Решение № 2-108/2026 2-108/2026(2-1368/2025;)~М-767/2025 2-1368/2025 М-767/2025 от 25 февраля 2026 г. по делу № 2-108/2026

Дело № 2-108/2026

УИД 18RS0009-01-2025-001449-13


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20 января 2026 года г. Воткинск

Воткинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

судьи Бушмакиной О.М.,

при секретаре Орловой М.И.,

с участием истца С.В.А., его представителя ФИО1, действующего на основании доверенности от <дата>,

представителя ответчика публичного акционерного общества «Россети Центр и Приволжье» ФИО2, действующей на основании доверенности от <дата>,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению С.В.А. к публичному акционерному обществу «Россети Центр и Приволжье» о взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, убытков,

у с т а н о в и л:

С.В.А. (далее - истец) обратился в суд с иском к публичному акционерному обществу «Россети Центр и Приволжье» (далее – ответчик, ПАО «Россети Центр и Приволжье») с учетом увеличения исковых требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), о взыскании неустойки по договору об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям от <дата> №*** за период с <дата> по <дата> в размере 26 235 руб., компенсации морального вреда в размере 1 100 000 руб., штрафа в размере 13 117 руб. 50 коп., убытков за приобретенное оборудование в размере 53 011 руб.

Требования мотивированы тем, что истец является собственником земельного участка, расположенного по адресу: УР, Воткинский район, в границах ДНТ «Степаново», улица 4 участок №***.

В целях подключения к электрическим сетям истец на официальном сайте ПАО «Россети Центр и Приволжье» через личный кабинет подал заявку на новое технологическое присоединение электропринимающих устройств на указанный земельный участок, заявка зарегистрирована под №***. Максимальная мощность электропринимающих устройств по заявке составляет 15 кВт.

Ответчик <дата> путем размещения в личном кабинете истца, признал оферту принятой и заключил с истцом договор №***, направив технические условия для присоединения к электрическим сетям, в том числе выставил счет на оплату технологического присоединения №***, который был оплачен истцом <дата> и другие документы.

В соответствии с пунктом 24 договора договор считается заключенным со дня оплаты заявителем счета.

Согласно пункта 14 Технических условий для присоединения к электрическим сетям срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 4 месяца со дня оплаты счета.

Таким образом, последним днем на выполнение работ по технологическому присоединению является <дата>.

Ответчик до настоящего времени принятые на себя обязательства по технологическому присоединению садового дома истца не исполнил.

Истец неоднократно обращался к ответчику с претензиями о нарушении срока технологического присоединения, на что получал ответы о задержке и переносе срока выполнения работ.

В своих обращениях и телефонных разговорах с представителями ответчика истец неоднократно указывал, что способ технологического присоединения, разработанный ответчиком потребления истцом электрической энергией, не представляется возможным, так как нарушаются основные Правила Эксплуатации Электроустановок и Правила Устройства Электроустановок ПУЭ, что является явным нарушением основополагающих документов и правил и может привести к аварии или смертельному несчастному случаю.

В обращениях истец предлагал два альтернативных способа технологического присоединения его потребления электрической энергией не нарушающих соответствующие законы и постановления правительства РФ.

В связи с отсутствием электричества на садовом участке, истец для осуществления хозяйственной деятельности был вынужден приобрести в 2023 г. бензогенератор, стоимость которого составила 9 999 руб., который в ходе его эксплуатации в октябре 2024 г. вышел из строя и не подлежал ремонту. В связи с чем истец приобрел новый более качественный, стоимость которого составила 34 864 руб. Для поддержания в садовом домике комфортной температуры истец приобрел дизельный отопитель стоимостью 8 148 руб. Общая сумма убытков составила 53 011 руб.

Истец считает, что его право на техническое присоединение ответчиком нарушено, соответственно возникшие убытки должны быть возмещены ответчиком.

Истец считает, что моральный вред ему будет компенсирован, если ответчик выплатит в его пользу 1 000 000 руб.

В соответствии с пунктом 20 договора, сторона договора, нарушившая срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, предусмотренный договором, в случае если плата за технологическое присоединение по договору составляет 550 руб., обязана уплатить другой стороне неустойку, равную 5% от указанного общего размера платы за технологическое присоединение по договору за каждый день просрочки.

Начиная с <дата> ответчик обязан уплатить договорную неустойку.

Истец С.В.А. в судебном заседании исковые требования с учетом их увеличения поддержал по основаниям, изложенным в иске, и пояснил, что дополнительное соглашение с ответчиком о переносе срока присоединения не заключал. В связи с нарушением срока технологического присоединения он вынужден был приобретать дополнительное оборудование, так как строил дом. Первый бензогенератор вышел из строя в связи с физическим износом, к продавцу он не обращался, так как гарантийный срок закончился. Когда бензогенератор сломался не помнит. Он вынужден был приобрести новый бензогенератор, который поставил у гаража, а также дизельный отопитель. Приобретенное оборудование имело сертификаты соответствия. Бензогенератор использовался им каждый выходной и праздничный день, но он создает сильный шум, что является нарушением СанПиНа и это повлияло на состояние его здоровья – появилась бессонница. Технологическое присоединение произвели <дата> в течение одного рабочего дня, при этом истцу предоставлен весь пакет документов в электронном виде и ответчику не понадобилось согласование с ДНТ «Степаново» и РОСП УФССП по УР. Технологическое подключение истца в указанный в договоре срок было возможно путем подключения непосредственно СИП кабелем от ТП 276 до земельного участка истца по существующим опорам ВЛ 10 кВ, принадлежащим МТУ Росимущества в УР и Кировской области, как и ТП 276 до опоры с диспетчерским наименованием 276/17, находящейся в 8-9 метрах от его земельного участка (допустимое расстояние 15 метров). Подобный способ подключения выдавался потребителю С.С.А., имеющему соседний земельный участок. Действиями ответчика истцу был причинен моральный вред, который выразился в нарушении срока исполнения договора, неоднократных обращениях истца в «Удмуртэнерго», необходимости приобретения бензогенератора и физических нагрузках, связанных с его транспортировкой, превышении предельно допустимого шума при работе бензогенератора, предложениях специалистов «Удмуртэнерго», чтобы он сам решал вопросы по технологическому присоединению путем обращения к судебным приставам и председателю ДНТ «Степаново», увеличении количества его обращений за медицинской помощью.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования с учетом их увеличения поддержал, просил удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме. Поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление и дополнительных пояснениях.

В письменном отзыве на исковое заявление от <дата>, дополнительных пояснениях от <дата> (л.д. 91-98, 116-118) представитель ответчика ФИО2 указала, что истец подал заявку на технологическое присоединение энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям Удмуртэнерго. Адрес расположения энергопринимающих устройств, подлежащих присоединению: Удмуртская Республика, <*****> Присоединяемые энергопринимающие устройства: Индивидуальный жилой дом/ Садовый/Дачный дом, максимальная мощность энергопринимающих устройств (присоединяемых и ранее присоединенных) составляет 15.0 кВт, при напряжении 0,4 кВ.

Истец оплатил счет <дата>, с указанной даты договор №*** от <дата> об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям (далее - договор ТП) является заключенным. Приложением к договору ТП являются Технические условия.

Поскольку электросетевые объекты Удмуртэнерго, с необходимым уровнем напряжения, находятся на расстоянии более 1 000 метров от земельного участка заявителя, а на территории ДНТ «Степаново» имеется существующая электрическая сеть, Техническими условиями к договору предусмотрены следующие точки присоединения: выходные контакты коммутационного аппарата, устанавливаемого сетевой организацией в шкафу учета у опоры абонентской ВЛ-0,4кВ от КТП-276 (ПАО "Спецгазавтотранс») ф-9 ВЛ-10кВ ПС Первомайская -15кВт (пункт 7 Технических условий). Под абонентской опорой подразумевается опора ДНТ «Степаново», имеющая максимально близкое расположение к земельном участку заявителя.

У ответчика имелись обстоятельства, находящиеся вне его контроля и препятствующие исполнению им обязательства по технологическому присоединению (в частности, препятствия, чинимые ДНТ «Степаново» в техприсоединении). Однако, на текущую дату обязательства Удмуртэнерго по указанному договору перед С.В.А. исполнены, что подтверждается уведомлением от <дата> об обеспечении сетевой организацией возможности присоединения к электрическим сетям, размещенным в личном кабинете истца.

Довод истца об избрании ответчиком ненадлежащего технического решении по осуществлению мероприятий по технологическому присоединению какими –либо доказательствами не подтвержден и не имеет отношения к предмету спора. Более того, указанный довод уже являлся предметом рассмотрения Арбитражного суда УР, а установленные судом факты не могут оспариваться вновь.

Исходя из системного толкования положений пунктов 15, 16.1, 18, 25(1) Правил №861, определение мероприятий в целях осуществлении технологического присоединении объекта, в том числе определение точки присоединения является исключительной прерогативой сетевой организации, так как только сетевая организация имеет в своем штате специалистов, способных оценить схемно-режимную обстановку в каждом конкретном энергорайоне. Только сетевая организация, владеющая распределительными сетями, может определить их техническое состояние, степень загруженности и изношенности, дать заключение о наличии/отсутствии возможности, целесообразности/нецелесообразности осуществления технологического присоединения объектов заявителей к тому или иному объекту электросетевого хозяйства.

Заявитель, являясь непрофессиональным участником данных правоотношений, не вправе определять перечень мероприятий, необходимых для осуществления технологического присоединения в сетях сетевой организации и третьих лиц.

Кроме того, наличие технической возможности технологического присоединения энергопринимающих устройств истца к электрическим сетям, в том числе к сетям ДНТ «Степаново» и иным сетям, являлось предметом рассмотрения Арбитражного суда Удмуртской Республики (дело № А 71-20210/2022). Третьим лицом к участию в деле был привлечен истец и занимал активную позицию в процессе (участвовал в судебных заседаниях). При этом, истец в процессе не представил доказательств наличия альтернативы избранному способу техприсоединения и не представил доказательств невозможности выполнить присоединение через сети ДНТ «Степаново», а так же доказательств того, что такое присоединение не соответствует нормам законодательства об электроэнергетике.

На странице 6 указанного решения Арбитражный суд УР указал: ПАО «Россети Центр и Приволжье» владеет на праве собственности ПС «Первомайская» отходящая от ПС ВЛ-10кВ фидер 9.

Решением Воткинского районного суда от <дата> по делу №*** установлено, что энергопринимающие устройства ДНТ «Степаново» на улице №*** технологически присоединены к отпайке ВЛ-10 кВ фидер 9ПС «Первомайская» через понижающий трансформатор 10/04кВ (ТП-276). В соответствии с актом разграничения балансовой принадлежности собственником ТП-276 является ДО АО «Спецгазавтотранс» филиал Чайковское ПТТ и СТ.

Судом установлено, что ДНТ «Степаново» не представлено доказательств невозможности осуществления избранного ПАО «Россети Центр и Приволжье» способа подключения или ухудшения в значительной степени положения ДНТ «Степаново».

В Постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, рассматривающего апелляционную жалобу ДНГ «Степаново» по данному делу указано, что альтернативные варианты технологического присоединения энергопринимающих устройств третьих лиц отсутствуют.

Учитывая изложенное, истец не вправе приводить доводы о наличии альтернативных способов подключения и утверждать, что избранный Удмуртэнерго способ технологического присоединения не соответствует нормам законодательства об электроэнергетике, поскольку этим обстоятельствам ранее дана оценка судом.

Кроме того, данные доводы истца не имеют правового отношения к заявленным в иске требованиям об исполнении условий договора.

Требования о возмещении материального вреда не подлежат удовлетворению как необоснованные. В случае возникновения обстоятельств, находящихся вне контроля должника и препятствующих исполнению им обязательства, он освобождается от ответственности, если у него отсутствует возможность принять разумные меры для устранения таких обстоятельств.

Ответчик не имел возможности своевременно исполнить договор техприсоединения, поскольку такому исполнению препятствовало ДНТ «Степаново», что подтверждается решением Арбитражного суда УР от 10.08.2023 г. и постановлением от 30.10.2023 г. Семнадцатого арбитражного апелляционного суда УР по делу № А71- 20210/2022.

Ответчик своевременно предпринял все зависящие от него меры для исполнения договора ТП: пытался урегулировать вопрос техприсоединения с ДНТ «Степаново»; после неудачных попыток урегулирования в досудебном порядке обратился в суд за разрешением спорной ситуации; после получения судебных актов вновь обращался к ДНТ «Степаново» с письмами о допуске к электросетевому объекту для подключения энергопринимающих устройств С.В.А.; получил и направил в службу судебных приставов исполнительный лист на принудительное исполнение решения суда; писал обращения в службу судебных приставов для ускорения процесса исполнения решения; во взаимодействии с приставами осуществил мероприятия по технологическому присоединению.

Считает, что все изложенное совместно с представленными документами указывает на то, что ответчик желал выполнить возложенные на него договором ТП обязательства в установленный срок, предпринимал к этому все возможные усилия, но не имел возможности выполнить договор ТП в срок по независящим от ответчика причинам (по вине ДНТ «Степаново», явившегося непреодолимой силой для исполнения договора ТП в срок).

При таких обстоятельствах на ответчика не может быть возложена обязанность возместить материальный ущерб. Удмуртэнерго является ненадлежащим ответчиком, ущерб может быть возмещен за счёт ДНТ «Степаново».

Кроме того, истцом необоснованно заявлена к возмещению стоимость двух генераторов, в том числе стоимость второго генератора бензинового на сумму 34 864 руб., покупка которого обусловлена поломкой предыдущего генератора. При этом, неизвестно по какой причине вышел из строя первый генератор (дефект изготовителя, или ненадлежащая эксплуатация самим истцом). В любом случае, виновных действий Удмуртэнерго в выходе из строя первого генератора, приобретённого за 9 999 руб., не имеется, как и причинно-следственной связи.

К возмещению также необоснованно предъявлена стоимость купленного дизельного отопителя. Теплоснабжение может быть организовано истцом разными способами, при этом ответчик не является лицом, обязанным обеспечить истцу теплоснабжение. Требование не находится в причинно-следственной связи между несвоевременным исполнением договора ТП, необходимого для энергоснабжения и покупкой отопителя для теплоснабжения.

Требования о взыскании с Удмуртэнерго договорной неустойки, морального вреда и штрафа также не подлежат удовлетворению ввиду того, что не своевременность исполнения договора ТП вызвана действиями третьего лица - ДНТ "Степаново", создававшего препятствия в доступе к сетям опоры ВЛ-0,4кВ, к которой надлежало выполнить техприсоединение.

Для того, чтоб выполнить мероприятия по технологическому присоединению Удмуртэнерго последовательно совершало действия, что подтверждено представленными документами.

Представители третьих лиц: ДНТ «Степаново», Управления Федеральной службы судебных приставов по Удмуртской Республике в судебном заседании не присутствуют о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежаще, о причинах неявки суд не известили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

Дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц в порядке статьи 167 ГПК РФ.

Выслушав участников процесса, изучив и исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу пунктов 1, 4 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (статьи 309, 310 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого период.

Положениями статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 г. №35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее – Закон об электроэнергетике) предусмотрено, что технологическое присоединение к объектам электросетевого хозяйства энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, в том числе объектов микрогенерации, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам (далее - технологическое присоединение), осуществляется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, и носит однократный характер.

Порядок и особенности технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям регламентирован Правилами технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 г. №861 (в редакции, действующей на дату заключения договора между истцом и ответчиком).

Согласно пункту 8 технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 г. №861 (далее – Правила №861) для заключения договора заявитель направляет заявку в сетевую организацию, объекты электросетевого хозяйства которой расположены на наименьшем расстоянии от границ участка заявителя, с учетом условий, установленных пунктом 8(1) настоящих Правил. Заявка направляется по формам согласно приложениям №4 - 7 любым способом ее подачи (очно, почтой, с использованием официального сайта сетевой организации или в случае обеспечения сетевой организацией, в которую подается заявка, возможности реализации прав и обязанностей заявителей, возникающих в ходе осуществления процедуры технологического присоединения энергопринимающих устройств к электрическим сетям, с использованием федеральной государственной информационной системы "Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)".

В соответствии с пунктом 103 Правил №861 договор между сетевой организацией и заявителями, указанными в пунктах 12(1), 13(2) - 13(5) и 14 настоящих Правил, заключается путем направления заявителю выставляемого сетевой организацией счета для внесения платы (части платы) за технологическое присоединение и оплаты заявителем указанного счета.

Наличие заключенного заявителями, указанными в пункте 14 настоящих Правил, договора подтверждается документом об оплате такими заявителями счета, предусмотренного пунктом 103 настоящих Правил. Договор считается заключенным на условиях, предусмотренных настоящими Правилами, со дня оплаты заявителем счета, предусмотренного пунктом 103 настоящих Правил (пункт 104 Правил).

В силу подпункта "б" пункта 16 Правил №861 срок осуществления мероприятий по технологическому присоединению, который исчисляется со дня заключения договора, не может превышать 6 месяцев - для заявителей, указанных в пунктах 12(1), 13(3), 13(5), 14 и 34 настоящих Правил, если технологическое присоединение осуществляется к электрическим сетям, уровень напряжения которых составляет до 20 кВ включительно, и если расстояние от существующих электрических сетей необходимого класса напряжения до границ участка заявителя, на котором расположены присоединяемые энергопринимающие устройства, составляет не более 300 метров в городах и поселках городского типа и не более 500 метров в сельской местности;

При этом действующее правовое регулирование устанавливает, что технологическое присоединение энергопринимающих устройств к электрическим сетям представляет собой комплекс мероприятий и осуществляется на основании возмездного договора, заключаемого сетевой организацией с обратившимся к ней лицом (заявителем). По условиям этого договора сетевая организация обязана реализовать мероприятия, необходимые для осуществления такого технологического присоединения (в том числе разработать технические условия), а заявитель обязан помимо прочего внести плату за технологическое присоединение (пункт 4 статьи 23.1, пункт 2 статьи 23.2, пункт 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике, подпункт «е» пункта 16, 17, 18 Правил №861).

Неисполнение сетевой организацией договора об осуществлении технологического присоединения в связи с нарушением предельных сроков технологического присоединения, установленных в подпункте "б" пункта 16 Правил №861 для соответствующих категорий заявителей, является нарушением требований Закона об электроэнергетике.

В силу абзаца третьего подпункта в. пункта 16 Правил №861 при нарушении сроков осуществления мероприятий по технологическому присоединению уплачивается неустойка, предусмотренного договором, в случае если плата за технологическое присоединение по договору составляет 550 рублей, уплатить другой стороне договора неустойку, равную 5 процентам от указанного общего размера платы за технологическое присоединение по договору за каждый день просрочки (а в случае если плата за технологическое присоединение по договору превышает 550 рублей, уплатить другой стороне договора неустойку, равную 0,25 процента от указанного общего размера платы за каждый день просрочки), при этом совокупный размер такой неустойки при нарушении срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению заявителем не может превышать размер неустойки, определенный в предусмотренном настоящим абзацем порядке за год просрочки.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, ПАО «Россети Центр и Приволжье» является сетевой организацией, оказывающей услуги по технологическому присоединению к электрическим сетям в соответствии с Правилами №861.

С.В.А. на праве собственности принадлежит земельный участок, общей площадью 1 500 кв. м, с кадастровым номером №***, расположенный по адресу: УР, <*****> (л.д. 76).

<дата> ПАО «Россети Центр и Приволжье» истцу направлена оферта (л.д.24).

На основании заявки С.В.А. между ПАО «Россети Центр и Приволжье» (сетевая организация) и С.В.А. (заявитель) <дата> был заключен договор №*** (далее – договор) об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя к электрическим сетям ПАО «Россети Центр и Приволжье».

Технические условия для присоединения к электрическим сетям (далее – Технические условия) являются Приложением к заключенному сторонами договору (л.д. 10).

Согласно Технических условий энергопринимающие устройства заявителя - садовый дом, расположенный: УР, <*****>, максимальная мощность присоединяемых энергопринимающих устройств заявителя до 15 кВт, 3 категория надежности, класс напряжения 0,4 кВ.

В соответствии с пунктом 10.1 Технических условий сетевая организация осуществляет установку прибора коммерческого учета электрической энергии (мощности) – трехфазный прямого включения на уровне напряжения 0,4кВ и ниже без ТТ на границе балансовой принадлежности – на опоре ВЛ-0,4 кВ, но не далее 15 метров от границ земельного участка заявителя во внешнюю сторону.

Срок выполнения мероприятий по технологическому присоединению составляет 4 месяца со дня оплаты счета (пункт 14 Технических условий).

Выпиской по счету ПАО «УБРиР», подтверждается, что <дата> истцом произведена оплата ПАО «Россети Центр и Приволжье» по счету 181050948 от <дата> в размере 550 руб. (л.д. 9).

Таким образом, срок выполнения обязательств ПАО «Россети Центр и Приволжье» по технологическому присоединению истекал <дата>.

Сторонами не оспаривается, что соглашение к договору о продлении срока его исполнения между ними не заключалось.

В сроки, установленные договором, технологическое присоединение истца к электрическим сетям сетевой организацией не произведено, что не оспаривалось представителем ответчика в ходе судебного разбирательства по делу.

В связи с нарушением срока выполнения мероприятий истец в период с <дата> по <дата> неоднократно обращался к ответчику с заявлениями, в которых просил разъяснить на какой стадии находится исполнение договора от <дата>, предлагал альтернативные, по его мнению, способы технологического присоединения, а также настаивал на выполнении ответчиком условий договора (л.д. 11-20).

В ответ на обращение истца ПАО «Россети Центр и Приволжье» <дата> сообщило, что мероприятия по технологическому присоединению не были осуществлены своевременно, в связи с отказом со стороны ДНТ «Степаново» в использовании ЛЭП 0,4 кВ, расположенной на наименьшем расстоянии к границам его участка. ПАО «Россети Центр и Приволжье» разрабатывает иное техническое решение, предусматривающее строительство ЛЭП 10 кВ, КТП 10/0,4 кВ, ЛЭП 0,4 кВ. (л.д.25).

Кроме того, ответчиком в ответ на обращения истца <дата>,<дата>, <дата>, <дата> направлялись сообщения о том, что в случае удовлетворения иска сетевой организации мероприятия по технологическому присоединению его энергопринимающих устройств будут выполнены силами «Удмуртэнерго» с привлечением судебных приставов, а также о ведении исполнительного производства (л.д.28-29, 31, 32).

ПАО «Россети Центр и Приволжье» <дата> направило в ДНТ «Степаново» письмо о согласовании прохождения трассы, ответ на которое получен не был (л.д.119).

<дата> ответчиком председателю ДНТ «Степаново» направлено письмо о допуске персонала филиала для выполнения работ по технологическому присоединению (л.д.121).

<дата> ПАО «Россети Центр и Приволжье» поступил ответ председателя ДНТ «Степаново» из которого следует, что правление ДНТ «Степаново» не дает согласие к допуску персонала для выполнения работ по технологическому присоединению энергопринимающих устройств С.В.А.(л.д.122).

<дата> ПАО «Россети Центр и Приволжье» обратилось в Арбитражный суд УР к ДНТ «Степаново» о возложении обязанности не чинить препятствия в технологическом присоединении энергопринимающих устройств А.А.Ю. и С.В.А. (л.д.123-125).

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от <дата> удовлетворены требования ПАО «Россети Центр и Приволжье», на ДНТ «Степаново» возложена обязанность не чинить препятствий ПАО «Россети Центр и Приволжье» в технологическом присоединении энергопринимающих устройств А.А.Ю. и С.В.А. к электрическим сетям ДНТ «Степаново» путем допуска персонала ПАО «Россети Центр и Приволжье» к ВЛ-0,4 1262_2001165 8 кВ ДНТ «Степаново», запитанной от КТП-276 фидер 9 ВЛ-10 кВ ПС Первомайская для выполнения работ по технологическому присоединению в 10-дневный срок с момента вступления решения суда в законную силу (л.д. 68 -71).

ДНТ «Степаново» указанное решение было обжаловано и постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от <дата> решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 10.08.2023 г. по делу №А71-20210/2022 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения (л.д.102-106).

Исполнительный лист по делу №А71-20210/2022 направлен ответчиком в адрес Воткинского РОСП УФССП по УР <дата>, исполнительное производство №***-ИП возбуждено <дата> (л.д. 163-164).

Требования исполнительного документа должником не исполнялись, в связи с чем заявитель просил организовать допуск персонала филиала к оборудованию ДНТ «Степаново», сообщить о принятых мерах по принудительному исполнению требований исполнительного документа, что следует из заявлений ПАО «Россети Центр и Приволжье» в Воткинский РОСП УФССП по УР от <дата>, от <дата> (л.д.60, 62).

<дата>, <дата> ПАО «Россети Центр и Приволжье» обращалось к председателю ДНТ «Степаново» о допуске персонала Воткинского РЭС к оборудованию ДНТ «Степаново», <дата>, <дата>, вновь получило отказ (л.д.64, 127,128).

Материалами исполнительного производства №***-ИП, предоставленными Воткинским РОСП УФССП по УР по запросу суда, подтверждаются принятые судебным приставом – исполнителем меры по принудительному исполнению ДНТ «Степаново» решения Арбитражного суда Удмуртской Республики от <дата> (л.д. 162-185).

Технологическое присоединение в соответствии с договором №*** от <дата> было осуществлено ответчиком <дата>, что подтверждается актом о выполнении технических условий №*** и уведомлением от <дата> (л.д. 55-56, 57-58).

Указанные обстоятельства дела подтверждены в судебном заседании исследованными письменными доказательствами и сторонами не оспариваются.

Нарушение ответчиком сроков выполнения мероприятий по технологическому присоединению его энергопринимающих устройств послужили основанием для обращения С.В.А. в суд с настоящим иском.

Учитывая, что договор от <дата> об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств заключен истцом для удовлетворения бытовых нужд, то есть в потребительских целях, суд приходит к выводу о том, что на правоотношения сторон распространяется действие Закона Российской Федерации от 07.02.1992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 г. №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», следует, что если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений статьи 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (статьи 8 - 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13), о возмещении вреда (статья 14), о компенсации морального вреда (статья 15), об альтернативной подсудности (пункт 2 статьи 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (пункт 3 статьи 17) в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Поскольку факт нарушения срока выполнения мероприятий по технологическому присоединению истца к электрическим сетям сетевой организации со стороны ответчика установлен в ходе рассмотрения дела, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о взыскании неустойки и компенсации морального вреда.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика неустойки по договору за период с <дата> по <дата> в размере 26 235 руб., из расчета 5% за каждый день просрочки (550/100х5)х954), суд приходит к выводу, что расчет неустойки, представленный истцом, неверен.

Истец вправе требовать взыскания неустойки в размере 10 037 руб. 50 коп. (550,00 (плата за технологическое присоединение) х 365 дн.(количеств дней в году) х 5% (штрафная неустойка)), поскольку неустойка в размере 5% общего размера платы за технологическое присоединение за каждый день просрочки установлена подпунктом «в» пункта 16 Правил № 861, а также ограничена - совокупный размер неустойки при нарушении срока осуществления мероприятий по технологическому присоединению заявителем не может превышать размер неустойки, определенный в предусмотренном настоящим абзацем порядке, за год просрочки.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка за 365 дней просрочки с <дата> (со дня, следующего за днем истечения срока для осуществления мероприятий по технологическому присоединению) по <дата> в размере 10 037 руб. 50 коп.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

С учетом позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 21.12.2000 г. №263-О, положения пункта 1 статьи 333 ГК РФ содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.

Из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», следует, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 69).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункт 75).

Принимая во внимание компенсационный характер неустойки, конкретные обстоятельства дела, имеющие значение при оценке соразмерности подлежащей взысканию неустойки последствиям нарушения обязательства, длительность неисполнения обязательства, суд не находит оснований для снижения неустойки в указанном размере, поскольку она в достаточной мере соразмерна последствиям допущенного ответчиком нарушения прав потребителя и не может нарушать баланса прав и интересов сторон.

Доводы об отсутствии вины ответчика в нарушении срока исполнения договора, поскольку имели место объективные препятствия со стороны ДНТ «Степаново», судом отклоняются, в связи со следующим.

В силу статьи 401 ГК РФ, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств. Заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно.

Заключая договор, ответчик исходил из реальности сроков исполнения договора, поэтому необходимость урегулирования вопроса техприсоединения истца к сетям ответчика сама по себе не свидетельствует о возникновении у ответчика права в одностороннем порядке увеличивать сроки выполнения работ без заключения соответствующего соглашения с истцом.

Материалы дела не содержат сведений о согласовании сторонами иных сроков выполнения обязательств по договору.

Кроме того, согласно статьи 2 ГК РФ гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, основания возникновения и порядок осуществления права собственности и других вещных прав, прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальных прав), регулирует отношения, связанные с участием в корпоративных организациях или с управлением ими (корпоративные отношения), договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников

Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

ПАО «Россети Центр и Приволжье» осуществляет предпринимательскую деятельность, которая является самостоятельной, осуществляемой на свой риск деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, соответственно при неисполнении договора, заключенного с истцом, должно нести все риски, которые возникли не в результате неправомерных действий истца.

Взаимоотношения ответчика с третьими лицами не должно нарушать права истца как потребителя.

Довод истца о том, что у ответчика имелся иной способ технологического присоединения его энергопринимающих устройств, основан на его предположении, поскольку относимые, допустимые и достоверные доказательства такого способа подключения суду не представлены. Кроме того, решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от <дата>, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от <дата> установлено, что отсутствует возможность осуществить технологическое присоединение энергопринимающих устройств С.В.А. без использования имущества ДНТ «Степаново».

Разрешая требования истца о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., суд руководствуется следующим.

Согласно статье 15 Закона о защите прав потребителей моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания.

Как указывает истец, ввиду неисполнения ПАО «Россети Центр и Приволжье» своих обязательств, он испытывал моральные и нравственные страдания, которые выразились в том, что он по истечению срока, предусмотренного договором, не имел возможности пользоваться электроэнергией на что рассчитывал, необходимости неоднократно обращаться к ответчику, испытал физические нагрузки, связанные с доставкой бензогенератора, вынужден был терпеть превышение предельно допустимого шума при его работе, что привело к ухудшению состояния его здоровья.

Ссылки истца ухудшение состояния его здоровья (увеличение количества обращений за медицинской помощью), превышение допустимых физических нагрузок, связанных с доставкой бензогенератора какими-либо допустимыми и достоверными доказательствами не подтверждены. Медицинский документы истца, подтверждающие бесспорно, что состояние его здоровья ухудшилось лишь в результате действий ответчика, в материалах дела отсутствуют.

Довод истца о превышении предельно допустимого шума при работе, приобретенного им бензогенератора, не может быть принят судом во внимание, поскольку с действиями ответчика не связан и может быть адресован к производителю указанной техники.

Исходя из характера возникших правоотношений, предмета заключенного договора, степени нравственных страданий истца, вынужденного длительный период времени ожидать исполнения сетевой организацией договорного обязательства обстоятельства, что свидетельствует о нарушении ответчиком прав потребителя, суд с учетом принципа разумности и справедливости считает возможным удовлетворить заявленные истцом требования о компенсации морального вреда частично и взыскать с ПАО "Россети Центр и Приволжье" в пользу С.В.А. компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Поскольку судом была установлена правомерность требований истца как потребителя, с ответчика в его пользу подлежит взысканию штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителей в размере 50% от присужденных судом сумм, который составит 10 018 руб. 75 коп. ((10 037 руб. 50 коп. + 10 000 руб.) х 50%).

Размер штрафа, подлежащего взысканию с ответчика в случае нарушения прав потребителя, определен законом, зависит от размера денежных средств, взысканных в пользу потребителя, и не может быть произвольно изменен судом.

Оснований для снижения размера штрафа суд не усматривает.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 ГК РФ.

Пунктом 1 вышеуказанной статьи предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2).

Для удовлетворения исковых требований о возмещении убытков необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: наличие убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступлением вредных последствий, вину причинителя вреда и размер убытков. Недоказанность одного из указанных обстоятельств является основанием для отказа в иске.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, если иное не установлено законом, убытки, причиненные потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени), установленной законом или договором.

В силу статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Из текста иска, следует, что в связи с отсутствием подключения к электрическим сетям у него возникла необходимость в приобретении бензинового генератора в 2023 г. стоимостью 9 999 руб., который в 2024 г. вышел из строя и не подлежал ремонту, затем в приобретении нового бензогенератора стоимостью 34 864 руб., а также дизельного отопителя стоимостью 8 148 руб. для поддержания в садовом домике комфортной температуры.

В объяснении истец С.В.А. пояснил, что приобрел дополнительное оборудование, так как строил дом. Первый бензогенератор вышел из строя в связи с физическим износом, к продавцу не обращался, так как гарантийный срок закончился. Он вынужден был приобрести новый бензогенератор.

В подтверждение понесенных убытков истцом С.В.А. представлены: кассовый чек №*** от <дата> на бензогенератор бензиновый Boxbot на сумму 34 864 руб. (л.д.21), предложение №№*** от <дата> на электрогенератор Бизон ГБ- 2700 на сумму 9 999 руб. (л.д.22), кассовый чек №*** от <дата> на автономный дизельный отопитель/сухой фен на сумму 8 148 руб. (л.д.23).

По мнению суда, в нарушение статей 55, 56 ГПК РФ, истцом не представлены доказательства подтверждающие, что расходы, понесенные им на приобретение электрогенератора Бизон ГБ- 2700, который вышел из строя в процессе его эксплуатации, являются убытками, возникшими в результате действий ответчика, а не обусловлены конструктивными, производственными или иными недостатками товара либо нарушением правил его эксплуатации.

Не представлены истцом и доказательства того, что на земельном участке СНТ «Степаново», ул.4, уч.1 им осуществлялось строительство дома, что потребовало приобретения дополнительного оборудования, поскольку в технических условиях указано наименование энергопринимающих устройств заявителя – садовый дом, год ввода в эксплуатацию которого – 2022 г., а также доказательства, подтверждающие факт проживания по указанному адресу истца и его семьи. В исковом заявлении указано, что истец проживает по адресу: <*****>

В деле отсутствуют относимые, достоверные и достаточные доказательства того, что садовый дом истца имел иное тепловое оборудование, работа которого могла осуществляться за счет присоединения к электрическим сетям ответчика и приобретение им дизельного отопителя связано исключительно с нарушением ответчиком сроков по исполнению договора по осуществлению технологического присоединения к электрическим сетям.

Расходы истца на приобретение не отвечают признакам убытков, данное оборудование приобретено в целях использования его истцом для удовлетворения личных потребностей и в настоящее время находится в его собственности и пользовании. Более того, приобретение генератора, необходимость в котором может отпасть уже на следующий день после подключения к сетям, является экономически неоправданной покупкой.

Кроме того, суд считает, что расходы на покупку бензогенератора бензинового Boxbot на сумму 34 864 руб., дизельного отопителя не могут быть взысканы с ответчика, поскольку генератор и отопитель находится в собственности истца, он ими владеет, пользуется и распоряжается, и в случае удовлетворения исковых требований в данной части будет иметь место неосновательное обогащение истца за счет ответчика (статья 1102 ГК РФ).

Пользование генератором и отопителем, которые продолжают находиться в собственности истца, не ограничивается во времени периодом неисполнения ответчиком обязательств по договору об осуществлении технологического присоединения, не исключает их применение на иных объектах.

Нарушенные права истца восстановлены не приобретением бензогенератора, а выработкой альтернативной энергии, посредством данного генератора, соответственно, расходы на бензин могут быть отнесены к убытком истца, однако, им не заявлены.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, освобождаются истцы - по искам, связанным с нарушением прав потребителей.

Государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины, пропорционально удовлетворенной части исковых требований (часть 1 статьи 103 ГПК РФ, подпункт 8 пункта 1 статьи 333.20 НК РФ).

Соответственно, в доход бюджета с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 000 руб. 00 коп. (статья 333.19 НК РФ).

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования С.В.А. к публичному акционерному обществу «Россети Центр и Приволжье» о взыскании неустойки, компенсации морального вреда, штрафа, убытков, удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Россети Центр и Приволжье» (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу С.В.А., <дата> года рождения, (паспорт №*** выдан <дата> Отделом УФМС России по УР в г. Воткинске, код подразделения 180-007), неустойку за период с <дата> по <дата> в размере 10 037 руб. 50 коп., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., штраф за не исполнение требования в добровольном порядке в размере 10 018 руб. 75 коп.

В остальной части исковых требований С.В.А. к публичному акционерному обществу «Россети Центр и Приволжье» отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Россети Центр и Приволжье» в доход бюджета муниципального образования «Город Воткинск» государственную пошлину в размере 7 000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Воткинский районный суд Удмуртской Республики.

Судья О.М. Бушмакина

Мотивированное решение составлено судьей 26 февраля 2026 года.