Постановление № 22-42/2017 от 4 июля 2017 г. по делу № 22-42/2017

Председательствующий в суде 1-й инстанции Загорский А.Ю.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 22-42/2017
город Североморск
5 июля 2017 года
Северный флотский военный суд в составе: председательствующего судьи Сысойкина Е.В., при секретаре Кузнецовой Н.А., с участием прокурора отдела военной прокуратуры Северного флота подполковника юстиции ФИО1, реабилитируемого ФИО2 и его представителя – ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы по апелляционной жалобе представителя ФИО3 на постановление Североморского гарнизонного военного суда от 31 мая 2017 года об отказе в удовлетворении заявления представителя ФИО2 – ФИО3 о возмещении имущественного вреда, причиненного необоснованным привлечением военнослужащего войсковой части № капитана 2 ранга ФИО2 к уголовной ответственности,

установил:

Представитель ФИО2 – ФИО3 обратился в суд с заявлением, в котором в связи с прекращением в отношении ФИО2 уголовного преследования по ч. 5 ст. 33 и ч. 4 ст. 159 УК РФ просил о возмещении ФИО2 имущественного вреда в сумме 701565 руб., связанного с недоплатой дополнительных видов денежного довольствия в период с 16 марта 2015 года по 9 ноября 2016 года, как выведенному в распоряжение на время предварительного расследования, а также расходов, затраченных на оплату услуг адвоката в сумме 280000 руб.

Постановлением гарнизонного военного суда в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе представитель Попович просит постановление суда отменить, принять решение об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование жалобы автор указывает, что судом необоснованно признано только подозрение ФИО2 в преступлении о мошенничестве, в связи с чем 17 января 2017 года и было вынесено постановление о частичном прекращении уголовного дела. До переквалификации в январе 2017 года действий ФИО2 с ч. 3 ст. 285 УК РФ на ч. 1 ст. 293 УК РФ ФИО2 вменялась ч. 5 ст. 33 и ч. 4 ст. 159 УК РФ. Именно в указанный промежуток времени возник материальный вред в виде недополученных денежных средств и вынужденных затрат.

Поскольку, полагает Попович, сам факт нахождения ФИО2 под следствием за преступление, которое он не совершал, незаконен, то ФИО2 имеет право на реабилитацию.

В настоящем судебном заседании ФИО2 и его представитель – Попович просили жалобу удовлетворить, военный прокурор в своем заключении полагал необходимым жалобу представителя реабилитированного оставить без удовлетворения, а постановление суда первой инстанции без изменения.

Рассмотрев представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, флотский военный суд приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов, обосновывающих жалобу, 30 декабря 2014 года в отношении ФИО2 и других воинских должностных лиц, а также генерального директора ЗАО «Северный морской инженерный сервис» (далее – «Сев МИС») за противоправные деяния, совершенные ими в 2011 – 2014 годах, было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 и ч. 4 ст. 159 УК РФ, соединенное в последующем в одно производство с иными уголовными делами в отношении лиц, причастных к деятельности ЗАО «Сев МИС».

Приказом командующего Северным флотом от ДД.ММ.ГГГГ февраля 2015 года № ФИО2, со ссылкой на возбуждение в отношении названного военнослужащего уголовного дела, был освобожден от занимаемой воинской должности – <данные изъяты> и зачислен в распоряжение начальника арсенала указанного центра. С 16 марта 2015 года по 9 ноября 2016 года, то есть до момента последующего назначения на воинскую должность, денежное довольствие ФИО2 выплачивалось как военнослужащему, проходящему военную службу в распоряжении.

17 января 2017 года в отношении ФИО2 и других лиц, причастных к осуществлению генеральным директором ЗАО «Сев МИС» в 2011 – 2014 годах противоправных действий, было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ. В тот же день названные уголовные дела были соединены в одно производство, а уголовное преследование в отношении ФИО2 в части совершения им преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 и ч. 4 ст. 159 УК РФ, было прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с его непричастностью к совершению названного преступления, с признанием за ним права на реабилитацию.

25 января 2017 года уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО2 в части, касающейся событий 2011 – 2014 годов, по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 285 УК РФ, переквалифицированного в том же постановлении следователя на ч. 1 ст. 293 УК РФ, были прекращены по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 24 и п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

С учетом фактически установленных в судебном заседании обстоятельств суд первой инстанции правильно, вопреки доводам апелляционной жалобы, исходил из того, что в соответствии с нормами гл. 18 УПК РФ к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, не относятся, в частности, подозреваемые, обвиняемые, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его, а также учел, что правила ч. 4 ст. 133 УПК РФ не распространяются на лиц, в отношении которых применены последствия истечения сроков давности, поскольку прекращение уголовного дела в указанном случае само по себе не свидетельствует о незаконности или необоснованности уголовного преследования.

Поскольку совершенные ФИО2 в 2011 – 2014 годах противоправные деяния (первоначально квалифицированные органами предварительного расследования по ч. 5 ст. 33 и ч. 4 ст. 159 УК РФ) фактически были переквалифицированы на ч. 3 ст. 285 УК РФ, а затем на ч. 1 ст. 293 УК РФ, с последующим (с согласия ФИО2) прекращением уголовного дела и уголовного преследования по не реабилитирующим основаниям, выводы суда первой инстанции о том, что представленные в обоснование заявления материалы не содержат сведений о незаконном либо необоснованном уголовном преследовании ФИО2 в период с 30 декабря 2014 года по 17 января 2017 года и, как следствие, об отказе в удовлетворении заявления представителя последнего о возмещении имущественного вреда, является правильным.

Этот вывод суда согласуется с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 января 2011 года № 17 «О практике рассмотрения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве».

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого постановления суда первой инстанции, исходя из доводов апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ, флотский военный суд

постановил:

Постановление Североморского гарнизонного военного суда от 31 мая 2017 года по заявлению представителя ФИО2 – ФИО3 оставить без изменения, а его апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий