Решение № 2-554/2017 2-554/2017~М-503/2017 М-503/2017 от 3 июля 2017 г. по делу № 2-554/2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

04 июля 2017 года г.Губкин Белгородской области.

Губкинский городской суд Белгородской области в составе

судьи Бобровникова Д.П.

при секретаре Кривошеевой А.А.

с участием:

истицы ФИО1, представителя ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» о взыскании утраченного заработка, убытков, расходов на лечение и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО Сбербанк о взыскании понесенных ею расходов на приобретение лекарственных препаратов 5000,06 руб., убытков 2965,07 руб., утраченного заработка 16227,14 руб., компенсации морального вреда 200000 руб., штрафа в размере 50% от присужденной в ее пользу суммы и 3000 руб. в возмещение расходов на представителя.

Исковые требования истица обосновала тем, что 21.02.2017 г. она поскользнулась на мокром полу в помещении отделения ПАО Сбербанк, упала и при падении получила травмы <данные изъяты>. Вследствие травмы истица находилась на лечении с 22.02.2017 г. по 30.03.2017 г., понесла расходы на приобретение лекарственных препаратов, утратила заработок, а также понесла убытки в виде оплаты арендуемого ею помещения и коммунальных услуг.

Истица увеличила исковые требования в части взыскания затрат на приобретение лекарственных препаратов до 6560,06 руб., а также заявила требования о взыскании с ответчика расходов на МРТ-исследование в сумме 2470 руб. (л.д.46).

В судебном заседании истица ФИО1 и ее представитель ФИО2 (по заявлению) исковые требования поддержали.

Представитель ответчика ФИО3 заявил о непризнании иска по основаниям, приведенным в письменных возражениях (л.д.55-57,84).

Суд, выслушав объяснения сторон, исследовав представленные ими доказательства в совокупности, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Согласно п.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п.2 ст.1064 ГК РФ).

Пленум Верховного Суда РФ, разъясняя приведенные законоположения, в п.11 постановления от 26.01.2010 г. №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указал, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из объяснений истицы, показаний свидетеля Щ.., которую как очевидца истица разыскала с помощью объявления в местной газете (л.д.96), следует, что 21.02.2017 г. истица ФИО1 при посещении отделения ПАО Сбербанк поскользнулась на мокром полу в тамбуре помещения, упала, получила травму.

ФИО1 утверждала при этом, что при падении и ударе головой она потеряла сознание, пришла в себя, когда ей оказывали помощь сотрудники банка и посетители.

Представителем ответчика факт падения истицы в помещении отделения банка не оспаривался. Обстоятельства происшествия, изложенные истицей, не опровергались. Кроме того, из письменного ответа ПАО Сбербанк в адрес истицы от 04.05.2017 г. (л.д.25) следует, что при проведении проверки установлено, что специалистом банка истице было предложено вызвать «Скорую помощь», от чего последняя отказалась.

Согласно листку нетрудоспособности №* истица находилась на лечении в период с 22.02.2017 г. по 13.03.2017 г., в том числе с 22.02.2017 г. по 03.03.2017 г. на стационарном лечении (л.д.11).

Из выписки из медицинской карты стационарного больного травматологического отделения следует, что ФИО1 с 22.02.2017 г. по 03.03.2017 г. находилась на лечении с диагнозом <данные изъяты> (л.д.8).

В анамнезе заболевания со слов ФИО1 указано, что 21.02.2017 г. около 17 час.30 мин. она упала на территории Сбербанка, отмечает потерю сознания.

Доказательств обратного стороной ответчика суду не представлено.

Согласно ст.210 ГК РФ собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со ст.11 Федерального закона от 30.12.2009 г. №384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям – пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.

Доводы представителя ответчика со ссылкой на документацию по реконструкции здания дополнительного офиса по адресу: <...>, в части использованных материалов для напольных покрытий, которые, по его утверждению обладают противоскользящими свойствами (л.д.58-76), неубедительны.

Как следует из объяснений истицы, показаний свидетеля, в тамбуре здания отделения банка было не убрано, влажно, скользко из-за наноса снега и его таяния, отсутствовал прорезиненный коврик или иное противоскользящее покрытие.

Таким образом, изложенное позволяет сделать суду вывод, что истице вред здоровью причинен вследствие ее падения на мокром полу в помещении отделения ПАО Сбербанк, и, вопреки доводам стороны ответчика, имеется причинная связь между виновным бездействием ответчика, выразившемся в ненадлежащем содержании принадлежащего ему имущества, и вредом, причиненным истице в виде повреждения здоровья.

В соответствии с частями 1 и 2 ст.1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

При определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда). В счет возмещения вреда не засчитывается также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья.

Частью 1 ст.1086 ГК РФ установлено, что размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности – степени утраты общей трудоспособности, а в соответствии с частью 2 этой статьи доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции.

Как указано выше, согласно листку нетрудоспособности №* истица находилась на лечении в период с 22.02.2017 г. по 13.03.2017 г., в том числе с 22.02.2017 г. по 03.03.2017 г. на стационарном лечении.

Из объяснений истицы также следует, что по окончании курса лечения она приступила к работе, но из-за плохого самочувствия, вызванного последствиями травмы, вынуждена была вновь обратиться за медицинской помощью.

Согласно листку нетрудоспособности №* истица находилась на амбулаторном лечении у врача невролога с 21.03.2017 г. по 30.03.2017 г. (л.д.10).

Доводы представителя ответчика о том, что этот период пребывания истицы на лечении не связан с последствиями травмы, полученной ею 21.02.2017 г., неубедительны.

Приказом Минздравсоцразвития РФ от 26.04.2011 г. №347н утверждены формы бланка листка нетрудоспособности, в частности, предусмотрены различные коды причины нетрудоспособности, в том числе 01 – заболевание, 02 – травма. Поскольку истица обратилась за медицинской помощью, необходимой ей для устранения последствий, вызванной ранее полученной травной, вследствие которой она уже проходила лечение, то врачом неврологом, выдавшим листок нетрудоспособности, правильно проставлен код 01, что не подтверждает доводы стороны ответчика.

Кроме того, представителем ответчика не учтено, что амбулаторное лечение у невролога было рекомендовано истице по выписке из травматологического отделения.

Доказательств, опровергающих доводы истицы о причинах ее повторного обращения за медицинской помощью к врачу неврологу, стороной ответчика суду не представлено.

То обстоятельство, что в справках-заключениях врача невролога от 09.06.2017 г. (л.д.51) и 13.06.2017 г. (л.д.52) помимо диагноза <данные изъяты> указаны иные, сопутствующие диагнозы (неврологические заболевания), само по себе не является подтверждением доводов стороны ответчика.

Сторонам в стадии подготовки дела к судебному разбирательству разъяснялось право ходатайствовать о назначении судом судебной экспертизы, в том числе с целью определения связанных с травмой последствий, обоснованности назначения и необходимости для истицы такого лечения, однако соответствующим правом стороны не воспользовались.

Расходы истицы на оплату магнитно-резонансной томографии в сумме 2740 руб. подлежат возмещению ответчиком, поскольку такое исследование было направлено на обследование головного мозга (л.д.47), что обусловлено полученной истицей травмой.

Представитель ответчика, указывая, что такие медицинские препараты как афобазол, комбилипен, тизанидин, бетасерк, фенибут и нимесил назначаются при лечении вертеброгенной люмбалгии, цереброваскулярной болезни, дискуляторной энцефалопатии, поэтому их назначение истице не связано с лечением сотрясения мозга, не учел следующее.

Названные медицинские препараты назначены истице лечащим врачом неврологом, указаны в приведенных выше заключениях и рецепте от 13.06.2017 г. (л.д.48). Из представленных суду кассовых чеков и товарных чеков (л.д.9,49-50) и справки ООО «Аптека №73» (л.д.85) также следует, что приобретались, помимо перечисленных истцом препаратов, кортексин, актовегин, мелоксикам, афобазол и мексидол.

В соответствии с ч.1 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, признанные судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании.

Общеизвестными, общедоступными являются сведения об описании, фармакологических свойствах, иных свойствах медицинских препаратов, в частности показаний к их назначению, содержащиеся на специализированных сайтах производителей лекарственных препаратов в глобальной информационной сети «Интернет».

Так фенибут назначается как ноотропное средство при головокружениях, связанных с дисфункциями вестибулярного анализатора различного генеза, тизанидин – при нарушениях мозгового кровообращения, черепно-мозговых травмах, бетасерк – при вестибулярных головокружениях, синдромах, характеризующихся головокружением и головной болью, шумом в ушах, прогрессирующим понижением слуха, тошнотой и рвотой; кортексин – при нарушениях мозгового кровообращения, черепно-мозговых травмах и их последствиях, мексидол – при последствиях острых нарушений мозгового кровообращения, легких черепно-мозговых травмах, последствиях черепно-мозговых травм, актовегин – в составе комплексной терапии метаболических и сосудистых нарушений головного мозга (различные формы недостаточности мозгового кровообращения, деменция, черепно-мозговая травма).

Поскольку помимо закрытой черепно-мозговой травмы истица получила также растяжение связочного аппарата левого коленного сустава, то суд признает обоснованным заявленные ею к возмещению расходы на приобретение препаратов нимесил, назначаемого при лечении острой боли (боль в спине, пояснице; болевой синдром при патологии костно-мышечной системы, включая травмы, растяжения связок и вывихи суставов), мелоксикам – при воспалительных и дегенеративных заболеваниях суставов, сопровождающихся болевым синдромом.

Суд признает неубедительными доводы истицы о необходимости взыскания с ответчика ее затрат на приобретение таких препаратов как комбилипен и афобазол, поскольку комбилипен назначается и предназначен для лечения невралгии тройничного нерва, неврита лицевого нерва, болевого синдрома, вызванного заболеваниями позвоночника, полиневропатии различной этиологии (диабетическая, алкогольная), а афобазол – при неврастении, генерализованных тревожных расстройствах, расстройствах адаптации, бронхиальной астме, системной красной волчанке, гипертонической болезни, аритмии; ишемической болезни сердца; синдроме раздраженного кишечника, дерматологических, онкологических и других заболеваниях, которые не обусловлены полученными травмами.

Таким образом, из суммы возмещения подлежат исключению затраты истицы на приобретение афобазола и комбилипена в сумме 579,30 руб. (357+222,30), поскольку истицей не приведено убедительных доказательств в нуждаемости в названных медицинских препаратах вследствие полученной ею по вине ответчика травме.

Общая сумма расходов на приобретение лекарственных препаратов, подтвержденная истицей платежными документами, составила 7415,56 руб. (л.д.9,48-49,50,85).

За вычетом расходов на афобазол, комбилипен, а также неподтвержденных оснований расходов на сумму 147 руб. по чеку от 21.03.2017 г. ООО «Аптека №73» (л.д.9), расходы истицы на приобретение лекарственных препаратов составили 6689,26 руб.

Истицей к возмещению заявлены расходы на приобретение лекарственных препаратов только в сумме 6560,06 руб. оснований для выхода за пределы исковых требований у суда не имеется (ч.3 ст.196 ГПК РФ).

Соответственно, с ответчика в пользу истицы подлежат взысканию расходы на лечение (приобретение лекарственных препаратов, МРТ-обследование) в общей сумме 9030,06 руб.

При временной нетрудоспособности гражданин полностью освобождается от работы и поэтому, в данном случае, полная утрата им трудоспособности на весь этот период предполагается.

Не полученная потерпевшей за период временной нетрудоспособности, возникшей вследствие травмы, заработная плата, является утраченным заработком.

Истицей, обладающей статусом индивидуального предпринимателя (л.д.12-13), осуществляющей деятельность, которая в силу ст.346.26 НК РФ подлежит обложению единым налогом на вмененный доход (ЕНВД), расчет утраченного заработка произведен по данным налоговой декларации, представленной в налоговый орган (л.д.18-21). Следовательно, истицей расчет утраченного заработка произведен по сведениям налоговой инспекции, что соответствует положениям ч.2 ст.1086 ГК РФ. Ответчиком иного расчета (контрасчета) суду не представлено.

Согласно названной декларации ежемесячный доход истицы – налоговая база составляет <данные изъяты> руб.

При расчете утраченного заработка истица учитывала период 38 дней с 22.02.2017 г. по 30.03.2017 г. Однако вследствие травмы по вине ответчика истица пребывала на лечении в период с 22.02.2017 г. по 13.03.2017 г. и с 21.03.2017 г. по 30.03.2017 г., всего 30 дней.

По этим основаниям требования истицы о взыскании утраченного заработка подлежат удовлетворению только в части в размере 12811 руб. (12811?30?30).

В силу абз.1 ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Абзацем 2 ст.151 ГК РФ предусмотрено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам следует иметь ввиду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Требования истицы о взыскании денежной компенсации с ответчика – причинителя вреда основаны на законе.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства, при которых истице был причинен вред здоровью, соотнося их с тяжестью причиненных ей физических и нравственных страданий, степень вины ответчика в причинении вреда здоровью истицы.

Суд принимает во внимание, что в результате травмы истица безусловно испытывала не только физические страдания, но и нравственные переживания, вызванные длительностью лечения и утраты ею общей трудоспособности, вынужденным изменением образа жизни, которые очевидны и в доказывании не нуждаются.

При таком положении суд признает сумму компенсации морального вреда, равную 50000 руб., отвечающей требованиям разумности и справедливости. В остальной части требования истицы в части заявленного размера компенсации удовлетворению не подлежат.

Истицей к возмещению ответчиком заявлены убытки в виде ее расходов по арендной плате помещения, в котором она осуществляет предпринимательскую деятельность, в размере 2299 руб., расходов по оплате коммунальных платежей в сумме 666,07 руб. – платы за отопление.

В указанной части требования истицы суд признает необоснованными.

По положению частей 1 и 2 ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Истица является арендатором помещения, в котором осуществляет свою предпринимательскую деятельность, на основании договора от 07.04.2015 г. (л.д.14-17). Уплата арендодателю арендной платы, внесение истицей платы за коммунальные услуги и содержание арендованного имущества не подпадают, как правильно указал представитель, под понятие убытков, указанных в ст.15 ГК РФ.

Поскольку истицей заявлены исковые требования, вытекающие из деликтных, а не договорных отношений сторон, то положения п.6 ст.13 Закона РФ от 07.02.21992 г. №2300-1 «О защите прав потребителей» о штрафе к спорным правоотношениям сторон не подлежат применению.

Оплата услуг представителя истицей подтверждена в сумме 3700 руб. (л.д.27, 44).

В соответствии с п.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

К возмещению истицей письменно заявлено 3000 руб.

С учетом характера спора и фактических обстоятельств рассматриваемого дела, экономического интереса сторон, объема заявленных истицей требований, объема оказанных представителем услуг и времени, затраченного на консультации и подготовку процессуального документа – искового заявления, заявленные к возмещению расходы в сумме 3000 руб. отвечают требованиям разумности и справедливости, подлежат возмещению ответчиком в полном объеме.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ пропорционально удовлетворенным требованиям истицы с учетом ст.ст.333.19 и 333.20 НК РФ с ответчика в доход бюджета Губкинского городского округа подлежит взысканию государственная пошлина 1195,48 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

решил:

иск ФИО1 к публичному акционерному обществу «Сбербанк России» удовлетворить в части.

Взыскать с публичного акционерного общества «Сбербанк России» в пользу ФИО1 10371 рубль 76 копеек в возмещение расходов на лечение, 12811 рублей в возмещение утраченного заработка, компенсацию морального вреда 50000 рублей и 3000 рублей в возмещение расходов на представителя.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Сбербанк России» в доход бюджета Губкинского городского округа Белгородской области государственную пошлину 1195 рублей 48 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда путем подачи апелляционных жалобы, представления в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: Д.П. Бобровников