;

Навес, сооружение, площадь 11,1 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г.

Навес, сооружение, площадь 7,6 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г., кадастровый ..............

Навес, сооружение, площадь 10,2 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г., кадастровый ..............

Навес, сооружение, площадь 6,9 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г., кадастровый ..............

Навес, сооружение, площадь 9,8 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г., кадастровый ..............;

Навес, сооружение, площадь 26,1 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г., кадастровый ..............;

Навес, сооружение, площадь 18,3 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., дата гос. регистрации 28.02.2009 г., кадастровый ...............

Перечисленные выше объекты недвижимости, стали предметом договора купли-продажи от 5 сентября 2017 года.

Данные обстоятельства стали истцу известны, после того, как она получила по месту своего проживание постановление о возбуждении уголовного дела, датированное 29 февраля 2020 года.

Согласие на отчуждение данного имущества, как супруга, истец давала только 05 сентября 2018 года.

Получив постановление о возбуждении уголовного дела, истец стала выяснять, что стала с имуществом, описанным выше.

Определением Арбитражного суда СК 29 сентября 2016 года, супруг истца был признан несостоятельным (банкротом). И в отношении него была введена процедура реструктуризации долгов, сроком на 6 месяцев. Финуправляющей была назначена - ФИО2

Решением АС СК от 24.04.17 г. ФИО4, признан несостоятельным (банкротом), и в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, до 25.10.2017.

В указанном решении Арбитражного суда СК фин. управляющего обязывают в установленный пунктом 1 статьи 213.26 Закона о банкротстве срок представить для утверждения суду положение о порядке, об условиях и о сроках реализации имущества должника с указанием начальной цены продажи имущества.

На сайте ЕФРСБ, нет ни одного судебного акта, ни одной публикации по ФИО4 При этом фин. управляющий в своем отчете о деятельности и ходе процедуры реализации имущества гражданина, указывает в графе «расходы» сумму 4472,17 руб. - за оплату размещения сведений процедуры реализации имущества.

Не было ни описи имущества, ни утвержденного порядка реализации.

В соответствии со ст. 213.25 ФЗ Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 24.04.2020) "О несостоятельности (банкротстве)", все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражною суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу.

Все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

Сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны.

Договор купли-продажи заключен супругом - ФИО4 и гражданином ФИО1 05 сентября 2017 года, т.е. в тот период времени, когда сделку от имени должника, должна была совершать фин. управляющая - ФИО5

На титульном листе договора указана дата составления и подписания договора (5 сентября 2017 г.), однако на последнем листе договора указана дата государственной регистрации права собственности - 17.09.2018 г.

Более того УФСКиК 21.07.2020 года, по всем объектам недвижимости, указанным выше в исковом заявлении, внесла исправления по данной сделке, и признала датой составления договора именно 05.09.2017.

С июля 2018 года, определением АС СК, дело по банкротству прекращено полномочии фин. управляющего прекращены.

Будучи супругой, которая в силу закона имеет право на 1/2 доли всего имущества приобретённого в период брака, истец считает, что указанная сделка нарушает её права, так как она проведена с грубым нарушением требований законодательства РФ.

Согласно п.10 указанного договора купли-продажи на момент подписания договора купли-продажи, имущество, указанное в договоре уже фактически передано покупателю, и по этому основанию акт приема передачи не составлялся. Тем самым, супруг истца фактически распорядился принадлежащей истцу, в силу закона ? супружеской доли в 2017 году, а её согласия на отчуждение получил только в 2018 году, когда была окончена процедура банкротства.

Просит суд признать договор купли-продажи недвижимое имущества, заключенный 05 сентября 2014 года (вероятно истец имеет ввиду договор от 05.09.2017) между ФИО4 и ФИО1 недействительным. Применить последствия недействительности сделки.

Истец ФИО3, ее представитель по доверенности и ордеру адвокат Мурадова Я.Р., будучи надлежащим образом уведомлены о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, о причинах своей неявки не сообщали.

После поступления настоящего иска в суд, истец ФИО3 в суд не являлась, в ходе досудебной подготовки в суд являлась представитель истца по доверенности и ордеру адвокат Мурадова Я.Р., которая знакомилась с материалами дела, получала судебные извещения, в том числе и для передачи истцу, однако в судебные заседания 14.09.2020 и 22.09.2020 ни истец, ни ее представитель не явились.

Учитывая, что в судебном заседании сторона ответчика настаивала на рассмотрении дела по существу, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для оставления искового заявления без рассмотрения.

Ответчик ФИО4, будучи надлежащим образом, уведомлен о времени и месте слушании дела, в судебное заседание не явился.

Представитель Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю ФИО6, будучи надлежащим образом, уведомлена о времени и месте слушании дела, в судебное заседание не явилась, представила заявление о рассмотрении дела в отсутствие представителя, решение принять на усмотрение суда.

Ответчик ФИО1, в судебном заседании настаивал на рассмотрении дела по существу, исковые требования не признал, пояснив, что сделка не могла быть заключена в 2017 году, поскольку в 2017 году ФИО4 он не знал, а познакомился только в 2018 году при заключении сделки купли-продажи. Сделка была заключена в сентябре 2018 года. О том, что ФИО4 хочет продать кафе, он узнал от арендатора ФИО4, который сообщил ему в декабре 2017 года, что ФИО4 банкрот, и что финансовый управляющий будет продавать кафе, и предложил поучаствовать в аукционе. В марте 2018 года он поехал к финансовому управляющему ФИО2, и узнал, что данный объект выставлен на торги, хотел принять участие в аукционе, но ФИО4 сообщил ему, что сам закроет все долги, но потом готов продать кафе за 21 млн. руб. 29.08.2018 ФИО4 сообщил, что долги погашены и он готов продать кафе, они договорились, что сделка состоится 05.09.2018. Все вместе они приехали в регистрационную палату г. Пятигорска, он взял из банковской ячейки всю сумму денег и нанял человека для охраны. В регистрационной палате они сдали все документы и заявления, договор купли-продажи составляли в регистрационной палате, поспросили помочь специалиста, но ФИО4 сказал, что подписывать документы не будет, пока деньги не отвезут в банк г. Минеральные Воды. После того, как отвезли деньги, и как ФИО4 позвонили из Минеральных Вод, они с ним подписали договор, все документы им выдали через 10-12 дней, он стал собственником, и стал платить налоги на это имущество. То, что в договоре была указана дата 2017 года, он внимания не обратил. Пояснил, что договор не мог быть в 2017 году, так как в то время он ФИО4 не знал. Подтвердил, что сделка была совершена именно в сентябре 2018 года, супруга ФИО4 давала согласие на сделку тоже в сентябре 2018 года. В настоящее время ФИО4 на звонки не отвечает, и ему не понятно почему он так себя ведет, если он хочет избежать уголовной ответственности, это не должно быть таким способом. Просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Представитель ответчика ФИО1 адвокат Папян С.В., в судебном заседании настаивал на рассмотрении дела, поддержал доводы письменных возражений, в которых указал, что в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 131 ГПК РФ в исковом заявлении в обязательном порядке должны быть указаны обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, и доказательства, подтверждающие эти обстоятельства, а также в чем заключается нарушение либо угроза нарушения прав, свобод или законных интересов истца.

Из материалов настоящего дела усматривается, что истец оспаривает дату заключения договора купли-продажи перечисленных в исковом заявлении объектов недвижимого имущества между ФИО4 и ФИО1, утверждая, что датой совершения указанной сделки является 05.09.2017 года.

Опираясь на указанный довод, истец обосновывает свои исковые требования тем, что, находясь в законном браке с ФИО4, она 05.09.2017 года не давала согласие последнему на совершение вышеуказанной сделки в отношении имущества, нажитого в совместном браке.

Вместе с тем, указанные доводы истца являются юридически ничтожными, в исковом заявлении и в представленных суду материалах не содержится ни единого доказательства, отвечающего критериям относимости, допустимости и достоверности, которое может быть приято судом во внимание при разрешении настоящего гражданского дела.

Так, в преамбуле оспариваемого договора купли-продажи действительно указана дата «пятое сентября две тысячи семнадцатого года» (05.09.2017 года). Однако указанное обстоятельство является не более, чем технической ошибкой, о чем истцу достоверно известно, поскольку в действительности указанный договор купли-продажи заключен между ФИО4 и ФИО1 05.09.2018 года, в присутствии истца и с его письменного нотариально заверенного согласия.

Приведенный истцом в исковом заявлении довод о том, что 21.07.2020 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю по всем объектам недвижимости, указанным в исковом заявлении, внесены исправления по оспариваемой сделке и датой составления договора купли-продажи признано 05.09.2017 года, является юридически ничтожным и прямо опровергается материалами имеющегося регистрационного дела, содержащего необходимый пакет документов, каждый из которых без исключения датирован соответственно 2018 годом.

Об указанных обстоятельствах Истцу достоверно известно.

Так, доводы искового заявления опровергаются множеством очевидных обстоятельств, которые могут быть положены в качестве доказательств в обоснование полного отказа в удовлетворении исковых требований Истца:

по состоянию на 05.09.2017 года ФИО1 и ФИО4 не были даже знакомы, о чем достоверно может свидетельствовать биллинг телефонных соединений за указанный период времени между указанными лицами;

полученные от реализации недвижимого имущества денежные средства 05.09.2018 года, то есть в день совершения сделки размещены ФИО4 на его счете в отделении ПАО «Сбербанк России» в городе Минеральные Воды;

материалы регистрационного дела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю полностью опровергают доводы Истца;

12.09.2017 года ФИО4 получена расписка от ФИО7 и ФИО8, где двое последних выступают в качестве арендаторов, а ФИО4 выступает в качестве арендодателя объектов недвижимого имущества, перечисленных в настоящем исковом заявлении, в которой ФИО4 для указанных арендаторов установлены сроки и суммы арендной платы в период, начиная с 01.09.2017 года по 31.12.2022 года. Указанная расписка получена ФИО4 в обеспечение договора аренды от 12.09.2017 года, заключенного между ним и ФИО9

письменные согласия на продажу ФИО4 перечисленных в исковом заявлении объектов недвижимости Истцом даны в присутствии нотариуса 05.09.2018 года. Мотивированных обоснований и доказательств того, почему вопреки указанному обстоятельству истец утверждает о якобы заключении сделки годом ранее, чем ею даны соответствующие согласия, истцом не представлено;

Истинным основанием для обращения с настоящим исковым заявлением в суд является юридически несостоятельная попытка отвести от уголовной ответственности ее супруга - ФИО4

Так, 29.02.2020 года в следственном отделе по городу Минеральные Воды следственного управления Следственного комитета РФ по СК в отношении ФИО4 (ответчика по настоящему делу) возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 198 УК РФ, по факту уклонения последним от уплаты налога при реализации 05.09.2018 года вышеуказанного недвижимого имущества.

Предвидя угрозу наступления уголовной ответственности ФИО4 по указанным основаниям, истец, в целях введения суда в заблуждение и пытаясь исказить фактические обстоятельства заключения оспариваемой сделки, обратилась с настоящим исковым заявлением в суд для признания сделки недействительной, что в свою очередь по мнению истца может повлечь прекращение уголовного преследования в отношении ФИО4 Так, истец вероятно полагает, что в случае признания судом датой заключения сделки «05.09.2017 года», то есть ее заключения в период введенной в отношении ФИО4 процедуры банкротства и без участия его финансового управляющего, и признания в судебном порядке сделки недействительной, указанное повлечет отсутствие состава преступления, предусмотренного ст. 198 УК РФ.

Об указанном свидетельствует и то обстоятельство, что в период, предшествующий обращению истцом в суд с настоящим исковым заявлением, ФИО4 и его представитель неоднократно звонили и писали сообщения ФИО1 с просьбой «фиктивно отыграть договор купли-продажи назад» ввиду возникшей угрозы привлечения ФИО4 к уголовной ответственности за неуплату налога с продажи недвижимого имущества.

Данные действия истца считает злоупотреблением правом и неуважением к судебной системе Российской Федерации.

Пределы осуществления гражданских прав установлены ст. 10 ГК РФ, в соответствии с которой, в частности, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах, в соответствии с п. 3 ст. 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Считает что по настоящему гражданскому делу действия истца должны быть расценены судом как злоупотребление процессуальными правами, состоящими в недобросовестном и ненадлежащем использовании принадлежащих ему прав, выразившихся в действиях, внешне отвечающих требованиям гражданских процессуальных норм, но направленных на достижение каких-либо посторонних целей, причиняющих вред интересам правосудия по гражданским делам и интересам лиц, участвующих в деле, что недопустимо в силу ст. 10 ГК РФ. Просил отказать в полном объеме.

Третье лицо финансовый управляющий ФИО5, в судебном заседании, пояснила, что требования истца являются необоснованными, поскольку сделка не могла быть заключена в сентябре 2017 года, в отношении ФИО4 в тот период была введена процедура банкротства, на все имущество наложено обременение кредитором «Юниаструм банк», она была назначена финансовым управляющим. Любая сделка без ее участия состояться не могла. Дата в договоре 2017 год - это техническая ошибка. Просила отказать в удовлетворении требований истца.

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Так, в ст. 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

В силу ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами. В соответствии с этим, и наряду с другими основаниями, гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон.

Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в частности, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В соответствии с положениями ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Так, материалами дела установлено, что ответчик ФИО1 является собственником объектов недвижимости: земельный участок, площадь 1032,01 кв.м., адрес .............., кадастровый ..............; земельный участок, площадь 1200 кв.м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; сооружение навес площадью 6.8 кв.м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; навес, сооружение, площадь 13,8 кв.м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; летний павильон, нежилое здание, площадь 21,8 кв.м, адрес .............., кадастровый ..............; кафе, нежилое здание, площадь 543,7 кв.м, адрес .............., кадастровый ..............; кафе, нежилое здание, площадь 86,8 кв.м, адрес .............., кадастровый ..............; навес, сооружение, площадь 7,6 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; навес, сооружение, площадь 26,1 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; навес, сооружение, площадь 9,8 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; навес, сооружение, площадь 10,2 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; навес, сооружение, площадь 11,1 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; навес, сооружение, площадь 9,0 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; навес, сооружение, площадь 9,4 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ..............; навес, сооружение, площадь 10,2 кв. м, адрес .............. м на юго-запад от жилого .............., кадастровый ...............

Основанием для возникновения права собственности ответчика ФИО1 на указанные объекты недвижимости является сделка купли-продажи, фактически состоявшаяся между ним и продавцом ФИО4 в сентябре 2018 года, что объективно подтверждено сведениями ФГБУ «ФКП Росреестра» от 20.08.2020 № 13610/2.20/20.

Обращаясь с настоящим иском в суд о признании сделки недействительной, ФИО3 указала на то, что фактически сделка была совершена 05.09.2017, что соответствует дате заключения договора, указанной в самом договоре, соответственно, сделка нарушает ее права как супруги продавца, не дававшей своего согласия в сентябре 2017 года на отчуждение имущества нажитого в браке, а дававшей согласие на сделку только в сентябре 2018 года, также указав, что на дату указанную в сделке (05.09.2017) в отношении супруга была введена процедура банкротства, и сделку ее супруг совершать не мог.

В обоснование заявленных требований истцом представлены уведомления Росреестра об исправлении технической ошибки от 21.07.2020 № 26/135/011/2020- 6224, из которых следует, что в соответствии с п.1 ст.61 ФЗ от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» в записях ЕГРН исправлена дата документа-основания: с договора купли-продажи недвижимого имущества от 05.09.2018 на договор купли-продажи недвижимого имущества от 05.09.2017.

Разрешая заявленные требования судом учтено следующее.

На основании п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

При этом, одним из условий действительности сделки является, в частности соответствие воли (внутреннего намерения, желания субъекта, направленного на достижение определенного правового результата) и волеизъявления лица (внешнего проявления воли), являющегося стороной сделки, на ее совершение.

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130).

В договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества. При отсутствии этих данных в договоре условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным (ст. 554 ГК РФ).

В силу ч. 3 ст. 35 СК РФ для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Так, проверяя доводы заявленных требований, судом установлено, что Арбитражным судом Ставропольского края от 06.10.2016 было признано обоснованным заявление КБ «Юниаструм Банк» о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

В дальнейшем, определением Арбитражного суда Ставропольского края от 04.07.2018 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 прекращено, в виду удовлетворения требований всех кредиторов, полномочия финансового управляющего ФИО2 прекращены.

Таким образом, в период с 06.10.2016 по 04.07.2018 сам ФИО4 без участия финансового управляющего совершать сделки с принадлежащим ему имуществом не мог в силу ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Вместе с тем, ссылка истицы на дату договора – 05.09.2017, не может быть принята судом во внимание, поскольку исследованными судом доказательствами установлено, что фактически сделка состоялась в сентябре 2018 года, а дата указанная в договоре является технической ошибкой, при этом наличие данной ошибки не может служить единственным и бесспорным основанием для признания сделки недействительной, поскольку в силу п. 2 ст. 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Также, согласно ст. 551 ГК РФ переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации, при этом, исполнение договора продажи недвижимости сторонами до государственной регистрации перехода права собственности не является основанием для изменения их отношений с третьими лицами.

Следовательно, для лиц, не являющихся сторонами сделки считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки на основании которых возникают, изменяются или прекращаются такие права (п. 2 ст. 8.1, п. 2 ст. 551 ГК РФ).

Данная позиция отражена в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Так, согласно представленным сведениям ФГБУ «ФКП Росреестра» от 20.08.2020 № 13610/2.20/20 дата регистрации перехода права собственности спорных объектов недвижимости от продавца ФИО4 и возникновения права собственности у покупателя ФИО1 произошла 17.09.2018.

При этом, в материалах регистрационного дела имеется письменное нотариально заверенное согласие от 05.09.2018 истца, как супруги продавца ФИО4 на отчуждение всех объектов недвижимости проданных ФИО1

При таких обстоятельствах доводы иска о нарушении права истицы, как супруги ФИО4, не дававшей согласия на отчуждение спорного имущества, являются несостоятельными.

Факт наличия в договоре технической ошибки объективно подтверждается материалами регистрационных дел, копии которых представлены в суд ФГБУ «ФКП Росреестра», откуда усматривается, что все документы по оформлению договора купли-продажи спорных объектов недвижимости были сданы совместно продавцом ФИО4 и покупателем ФИО1 именно 05.09.2018 года в 12 часов 53 минуты, при этом, как продавец, так и покупатель подписывали необходимые заявления об осуществлении государственной регистрации прав, оплачивали государственную пошлину, предоставляли документы, необходимые для осуществления государственной регистрации (т. 3 л.д. 50-71).

Кроме того, факт наличия технической ошибки в дате спорного договора, подтверждается данными регистрационных дел, откуда усматривается что в сентябре 2017 года сделка состояться не могла, поскольку в этот период ФИО4 заключил иную сделку и 12.09.2017 обращался в Управление Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по СК г. Пятигорск с заявлением о регистрации договора аренды спорных объектов, заключенного с ФИО7 сроком на 5 лет, однако в совершении регистрационных действий сторонам было отказано, ввиду наложения ареста на имущество ФИО4 и невозможности совершения каких-либо регистрационных действий без участия финансового управляющего (т.2 л.д. 72-78).

Как следует из договора аренды нежилого здания от 12.09.2017 заключенного ФИО4 с ФИО7, что наймодатель передает нанимателю нежилое здание, кафе, общей площадью 543,70 кв.м. расположенное по адресу: ............... во временное владение. Указанное нежилое здание расположено на земельном участке общей площадью 1032,01 кв.м. с кадастровым номером ............... На земельном участке общей площадью 1200 кв.м. расположены навесы и сарай принадлежащие на праве собственности наймодателю.

Согласно п.1.3 договора аренды, срок найма нежилого здания устанавливается с момента подписания настоящего договора и действует 5 (пять) лет.

Согласно уведомлению Управления Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по СК от 22.09.2017 №26/135/011/2017-11236 что в соответствии с п. 5.37 ч.1 ст.26 ФЗ от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» о приостановлении начиная с 22.09.2017 осуществления действий по регистрации аренды в отношении объектов недвижимости. В ЕГРН внесено предупреждение на основании служебной записки о невозможности совершения, каких-либо регистрационных действий в отношении ФИО4 без участия финансового управляющего.

Также, по ходатайству стороны ответчика ФИО1, в судебном заседании 14.09.2020 были опрошены свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО8, ФИО12, ФИО13

Свидетель ФИО12 суду пояснил, что в сентябре 2018 года его знакомый ФИО1 обратился к нему за помощью, чтобы он выступил в роли водителя и охранника при совершении сделки и перевозке денег. Он сопровождал ФИО1, нес сумку с деньгами в регистрационную палату г. Пятигорска, потом оставил ФИО1 с деньгами в кабинете, там также находился ФИО4 и еще несколько человек. Через некоторое врем вышел ФИО1 и сказал, что нужно отвезти деньги в Минеральные Воды в банк, где ждал еще один человек, знакомый ФИО4 Уже в Минеральных водах в банке их ждали, он находился долго, так как деньги проверяли, считали, в его присутствии что-то в кассе положили на счет, сумма была большая более 20 млн.рублей. Каждые 10-15 минут ему звонил ФИО1, когда все проверили, он позвонил ФИО1 сообщил, что все хорошо, и они в Пятигорске подписали договор. Он точно помнит, что это было именно в 2018 году, а не в 2017 году.

Свидетель ФИО10 суду пояснил, что работает заместителем начальника отдела регистрации № 3 Росреестра по г. Пятигорску, ФИО1 знает, так как он сдавал документы на регистрацию сделки в сентябре 2018 года, звонил, просил записать его на прием. Все документы по сделке сдавались в его присутствии, он видел деньги, все это происходило в его кабинете № 102, был ФИО1 и ФИО14 и с ними еще по 3 человека было. В его присутствии они пересчитали деньги, он это хорошо запомнил, так как в его практике такая большая сумма наличными была впервые. Потом представители сторон поехали в банк, а ФИО1 и ФИО4 остались в регпалате. Через некоторое время они оформили сделку, все подписали. Он точно помнит, что это был 2018 год, а не 2017 год, так как в 2017 году он занимал другую должность. Дата в договоре это техническая ошибка. Где составлялся договор он точно не помнит, но деньги считали в его присутствии, договор подписывали в присутствии другого специалиста, так как ФИО4 не подписывал документы, пока не проверят деньги. После этого они созвонились, и потом все подписали. Также пояснил, что, если договор подписывается сторонами не в присутствии специалиста в разделе 20 заявления на регистрацию «отметка» специалист сделает соответствующую запись. Из всех документов видно, что все это происходило 05.09.2018.

Свидетель ФИО11 суду пояснил, что является инженером кадастровый палаты территориального отделения в г. Пятигорске, подтвердил, что знает ФИО1 как заявителя, он принимал у них документы на регистрацию сделки, это было в первой половине дня 05.09.2018, ему подали документы на регистрацию права, где было много объектов. Подтвердил, что заявления на регистрацию и договор купли-продажи ФИО1 и ФИО4 подписывали в его присутствии, он (свидетель) также подписал заявления на регистрацию, и несет за это ответственность, поэтому он точно знает, что все это происходило именно в сентябре 2018 года. Пояснил, что на дату договора он внимания не обратил, он проверял выписки, проверял каждый объект, указанный в договоре. Если бы договор был подписан не в его присутствии, то в разделе 20 заявления на регистрацию, обязательно стояла бы отметка об этом.

Свидетель ФИО8, суду пояснил, что с ФИО1 знаком давно, так как арендует у него помещение под цветочный склад. Подтвердил, что в сентябре 2017 года хотел вместе с ФИО13 Ро. взять у ФИО4 в аренду кафе «Гянджа», юристы подготовили договор, они лично с ФИО4 ходили сдавать документы в регистрационную палату, но ничего не получилось, так как выяснилось, что кафе в залоге у банка, наложено обременение. Поэтому он продолжил снимать кафе в аренду без оформления, что продолжалось до сентября 2018 года, потому что кафе выкупил ФИО1

Свидетель ФИО7, суду пояснил, что ФИО4 знает, так как с сентября 2017 года арендовал у него кафе «Гянджа» по адресу .............., сначала делали там отделочные работы до ноября 2017, потом до мая 2018 платили по 50 тыс. рублей, а с мая по сентябрь 2018 платили 100 тыс. рублей за аренду. Подтвердил, что до сентября 2018 года ФИО1 никакого отношения к кафе «Гянджа» не имел. В 2018 году ФИО1 купил данное кафе у ФИО4, а его оставил работать управляющим.

Таким образом, пояснениями всех свидетелей достоверно установлено, что правоотношения ФИО1 и ФИО4 по заключению купли-продажи возникли в сентябре 2018 года, более того, из показаний свидетелей ФИО8, ФИО7 установлено, что ФИО1 в период до сентября 2018 года никакого отношения к спорным объектам не имел, поскольку именно они с сентября 2017 года арендовали у ФИО4 кафе, которое ФИО1 выкупил только в сентябре 2018 года.

Суд принимает во внимание показания данных свидетелей, поскольку они полностью согласуются с данными, имеющимися в материалах регистрационных дел, не противоречат друг-другу, обстоятельств, свидетельствующих о заинтересованности кого-либо из свидетелей для положительного для ФИО1 исхода дела не установлено.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, при этом суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Учитывая изложенное, объективно исследовав, и оценив все представленные доказательства, суд приходит к выводу, что сделка купли-продажи между ФИО4 и ФИО1 имела место именно 05.09.2018, что истице ФИО3 достоверно и явно известно, поскольку ее согласие нотариально оформлено именно в указанную дату, и именно в эту дату представлено в регистрирующий орган. Все заявления ФИО4 писал и подавал в регистрирующий орган именно 05.09.2018, в тот же день, до подписания договора получил полный расчет по сделке, о чем указано в самом договоре, после чего в присутствии ведущего инженера Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по СК подписал договор, при этом регистрация перехода права собственности спорных объектов недвижимости от продавца ФИО4 и возникновение права собственности у покупателя ФИО1 произошли 17.09.2018.

При таких обстоятельствах суд находит доводы искового заявления основанными на недобросовестном поведении истца, с явным намерением путем избранного способа защиты права о признании сделки недействительной, причинить вред ответчику ФИО1, что является недопустимым в силу ст. 10 ГК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно.

Согласно разъяснениям п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Принимая во внимание, что судом правовых оснований для признания сделки купли-продажи между ФИО4 и ФИО1 недействительным и применения последствий недействительности сделки не установлено, а также принимая во внимание явное недобросовестное поведение истца, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных ФИО3 требований в полном объеме.

Иск о признании недействительным договора купли-продажи недвижимости связан с правами на имущество, таким образом, государственная пошлина при его подаче исчисляется в соответствии с пп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ - как при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, в зависимости от цены иска.

Согласно ст. 91 ГПК РФ по искам о праве собственности на объект недвижимого имущества, принадлежащий гражданину на праве собственности цена иска определяется исходя из стоимости объекта, но не ниже инвентаризационной оценки или при отсутствии ее - не ниже оценки стоим объекта по договору страхования.

Стоимость спорного имущества по договору купли-продажи составила 21 000 000 рублей, соответственно, размер государственной пошлины составит 60 000 рублей.

Поскольку при обращении в суд ФИО3 государственную пошлину оплатила не полностью (в размере 15 000 рублей), завив ходатайство о предоставлении отсрочки по оплате государственной пошлины в полном объеме до вынесения судебного решения, при этом в удовлетворении заявленных требований ФИО3 отказано в полном объеме, суд с учетом положений ст. 103, ст. 98 ГПК РФ, предусматривающей возмещение расходов пропорционально удовлетворенным требованиям, считает необходимым взыскать с истца в доход бюджета Минераловодского городского округа оставшуюся часть неоплаченной государственной пошлины в сумме 45 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных ФИО3 требований о признании договора купли-продажи недвижимого имущества, заключенного 05.09.2014 (05.09.2017) между ФИО4 и ФИО1 недействительным и применении последствия недействительности сделки - отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета Минераловодского городского округа государственную пошлину в сумме 45 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи жалобы в Минераловодский городской суд, в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме (29 сентября 2020 года).

Председательствующий – подпись

Копия верна:

Судья –