Решение № 2-3532/2018 2-3532/2018~М-3340/2018 М-3340/2018 от 11 октября 2018 г. по делу № 2-3532/2018

Дело №2-3532/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

11 октября 2018 года Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего: Казаковой Л.Ю.,

при секретаре: Алексеевой М.В.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная городская больница г.Бийск» о взыскании денежной компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО3 обратился в суд с иском к КГБУЗ «Центральная городская больница, г.Бийск» о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинских услуг 12 августа 2018 года, что выразилось в отказе от проведения назначенного обследования и грубом отношении со стороны медицинского персонала.

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, о времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, просил о рассмотрении дела по существу в его отсутствие.

Представитель истца – ФИО1, действующая на основании ордера на ведение дела (л.д.__), в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования по обстоятельствам, указанным в исковом заявлении.

Представитель ответчика – КГБУЗ ««Центральная городская больница, г.Бийск» ФИО2, (доверенность –л.д.___), в ходе судебного разбирательства возражала против заявленных исковых требований, ссылаясь на их необоснованность. Как считает ответчик, истцу 12 августа 2018 года со стороны ответчика была оказана необходимая и качественная медицинская помощь, соответствующая характеру и степени заболевания.

Руководствуясь требованиями ст.167 ГПК РФ, учитывая мнение лиц, участвующих в судебном заседании, суд полагал возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие истца ФИО3.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав материалы дела, заслушав свидетелей ФИО7, Свидетель №3, ФИО8, суд считает, что данный иск подлежит частичному удовлетворению.

На основании ст.41 Конституции РФ, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Согласно «Общероссийскому классификатору услуг населению», утвержденному постановлением Госстандарта России от 28 июня 1993 года, медицинская деятельность, включая постановку диагноза, консультации, лечение врачами-специалистами и т.д., отнесена к разряду «услуги».

В соответствии с п.4 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 N323-ФЗ (ред. от 03.08.2018) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", под медицинской услугой понимается медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение.

Исходя из указанных положений действующего законодательства, а также ч.2 ст.779 ГК РФ, следует считать, что медицинские услуги, оказываемые в государственных муниципальных учреждениях, являются вариантом договора возмездного оказания услуг, в том числе, в случаях, когда эти услуги оказываются в рамках договора обязательного медицинского страхования.

Возмездный характер договора на оказание услуг в этом случае сохраняется, поскольку медицинские услуги, оказываемые гражданину, оплачиваются за счет средств соответствующего бюджета, что предусмотрено положениями Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", регламентирующего реализацию прав граждан на бесплатное оказание медицинской помощи за счет средств обязательного медицинского страхования (ОМС).

При обращении за медицинской помощью в рамках программы ОМС гражданин имеет статус выгодоприобретателя по договору обязательного медицинского страхования, который по своей сути является договором в пользу третьего лица (ст. 430 ГК РФ), основное содержание которого заключается в том, что медицинская организация обязуется оказать медицинскую помощь застрахованному лицу в рамках территориальной программы ОМС, а страховая медицинская организация обязуется оплатить медицинскую помощь, оказанную в соответствии с территориальной программой ОМС.

В связи с этим, имея статус выгодоприобретателя, застрахованный гражданин, обратившийся в медицинскую организацию, вправе требовать от нее предоставления медицинских услуг, соответствующих по объему и качеству условиям страхового договора, и, в силу п.9 ч.1 ст.16 Федерального закона от 29 ноября 2010 г. N326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", имеет право на возмещение медицинской организацией ущерба, причиненного в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением ею обязанностей по организации предоставления медицинской помощи.

Также согласно п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках, как добровольного, так и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В силу положений ст.4 Закона РФ «О защите прав потребителей», исполнитель услуг (в данном случае медицинская организация) обязан оказывать потребителям услуги надлежащего качества.

Качество медицинской помощи определено п.21 ст.2 Федерального закона от 21.11.2011 N323-ФЗ (ред. от 03.08.2018) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", как совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии со ст.ст. 4-6, 10, 19 ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" основными принципами охраны здоровья являются, в частности, соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; доступность и качество медицинской помощи;недопустимость отказа в оказании медицинской помощи, которые реализуются, в том числе, признанием, соблюдением и защитой прав граждан, соблюдением этических и моральных норм, уважительным и гуманным отношением со стороны медицинских работников и иных работников медицинской организации, оказанием медицинской помощи пациенту с учетом его физического состояния, рационального использования времени пациента, применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи, предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

В силу требований ст.11 указанного Закона, отказ в оказании медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи не допускается (п.1).Медицинская помощь в экстренной форме оказывается медицинской организацией и медицинским работником гражданину безотлагательно и бесплатно. Отказ в ее оказании не допускается (п.2).За нарушение этих требований медицинские организации и медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (п.3).

В соответствии с «Методическими рекомендациями по возмещению вреда (ущерба) застрахованным в случае оказания некачественной медицинской помощи в рамках программ обязательного медицинского страхования» (утв. Федеральным Фондом обязательного медицинского страхования 27 апреля 1998г. – письмо от 5 мая 1998г.N1993/36.1-и), под некачественным оказанием медицинской помощи следует понимать, оказание медицинской помощи с нарушениями медицинских технологий и правильности их проведения (раздел «2»), в том числе, невыполнение, несвоевременное или некачественное выполнение необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (раздел «4»).

Таким образом, ненадлежащее качество медицинской услуги может выражаться в том числе, в виде непредоставления (отказа в предоставлении) необходимого объема медицинской помощи в соответствии с действующими порядками и стандартами медицинской помощи, несвоевременном проведении или отказе в проведении необходимых видов исследований, неприменении, отказе в применении, рекомендуемых методов диагностики, а также в грубом, бестактном отношении персонала медицинского учреждения и т.д..

На основании требований п.2, п.3 ст.98 Федерального закона N323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", п.п.9 п.1 ст.16 Федерального закона N326-ФЗ "Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации", медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством РФ за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, а также ущерба, причиненного в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязанностей по организации и оказанию медицинской помощи.

В соответствии с «Методическими рекомендациями по возмещению вреда (ущерба) застрахованным в случае оказания некачественной медицинской помощи в рамках программ обязательного медицинского страхования», возмещение вреда (ущерба) потерпевшим состоит в выплате потерпевшему денежной суммы, которую он произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного здоровья в связи с оказанием ему некачественной медицинской или лекарственной помощи, а также возмещения упущенной выгоды и морального ущерба (раздел «4» Методических рекомендаций).

Следовательно, некачественная медицинская услуга, влекущая ответственность медицинской организации, в том числе, в виде возмещения вреда, не обязательно должна быть связана с причинением вреда здоровью пациента (ухудшением его состояния), при некачественном оказании медицинской услуги состояние здоровья пациента может оставаться неизменным или даже улучшаться, но возникают иные негативные последствия, например, возникновение морального вреда.

Согласно ст.151 ГК РФ, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (в том числе, жизнь, здоровье), либо нарушающими имущественные права, в случаях, прямо предусмотренных законом.

Законом РФ N2300-1 от 07.02.1992 "О защите прав потребителей"(ст.15) предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения исполнителем прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Как следует из вышеприведенных норм права, к условиям наступления гражданско-правовой ответственности медицинского учреждения по возмещению морального вреда в случаях, не связанных с причинением вреда жизни или здоровью пациента, относятся: некачественное оказание медицинских услуг, что может выражаться в активной форме (действие) или пассивной форме (бездействие) медицинского учреждения (его персонала), наличие вреда у потерпевшего (пациента), выраженного в физических или нравственных страданиях, наличие причинно-следственной связи между ними, а также вины медицинского учреждения, поскольку возмещение морального вреда возможно, в данном случае, исключительно при наличии вины.

Оценивая имеющиеся по делу доказательства, суд приходит к выводу, что совокупность указанных условий по требованиям ФИО3 нашла подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Как следует из пояснений истца, материалов дела(л.д.54-58), 12 августа 2018 года истец ФИО3, испытывая сильные боли, обратился в приемный покой КГБУЗ ««Центральная городская больница, г.Бийск» и был осмотрен врачом-<данные изъяты> Свидетель №4.

С целью установления правильного диагноза заболевания и назначения лечения, врачом было назначено истцу проведение ряда диагностических обследований, в том числе, обзорная урография.

Однако в проведении данного вида обследования истцу было отказано «из-за большого веса больного (<данные изъяты>.)» (л.д.10).

Участвуя в судебном заседании от 18 сентября 2018 года, истец пояснил, что врач-рентгенолог, фамилии которой он не знает, так как она не представилась, в грубой форме выгнала его из кабинета, «швырнула» ему направление, сказав, что обследование ему проводиться не будет, так как он «толстый». Позднее он попросил, чтобы ему в письменной форме указали причину отказа в обследовании, и врач на направлении врача-<данные изъяты> указала на превышение веса (л.д.47-51).

В связи с тем, что указанное обследование истцу не было проведено, врач-<данные изъяты> заменил данное обследование на УЗИ почек (л.д.10, обр. сторона) и после получения результатов диагностических исследований (за исключением обзорной <данные изъяты>) поставил предварительный диагноз заболевания, имевшегося у истца, и назначил лечение, рекомендовав, в том числе, проведение рентгенографии почек и наблюдение <данные изъяты> по месту жительства больного (л.д.13).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля врач-<данные изъяты> Свидетель №4 подтвердил, что прохождение обзорной урографии им было рекомендовано истцу обоснованно, так как такая процедура, хотя и не является обязательной в отношении каждого больного, но предусмотрена стандартами оказания медицинской помощи по характеру заболевания истца и назначается по усмотрению врача. В данном случае он полагал ее необходимой для выяснения более полной картины заболевания.

Показания данного свидетеля не были опровергнуты ответчиком, поскольку каких-либо письменных доказательств, указывающих на необоснованность назначения истцу данного вида обследования представлено не было.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что истцу было отказано в проведении диагностического обследования, рекомендованного врачом-специалистом, и, следовательно, необходимого для оказания первичной медицинской помощи, включая постановку диагноза заболевания и назначение лечения.

При таких обстоятельствах представляется бесспорным, что истец испытывал нравственные страдания, вызванные, в частности, отказом от проведения обследования, которое было рекомендовано врачом-<данные изъяты>, и истец считал его важным для последующей постановки диагноза и назначения правильного и эффективного лечения.Соответственно, ответчик может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности по возмещению морального вреда только при отсутствии его вины в непроведении указанного обследования. Поскольку вина медицинского учреждения в некачественном оказании медицинских услуг предполагается (п.2 ст.401, п.2 ст.1064 ГК РФ, п.5 ст.14 Закона о защите прав потребителей), бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, в том числе, и за причинение морального вреда, лежит на исполнителе услуг (п.28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. N17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей"). В частности, ответчик должен был представить суду доказательства, подтверждающие уважительность причин, по которым проведение указанной процедуры было невозможно по состоянию на 12 августа 2018 года, а также невозможность организовать проведение обследования в другой день, в максимально короткие сроки. Однако таких доказательств со стороны ответчика суду представлено не было. Так из пояснений сторон, материалов дела следует, что поскольку истцу было отказано в проведении рекомендованного врачом-специалистом обследования, 12 августа 2018 года он обратился к администрации медицинского учреждения с жалобой на отказ в предоставлении медицинской услуги. По факту, указанному истцом, была проведена служебная проверка, по результатам которой истцу было разъяснено, что услуга не была ему оказана по уважительным причинам (л.д.14-16). В частности, администрацией медицинского учреждения указано, что накануне у рентгеновского комплекса модели КРТ «Максима», 2011 года выпуска, произошло растрескивание пластика внутренней части деки стола-штатива. На основании дефектного акта, составленного специалистом АО «Алтаймедтехника» (акт от 7 августа 2018 года – л.д.21), было рекомендовано временно ограничить прием пациентов, вес которых превышает 110 кг.. При этом истец не мог быть обследован на другом рентгеновском аппарате, так как рентгенлаборанту категорически запрещено обслуживать одновременно два и более рентгеновских аппаратов.Также в своих разъяснениях администрация медицинского учреждения исходила из того, что с истцом было согласовано другое время проведения данного обследования (на следующий день), на другом рентгенологическом аппарате, однако истец в назначенное время не явился. На этом основании врачебная комиссия пришла к выводу, что на этапе приемного отделения истцу была оказана качественная медицинская помощь, с учетом материально-технических возможностей медицинской организации, нарушений доступности и порядка организации оказания первичной специализированной медицинской помощи допущено не было. Аналогичные доводы содержаться в справке по результатам служебной проверки от 22 августа 2018 года, адресованной в Министерство здравоохранения Алтайского края (л.д.44-45) и были высказаны представителем ответчика в ходе судебного разбирательства. С учетом представленных суду доказательств, суд не находит оснований не согласиться с доводами ответчика в той части, что 12 августа 2018 года предоставление истцу соответствующей медицинской услуги на одном из рентгеновских аппаратов было нежелательно, с целью сохранения работоспособности рентгеновского аппарата (на что указано в акте от 7 августа 2018 года). Вместе с тем, суду не представлено доказательств, что оказание такой услуги было невозможно, как на другом аппарате (при выключенном неисправном), так и на этом, в частности, ответчиком не опровергнуты доводы истца в той части, что проведение указанной процедуры возможно без размещения пациента на столе-штативе. Также суд учитывает, что врачом рентгенологом вопрос о том, насколько данное обследование было необходимо для истца, могло ли оно быть перенесено – не исследовался и ни с кем не обсуждался, в том числе, с врачом-<данные изъяты>, выдавшим направление, вопреки вышеназванным принципам оказания медицинской помощи. Каких-либо объективных доказательств надлежащей организации работы по предоставлению данного вида услуги населению по состоянию на 12 августа 2018 года, суду также представлено не было, в частности, не были представлены графики работы кабинетов рентгенографии, приказы администрации медицинского учреждения об организации работы соответствующего отделения, в условиях неисправности одного из рентгеновских аппаратов. До сведения других специалистов больницы, а также пациентов, как усматривается из пояснений истца, свидетелей Свидетель №2 (заведующая рентгенотделением ЦГБ), Свидетель №4 (врача-<данные изъяты>), указанные обстоятельства не доводились, иных доказательств, свидетельствующих, что отказ от предоставления медицинской услуги был допущен, по меньшей мере, с ведома администрации медицинского учреждения, суду не представлено, также как не представлено доказательств, что медицинским персоналом лечебного учреждения были приняты исчерпывающие меры для выполнения данной услуги. Кроме того, из справки по результатам служебной проверки и письменного ответа на имя истца усматривается, что поломка рентгеновского аппарата произошла накануне – 7 августа 2018 года, была зафиксирована специалистом соответствующей организации, а 9 августа 2018 года администрацией была оформлена заявка на проведение процедуры аукциона на ремонт рентгеновского аппарата. В то же время, из пояснений представителя ответчика ФИО2 в судебном заседании 18 сентября 2018 года(стр.6 протокола судебного заседания – л.д.49), пояснений свидетеля Свидетель №2 - заведующей рентгенотделением, установлено, что указанная проблема в работе рентгенаппарата существует уже около года (протокол судебного заседания от 11 октября 2018 года – страница 4, л.д.___). Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ответчиком не была надлежащим образом организована работа рентгенологического отделения, в соответствии с требованиями действующего законодательства о доступности медицинских услуг, приоритетности интересов пациентов при их оказании и т.д.. Также суд полагает недоказанными доводы ответчика в той части, что ответчику не было отказано в предоставлении медицинской услуги, а лишь перенесено время ее исполнения. В обоснование этого ответчиком представлены доказательства, в виде пояснений свидетелей Свидетель №2 - заведующей рентгенотделением, и Свидетель №3 – рентгенлаборанта. Однако указанные лица являются заинтересованными в результатах рассмотрения дела, поскольку являлись непосредственными участниками возникшего конфликта. Истец, участвуя в судебном заседании от 18 сентября 2018 года, отрицал то обстоятельство, что ему была разъяснена невозможность проведения обследования 12 августа 2018 года и с ним согласовывалось другое время для проведения данной диагностической процедуры. Позднее, когда он попросил, чтобы ему в письменной форме указали причину отказа в обследовании, ему также никаких разъяснений, ни в устной, ни в письменной форме относительно того, что обследование можно пройти на следующий день, не давалось. Имел место звонок из больницы 21 августа 2018 года с предложением прийти на обследование, но до настоящего времени данное обследование он не проходил, так как нет желания вновь обращаться в ЦГБ (л.д.47-51). Обстоятельства, указанные истцом, в судебном заседании от 18 сентября 2018 года подтвердила свидетель Свидетель №1 (дочь истца), которая отвозила и сопровождала его в больнице 12 августа 2018 года. Учитывая, что истец сразу же обратился к администрации медицинского учреждения с жалобой на отказ в предоставлении медицинской услуги, (судом предполагается, что он действовал добросовестно (ст.10 ГК РФ), поскольку оснований полагать, что истец искусственно создавал конфликтную ситуацию, не имеется), письменный отказ от предоставления услуги, выданный истцу заведующей рентгенотделением Свидетель №2, не допускает иных толкований, кроме как окончательного отказа вобследовании истца в данной медицинской организации, иных равнозначных (письменных) доказательств, подтверждающих рекомендации ответчика для истца явиться на обследование 13 августа 2018 года, ответчиком не представлено, суд не находит оснований сомневаться с пояснениях истца и свидетеля Свидетель №1 в той части, что приглашения явиться на обследование на следующий день со стороны сотрудников рентгенкабинета 12 августа 2018 года не поступало. Согласно ст. 67 ГПК РФ при вынесении решения суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, в также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Оценивая имеющиеся доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что ответчиком незаконно и необоснованно было отказано истцу в предоставлении медицинской услуги, рекомендованной врачом-специалистом, что не могло не причинять ему нравственных страданий. Принимая во внимание вышеназванные обстоятельства, суд также не находит оснований не согласиться с истцом в той части, что по отношению к нему со стороны медицинского персонала рентгенологического отделения было допущено некорректное, неэтичное поведение, выразившееся в необоснованном и невежливом отказе от проведения медицинской процедуры, упоминании таких слов, как «толстый», фактически характеризующихвнешний вид истца, а не уважительность причин, по которым его не допустили к проведению диагностического исследования. При этом доказательства, представленные ответчиком в обоснование своих возражений по этому поводу – справка и письменный ответ по результатам служебной проверки, показания свидетелей Свидетель №2 и Свидетель №3, не могут быть приняты судом во внимание, ввиду имеющихся в них противоречий (ст.67 ГПК РФ). В частности, из пояснений указанных свидетелей, допрошенных в судебном заседании, усматривается, что врач-рентгенолог Свидетель №2 с истцом лично не общалась и постоянно находилась в ординаторской, а со стороны лаборанта Свидетель №3 по отношению к истцу имело место тактичное и вежливое обращение, с разъяснением причин, по которым ему не может быть проведено обследование и возможности проведения данного вида обследования на следующий день. В то же время, из имеющихся письменных доказательств, составленных по результатам служебной проверки, включая письменные объяснения сотрудников, следует, что рентгенлаборанттолько поинтересовалась весом истца, а все дальнейшее общение с пациентом осуществляла врач-рентгенолог Свидетель №2.

Таким образом, указанные письменные доказательства опровергают пояснения свидетелей, в то же время, фактически соответствуют пояснениям истца и свидетеля Свидетель №1 в той части, что в кабинет истец был приглашен медсестрой (лаборантом), а отказ от предоставления обследования он получил от врача, которая позднее выдала ему письменный отказ.

При таких обстоятельствах суд находит обоснованными доводы истца и в той части, что некачественность медицинской услуги, оказанной ответчиком, выразилась не только в неполном проведении обследования, но и в неэтичном отношении к нему со стороны медицинского персонала, что не могло не повлиять на глубину и характер нравственных переживаний истца.

В силу ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В частности, согласно ст.1068 ГК РФ, юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых, /служебных, должностных/ обязанностей.

В соответствии с «Методическими рекомендациями по возмещению вреда (ущерба) застрахованным в случае оказания некачественной медицинской помощи в рамках программ обязательного медицинского страхования», учреждения здравоохранения, независимо от форм собственности, несут ответственность за вред, причиненный застрахованным гражданам их врачами либо другими работниками (раздел «6»).

Соответственно, Краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Центральная городская больница г.Бийск» является надлежащим ответчиком по данному делу и обязано возместить истцу причиненный моральный вред.

В силу п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, руководствуется требованиями разумности и справедливости.

В частности, суд учитывает характер причинных истцу нравственных страданий, выразившихся в том, что истец испытал чувства разочарования, унижения и обиды в связи с оказанием ему некачественной медицинской услуги, на фоне того, что обратившись в медицинское учреждение, он нуждался в срочной медицинской помощи, так как испытывал острые почечные боли (как указано врачом, у него отошел конкремент).

Вместе с тем, суд учитывает, что каких-либо вредных последствий для здоровья истца в результате действия и бездействия ответчика не наступило, отсутствие одного из видов диагностического обследования на характер заболевания и сроки лечения истца не повлияло, поскольку каких-либо доказательств обратного истцом не представлено.

Также суд принимает во внимание степень вины причинителя вреда и, учитывая положения ст.401 ГК РФ, полагает, что со стороны ответчика имела место неосторожная форма вины, а именно, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, им не были приняты исчерпывающие меры для надлежащего исполнения обязательства. В то же время, впоследствии ответчиком были приняты меры к заглаживанию своей вины, поскольку истец получил извинения от руководителя медицинского учреждения, по телефону был приглашен для проведения рекомендованного обследования, что не оспаривал в ходе судебного разбирательства.

При таких обстоятельствах, руководствуясь принципами разумности справедливости, суд считает, что в пользу истца подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда в сумме 20000 руб.00 коп..

Установив нарушение прав потребителя в рамках спорных правоотношений, суд также обязан разрешить вопрос о взыскании штрафа в пользу потребителя на основании п.6 ст.13 Закона РФ "О защите прав потребителей" – за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Согласно разъяснениям, данным в п.46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке, суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф, независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

В данном случае судом установлено некачественное оказание ответчиком медицинских услуг истцу, при этом наличие судебного спора по поводу компенсации морального вреда и удовлетворение судом требований потребителя, указывает на несоблюдение ответчиком добровольного порядка удовлетворения требований потребителя.

Соответственно, суд вправе взыскать с ответчика в пользу истца штраф в размере 10000 руб. 00 коп..

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р е ш и л :

Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная городская больница г.Бийск» в пользу ФИО3 денежную компенсацию морального вреда, причиненного в результате оказания некачественной медицинской услуги, в сумме 20000 руб. 00 коп., штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя, в размере 10000 руб. 00 коп., всего: 30000 руб. 00 коп..

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 отказать, в связи с необоснованностью заявленных требований.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края.

Судья Л.Ю. Казакова