Приговор № 1-116/2023 1-477/2022 от 7 июня 2023 г. по делу № 1-116/2023

УИД 05RS0№-45

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И


П Р И Г О В О Р

Дело №

7 июня 2023 года <адрес>

Каспийский городской суд Республики Дагестан в составе:

председательствующего – судьи Курбанова Р.Д.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1 и ФИО2,

с участием

государственных обвинителей – Мирзоева М.О. и Бутаева Ф.Н.,

подсудимой ФИО3 и ее защитника-адвоката Ковальской В.В. и защитника наряду с адвокатом Рамазановой В.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению:

ФИО3, <данные изъяты>

- в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 незаконно хранила наркотическое средство без цели сбыта, в крупном размере, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ на проезжей части <адрес>, напротив <адрес>, был остановлен автомобиль такси марки «Гранта», в салоне которого находилась ФИО3, которая в последующем была задержана и доставлена в опорный участковый пункт полиции №, расположенный по адресу: <адрес>. Затем, ФИО3 находясь там же, в период времени с 15 часов 40 минут по 16 часов 30 минут была подвергнута личному досмотру, в ходе которого из дамской сумки коричневого цвета, находящейся при ней, были обнаружены и в последующем изъяты пять спичечных коробков с высушенной и измельченной растительной массой зеленого цвета, которое согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ является наркотическим средством – каннабисом (марихуана), общей массой 13,35 грамма.

В тот же день, в период времени с 17 часов 05 минут по 18 часов 25 минут был произведен обыск в арендуемом установленным следствием лицом и ФИО3 домовладения, расположенном по адресу: <адрес>, в ходе которого в гостевой комнате, с левой стороны от оконного проема на полу в деревянном ящике в разложенном виде была обнаружена и в последующем изъята высушенная и измельченная растительная масса зеленого цвета, которое согласно заключению эксперта № и № от ДД.ММ.ГГГГ является наркотическим средством содержащем в своем составе – каннабис (марихуана), общей массой 49,82 грамма. Далее, за указанным деревянным ящиком, был обнаружен целлофановый пакет черного цвета, внутри которого находились спичечные коробки в количестве 47 штук, с высушенной и измельченной растительной массой зеленого цвета, которое согласно заключению эксперта № и № от ДД.ММ.ГГГГ является наркотическим средством содержащем в своем составе – каннабис (марихуана), общей массой 125,55 грамма.

Тем самым, обнаруженные в ходе личного досмотра ФИО3, в ходе проведенного обыска в жилище арендуемом установленным следствием лицом и ФИО3 наркотические средства – каннабис (марихуана), общей массой 188,72 грамма, включены в список № перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, оборот которых в Российской Федерации запрещен в соответствии с законодательством Российской Федерации и международным договором Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» и согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ», образуют крупный размер, которое ФИО3 незаконно хранила без цели сбыта.

Таким образом, ФИО3 совершила преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 228 УК РФ – незаконное хранение наркотического средства без цели сбыта, в крупном размере.

Подсудимая ФИО3 в судебном заседании вину в предъявленном обвинении в покушение на незаконный сбыт наркотического средства, в крупном размере не признала и показала, что она является потребителем наркотических средств и приобретала их для собственного употребления, сбытом никогда не занималась. В день ее задержания, она находилась в гостях, откуда уехала на такси, где была остановлена сотрудниками полиции. После этого, сразу же сотрудники полиции одели на нее наручники и пересадили в их автомашину, на которой они проследовали в один из участковых пунктов полиции, который расположен в <адрес>. В ожидании участкового уполномоченного, они некоторое время находились у участкового пункта, после чего им открыли двери и вошли во внутрь. Все это время, с момента задержания до доставления в участковый пункт полиции, ее сумка находилась в распоряжении сотрудника УКОН, который сразу же, в тот момент, когда надевал на нее наручники забрал сумку. После этого, в участковый пункт пришла ФИО5, которая стала проводить ее личный досмотр. В этот момент зашел сотрудник УКОН, которого звали Магомед и положил сумку на стол, откуда ФИО5 достала пять спичечных коробков с наркотическим веществом. Все это время, пока они находились в участковом пункте, отрицала принадлежность изъятого ей, говорила о том, что это ей «подкинули». После этого, они все вместе проследовали в дом, который арендовал ФИО4, расположенный в <адрес>. Ключей от указанного дома у нее не было, арендовал указанный дом ФИО4, в котором они первоначально планировали жить вместе, однако до этого дело не дошло. В указанном доме, в одной из комнат были найдены кусты, количество которых составляло 6, однако сотрудники УКОН указали в протоколе, что их было 3, оставшиеся 3 они забрали с собой. Накануне, в этом доме по просьбе ФИО4, она делала уборку. Изъятые в доме кусты ей не принадлежат, их выращиванием и последующей продажей занимался ФИО4, он же их заказывал, производил оплату и к ним она никакое отношение не имеет. С собственником указанного дома об условиях найма и оплате арендных платежей договаривался ФИО4, он же и сам оплачивал аренду.

По ходатайству государственного обвинителя в связи с противоречиями были оглашены показания ФИО3 данные ею в качестве подозреваемой в ходе предварительного расследования, из которых следует, что работала управляющей в кафе, расположенном на территории дома отдыха «Морской» в <адрес> «е». На протяжении последних трех лет она употребляет наркотическое средство «марихуана» в незначительном размере. В феврале 2021 года она познакомилась с ФИО4, с которым вместе употребляли наркотические средства, при этом каждый раз последний ее угощал. Также, бывали случаи, когда ФИО4 продавал ей наркотическое средство. Осенью 2021 года ФИО4 предложил ей арендовать жилье для их встреч, поскольку к тому времени у них сложились отношения, на что она согласилась. В сети интернет по объявлению она нашла частный дом по <адрес> в <адрес>, который они стали арендовать. Собственника дома звали Джамал, которому оплату за аренду производил ФИО4. Через некоторое время ФИО4 ей стал говорить о том, что он будет выращивать в указанном доме «марихуану» для собственного употребления, заказав в сети Интернет семена, за которую оплату произвел, через банковскую карту, которая принадлежала сестре последнего. Также, ФИО4 приобрел все необходимые для выращивания наркотических средств приспособления. Место для выращивания ФИО4 подготовил в одной из комнат, расположенной слева относительно входа в домовладение, где посадил три куста растения «марихуаны». В этот период, ФИО4 также занимался сбытом наркотических средств, оплату за которые ему производили банковским переводом на карту, которая оформлена на сестру последнего, которую звали Роза. Сбытом наркотических средств она никогда не занималась. То, что было обнаружено в доме в ходе обыска, проведенного ДД.ММ.ГГГГ, а именно наркотическое средство в 47 спичечных коробках, а также три куста «марихуаны», она вместе с ФИО4 по инициативе последнего выращивали для личного употребления.

Вина подсудимой ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, несмотря на непризнание своей вины в указанном преступлении, полностью подтверждается материалами дела: показаниями свидетелей, а также другими доказательствами, собранными по делу и представленными стороной обвинения, проверенные и исследованные в судебном заседании.

Так, допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО5 показала, что работает в ОМВД России по <адрес>, в должности инспектора ПДН. По указанию оперативного дежурного, ДД.ММ.ГГГГ она прибыла в участковый пункт полиции, расположенный в <адрес>, где в этот момент уже находилась Мамаева. В присутствии понятых, в указанном участковом пункте полиции она произвела личный досмотр Мамаевой, перед проведением которого последней она предложила добровольно выдать запрещенные предметы, чего ею сделано не было. В ходе личного досмотра в сумке, которая находилась при Мамаевой, было обнаружено пять спичечных коробков с неизвестным веществом, которое было изъято. Мамаева, в момент изъятия указанных веществ отрицала их принадлежность ей. Личный досмотр сопровождался составлением протокола, где все присутствующие расписались. Также, из указанной сумки Мамаевой был изъят мобильный телефон. Все изъятое было упаковано, где все присутствующие расписались.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 показал, что был знаком с Мамаевой, которая познакомила его с ФИО4 у которого он в последующем неоднократно приобретал наркотические средства. Вместе с Мамаевой, наркотические средства он не употреблял, у последней он их не приобретал и ему не известно, что Мамаева занимается сбытом наркотических средств.

По ходатайству государственного обвинителя в связи с имеющимися противоречиями в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ФИО6, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что с Мамаевой у него хорошие отношения, последняя приходилась супругой его покойного брата Мамаева. В середине 2021 года, через Мамаеву он познакомился с ФИО4, где они все вместе собирались в общих компаниях, где употребляли наркотические средства. С ФИО4 у него сложились приятельские отношения, он стал периодически приобретать у последнего наркотические средства, оплачивая ему наличными или переводом на банковскую карту. Зимой 2021 года ему стало известно, что Мамаева вместе с ФИО4 арендует частный дом, где вместе проживают. При его последующих обращения к ФИО4 с просьбой приобрести наркотическое средство, последний его отправлял к Мамаевой, через которую он стал приобретать наркотическое средство «марихуана».

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО7 показал, что состоит в должности оперуполномоченного УКОН МВД по <адрес>. В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий стала поступать информация, что Мамаева занимается незаконным сбытом наркотических средств. В конце июня 2022 года в <адрес>, когда Мамаева передвигалась на такси, последняя была задержана и для проведения дальнейшего личного досмотра последняя была доставлена в участковый пункт полиции, расположенный по <адрес> в <адрес>, где был проведен личный досмотр последней. С момента задержания Мамаевой и до ее доставления в указанный участковый пункт полиции, вместе с ним все время находились понятые. В момент задержания при Мамаевой находилась дамская сумка. От ФИО5, которая проводила личный досмотр Мамаевой ему стало известно, что из сумки последней были изъяты пять спичечных коробков с неизвестным веществом. После этого, по месту жительства Мамаевой, расположенной в <адрес>, с участием последней был проведен обыск, в ходе которого в одной из комнат было обнаружено растительное вещество, оборудование для выращивания наркотических средств, а также пакет с содержимым спичечных коробков, внутри которых находилось вещество растительного происхождения. Обыск в жилище Мамаевой проводился с участием последних и понятых, все обнаруженное было изъято, упаковано с составлением протокола, где все присутствующие расписались. В отношении Мамаевой ОРМ «Наблюдение» проводилось с марта 2022 года, в ходе которых ни разу не был установлен факт передачи последней, кому-либо наркотических средств.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО8 показал, что знаком с Мамаевой, поскольку проводил ремонтные работы в квартире последней, где она проживала. Ему не известно, занимается ли сбытом наркотических средств Мамаева, у нее он наркотические средства не приобретал, с ней вместе их не употреблял.

По ходатайству государственного обвинителя в связи с имеющимися противоречиями в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля ФИО8, данные в ходе предварительного расследования, из которых следует, что осенью 2021 года он познакомился с Мамаевой и по предложению последней делал ремонт в квартире, в которой проживала она, расположенная в <адрес>. В ходе проведения ремонтных работ Мамаева его угощала наркотическими средствами, вместе с которой, он их употреблял.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО9 показал, что его родителям принадлежит жилой дом, расположенный в <адрес>, который он решил сдавать в аренду пока родители были в отъезде. С этой целью, в октябре 2021 года он разместил объявление о сдаче в аренду дома, после чего ему позвонила Мамаева, которая заинтересовалась предложением. Мамаева приехала, осмотрела дом, договорилась с ним об условиях аренды, после чего в тот день, когда заселялась пришла вместе с ФИО4. Им он передал ключи от дома и договорился о сдаче в аренду дома за 15 000 рублей, ежемесячно. Арендная плата вносилась своевременно и деньги ему передавал ФИО4. В последующем от сотрудников полиции ему стало известно, что в доме проводился обыск, в ходе которого были изъяты наркотические средства.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 показала, что она вместе со своей подругой, по просьбе сотрудников полиции согласились принять участие в ОРМ «Наблюдение», в ходе которого они направились в <адрес> к одному из частных домов, откуда вышла Мамаева, после чего села в автомашину. Указанная автомашина была остановлена, после чего Мамаеву доставили в участковый пункт полиции, где был проведен ее личный досмотр. В ходе личного досмотра в сумке, которая находилась при Мамаевой были изъяты пять спичечных коробков, принадлежность которых последняя отрицала. После этого, они вместе с сотрудниками полиции направились в дом, расположенный по <адрес>, где в одной из комнат, которая была заперта на ключ, были изъяты растения, а также оборудование для выращивания наркотических средств. Все что было обнаружено при Мамаевой, а также в доме, сотрудники полиции изъяли, составил протокол, где все присутствующие расписались.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО11 показала, что она вместе с ФИО10 принимала участие в качестве понятой при проведении личного досмотра Мамаевой в участковом пункте полиции в <адрес>. В ходе личного досмотра в сумке, которая находилась при Мамаевой, были изъяты пять спичечных коробков с веществом растительного происхождения. После этого, они все вместе проследовали в дом, где жила Мамаева, откуда было изъято в одной из комнат кусты растений и пакет, в котором находились спичечные коробки. Принадлежность изъятого Мамаева отрицала, говорила, что это ей не принадлежит.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО12 показал, что знаком с Мамаевой, с которой он познакомился в одном из кафе на берегу моря, где последняя вместе с ним работала. Он является потребителем наркотического средства «марихуана» и когда у него возникала необходимость приобрести указанное наркотическое средство за помощью он обращался к Мамаевой и последняя ему оказывала в этом содействие. Он также был знаком с ФИО4, через Мамаеву. Несколько раз Мамаева ему оказывала помощь в приобретении наркотических средств.

Виновность Мамаевой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ подтверждается иными доказательствами, документами, оглашенными и исследованными в судебном заседании, в том числе:

- протоколом личного досмотра от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что в ходе личного досмотра Мамаевой, проводимого в этот же день в участковом пункте полиции №, в сумке находящейся при Мамаевой обнаружено и изъято 5 спичечных коробков с веществом зеленого цвета; в кармане брюк одетых на Мамаевой изъят мобильный телефон «Xiaomi», а также дамская сумка коричневого цвета фирмы «ЛуиВуитон»;

- заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно выводам которого, представленное на исследование вещество, изъятое в ходе личного досмотра Мамаевой является наркотическим средством – каннабисом (марихуаной), общая масса которого в перерасчете на сухое вещество составляет 13,35 граммов. На внутренней поверхности представленной для исследования сумки коричневого цвета, на ватном тампоне со смывами с рук и на срезах ногтей Мамаевой, выявлены следы наркотического средства тетрагидроканнабинола – действующего начала каннабиса (марихуаны);

- протоколом обыска от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что в ходе обыска в домовладении, расположенном в <адрес>, обнаружено и изъято 47 спичечных коробков с веществом растительного происхождения, упакованные в черный полиэтиленовый пакет; три растительных куста в горшках с землей, электронные весы черного цвета;

- заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № и № согласно выводам которого представленное на исследование вещество, изъятое в ходе обыска в домовладении, расположенном в <адрес>, является наркотическим средством – каннабисом (марихуаной), общая постоянная масса которого в высушенном виде составляет 125,55 граммов. Представленное на исследование вещество из полимерного пакета черного цвета, обнаруженное и изъятое в указанном домовладении является наркотическим средством – каннабисом (марихуаной), постоянная масса которого составляет 49,82 грамм;

- заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, согласно выводам которого, Мамаева хроническим психическим расстройством, слабоумием не страдала и не страдает, не обнаруживает признаков иного болезненного расстройства психики. В период совершения инкриминируемого ей деяния она могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время Мамаева также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в применении принудительных мер медицинского характера и в лечении от алкоголизма и наркомании она не нуждается;

- протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что осмотрен был пакет с пятью спичечными коробками, полиэтиленовый пакет с 47 спичечными коробками, полиэтиленовый пакет с наркотическим средством, а также мобильный телефон, которые были изъяты при личном досмотре Мамаевой, а также в ходе обыска в жилище, где она проживала;

- актом наблюдения от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что в указанный день в 14 часов 00 минут было начато наблюдение за Мамаевой, которая вышла из дома, расположенного в <адрес>, затем села в автомашину, после чего была задержана;

- протоколом изъятия образцов для сравнительного исследования от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что у Мамаевой в указанный день после ее задержания, в период времени с 20 часов 10 мин. по 20 час. 30 мин. на ватные тампоны были изъяты смывы с рук и полости рта, а также получены срезы ногтей.

Приведенные в обвинительном заключении в качестве доказательств вины Мамаевой в совершении инкриминируемого ей деяния рапорт об обнаружении признаков преступления подлежит исключению из числа доказательств, поскольку не может быть к ним отнесен, в силу требований ст. 84 УК РФ.

Недопустимым суд признает доказательство – протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что осмотрен был материальный носитель информации (диск) с аудиозаписями оперативно-технического мероприятия ПТП (прослушивание телефонных переговоров) принадлежащих Мамаевой и производное от них – стенограмма разговоров.

Согласно статье 23 Конституции Российской Федерации, ограничение права на тайну телефонных переговоров допускается только на основании судебного решения.

Прослушивание телефонных переговоров может осуществляться в соответствии с Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – ФЗ об ОРД) либо в соответствии с УПК РФ по возбужденному уголовному делу.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 14 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия», судам надлежит иметь в виду, что в соответствии с ФЗ об ОРД проведение оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих указанные конституционные права граждан, в том числе и на тайну телефонных переговоров, может иметь место лишь при наличии у органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, информации:

- о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, по которому производство предварительного следствия обязательно;

- о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно;

- о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации.

Согласно части 3 статьи 8 ФЗ об ОРД, прослушивание телефонных и иных переговоров возможно только в отношении лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений средней тяжести, тяжких или особо тяжких преступлений, а также лиц, которые могут располагать сведениями об указанных преступлениях.

Между тем, в материалах уголовного дела судебное решение на проведение ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» отсутствует, в этой связи оснований считать, что при проведении указанного оперативно-розыскного мероприятия были полностью соблюдены требования ст. 8 Федерального закона "Об оперативно-розыскной деятельности", предусматривающие необходимость получения судебного решения, не имеется, соответственно указанное доказательство подлежит признанию недопустимым.

К тому же, принадлежность голосов на представленных в материалы дела материальных носителях (ДВД дисках) конкретным лицам не устанавливалась, экспертиза по этому вопросу не проводилась, в этой связи отнести их к конкретному лицу не представляется возможным.

Оценивая собранные по делу доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточными, суд находит, что приведенные показания свидетелей последовательны, логичны, согласуются между собой и с иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Анализируя показания свидетелей ФИО7 и ФИО5 – работников полиции проводивших оперативно-розыскные мероприятия, задержание и личный досмотр Мамаевой, ФИО13 и ФИО10 – понятых, присутствовавших, как в ходе личного досмотра, так и при обыске в жилище, занимаемой Мамаевой и соотнося их с показаниями подсудимой, а также исследованными в ходе судебного заседания письменными материалами дела, суд находит, что приведенные показания свидетелей последовательны, логичны, согласуются как между собой, так и с письменными материалами дела.

Более того, указанные доказательства не только устанавливают вину Мамаевой, но и опровергают ее доводы о невиновности и о фальсификации доказательств по уголовному делу в отношении нее.

Выдвинутые в ходе судебного заседания доводы Мамаевой относительного того, что преступление она не совершала, а изъятое из сумки и в ходе обыска в жилище наркотическое средство ей не принадлежит, а все собранные по делу доказательства являются сфальсифицированными, суд расценивает, как избранный подсудимой способ защиты с целью избежать уголовной ответственности за содеянное.

Указанные доводы Мамаевой о том, что наркотическое средство в сумку ей «подбросили» опровергаются, как показаниями свидетелей ФИО5, сообщившей, что она проводила личный досмотр Мамаевой и в сумке находящейся при ней были изъяты пять спичечных коробков, так и показаниями свидетелей (понятых) ФИО10 и ФИО13, сообщившие, что при личном досмотре Мамаевой в сумке, находящейся при ней были изъяты указанные вещества.

Эти доводы Мамаевой о том, что изъятое вещество ей «подбросили» также опровергаются письменными материалами дела – заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что на представленном ватном тампоне со смывами рук и срезах ногтей Мамаевой, выявлены следы наркотического средства тетрагидроканнабинола, т.е. такое же наркотическое средство, что было изъято у последней с сумки.

Не состоятельными суд также находит доводы Мамаевой относительно того, что к изъятому в домовладении, расположенном в <адрес> веществам она никакое отношение не имеет, в этом доме она не проживала.

Так, из показаний собственника указанного дома – ФИО9 следует, что после того, как он разметил в сети Интернет объявление о сдаче в аренду указанного дома к нему позвонила Мамаева, которая изъявила желание арендовать дом и она же с ним встречалась, в ходе которого обговаривала условия аренды.

Из оглашенных показаний Мамаевой, данных в ходе предварительного расследования следует, что изъятое наркотическое вещество она выращивала для личного употребления.

Письменные материалы дела, в частности акт наблюдения от ДД.ММ.ГГГГ, свидетельствует о том, что в день задержания Мамаева выходила из указанного дома, после чего была задержана.

Указанное в совокупности, опровергает доводы Мамаевой о том, что к указанному дому она никакое отношение не имеет и все изъятое в нем ей не принадлежит, и указанное суд расценивает, как стремление последней уменьшить негативные последствия совершенного преступления.

Таким образом, в ходе судебного заседания сообщенные Мамаевой сведения о фальсификации доказательств по уголовному делу своего подтверждения не нашли.

Показания свидетелей об имевших место событиях конкретны, отвечают фактическим обстоятельствам, согласуются с письменными материалами дела.

Каких-либо причин для искажения действительности по делу, оговора Мамаевой, иной заинтересованности в исходе дела, судом не установлено.

Оснований для оговора подсудимой со стороны свидетелей не установлено, также как не установлено провокаций со стороны работников полиции проводивших оперативно-розыскные мероприятия.

Кроме того, отсутствуют сведения о том, что свидетели по делу являются заинтересованными лицами, их показания недостоверны; свидетели перед началом их допроса были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, и каких-либо данных о заинтересованности указанных свидетелей в исходе данного дела у суда не имеется, они дали показания по тем событиям по делу, участниками которых они непосредственно являлись, их показания являются последовательными, логичными, согласуются между собой и не противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Предварительное следствие по настоящему делу было проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Вопреки доводам защиты все следственные действия по делу проведены, а протоколы составлены в строгом соответствии с законом, при необходимости с участием понятых, подписаны всеми участвующими лицами, какие-либо замечания по поводу их незаконности в протоколах отсутствуют.

Оснований для признания результатов ОРМ недопустимыми доказательствами, о чем были высказаны суждения стороной защиты, судом не установлено.

Законность и обоснованность проведения оперативно-розыскных мероприятий судом проверена.

Результаты оперативно-розыскных мероприятий являются допустимыми доказательствами, так как они получены в соответствии со ст. ст. 2, 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", в установленном законом порядке переданы органу предварительного расследования, а обстоятельства их проведения свидетельствуют об отсутствии провокации со стороны сотрудников оперативных подразделений.

Нарушений правовых норм, регулирующих основания и порядок производства экспертизы по уголовному делу, а также правила проверки и оценки оспариваемых стороной защиты экспертиз, которые бы могли повлечь недопустимость заключений экспертов, не допущено.

Экспертизы произведены на основании постановлений следователя, вынесенных в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона.

В производстве экспертных исследований участвовали эксперты, имеющие соответствующее образование и определенный стаж экспертной деятельности по различным специальностям.

Проведение исследований с привлечением этих экспертов, компетентность которых не вызывает сомнений, соответствует положениям ч. 2 ст. 195, п. 60 ст. 5 УПК РФ. В деле отсутствуют какие-либо основанные на фактических данных сведения о наличии предусмотренных ст. 70 УПК РФ обстоятельств для отвода экспертов, участвовавших в производстве экспертиз.

Заключения экспертов отвечают требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписями экспертов записи, удостоверяющие то, что им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных заключений. Представленные на исследование материалы дела были достаточны для ответов на поставленные перед экспертами вопросы.

Суд оценивал результаты экспертных заключений во взаимосвязи с другими фактическими данными.

Вместе с тем, вышеописанные действия Мамаевой органом предварительного расследования квалифицированы по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, в крупном размере.

Между тем, по смыслу закона само по себе количество обнаруженного у виновного наркотического средства и вышеуказанные обстоятельства неопровержимо не свидетельствуют о наличии у него умысла на сбыт этого средства с учетом конкретных обстоятельств дела.

По смыслу закона, под незаконным сбытом наркотических средств понимается незаконная деятельность, направленная на их возмездную либо безвозмездную передачу другому лицу любым способом. Об умысле на сбыт указанных средств могут свидетельствовать их приобретение и хранение лицом, которое само наркотиков не употребляет, количество (вес) наркотиков, размещение их в удобной для реализации расфасовке, наличие соответствующей договоренности с потребителями и т.п.

Под покушением на сбыт наркотических средств понимается совершение виновным лицом действий, направленных на их последующую реализацию и составляющую часть объективной стороны сбыта, однако, по не зависящим от лица обстоятельствам не доведенных до конца.

При этом следует отметить, что ни масса наркотического средства, которая была изъята, ни его вид и размер, ни обстоятельства их изъятия, сами по себе не свидетельствуют о наличии у Мамаевой умысла на сбыт изъятого у нее наркотического средства, а иных доказательств обвинения в уголовном деле нет.

Как следует из материалов дела, в ходе личного досмотра у Мамаевой был изъят мобильный телефон, который был осмотрен, однако сведений о том, что последняя имела соответствующую договоренность с потребителями, в изъятом телефон отсутствовала.

В отношении Мамаевой проводились оперативно-розыскные мероприятия, однако из указанных материалов приобщенных в материалы дела ее причастность к незаконному сбыту наркотических средств не подтверждается, в материалах дела отсутствуют конкретные доказательные сведения о том, что Мамаева ранее участвовала в сбыте наркотических средств, либо готовилась к сбыту наркотических средств.

Допрошенный в ходе судебного заседания ФИО7 (оперуполномоченный УКОН МВД по РД) показал, что в отношении Мамаевой с марта 2022 года проводились оперативно-розыскные мероприятия, в ходе которых ни разу не был установлен факт передачи последней кому-либо наркотических средств.

Из показаний свидетелей ФИО6 и ФИО13, данных ими в ходе судебного заседания следует, что каждый из них был знаком с Мамаевой и им не было известно, занимается ли сбытом наркотических средств последняя, у нее они наркотические средства не приобретали, с ней вместе их не употребляли.

Показания указанных свидетелей (ФИО6 и ФИО13) данные ими в ходе судебного заседания согласуются с показаниями ФИО7, который показал, что в ходе ОРМ не было установлено, что Мамаева кому-либо сбывает наркотические средства, в этой связи показаний указанных свидетелей берутся за основу, отвергая их же показания данных в ходе предварительного расследования и оглашенные в судебном заседании государственным обвинителем.

К тому же, каких-либо предметов, необходимых для приготовления к сбыту наркотического средства, при личном досмотре Мамаевой и в жилище последней обнаружено не было. Также не были установлены лица, которым она могла бы попытаться сбыть изъятое у нее наркотическое средство.

Отсутствуют в материалах дела и данные о том, что у Мамаевой имелись связи с поставщиками и потребителями наркотических средств, в том числе - посредством телефонной связи или информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Других доказательств бесспорно свидетельствующих о направленности умысла Мамаевой именно на сбыт обнаруженных у нее наркотических средств, который не был доведен до конца по не зависящим от нее обстоятельствам, органом предварительного расследования добыто не было и в обвинение они не приведены.

Сама Мамаева в судебном заседании показала, что является потребителем наркотических средств, которые она употребляет длительное время.

В силу принципа презумпции невиновности обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом РФ, толкуются в его пользу.

Учитывая, что в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 14 УПК РФ, все неустранимые сомнения в виновности обвиняемого толкуются в его пользу, принимая во внимание обстоятельства задержания Мамаевой, отсутствие в деле объективных данных, указывающих на то, что обнаруженные у последней наркотические средства предназначались для сбыта иным лицам, в этой связи суд приходит к выводу о том, что ее действия следует переквалифицировать с ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на ч. 2 ст. 228 УК РФ, как незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств, в крупном размере.

Сам по себе факт задержания Мамаевой, обнаружение и изъятие при ней и в жилище наркотического средства, не свидетельствует о наличии у нее умысла на сбыт запрещенных к свободному обороту веществ.

Органом предварительного расследования Мамаевой также вменено незаконное приобретение наркотических средств, а также совершение преступления группой лиц по предварительному сговору.

В соответствии с ч. 1 ст. 73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в том числе, событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления).

Однако орган предварительного расследования не установил место и время приобретения наркотического средства, ограничившись указанием в обвинении, что Мамаева в неустановленное время и при неустановленных следствием обстоятельствах и не установленного следствием лица приобрела наркотическое средство.

В силу ч. 3 ст. 14 УПК РФ, все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого, в связи с чем, из обвинения подлежит исключению признак незаконного приобретения наркотического средства поскольку, органом предварительного расследования не установлено место и время приобретения наркотического средства, что влечет неопределенность в вопросе исчисления и истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

По смыслу уголовного закона, для правовой оценки преступления, как совершенного группой лиц по предварительному сговору, должно быть установлены наличие у каждого из соучастников умысла на совершение преступления в составе группы лиц; наличие между ними предварительной договоренности о совместном совершении действий, составляющих объективную сторону преступления; непосредственное участие каждого в выполнении всех или части этих действий. При этом сговор считается предварительным, если он состоялся до начала непосредственного выполнения объективной стороны преступления.

Между тем, сами по себе действия лиц, совместно совершивших преступление, при отсутствии между ними достигнутой заранее договоренности об этом, основанием для квалификации преступления, как совершенного группой лиц по предварительному сговору, служить не могут.

Данных о том, что Мамаева имела предварительную договоренность о совместном совершении действий, составляющих объективную сторону преступления материалы дела не содержат, также как не установлено органом предварительного расследования наличие у каждого из соучастников умысла на совершение преступления в составе группы лиц, непосредственное участие каждого в выполнении всех или части этих действий, в этой связи квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору», подлежит исключению.

Оценивая все исследованные судом доказательства в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности суд признает их в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела по существу и признает установленным вину Мамаевой в незаконное хранение наркотического средства без цели сбыта в крупном размере и квалифицирует ее действия по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Основания для иной правовой оценки действий подсудимого, отсутствуют.

При назначении подсудимой наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимой, обстоятельства смягчающие наказания, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и на условия жизни ее семьи.

В судебном заседании исследованы данные о личности подсудимой и представленные доказательства, имеющие для этого значение, из которых следует.

Совершенное Мамаевой преступление согласно ст. 15 УК РФ отнесено к категории тяжких преступлений.

Она же, ранее не судима, на учете в РПД и РНД не состоит, по месту жительства характеризуется положительно, на иждивении имеет родителей (мать, имеющая заболевание), а также несовершеннолетнего ребенка и брата инвалида первой группы, за которыми осуществляет уход, социально обустроена.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ судом признается активное способствование раскрытию и расследованию преступления, поскольку до возбуждения уголовного дела и в последующем Мамаева способствовала раскрытию преступления, давая показания об обстоятельствах содеянного, выразившееся в представлении неизвестной органам следствия информации, имеющей значение для их расследования, а именно о своей роли в преступлении, о способе и месте приобретения наркотического средства (п. «и»).

Наряду с указанными обстоятельствами, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ судом, также учитываются: положительная характеристика по месту жительства, а также то, что последняя на учете у психиатра и нарколога не состоит, ее возраст и семейное положение, наличие на иждивении родителей (мать, имеющая заболевание), несовершеннолетний ребенок и брат (инвалид первой группы) за которыми она осуществляет уход, состояние ее здоровья.

Отягчающих наказание Мамаевой обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

Учитывая наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд полагает необходимым применить при назначении наказания положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Исключительных обстоятельств, связанных с мотивами и целями преступления, поведением подсудимой, с учетом способа совершения преступления, степени реализации преступных намерений, вид умысла, мотива, цели совершения деяния, а также других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, позволяющих суду применить при назначении наказания подсудимой правила ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, судом не установлено.

Фактические обстоятельства совершенного преступления не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

При назначении наказания подсудимой, суд учитывает положения ч.1 ст. 60 УК РФ, в соответствии с которыми лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ.

С учетом признанных судом смягчающих наказание обстоятельств, данных о личности Мамаевой, принимая во внимание характер общественной опасности преступления (направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности), степень их общественной опасности, конкретные обстоятельства данного дела, в связи с чем, суд приходит к выводу, что цели наказания могут быть достигнуты лишь назначением наказания в виде лишения свободы.

С учетом обстоятельств совершенного преступления, данных о личности Мамаевой, в связи с чем оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, суд не усматривает, также, как и не имеются основания для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном статьей 53.1 УК РФ.

Не усматривает суд также оснований для назначения дополнительных видов наказаний, предусмотренных санкцией ч. 2 ст. 228 УК РФ, поскольку основное наказание в виде лишения свободы с учетом данных о личности Мамаевой в полной мере обеспечит цели наказания, предусмотренные ст. 43 УК РФ.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд определяет Мамаевой исправительную колонию общего режима.

В срок отбытия наказания в соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ подлежит зачету время содержания Мамаевой под стражей из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, исчисляя этот срок с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу.

Поскольку Мамаевой назначено наказание в виде лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, в целях обеспечения исполнения приговора суд не усматривает оснований для изменения в отношении нее меры пресечения в виде заключения под стражу.

При рассмотрении вопроса о вещественных доказательствах суд руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 296-299, 302-304, 307-309 УПК РФ, суд,

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО3 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ и назначить ей наказание 3 (три) года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в отношении ФИО3 в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу – оставить без изменения.

Срок отбывания наказания ФИО3 исчислять со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

В соответствии с ч. 3.2 ст. 72 УК РФ, зачесть в срок отбытия наказания время содержания ФИО3 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: 5 спичечных коробков с наркотическим средством «марихуана», ватные тампоны со смывами рук и срезы ногтей ФИО3, 47 спичечных коробка с наркотическим средством «марихуана», черный полиэтиленовый пакет с наркотическим средством «марихуана», электронные весы, три куста конопли, упакованные в оранжевый и черные полиэтиленовые пакеты, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОМВД России по <адрес> – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Дагестан в течение 15 (пятнадцати) суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав об этом в жалобе, осужденный также вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику или ходатайствовать перед судом о назначении им защитника.

Председательствующий: Р.Д. Курбанов