Апелляционное определение № 33-562/2026 от 21 апреля 2026 г.

УИД 13RS0022-01-2025-000324-11

Судья Сыгрышева М.С. №2-226/2025

Докладчик Аитова Ю.Р. Дело № 33-562/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Ганченковой В.А.,

судей Аитовой Ю.Р., Урявина Д.А.,

при секретаре Пахомовой А.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 22 апреля 2026 г. в г.Саранске Республики Мордовия гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества по апелляционной жалобе истца ФИО2 на решение Торбеевского районного суда Республики Мордовия от 28 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Аитовой Ю.Р., судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества супругов. В обоснование заявленных требований указала, что с 17 сентября 2005 г. состоит в зарегистрированном браке с ФИО2 (брак на момент обращения в суд с иском не расторгнут).

В период брака, а именно 14 мая 2012 г., супругами на совместные денежные средства был приобретен автомобиль марки «Lada Kalina», 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, стоимостью 325 300 руб., который находится в пользовании ответчика, право собственности на который также зарегистрировано за ним.

Истец указала, что стоимость транспортного средства, исходя из размещенных на сайте «Авито» объявлений о продаже аналогичных автомобилей, на момент обращения в суд с иском составляет 200 000 руб. Выплатить компенсацию, эквивалентной ее доле в праве собственности на данное имущество, ответчик отказывается. Соглашение о добровольном разделе спорного автомобиля между сторонами не достигнуто.

На основании изложенного, с учетом заявления об уточнении исковых требований от 28 октября 2025 г., истец просила суд: признать совместно нажитым имуществом автомобиль марки «Lada Kalina», 2012 года выпуска, государственный регистрационный номер <данные изъяты>; признать доли истца и ответчика равными; произвести раздел совместно нажитого имущества, взыскав с ответчика в пользу истца денежную компенсацию за ? долю вышеуказанного автомобиля в размере 100 000 руб.

Определением суда от 09 сентября 2025 г. в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечена ФИО3

Решением Торбеевского районного суда Республики Мордовия от 28 октября 2025 г. исковые требования ФИО1 к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества супругов удовлетворены. Суд признал совместно нажитым имуществом супругов автомобиль марки «Lada Kalina», 2012 года выпуска, цвет кузова: серо-синий, номер двигателя 5735501, модель 11183, номер кузова <№>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> признал доли супругов равными; произвел раздел имущества, взыскав с ФИО2 в пользу ФИО1 денежную компенсацию за ? долю автомобиля в размере 100 000 руб.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2 просит решение суда отменить, приняв по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы ссылается на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, выразившихся в неприменении срока исковой давности. Полагает, что истцом пропущен трехлетний срок исковой давности для обращения в суд, поскольку спорный автомобиль был продан в августе 2020 г., и ФИО1, состоявшая в указанный период в браке с ответчиком, с которым она вела совместное хозяйство и имела общий бюджет, знала о продаже транспортного средства, поскольку ей не чинились препятствия в изучении документов, автомобиль находился во дворе дома, доступ к нему не ограничивался.

Кроме того, истцом в материалы дела представлен отчет об оценке спорного автомобиля от 11 сентября 2020 г., проведенный после его продажи ФИО3, в связи с чем, она могла ознакомиться со сведениями о новом собственнике автомобиля.

Выражает несогласие с оценкой транспортного средства: стоимость судом установлена со слов истца, необоснованно не принят во внимание отчет об оценке спорного автомобиля по состоянию на 2020 г. (188 000 руб.), также не назначена судебная оценочная экспертиза по определению стоимости транспортного средства по состоянию на 2025 г.

Отмечает, что поскольку стороны состояли в браке на момент продажи автомобиля, действует презумпция расходования денежных средств от продажи на нужды семьи, истцом не представлено доказательств того, что полученные от продажи транспортного средства денежные средства были израсходованы не на нужды семьи.

Также указывает, что истица не опровергла факт получения денежных средств от ФИО3, судом не дана надлежащая оценка представленной расписке от 25 мая 2016 г., из которой следует, что ФИО2 была передана сумма в размере 200 000 руб. ФИО3 (на приобретение строительных материалов для строительства дома) сроком до 30 мая 2020 г., а в случае невозврата данной суммы по условиям расписки спорный автомобиль переходил в собственность ФИО3

Кроме того, ссылается на то, что истцом не представлено доказательств мнимости договора купли-продажи транспортного средства от 01 августа 2020 г., а также на то, что судом необоснованно указано, что автомобиль не выбыл из совместного владения и подлежит разделу, несмотря на его отчуждение третьему лицу.

В возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО1 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебное заседание апелляционной инстанции истец ФИО1, третье лицо ФИО3 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, при этом о причинах неявки суд не известили, доказательств уважительности этих причин не представили, ходатайств об отложении разбирательства дела не заявляли.

При таких обстоятельствах, руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц. Оснований для отложения судебного разбирательства, предусмотренных частью 3 статьи 167 ГПК РФ, не усматривается.

Заслушав ответчика ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО1 – адвоката Толмачева С.В., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, рассмотрев дело в соответствии с положениями частей 1 и 2 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и с учетом возражений на нее, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ФИО2 и ФИО4 (до вступления в брак ФИО5) Е.А. с 17 сентября 2005 г. состояли в зарегистрированном браке. Решением мирового судьи судебного участка Торбеевского района Республики Мордовия от 03 октября 2025 г., вступившим в законную силу, брак между ФИО1 и ФИО2 расторгнут. Из указанного решения мирового судьи также следует, что фактические брачные отношения между сторонами прекращены с мая 2025 г.

В период брака, 14 мая 2012 г., супругами был приобретен автомобиль марки «Lada Kalina», 2012 года выпуска, цвет кузова: серо-синий, номер двигателя <№>, модель <№>, номер кузова <№>, право собственности на который было оформлено за ответчиком. Из пояснений сторон суд установил, что указанный автомобиль был приобретен с привлечением кредитных средств АО «Газпромбанк», обязательства по которому исполнены в период брака сторон.

Вышеуказанное транспортное средство с 01 августа 2020 г. зарегистрировано в органах ГИБДД МВД по Республике Мордовия за третьим лицом ФИО3 Внесение изменений в регистрационные данные произведено на основании договора купли-продажи от 01 августа 2020 г., совершенного в простой письменной форме; стоимость транспортного средства в договоре указана в размере 10 000 руб.

Согласно отчету № <№> от 11 сентября 2020 г. об оценке рыночной стоимости транспортного средства марки «Lada Kalina», регистрационный знак <данные изъяты>, проведенному частнопрактикующим оценщиком ФИО6, по состоянию на <дата> рыночная стоимость данного транспортного средства составляет (округленно) 188 000 руб.

Рыночная стоимость спорного автомобиля, согласно исковому заявлению, составляет примерно 200 000 руб. В подтверждение указанной оценки истцом ФИО1 представлены объявления о продаже аналогичных автомобилей на интернет-сайте «Авито» по цене 240 000 руб. и 260 000 руб. Учитывая данные объявления, а также то, что доказательств иной стоимости транспортного средства ответчиком не представлено, суд первой инстанции согласился с предложенной истцом оценкой спорного транспортного средства в размере 200 000 руб.

Судом первой инстанции исследована представленная ответчиком расписка, из которой следует, что ФИО2 25 мая 2016 г. ФИО3 была передана денежная сумма в размере 200 000 руб. сроком до 30 мая 2020 г., и в случае невозврата данной суммы ФИО2 обязуется перерегистрировать на ФИО3 принадлежащий ему легковой автомобиль марки «Lada Kalina».

Из приобщенных к материалам дела страховых полисов, выданных 01 августа 2020 г., 13 августа 2021 г., 15 августа 2022 г., 15 августа 2023 г., 31 июля 2024 г., 11 августа 2025 г. в СПАО «Ингосстрах», а также квитанций на получение страховой премии, установлено, что ФИО3 как собственник транспортного средства страховала гражданскую ответственность, при этом ФИО2 был допущен к управлению указанным транспортным средством.

ФИО1 в обоснование своих требований указала, что о факте продажи ФИО2 в 2020 г. спорного транспортного средства ей стало известно в ходе рассмотрения настоящего дела, до настоящего времени автомобиль находится в пользовании ответчика.

Возражая против иска, представитель ответчика ФИО2 и третьего лица ФИО3 указала, что спорный автомобиль был приобретен ФИО2 хоть и в период брака и совместного проживания, но на кредитные средства АО «Газпромбанк», которые погашались из его личных денежных средств (заработной платы), поскольку истец от уплаты по кредитным обязательствам самоустранилась. Впоследствии автомобиль был переоформлен на ФИО3 в счет погашения долга семьи перед ней, возникшего из-за нехватки денежных средств на нужды семьи, на что имелось согласие истца. В подтверждение своих доводов представитель представила долговую расписку от 25 мая 2016 г., договор купли-продажи транспортного средства от 01 августа 2020 г. и копии страховых полисов. Также представитель просила применить срок исковой давности, так как транспортное средство было отчуждено в 2020 г., и правило «эстоппель» ввиду злоупотребления правом со стороны истца.

Разрешая заявленные исковые требования ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 34, 35, 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), 254, 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также разъяснениями, содержащимися в пункте 15 и 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 г. № 15, пришел к выводу, что автомобиль марки «Lada Kalina» приобретен в период брака на совместные средства супругов, поскольку кредитные обязательства по его покупке исполнялись в период брака, а доказательств приобретения автомобиля за счет личных денежных средств ответчиком не представлено. Установив, что ответчик произвел отчуждение транспортного средства в 2020 г. третьему лицу по цене значительно ниже рыночной (10 000 руб.) без согласия истца, суд квалифицировал данные действия как распоряжение имуществом вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, в связи с чем указал, что подлежит учету стоимость данного имущества при разделе имущества.

Установив, что спорный автомобиль физически находится во владении и пользовании ответчика (зарегистрирован на его родственницу, допущен к управлению), суд посчитал возможным исковые требования ФИО1 удовлетворить, признав за сторонами равные доли в праве на совместно нажитое имущество и взыскав с него в пользу истца денежную компенсацию.

Определяя размер компенсации, подлежащей выплате ФИО1, суд первой инстанции, приняв во внимание: рыночную стоимость автомобиля, определенную на время рассмотрения дела, исходя из представленных истцом объявлений о продаже аналогичных транспортных средств на интернет-сайте «Авито» (200 000 руб.), отсутствие со стороны ответчика доказательств иной стоимости автомобиля, а также то, что ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы сторонами не заявлялось, с учетом произведенного расчета установил, что в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация в размере 1/2 доли от рыночной стоимости автомобиля, что составляет 100 000 руб. (200 000 руб. (рыночная стоимость автомобиля) ? 1/2).

Отклоняя довод представителя ответчика о применении срока исковой давности, суд исходил из положений пункта 7 статьи 38 СК РФ и статьи 9 СК РФ, согласно которым трехлетний срок исковой давности применяется к требованиям супругов о разделе общего имущества только в случае, если брак расторгнут, тогда как на момент обращения истца в суд (25 августа 2025 г.) брак между сторонами юридически не был прекращен, в связи с чем оснований для применения срока исковой давности не имелось.

Также суд отклонил довод о применении правила «эстоппель» и злоупотреблении правом со стороны истца, поскольку фактов недобросовестного поведения ФИО1, выразившегося в извлечении преимущества из незаконного поведения, материалами дела не подтверждено, а обращение истца в суд после того, как ей стало известно о продаже автомобиля, свидетельствует о реализации права на судебную защиту, а не о злоупотреблении правом.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что автомобиль марки «Lada Kalina», 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, является совместно нажитым имуществом супругов ФИО2 и ФИО1

Данный вывод основан на правильном применении норм материального права.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 34 СК РФ, к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения. Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В силу пункта 1 статьи 36 СК РФ, имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, является его собственностью.

Как разъяснено в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Из приведенных положений следует, что юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам, не является общим имуществом супругов. Приобретение имущества в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, также исключает такое имущество из режима общей совместной собственности.

Поскольку судом первой инстанции установлено, что спорный автомобиль приобретен супругами в период брака и совместного проживания на возмездной основе, в том числе с привлечением кредитных средств АО «Газпромбанк», а кредитные обязательства возникли и исполнялись в период существования брачных отношений, при этом брачный договор между супругами не заключался и иной режим имущества не установлен, суд правомерно руководствовался положениями статьи 34 СК РФ.

Учитывая, что ответчиком в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что спорный автомобиль был приобретен на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, либо получен одним из супругов во время брака в дар или в порядке наследования (статья 36 СК РФ), суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что спорный автомобиль является совместной собственностью супругов.

Доводы апелляционной жалобы о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд с требованием о разделе имущества судебная коллегия признает несостоятельными и основанными на неправильном толковании норм материального права.

В соответствии с пунктом 7 статьи 38 СК РФ к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности. Вместе с тем, согласно статье 9 СК РФ на требования о разделе общего имущества супругов, которые могут быть предъявлены в период брака, исковая давность не распространяется.

Разъяснениями, содержащимися в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», предусмотрено, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния или момента вступления в законную силу решения суда о расторжении брака), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Суд первой инстанции правомерно установил, что на момент обращения истца в суд с настоящим иском (25 августа 2025 г.) брак между сторонами юридически не был расторгнут. Решение мирового судьи о расторжении брака было вынесено позже (03 октября 2025 г.) и на момент подачи иска (25 августа 2025 г.) и на момент вынесения судом первой инстанции решения (25 октября 2025 г.) в законную силу не вступило.

В связи с этим, к спорным правоотношениям подлежала применению статья 9 СК РФ, исключающая возможность применения срока исковой давности к требованиям о разделе имущества в период брака. Тот факт, что автомобиль был продан ответчиком в 2020 г., сам по себе не является основанием для применения срока исковой давности, поскольку предметом настоящего спора является не оспаривание сделки по отчуждению автомобиля (что регулировалось бы нормами ГК РФ о недействительности сделок), а раздел совместно нажитого имущества путем взыскания денежной компенсации за долю в праве собственности.

Право на обращение в суд с требованием о разделе общего имущества у супругов возникает в любой момент в период брака независимо от того, когда именно было приобретено или отчуждено имущество. Довод апеллянта о том, что истец должна была знать о продаже автомобиля в 2020 году, не влияет на применение статьи 9 СК РФ, так как закон не связывает право на раздел имущества в период брака с моментом узнавания о нарушении прав в контексте исковой давности.

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения срока исковой давности по данному делу. Довод апелляционной жалобы о пропуске срока исковой давности отклоняется как противоречащий положениям статьи 9 СК РФ.

Судебная коллегия также отклоняет доводы апелляционной жалобы о злоупотреблении истцом правом (применение правила «эстоппель») как не подтвержденные материалами дела.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Для отказа в защите права на основании статьи 10 ГК РФ необходимо установление факта умышленного недобросовестного поведения лица, направленного на причинение вреда другому лицу или извлечение преимущества из незаконного или недобросовестного поведения. Бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом, возлагается на сторону, заявляющую соответствующие возражения (в данном случае – на ответчика).

Поведение истца свидетельствует о реализации принадлежащего ей права на судебную защиту нарушенных имущественных прав, а не о злоупотреблении этим правом.

Доказательств того, что истец намеренно затягивала судебный спор, вводила ответчика в заблуждение относительно своих намерений или действовала исключительно с целью причинения вреда ответчику, апеллянтом не представлено. Сам по себе факт обращения в суд спустя некоторое время после возникновения обстоятельств не может свидетельствовать о недобросовестности, если иное не доказано стороной, ссылающейся на злоупотребление.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что оснований для применения последствий злоупотребления правом (правила «эстоппель») и отказа в защите права истца не имеется. Вывод суда первой инстанции об отсутствии злоупотребления правом со стороны истца является законным и обоснованным.

При этом, суд апелляционной инстанции не соглашается с выводом суда первой инстанции об определении рыночной стоимости спорного автомобиля марки «Lada Kalina», 2012 года выпуска, в размере 200 000 руб. исключительно на основании объявлений, размещенных истцом на интернет-сайте «Авито», и считает данный вывод необоснованным, сделанным с нарушением норм процессуального права.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела. При этом определение стоимости имущества должно производиться на основании надлежащих и допустимых доказательств, отвечающих требованиям статей 59–61 ГПК РФ.

Согласно статье 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон. Оценка автомобиля, являясь специальным вопросом, требующим познаний в области оценочной деятельности, в силу статьи 79 ГПК РФ должна производиться на основании заключения эксперта, за исключением случаев, когда стороны представили иные надлежащие доказательства стоимости.

Из материалов дела следует, что суд первой инстанции, определяя стоимость спорного транспортного средства, принял во внимание исключительно объявления о продаже аналогичных автомобилей, размещенные истцом на сайте «Авито» (по цене 240 000 руб. и 260 000 руб.), и согласился с предложенной истцом оценкой в размере 200 000 руб.

Судебная коллегия считает такой подход ошибочным. Объявления о продаже транспортных средств на интернет-ресурсах, будучи информацией, размещенной неопределенным кругом лиц, не прошедшей верификацию и не содержащей полных сведений о техническом состоянии конкретного транспортного средства, не могут являться единственным и достаточным основанием для определения рыночной стоимости имущества в целях его раздела. Такие сведения носят ориентировочный характер и не отвечают критериям допустимости и достоверности доказательств (статьи 59, 67 ГПК РФ).

По ходатайству ответчика судом апелляционной инстанции к материалам дела приобщен отчет <№> об оценке рыночной стоимости транспортного средства марки «Lada Kalina», из которого следует, что стоимость автомобиля по состоянию на 16 апреля 2026 г. составляет 125 000 руб.

Учитывая, что указанная стоимость транспортного средства сторонами не оспорена, ходатайств о назначении судебной оценочной экспертизы сторонами не заявлено, при том, что судом апелляционной инстанции разъяснялось сторонам право на заявление соответствующих ходатайств, судебная коллегия принимает указанный отчет в качестве надлежащего доказательства по делу.

Судебная коллегия не может согласиться с выводом суда первой инстанции о том, что отсутствие доказательств расходования денежных средств от продажи автомобиля на нужды семьи со стороны ответчика является основанием для взыскания компенсации в пользу истца. Судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции неправильно распределил бремя доказывания по данному обстоятельству, что повлекло к вынесению незаконного решения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должны осуществляться по их обоюдному согласию. Пунктом 2 данной статьи установлено, что при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Разъяснениями, содержащимися в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», предусмотрено, что в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Из положений СК РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что владение, пользование и распоряжение общим имуществом по взаимному согласию супругов предполагаются. В том случае, если один из супругов ссылается на отчуждение другим супругом общего имущества или его использование вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, то именно на него возлагается обязанность доказать данное обстоятельство.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела судом установлено, что спорный автомобиль был продан ответчиком в период брака и совместного проживания сторон (01 августа 2020 г.) и денежные средства от его продажи получены также в период брака. При таких обстоятельствах наличие согласия другого супруга (истца) на данную сделку предполагается в силу пункта 2 статьи 35 СК РФ.

Следовательно, именно на ФИО1, заявившую требование о взыскании с ФИО2 компенсации половины стоимости движимого имущества, законом возложена обязанность доказать, что супруг распорядился совместным имуществом в отсутствие согласия другого супруга и денежные средства потрачены им не в интересах семьи.

Судебной коллегией были установлены дополнительные юридически значимые обстоятельства по делу и распределено бремя их доказывания, в том числе на истца возложена обязанность доказать, что она не знала о продаже транспортного средства и что ФИО2 распорядился совместным имуществом в отсутствие ее согласия и денежные средства потрачены им не в интересах семьи.

Вместе с тем, истцом в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ надлежащих доказательств тому, что ей не было известно о продаже автомобиля супругом в 2020 г., что денежные средства, вырученные от продажи спорного автомобиля, были израсходованы ответчиком по своему усмотрению вопреки воле другого супруга, не представлено. Истец ограничилась лишь утверждением о том, что ей стало известно о продаже автомобиля в ходе судебного разбирательства, однако не представила доказательств своего несогласия на сделку в момент ее совершения (например, переписки, заявлений, свидетельских показаний), равно как и доказательств нецелевого расходования средств ответчиком.

Суд первой инстанции, возложив на ответчика обязанность доказывать факт расходования средств на нужды семьи, фактически освободил истца от бремени доказывания обстоятельств, на которые она ссылается как на основание своих требований, что противоречит принципу состязательности сторон (статья 12 ГПК РФ) и правилам распределения бремени доказывания (статья 56 ГПК РФ).

При отсутствии доказательств нецелевого расходования средств при наличии презумпции законности распоряжения общим имуществом в период брака оснований для учета стоимости отчужденного автомобиля при разделе и взыскания компенсации не имеется.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о взыскании с ответчика денежной компенсации за ? долю автомобиля является ошибочным, сделанным в результате неправильного применения норм материального права (статьи 35 СК РФ) и норм процессуального права (статьи 56 ГПК РФ).

Довод апелляционной жалобы о неправильном распределении бремени доказывания признается судебной коллегией обоснованным, подлежащим удовлетворению.

Кроме того, из имеющейся в деле расписки следует, что ФИО2 25 мая 2016 г. ФИО3 была передана денежная сумма в размере 200 000 руб. сроком до 30 мая 2020 г., и в случае невозврата данной суммы ФИО2 обязался перерегистрировать на ФИО3 принадлежащий ему легковой автомобиль марки «Lada Kalina», что он и сделал, заключив спорный договор купли-продажи транспортного средства (т. 1 л.д. 70).

При этом, судебная коллегия отмечает, что подлинность данной расписки истцом не оспаривалась.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

определила:

Решение Торбеевского районного суда Республики Мордовия от 28 октября 2025 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества супругов отменить в части удовлетворения требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 денежной компенсации за ? долю автомобиля марки «Lada Kalina», 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, в размере 100 000 рублей.

Принять в этой части новое решение, которым в удовлетворении требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 денежной компенсации за ? долю автомобиля марки «Lada Kalina», 2012 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, отказать.

В остальной части решение Торбеевского районного суда Республики Мордовия от 28 октября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции (г. Саратов) через суд первой инстанции по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в течение трёх месяцев.

Председательствующий В.А. Ганченкова

Судьи Ю.Р. Аитова

Д.А. Урявин

Мотивированное апелляционное определение составлено 05 мая 2026 г.

Судья Ю.Р. Аитова