Апелляционное постановление № 22К-839/2026 от 12 марта 2026 г.

Судья Рамазанов Э.И. материал № 22к-839/2026

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

13 марта 2026 г. г. Махачкала

Верховный Суд Республики Дагестан в составе председательствующего – судьи Хайретдинова М.Ф.,

при секретаре Шайдабегове К.Э.,

с участием: прокурора Ибрагимовой М.М.,

обвиняемого ФИО2, участие которого обеспечено посредством видеоконференц-связи,

его защитника - адвоката ФИО6,

рассмотрел в судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката ФИО6 в интересах обвиняемого ФИО1 на постановление Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 5 февраля 2026 г. которым

ФИО1, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п.п. «в», «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ, продлен срок содержания под стражей на 02 месяца 00 суток, а всего до 08 месяцев 25 суток, то есть до 9 апреля 2026 г.

Изложив содержание постановления и доводы апелляционной жалобы, выслушав обвиняемого и его защитника, поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора о законности постановления, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Настоящее уголовное дело возбуждено 9 июля 2025 г. по признакам преступления, предусмотренного п.п. «в», «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ, в отношении ФИО1

С ним в одном производстве соединены уголовные дела: №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 4 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 4 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 4 ст. 160 УК РФ, в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 160 УК РФ, в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1; №, возбужденное 16 января 2026 г. по п. «е» ч. 3 ст. 286, ч. 3 ст. 160 УК РФ в отношении ФИО1

14 июля 2025 г. ФИО1 задержан в порядке, предусмотренном ст. 91, 92 УПК РФ.

16 июля 2025 г. ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. В тот же день ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п. «в», «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

5 декабря 2025 г. срок содержания обвиняемого ФИО1 под стражей продлен до 9 февраля 2026 г.

Старший следователь МСО на транспорте Западного МСУТ СК России ФИО5 обратился в суд с ходатайством о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1

Обжалуемым постановлением мера пресечения в виде заключения под стражу продлена на 02 месяца 00 суток, а всего до 08 месяцев 25 суток, то есть до 9 апреля 2026 г.

В своей апелляционной жалобе адвокат ФИО6, действуя в защиту интересов ФИО1, выражает несогласие с данным постановлением, считая его незаконным и подлежащим отмене по следующим основаниям.

Указывает, что ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей, согласованное с руководителем следственного органа, представлено в материале в виде светокопии, в связи с чем подлежало отклонению.

По мнение апеллянта, суд необоснованно признал, что имелась особая сложность уголовного дела для продления стражи, тогда как таковая в действительности отсутствует.

Считает, что следствие не предоставило суду фактических данных, подтверждающих намерение ФИО1 скрыться от следствия и суда. Вместе с тем, обвиняемый имеет постоянное место жительства, на его иждивении находятся двое малолетних детей, супруга-инвалид, он является единственным кормильцем семьи, имеет государственные награды за службу в таможенных органах, а также награды за участие в оказании гуманитарной помощи участникам СВО, что в целом свидетельствует о том, что он не представляет опасности для общества.

Отмечает, что необходимость дальнейшего производства следственных действий не является достаточным основанием для продления срока содержания под стражей, поскольку за 7 месяцев расследования органы следствия имели возможность провести все необходимые следственные действия.

С учетом изложенного просит обжалуемое постановление отменить, избрав в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста или запрета определенных действий.

Проверив материалы уголовного дела в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность, обоснованность и справедливость судебного решения.

Основаниями для отмены или изменения решения являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела, либо несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам (ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ).

Суд первой инстанции, рассматривая ходатайство о продлении срока содержания под стражей, руководствовался положениями ст. 97, 99, 108 и 109 УПК РФ. Анализ обжалуемого постановления и материалов дела свидетельствует о правильном применении судом указанных норм.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Суд первой инстанции, оценивая представленные материалы, верно установил наличие таких оснований: ФИО1 обвиняется в совершение тяжкого преступления, что может повысить вероятность того, что он может скрыться от органов предварительного следствия и суда, может угрожать или оказать давление на участников по уголовному делу либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Сведения об обоснованности подозрения в причастности ФИО1 к преступлению, в совершении которого он обвиняется, следуют из представленных материалов: показаний потерпевшего ФИО7, постановления о привлечении в качестве обвиняемого, из которых усматриваются обстоятельства, указывающие на ФИО1 как на лицо, причастное к преступному деянию.

Таким образом, суд пришел к верному выводу о том, что иные меры пресечения, не связанные с содержанием под стражей, не обеспечат задачи уголовного судопроизводства и признал наличие предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований для продления срока содержания под стражей на данном этапе следствия.

В соответствии со ст. 99 УПК РФ, при избрании меры пресечения учитываются тяжесть преступления, данные о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции в полной мере исполнил требования данной нормы. В постановлении детально перечислены и оценены данные о личности ФИО1: отсутствие судимости, на учетах в психиатрии и наркологии не состоит, имеет постоянное место жительства, женат, имеет на иждивении двоих малолетних детей, наличие ведомственных награды и благодарностей.

При этом суд, следуя разъяснениям п. 21 Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 № 41, правомерно указал, что имеется вероятность того, что ФИО1 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, угрожать или оказать давление на участников по уголовному делу либо иным

Порядок и основания продления срока содержания под стражей регламентированы ст. 109 УПК РФ.

Частью 2 данной статьи установлено, что в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей районного суда или военного суда соответствующего уровня в порядке, установленном частью третьей статьи 108 настоящего Кодекса, на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа либо по ходатайству дознавателя в случаях, предусмотренных частью пятой статьи 223 настоящего Кодекса, с согласия прокурора субъекта Российской Федерации или приравненного к нему военного прокурора, до 12 месяцев.

Суд первой инстанции, удовлетворяя ходатайство, тщательно проверил наличие условий, предусмотренных ч. 2 ст. 109 УПК РФ:

Так, судом проверена тяжесть преступления, поскольку ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п.п. «в», «е» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Суд обоснованно признал дело особо сложным, указав на конкретные обстоятельства: объем проведенных и предстоящих следственных и процессуальных действий, объем обвинения, обстоятельства совершения преступления, описанные обвинением, в связи с чем не усмотрел оснований для вывода о неэффективности предварительного следствия и волоките. Указанные факты объективно свидетельствуют об исключительном объеме и сложности следственных действий.

Кроме того, как указано выше, суд установил наличие оснований по ст. 97 УПК РФ.

Таким образом, суд первой инстанции не формально, а мотивированно применил положения ст. 109 УПК РФ, подтвердив соответствие ходатайства всем законодательным критериям для продления срока сверх 6 месяцев.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции в своем решении указал на конкретные обстоятельства, обосновывающие необходимость дальнейшего содержания под стражей (особая сложность дела, характер обвинения), а не ограничился лишь тяжестью преступления. Также суд проверил обоснованность доводов следователя о невозможности завершить расследование, детально перечислив объем предстоящей работы, поскольку по делу необходимо выполнить следующие следственные и процессуальные действия: получить заключения товароведческих и молекулярно-генетических судебных экспертиз, после чего ознакомить с заключениями экспертов участников уголовного судопроизводства, истребовать материалы исполненных поручений о производстве отдельных следственных действий, установить всех пользователей похищенных мобильных телефонов, после чего допросить их в качестве свидетелей, осмотреть 25 компакт-дисков с информацией о соединениях между абонентскими устройствами, принять меры к изъятию похищенного имущества, предъявить ФИО1 обвинение в окончательной редакции, после чего допросить его в указанном статусе, выполнить требования ст.ст. 215-217 УПК РФ, составить обвинительное заключение, после чего направить уголовное дело прокурору в порядке ч. 6 ст. 220 УПК РФ.

Требования п. 29 также соблюдены: в постановлении приведены результаты исследования обстоятельств, доказательства (материалы дела, подтверждающие сложность), дана оценка доводам защиты о домашнем аресте.

Довод об отсутствии доказательств обоснованности опасений следователя является необоснованным, поскольку опасения о возможном противодействии следствию (ст. 97 УПК РФ) основаны не только на субъективных предположениях, но и на объективной оценке ситуации: обвинение в особо тяжких преступлениях в рамках сложного дела. Сама по себе эта ситуация создает презумпцию риска, которую защита не может опровергнуть.

При этом, доводы защиты обвиняемого были судом учтены, но признаны недостаточными для нейтрализации рисков, связанных с масштабом и характером дела.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд не рассмотрел вопрос о возможности избрания иной меры пресечения, не связанной с лишением свободы, признается несостоятельным.

Суд первой инстанции, отказывая в избрании домашнего ареста, руководствовался ч. 2 ст. 107 УПК РФ, согласно которой домашний арест избирается при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения, и по сути представляет собой альтернативу заключению под стражу, с учетом обстоятельств дела, а также характеризующих личность сведений, обоснованно не нашел оснований для избрания меры пресечения в виде домашнего ареста.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными и доводы апелляционной жалобы о том, что ходатайство следователя составлено с нарушением требований закона, представлено в суд не в подлиннике, а в светокопии, поскольку ходатайство органа следствия составлено, подписано и направлено в суд надлежащими уполномоченными на то законом лицами, рассмотрено и разрешено судом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, регулирующих порядок продления срока содержания обвиняемых под стражей, также решение принято судом в пределах своей компетенции с соблюдением предусмотренной законом процедуры рассмотрения вопроса о продлении срока содержания под стражей и вынесения решения по результатах разрешения данного ходатайства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28, ст. 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 5 февраля 2026 г. о продлении срока содержания под стражей в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции. При этом обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: М.Ф. Хайретдинов