Апелляционное определение № 33-1314/2026 от 14 апреля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Судья Ахметзянова А.Ф. 1-я инстанция № 2-1311/2025

Судья-докладчик Фокина Т.О. Апелл. производство № 33-1314/2026

УИД № 18RS0003-01-2024-011801-08


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 апреля 2026 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Гулящих А.В.,

судей Фокиной Т.О., Стех Н.Э.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шибановой С.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 -ФИО2 на решение Октябрьского районного суда г. Ижевска от 13 октября 2025 года по иску ФИО1 к ОСФР по УР о восстановлении пенсионных прав.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Фокиной Т.О., представителя истца ФИО2, настаивавшую на удовлетворении апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО3, возражавшую против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Первоначально ФИО1 (далее – истец, ФИО1) обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике (далее – ОСФР по Удмуртской Республике), ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» о восстановлении пенсионных прав.

В обоснование требований, истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ обратилась ОСФР по Удмуртской Республике с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением ОСФР по Удмуртской Республике № 84017/24 от 08.04.2024 в назначении страховой пенсии по старости ей было отказано в связи с отсутствием требуемого стажа, установленного пунктом 2 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». При этом ответчиком не были включены периоды работы: с 01.10.1990 по 31.03.1998, с 01.04.1998 по 04.02.2000 в ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» в качестве маляра, работающего с веществами не ниже 3 класса опасности, так как документально не подтвержден факт постоянной занятости на указанных работах. Истец считает, что вышеуказанные периоды должны быть засчитаны в стаж, дающий право на установление досрочной страховой пенсии по старости в связи с наличием стажа работы с тяжелыми условиями труда.

Истец неоднократно уточняла исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ (т. 1 л.д.138-148, 178-192, 196, 198-212), с учетом уточнений исковых требований в последней редакции просила суд:

1. Признать выполнение работ истца в период с 01.10.1990 по 31.03.1998, с 01.04.1998 по 04.02.2000 в ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» в качестве маляра, работающего с веществами не ниже 3 класса опасности, относящимся по позиции 23200000-13450 раздела XXXIII Списка № 2 от 26.01.1991, а также Списка № 2 (1956 года) раздел XXIX «Строительство зданий и сооружений» маляры при работе с нитрокрасками.

2. Возложить обязанность на ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» произвести корректировку сведений индивидуального (персонифицированного) учета за период работы истца с 01.10.1990 по 31.03.1998, с 01.04.1998 по 04.02.2000.

3. Возложить обязанность на ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» представить в ОСФР по Удмуртской Республике сведения о работе истца во вредных и тяжелых условиях труда для занесения в индивидуальный лицевой счет застрахованного лица по коду особых условий.

4. Признать незаконным решение № 84017/24 от 08.04.2024 ОСФР по Удмуртской Республике об отказе в назначении страховой пенсии по старости, предусмотренной пунктом 2 части 1 статьи 30 Закона от 28.12.2013, в связи с отсутствием у заявителя стажа на соответствующих видах работ.

5. Обязать ОСФР по Удмуртской Республике зачесть истцу в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости периоды работы: с 01.10.1990 по 31.03.1998, с 01.04.1998 по 04.02.2000 в ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» в качестве маляра, работающего с веществами не ниже 3 класса опасности.

6. Обязать ОСФР по Удмуртской Республике назначить и выплачивать истцу страховую пенсию по старости со дня возникновения права на страховую пенсию по старости.

7. Взыскать с ОСФР по Удмуртской Республике в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Определением суда первой инстанции от 26.08.2025 (т. 1 л.д. 215-216) производство по гражданскому делу по иску ФИО1 к ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» о возложении обязанности на ответчика произвести корректировку сведений индивидуального (персонифицированного) учета за период работы истца с 01.10.1990 по 31.03.1998, с 01.04.1998 по 04.02.2000, возложении обязанности на ответчика представить в ОСФР по Удмуртской Республике сведения о работе истца во вредных и тяжелых условиях труда для занесения в индивидуальный лицевой счет застрахованного лица по коду особых условий, прекращено, поскольку на момент рассмотрения гражданского дела ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» прекратило свою деятельность в качестве юридического лица.

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО2 исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика ОСФР по Удмуртской Республике ФИО3 исковые требования не признала, считая, что оснований для удовлетворения требований истца не имеется. Просила в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд рассмотрел дело без участия неявившегося истца ФИО1, извещение которой признано судом надлежащим.

Судом вынесено решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ОСФР по ФИО4 о восстановлении пенсионных прав полностью отказано.

В апелляционной жалобе, срок на подачу которой восстановлен определением суда первой инстанции от 22.12.2025 года, истец ФИО1 в лице своего представителя ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. В обоснование жалобы приводит доводы аналогичные исковому заявлению и заявлениям о его уточнении. Указывает на то, что судом дана ненадлежащая оценка представленных доказательств, неправильно применены нормы материального и процессуального права. Считает, что представленными в дело доказательствами подтверждается льготный характер работы истца в спорные периоды в течение полного рабочего дня в должности маляра с веществами не ниже 3 класса опасности. Считает, что истцу отказано в назначении пенсии по формальным основаниям, поскольку ОСФР по УР не проведена надлежащая проверка, не приняты меры к своевременному выявлению и устранению причин нарушения, прав, свобод и законных интересов истца, в частности при подсчете страхового стажа при назначении ей страховой пенсии по старости. Считает, что неправомерные действия ответчика создали неблагоприятные последствия для нее, выразившиеся в том, что она для восстановления нарушенных прав, являясь юридически неграмотной, вынуждена была обращаться в суд. Считает, что указанными неправомерными действиями ответчика ей был причинен моральный вред. Исходя из степени вины нарушителя и обстоятельств, учитывая степень физических и нравственных страданий истицы, определила размер компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, и просит его взыскать.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ОСФР по УР С. Е.В. просит решение суда оставить без изменения, считает его законным и обоснованным, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО2 настаивала на доводах жалобы, просила ее удовлетворить.

Представитель ответчика С. Е.В. против удовлетворения жалобы возражала, полагая решение суда законным и обоснованным.

В соответствии со статьями 167, 327 ГПК РФ дело рассмотрено судебной коллегией в отсутствие истца ФИО1, извещенной о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в том числе посредством размещения информации о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на сайте Верховного Суда Удмуртской Республики (http://vs.udm.sudrf.ru/).

Изучив и проанализировав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, рассмотрев дело и проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, возражений на жалобу, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции не усматривает и приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрирована в системе обязательного пенсионного страхования с 09.09.1999 года, согласно выписке из лицевого счета застрахованного лица (л.д. 121-127).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в ОСФР по Удмуртской Республике с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.2 ч.1 ст.30 Федерального закона от 28.12.2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением ОСФР по Удмуртской Республике от 08.04.2024 года № 84017/24 ФИО1 отказано в назначении досрочной страховой пенсии, поскольку на дату обращения ДД.ММ.ГГГГ отсутствует стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пп.2 ч.1 ст.30 Закона №400-ФЗ. Решением установлено, что периоды работы с 01.10.1990 по 31.03.1998, с 01.04.1998 по 04.02.2000 в ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» в качестве маляра, работающего с веществами не ниже 3 класса опасности, не подлежат зачету в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, так как документально не подтвержден факт постоянной занятости на указанных работах. Прямых доказательств работы маляром в ДОАО «Ижмаш-ЖКУ-313» с вредными веществами не ниже 3 класса опасности в течение полного рабочего дня, таких как: сертификаты (паспорта) на применявшиеся лакокрасочные материалы, наряды на выполненные работы, карты аттестации рабочих мест, представлены не были. Сведения индивидуального (персонифицированного) учета отражены страхователем без указания особых условий труда (кода) для досрочного назначения страховой пенсии. Данные периоды подлежат включению в страховой стаж на общих основаниях. Поскольку требуемый стаж на соответствующих видах работ отсутствует, право на назначение досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с п.2 ч.1 ст.30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400 «О страховых пенсиях» ФИО1 отсутствует (т. 1 л.д. 72-73).

Согласно записям трудовой книжки АТ-II № ФИО1 осуществляла в спорные периоды трудовую деятельность (т. 1 л.д. 16-18):

- 01.10.1990 переведена маляром 3 разряда ОАО «Ижмаш»;

- 18.04.1996 присвоен 4 разряд маляра, занятого на работах с применением вредных веществ не ниже 3 класса опасности;

- 31.03.1998 переведена по п.5 ст.29 КЗоТ РФ в ДОАВО «Ижмаш-ЖКУ-313»;

- 01.04.1998 принята переводом маляром, занятым на работах с применением вредных веществ не ниже 3 класса опасности 4 разряда;

- 06.04.1998 присвоен 5 разряд маляра, занятого на работах с применением вредных веществ не ниже 3 класса опасности;

- 04.02.2000 уволена по ст.31 КЗоТ РФ по собственному желанию.

Согласно сведениям индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО1, работодателем представлены сведения за период с 01.10.1990 по 23.07.1994, с 24.07.1994 по 17.04.1996 и с 18.04.1996 по 31.03.1998, 01.04.1998 по 05.04.1998, с 06.04.1998 по 04.02.2000 общими условиями, без указания кода льготы особых условий труда и без учета оснований для досрочного назначения страховой пенсии (т. 1 л.д. 171-177).

Ранее, 04.06.2021 истец ФИО1 обращалась в Индустриальный районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики с требованиями к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Ижевске Удмуртской Республики (межрайонное) (правопреемником является ОСФР по Удмуртской Республике) о признании за истцом права на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением работы с тяжелыми условиями труда, возложении на ответчика обязанности включить в специальный стаж истца периоды работы в АООТ Ижмаш-ЖКУ-313 (ДОАО Ижмаш-ЖКУ-313) в должности маляра: с 01.10.1990 по 18.04.1996, с 18.04.1996 по 31.03.1998, с 01.04.1998 по 06.04.1998, с 06.04.1998 по 04.02.2000, во включении которых на тот момент ей было отказано по аналогичным основаниям, и назначить страховую пенсию по старости в связи с осуществлением работы с тяжелыми условиями труда.

Решением Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 11.01.2022 в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ОПФР по Удмуртской Республике о признании права на назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением работы с тяжелыми условиями труда, обязании включить в специальный стаж периоды работы, обязании назначить страховую пенсию в связи с осуществлением работы с тяжелыми условиями труда, признании незаконным решения об отказе в назначении пенсии, отказано. При этом суд указал, что из представленных в материалы дела документов не усматривается работа истца с применением вредных веществ не ниже 3 класса опасности в условиях постоянной и непосредственной занятости, при том, что обязательным условием назначения досрочной пенсии является документальное подтверждение такой работы в условиях постоянной и непосредственной занятости на работах с тяжелыми условиями труда (полный рабочий день не менее 80% рабочего времени). Таких достаточных допустимых достоверных доказательств истцом суду не представлено (т. 1 л.д. 103-107).

Апелляционным определением Верховного Суда Удмуртской Республики от 28.03.2022 решение Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 11.01.2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлевторения (т.1 л.д. 108-110).

Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 30.06.2022 решение Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 11.01.2022 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 28.03.2022 оставлены без изменения, кассационная жалоба ФИО1 – без удовлетворения (т. 1 л.д. 111-113).

28.09.2022 ФИО1 обратилась в Индустриальный районный суд г. Ижевска с заявлением о пересмотре решения суда от 11.01.2022 года по вновь открывшимся обстоятельствам, впоследствии от него отказалась. Определением Индустриального районного суда г. Ижевска от 16.03.2023 года производство по заявлению ФИО1 о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам прекращено (т. 1 л.д. 114).

02.08.2023 года ФИО1 вновь обратилась с исковым заявлением к ОСФР по УР о восстановлении пенсионных прав с аналогичными требованиями, которые уже были предметом рассмотрения в суде.

08.09.2023 Индустриальным районным судом г. Ижевска производство по вышеуказанному иску прекращено в виду отказа истца от иска (т. 1 л.д. 115).

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции, установив, что истцом не представлены достаточные доказательства, подтверждающие ее постоянную занятость в спорные периоды на работах и должностях, дающих право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с п.2 ч.1 ст.30 Федерального закона № 400-ФЗ, а также установив факт того, что приводимые истцом в обоснование иска доводы уже являлись предметом гражданско-правового спора и им дана надлежащая оценка вступившим в законную силу решением суда, не усмотрел оснований для удовлетворения исковых требований.

Судебная коллегия с данными выводами суда первой инстанции соглашается, полагает их правильными, поскольку они соответствуют фактическим установленным по делу обстоятельствам, постановлены при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения и их толковании, на основании представленных сторонами доказательств, которым судом дана надлежащая оценка в порядке ст. 67 ГПК РФ.

Поскольку мотивировка данных выводов, приведенная в решении суда, является полной, объективной и правильной, суд апелляционной инстанции не усматривает необходимости повторно приводить ее в настоящем определении.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции в соответствии с требованиями процессуальных норм исследовал всю совокупность представленных сторонами доказательств. Не перечисление судом всех представленных материалы дела документов в мотивировочной части судебного акта не означает, что суд не исследовал данные документы, и не дал им надлежащую правовую оценку. Несогласие истца с оценкой имеющихся в деле доказательств само по себе не свидетельствует о существенных нарушениях судом норм права, повлиявших на исход дела, и не является достаточным основанием для отмены решения суда в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, истец преследовала очевидную цель – установить за ней право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением работы с тяжелыми условиями труда.

Вместе тем, с тем истцу уже было отказано в удовлетворении аналогичных требований вступившим в законную силу судебным постановлением по спору между теми же сторонами и по тому же предмету спора, рассмотренному судами трех инстанций, с одной лишь разницей – оспаривалось более ранее решение пенсионного органа об отказе в назначении досрочной пенсии по старости. Все доводы, изложенные в обоснование иска, и представленные в их подтверждение доказательства являлись тождественными. Вопреки доводам жалобы, никакие новые обстоятельства и доказательства в рамках настоящего спора, формально содержащего единственное отличное от ранее рассмотренных требование, стороной истца не приводились.

В силу пунктов 1, 2 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации, а также их законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и другие обращения являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации. Неисполнение постановления суда, а равно иное проявление неуважения к суду влекут ответственность, предусмотренную федеральным законом.

Вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования поручения, вызовы и обращения судом являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц и граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (часть 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из определения Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 30.06.2022 усматривается, что судом первой и апелляционной инстанции сделан верный вывод о том, что из представленных в материалы дела документов не усматривается работа истца с применением вредных веществ не ниже 3 класса опасности в условиях постоянной и непосредственной занятости, при том, что обязательным условием назначения досрочной пенсии является документальное подтверждение такой работы в условиях постоянной и непосредственной занятости на работах с тяжелыми условиями труда (полный рабочий день не менее 80% рабочего времени). Таких достаточных допустимых достоверных доказательств истцом суду не представлено, и не усмотрел оснований для отмены судебных актов первой и апелляционной инстанции.

С учетом преюдициальности вступившего в законную силу судебного постановления (кассационного определения), которым отказано в удовлетворении требований ФИО1 в признании права на назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением работы с тяжелыми условиями труда, обязании включить в специальный стаж периоды работы, обязании назначить страховую пенсию в связи с осуществлением работы с тяжелыми условиями труда, признании незаконным решения об отказе в назначении пенсии по идентичным обстоятельствам, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что вновь заявленные истцом исковые требования направлены на преодоление вступившего в законную силу решения суда в отношении спорных пенсионных периодов.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы основаны на неправильном применении и толковании истцом действующего законодательства, являются несостоятельными и уже были предметом рассмотрения судов, а потому в полном объеме отклоняются судебной коллегией.

Вопреки доводам жалобы судом дана надлежащая оценка всем представленным доказательствам по делу. Несогласие заявителя с выводами суда, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению к спорным правоотношениям, не свидетельствуют о нарушениях судом норм материального или процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.

Иных доводов, по которым решение суда могло бы быть отменено, апелляционная жалоба не содержит.

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции правильно определил характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, исследовал обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, а представленные сторонами доказательства в их совокупности правильно оценил по правилам ст. 67 ГПК РФ. Оснований к переоценке указанных доказательств не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, которые являются безусловными основаниями для отмены решения суда и могли привести к принятию неправильного по существу решения, судом первой инстанции не допущено.

Нарушений норм материального права, влекущих отмену решения суда, при рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Проверив решение суда исходя из доводов апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы истца ФИО1 и отмены или изменения решения суда первой инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Октябрьского районного суда Удмуртской Республики от 13 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя истца ФИО1 - ФИО2 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 13 мая 2026 года.

Председательствующий

А.В. Гулящих

Судьи

Т.О. ФИО5 Стех