Постановление № 44Г-9/2018 4Г-140/2018 от 2 октября 2018 г. по делу № 2-266/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 44Г-9/2018

ПРЕЗИДИУМА ЛЕНИНГРАДСКОГО ОКРУЖНОГО ВОЕННОГО СУДА

3 октября 2018 года г. Санкт-Петербург

Президиум Ленинградского окружного военного суда в составе: председательствующего – Кувшинникова Д.В.,

членов президиума – Шишкина Е.И., Гогина А.В., Кислова Д.Н.,

при секретаре Кокашвили Л.М.,

рассмотрел в судебном заседании гражданское дело по кассационной жалобе представителя истца – Федерального казенного учреждения «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» (далее – ЕРЦ) на решение Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 25 июля 2017 года и на апелляционное определение Ленинградского окружного военного суда от 18 января 2018 года № 33-15/2018 по иску ЕРЦ к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения.

Заслушав доклад судьи Кислова Д.Н., изложившего обстоятельства гражданского дела, содержание оспариваемых судебных постановлений и доводы кассационной жалобы, президиум окружного военного суда

УСТАНОВИЛ:

ЕРЦ обратился в гарнизонный военный суд с иском, в котором просил взыскать с ФИО1 излишне выплаченные денежные средства в размере 115710 рублей 01 копейки.

Эти денежные средства составляли процентную надбавку и районный коэффициент к денежному довольствию ФИО1 за военную службу в местности, приравненной к районам Крайнего Севера, за период с 18 января по 31 марта 2014 года, права на получение которых ответчик не имел в связи с прохождением службы в войсковой части <данные изъяты> в г. Санкт-Петербурге, где такие выплаты не предусмотрены.

В обоснование иска отмечалось, что необоснованная выплата произошла по причине несвоевременного внесения кадровыми органами сведений о переводе ФИО1 к новому месту службы в специальное программное обеспечение <данные изъяты>, в связи с чем эти денежные средства подлежат возврату ЕРЦ, осуществившему выплату.

В качестве третьего лица к участию в деле привлечена войсковая часть <данные изъяты>.

Решением Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 25 июля 2017 года в удовлетворении исковых требований отказано в связи с пропуском истцом срока исковой давности, применённого по заявлению ответчика.

Апелляционным определением окружного военного суда от 18 января 2018 года решение гарнизонного военного суда оставлено без изменения, а апелляционная жалоба представителя истца – без удовлетворения.

28 июня 2018 года в Ленинградский окружной военный суд поступила кассационная жалоба представителя ЕРЦ, в которой высказывается несогласие с судебными актами, содержится просьба об их отмене и принятии по делу нового решения.

По мнению автора жалобы, вывод о пропуске срока исковой давности сделан с нарушением норм материального и процессуального права.

Ссылаясь на положения ст.ст. 196, 200 ГК РФ, на постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», а также на Временный порядок взаимодействия органов военного управления в ходе работ по обеспечению расчёта денежного довольствия, заработной платы в ЕРЦ, утверждённый Министром обороны РФ 27 июля 2011 года, автор жалобы утверждает, что единственным источником получения информации о неположенной выплате для истца является <данные изъяты>, в которое кадровыми органами соответствующие сведения своевременно внесены не были.

О своём нарушенном праве истцу, обладающему статусом и правами юридического лица, стало известно не ранее июля 2014 года – после внесения в <данные изъяты> сведений об отсутствии у ответчика права на получение денежного довольствия с учетом надбавки и районного коэффициента, в связи с чем срок исковой давности не пропущен.

При этом, для самостоятельного выявления факта неположенной выплаты у ЕРЦ отсутствовала правовая и техническая возможность, поскольку приказы командиров воинских частей об изменении условий и обстоятельств прохождения военнослужащими военной службы, влияющих на состав их денежного довольствия, к нему не поступают, а изменение в <данные изъяты> сведений о статусе военнослужащего влечет автоматический перерасчет денежного довольствия.

По результатам изучения кассационной жалобы 29 июня 2018 года судьёй окружного военного суда Кисловым Д.Н. дело истребовано из Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда и поступило в окружной военный суд 6 июля 2018 года.

Определением того же судьи от 3 сентября 2018 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции – в президиум Ленинградского окружного военного суда.

Стороны надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке, в судебное заседание не прибыли. Президиум окружного военного суда на основании ст.385 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Проверив материалы гражданского дела и обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, президиум Ленинградского окружного военного суда приходит к выводу, что при рассмотрении данного дела судами первой и апелляционной инстанций такие нарушения были допущены.

По делу установлено, что капитан ФИО1 до 17 января 2014 года проходил военную службу по контракту в воинской части, дислоцированной в <адрес>), отнесенном постановлением Правительства РФ от 30 декабря 2011 года № 1237 к местностям, приравненным к районам Крайнего Севера, в связи с чем он в составе своего денежного довольствия обеспечивался предусмотренными для данной местности надбавкой в размере 50 процентов и районным коэффициентом 1.2.

Приказом командира войсковой части <данные изъяты> от 17 января 2014 года № 2/ок (по строевой части) ФИО1 с той же даты был исключен из списков личного состава и направлен для прохождения службы в г.Санкт-Петербург, где указанные повышающий коэффициент и процентная надбавка к денежному довольствию военнослужащих не предусмотрены.

В соответствии с пунктами 100 и 107 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооружённых Сил РФ, утверждённого приказом Министра обороны РФ от 30 декабря 2011 года № 2700, выплата военнослужащим указанных надбавки и коэффициента к денежному довольствию производится при их убытии из льготного района по день исключения из списков личного состава воинской части.

Однако, ЕРЦ по март 2014 года включительно ежемесячно перечислял ответчику денежное довольствие с учётом этих повышений: за январь - 10 февраля, за февраль – 11 марта, за март – 10 апреля 2014 года.

Зачислен в списки личного состава войсковой части <данные изъяты> (г.Санкт-Петербург) ФИО1 с 20 января 2014 года на основании приказа командира войсковой части <данные изъяты> № 51/ОК от 30 июня 2014 года. Тем же приказом, то есть 30 июня 2014 года, ему был определён состав и размер денежного довольствия, подлежащего к выплате со дня зачисления в списки части.

С иском о взыскании с ФИО1 неосновательного обогащения ЕРЦ обратился в суд 21 апреля 2017 года.

Применяя исковую давность, суд первой инстанции исходил из того, что руководитель ЕРЦ, как должностное лицо государственного органа военного управления Министерства обороны РФ, обладающего правом начисления и выплаты денежного довольствия военнослужащим, должен был знать о неправомерности произведённых выплат и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску, непосредственно при производстве выплат.

Суд апелляционной инстанции уточнил, что ЕРЦ, осуществляющий начисление и производство выплат в автоматическом режиме на основании введённых кадровыми органами данных, несёт ответственность за верность расчёта и выплаты денежного довольствия наряду с органами военного управления, располагающими сведениями о перемещениях военнослужащих. Так как ответчик (получатель средств федерального бюджета) ЕРЦ изначально известен, то срок исковой давности должен исчисляться со дня, когда любой из этих органов узнал или должен был узнать о производстве выплат без законных оснований.

В данном деле срок исковой давности следует исчислять не со дня, когда о нарушении права стало известно непосредственно ЕРЦ, поскольку этот орган выступает истцом не в связи с наличием у него статуса и полномочий самостоятельного участника гражданских правоотношений, а в качестве участника бюджетного процесса, наделённого соответствующими полномочиями учредителем, а со дня перевода ФИО1 из льготной местности и не позднее дат перечисления ему денежного довольствия.

Президиум окружного военного суда считает эти выводы судов основанными на неправильном применении и толковании норм материального права, и сделанными с нарушением норм процессуального права, что повлекло ошибку в применении исковой давности.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Таким лицом в данном деле является ЕРЦ, поскольку именно этот орган предъявил иск о защите права в порядке главы 60 ГК РФ, призванной обеспечить защиту имущественных прав участников гражданского оборота.

Вопреки мнению суда апелляционной инстанции, ЕРЦ не выступает в данном деле в качестве истца - участника бюджетного процесса, так как основания иска с бюджетными правоотношениями непосредственно не связаны.

В п.3 ст.2 ГК РФ закреплено изъятие из сферы деятельности гражданского законодательства имущественных отношений, основанных на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, что характерно для бюджетных правоотношений, а в перечень участников бюджетного процесса (субъектов бюджетных правоотношений), закреплённый в ст.152 БК РФ, физические лица не включены.

В соответствии с преамбулой Бюджетного кодекса РФ этот кодекс устанавливает общие принципы бюджетного законодательства Российской Федерации, организации и функционирования бюджетной системы Российской Федерации, правовое положение субъектов бюджетных правоотношений, определяет основы бюджетного процесса и межбюджетных отношений в Российской Федерации, порядок исполнения судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, основания и виды ответственности за нарушение бюджетного законодательства Российской Федерации.

В силу ст. 1 Бюджетного кодекса РФ к бюджетным правоотношениям относятся отношения, возникающие между субъектами бюджетных правоотношений в процессе формирования доходов и осуществления расходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, осуществления государственных и муниципальных заимствований, регулирования государственного и муниципального долга.

Такие правоотношения предметом заявленного иска не являлись.

В то же время, правовые основания для признания за ЕРЦ статуса и полномочий полноценного участника гражданских правоотношений имелись.

Согласно ст.49 ГК РФ юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительном документе, и нести связанные с этой деятельностью обязанности. Юридическое лицо может быть ограничено в правах лишь в случаях и в порядке, предусмотренных законом.

В соответствии с представленным Уставом Единого расчетного центра (пункты 1, 6 и 11), он является юридическим лицом - федеральным казенным учреждением, находящимся в ведомственном подчинении Министерства обороны Российской Федерации, от своего имени приобретает и осуществляет гражданские права, несет гражданские обязанности, выступает истцом и ответчиком в суде.

Таким образом, суду необходимо было установить начальный момент течения срока исковой давности исходя из того, когда непосредственно истец ЕРЦ узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

В п.1 ст.196 ГК РФ общий срок исковой давности установлен продолжительностью три года со дня, определяемого в соответствии со статьёй 200 этого кодекса.

Согласно п.1 ст.200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В п.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 конкретизировано, что течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком.

Это имеющее существенное значение для дела обстоятельство судами установлено неверно.

В качестве основания для подачи иска ЕРЦ указывал, что специалистами кадрового органа сведения о прибытии ФИО1 к новому месту службы и об установлении ему денежного довольствия без процентной надбавки и районного коэффициента были внесены в <данные изъяты> в июле 2014 года. До этого времени истец достоверной информацией о получении ответчиком неположенной выплаты и о необходимости предъявления исковых требований не располагал.

В подтверждение этому истцом был представлен Временный порядок взаимодействия органов военного управления в ходе работ по обеспечению расчёта денежного довольствия, заработной платы в ЕРЦ, утверждённый Министром обороны РФ 27 июля 2011 года, согласно которому приказы об изменении статуса военнослужащего (в том числе об исключении из списков личного состава воинской части) в ЕРЦ не поступают. Границами ответственности ЕРЦ являются: выполнение централизованного своевременного расчёта денежного довольствия и заработной платы, администрирование базы данных, обеспечивающей централизацию расчётов денежного довольствия и заработной платы (за исключением достоверности информации, поступающей из органов военного управления) (л.д. 41).

В связи с этим сотрудники ЕРЦ, осуществляя начисление денежного довольствия военнослужащим по имеющейся в базе информации, не могли знать о производимых в нарушение законодательства выплатах ответчику в течение всего спорного периода выплаты, а вывод о совместной ответственности органов военного управления и ЕРЦ за правильность начисления и выплаты военнослужащим денежного довольствия противоречит Временному порядку, определившему границы ответственности органов военного управления в целях функционирования ЕРЦ.

Сделав вывод о пропуске ЕРЦ срока исковой давности, суды первой и апелляционной инстанций этим заслуживающим внимания доводам истца в принятых судебных постановлениях надлежащей оценки не дали.

Согласно ч.2 ст.56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с ч.1 ст.196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применён по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В нарушение приведённых норм ГПК РФ суд первой инстанции неверно определил юридически значимые для установления начала течения срока исковой давности обстоятельства, не выяснив, могла ли быть выявлена ЕРЦ необоснованность выплаты денежных средств ответчику до внесения соответствующих изменений в <данные изъяты> в июле 2014 года.

Суд оставил без внимания то, что состав денежного довольствия ФИО1 по новому месту службы был определён приказом командира войсковой части <данные изъяты> от 30 июня 2014 года № 51/ок спустя несколько месяцев после исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части, в которой право на получение районного коэффициента и процентной надбавки к денежному довольствию у него имелось, а до этого времени вопрос о составе денежного довольствия командованием урегулирован не был.

Суд апелляционной инстанции, истребовав дополнительные доказательства, в том числе заключения по материалам разбирательства от августа 2014 года, приказы командира войсковой части <данные изъяты> от 9 сентября 2014 года № 602 и от 4 декабря 2015 года № 861, которыми определялись меры к возмещению ущерба, а виновные лица привлекались к ответственности, исковое заявление командира войсковой части <данные изъяты> от 21 декабря 2015 года, решение по нему Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 3 февраля 2016 года и апелляционное определение Ленинградского окружного военного суда от 17 мая 2016 года № 33-207/2016 об отказе во взыскании тех же денежных средств с ФИО1 в порядке материальной ответственности, а также Акт контрольных мероприятий, проведенных в мае 2015 года Контрольно-финансовой инспекцией Министерства обороны Российской Федерации, дал этим доказательствам оценку лишь с точки зрения осведомлённости о незаконной выплате командования, но не ЕРЦ.

Кроме того, придя к выводу о необходимости исчисления срока исковой давности со дня перевода ФИО1 из льготной местности, суд фактически признал, что течение указанного срока началось ранее нарушения права ЕРЦ, которое истец связывал с фактом приобретения ФИО1 без законных оснований денежных средств.

Однако, по смыслу приведённых норм ГК РФ, в контексте позиции постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права.

С учётом изложенного президиум окружного военного суда признаёт вывод судов первой и апелляционной инстанций об отказе в удовлетворении иска ЕРЦ в связи с пропуском срока исковой давности основанным на неправильном применении норм материального права и сделанным с существенными нарушениями норм процессуального права.

Эти нарушения повлияли на исход дела, в связи с чем решение суда первой инстанции и апелляционное определение подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с подлежащими применению нормами материального права, требованиями процессуального закона и установленными по делу обстоятельствами.

Руководствуясь ст.ст. 387, 388 и п.2 ч.1 ст.390 ГПК РФ, президиум окружного военного суда

ПОСТАНОВИЛ:

решение Санкт-Петербургского гарнизонного военного суда от 25 июля 2017 года и апелляционное определение Ленинградского окружного военного суда от 18 января 2018 года № 33-15/2018 по гражданскому делу по иску Федерального казенного учреждения «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения - отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Санкт-Петербургский гарнизонный военный суд.

<данные изъяты>