Решение № 22-40/2019 22-9632/2018 от 5 февраля 2019 г. по делу № 22-40/2019

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 6 февраля 2019года

Председательствующий: Кабанов А.А. Дело №22-40/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

4 февраля 2019 года г.Екатеринбург

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего Орловой Н.Н.,

судей Андреева А.А.,

Ягубцевой Т.В.,

при секретаре Матвеевой И.С.,

с участием осужденного ФИО1,

адвоката Козюкова П.В.,

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области

ФИО2,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело с использованием систем видеоконференц-связи по апелляционному представлению прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления ФИО3 и по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Козюкова П.В. в интересах осужденного, на приговор Чкаловского районного суда г.Екатеринбурга от 12 июля 2017 года, которым

ФИО1,

родившийся ( / / ), ранее судимый:

- 12 декабря 2012 года Верх-Исетским районным судом г.Екатеринбурга по ч.3 ст.159 УК РФ к штрафу в размере 150000 рублей,

осужден по ч.4 ст.159 УК РФ (в отношении потерпевшего З)к 6 годам 6 месяцам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год; по ч.4 ст.159 УК РФ (в отношении потерпевшего Ж) к 7 годам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год; по ч.4 ст.159 УК РФ (в отношении потерпевшего Ц) к 7 годам 6 месяцам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год; в соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначено окончательное наказание в виде 11 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы сроком на 1 год 11 месяцев, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять места жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, не уходить из места постоянного жительства в период с 22 часов до 6 часов, с возложением обязанности: являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы два раза в месяц для регистрации; с ФИО1 в пользу Ц в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, взыскано 4565000 рублей.

Этим же приговором осуждены ФИО4, ... года рождения и ФИО5, ... года рождения, приговор в отношении которых апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 17 апреля 2018 года оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Ягубцевой Т.В., выступления осужденного ФИО1 и адвоката Козюкова П.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб и полагавших апелляционное представление отклонить, прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области ФИО2, поддержавшей апелляционное представление в части, касающейся осуждения ФИО1, просившей об изменении приговора и отклонении апелляционных жалоб, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

согласно приговору, ФИО1 признан виновным в хищении путем обмана денежных средств

- З в составе группы лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере – 1200000 рублей;

- Ж, в составе группы лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере – 1950000 рублей;

- Ц, в особо крупном размере – 4720000 рублей.

Преступления совершены г.Екатеринбурге, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении прокурор отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления ФИО3, просит приговор по преступлениям в отношении потерпевших З и Ж отменить, вынести по делу новый приговор, квалифицировав действия ФИО1 по эпизоду в отношении З по ч.4 ст.159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере; по эпизоду в отношении Ж по ч.4 ст.159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере; по эпизоду в отношении Ц приговор оставить без изменения; в соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ назначить наказание в виде 11 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на срок 1 год 11 месяцев. Указывает, что судом в приговоре не мотивировано наличие вновь возникшего умысла на совершение каждого преступления, не указано, почему одни доказательства признаны достоверными, а другие опровергнуты, не приведен анализ доказательств по каждому обвинению, не мотивировано наличие квалифицирующего признака «группой лиц по предварительному сговору», не описал конкретных действий, составляющих объективную сторону преступлений, не мотивировал правильность квалификации действий осужденного, допустил формулировки, ставящие юридическую оценку содеянного под сомнение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 просит отменить приговор как незаконный и необоснованный. Указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим материалам дела. Доводы ФИО5 о том, что фиктивные документы были сделаны по его (ФИО1) предложению, не соответствуют действительности. При вынесении приговора суд руководствовался противоречивыми показаниями ФИО5, в курсе махинаций которого он и З не были и он не знал о поддельных документах, а как только все выяснилось, он вернул 700000 рублей З. Отмечает, что между ним и Ж сложились гражданско-правовые отношения с целью приобретения в аренду земельного участка под строительство дома, чтобы в дальнейшем заработать на этом деньги, которые он брал на подготовку документов, оформляя расписки и намеревался их вернуть. Умысел на хищение денежных средств у Ц не доказан, о его намерении возвратить денежные средства свидетельствуют договора займа и частичное возвращение денег. Между ним и Ц были гражданско-правовые отношения. Суд необоснованно не принял во внимание показания свидетеля Г. Считает, что суд, в нарушение УПК РФ не допустил в качестве защитника С и адвоката Осокина А.В., с которым заключено соглашение, отказал в допросе свидетеля защиты Т, явка которого в судебное заседание была обеспечена, не предоставлено достаточное время для подготовки к защите и допросу. Просит учесть, что по состоянию здоровья принимать участие в судебных заседаниях не мог, неоднократно находился на лечении в стационаре. Выводы суда о его вменяемости необоснованны.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Козюков П.В. просит приговор в отношении ФИО1 отменить, как незаконный и необоснованный в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, либо оправдать ФИО1. Отмечает, что показания ФИО5, опровергаются обстоятельствами дела, ФИО1 с ним в сговор на хищение денежных средств З не вступал, полагая, что ФИО5 является действующим сотрудником администрации г.Екатеринбурга, что подтвердил свидетель В. Деньги ФИО1 передавал ФИО5, считая его действующим сотрудником администрации и считает, что совершил посредничество во взяточничестве. Об отсутствие сговора указывает аванс 100000 рублей переданный ФИО1. По факту получения от потерпевшего Ж денежных средств, в основу приговора положены противоречивые показания ФИО5. Показания Ж не подтверждаются объективными доказательствами, в частности, показаниям потерпевшего З. Судом не дано оценки показаниям ФИО1, не устранены противоречия в показаниях Ж, который оговаривает ФИО1. Между Ж, З и ФИО1 сложились гражданско-правовые отношения. Доказательств намерения ФИО1 не выполнять свои обязательства, не представлено. Обвинение ФИО1 в хищении денежных средств Ц основано на предположениях, доказательств того, что, заключая договоры займа и получая денежные средства, ФИО1 не намеревался исполнять свои обязательства, добыто не было. В ходе предварительного следствия, Ц неоднократно менял показания относительно сумм.
Решение по гражданскому иску Ц необоснованное. Отмечает, что судом не допущен к участию в деле в качестве защитника С., не было обеспечено участие в деле второго защитника по соглашению Осокина А.В., сторона защиты лишена возможности дополнить судебное следствие в связи с необоснованным отклонением ходатайств, в том числе об истребовании сведений об отчислениях с места работы потерпевшего Ц, из пенсионного фонда РФ сведений, от 17 октября 2017 года. Обращает внимание, что в протоколе судебного заседания неправильно указана дата от 5 февраля 2016 года, поскольку первое судебное заседание по делу было назначено на 16 марта 2016 года. Исследование доказательств, проходило в сжатые сроки, что лишило осужденных возможности полноценно подготовиться к осуществлению защиты. Судом трижды 28 марта 2017г., 4 апреля и 5 апреля 2017 года выносились постановления о приводе ФИО1, во время нахождения последнего на стационарном лечении. При этом вопрос о необходимости применения меры принуждения на обсуждение сторон не ставился, государственный обвинитель по данному поводу ходатайств не заявлял, постановления были вынесены за рамками судебных заседаний.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном преставлении и в апелляционных жалобах, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В судебном заседании осужденный, не признавая вину, придерживался позиции, аналогичной той, что изложена им и его адвокатом в апелляционных жалобах о непричастности ФИО1 к преступлениям.

Однако суд обоснованно отверг указанную версию о непричастности к совершению преступлений как несостоятельную и положил в основу приговора показания потерпевших и свидетелей, которые приведены в приговоре.

Так из показаний потерпевших следует, что ФИО1 лично получал деньги от них, обещая З и Ж оказать содействие в виде оказания посреднических услуг в целях получения ими от органов исполнительной власти в аренду земельных участков, а потерпевшему Ц вернуть с процентами полученный от него денежный заем.

Признавая ФИО1 виновным в совершении преступления в отношении З и Ж, группой лиц по предварительному сговору, суд учел оглашенные показания осужденного ФИО5, данные в ходе предварительного следствия, о том, что он, совместно с ФИО1 получили деньги от потерпевших под предлогом оказания услуг по оформлению для З и Ж, договоров аренды земельных участков по ул.Ковыльной и по ул.Родонитовая, ..., соответственно. При этом они демонстрировали потерпевшему З изготовленные им фиктивные документы относительно изменения градостроительной зоны, утверждения границ земельного участка, договор аренды земельного участка между МУГИСО и З, расписку о передаче документов об аренде земельного участка на государственную регистрацию. Потерпевшему Ж они демонстрировали поддельный договор аренды земельного участка.

Аналогичные сведения в отношении потерпевшего З, ФИО5 сообщил и в явке с повинной.

Оглашенные показания ФИО5 суд признал достоверными, поскольку они согласуются с показаниями потерпевших З и Ж о том, что они передали ФИО1 и представлявшемуся работником администрации г.Екатеринбурга ФИО5 деньги для оформления права аренды на земельные участки, однако документы, переданные им в подтверждение выполнения обязательств оказались поддельными.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда о виновности осужденного основаны не только на показаниях ФИО5 и потерпевших, но и на иных письменных материалах дела.

Так суд исследовал протокол осмотра оптического диска с информацией о поступивших и отправленных сообщениях с электронного ящика ФИО1, копии договора аренды земельного участка от 18 августа 2014 года, решения Екатеринбургской городской Думы от 11 июля 2014 года, расписки о получении документов на государственную регистрацию от 22 декабря 2014 года, писем Администрации г.Екатеринбурга и МУГИСО расписками о получении ФИО1 денежных средств от З и получении ФИО5 от ФИО1 денежных средств; заключением эксперта №4239 от 15 мая 2015 года о выполнении расписки о получении 500000 рублей и подписи от имени ФИО5 им самим; заключением эксперта №118 от 8 июня 2015 года, согласно которому на мобильном телефоне осужденного ФИО1 обнаружено сообщение в виде схемы расположения земельного участка по ул.Ковыльная, фото документов по объекту ул.Ковыльная, а именно приказа МУГИСО о предоставлении земельного участка З, расписки о сдаче документов на государственную регистрацию, расписки о получении ФИО1 денежных средств от Ж, заключением эксперта № 38 от 19 мая 2015 года о принадлежности подписи в расписках, выполненных от имени ФИО1 им самим, справки о том, что ФИО5 работником администрации г.Екатеринбурга не являлся.

Судом также принято во внимание заключение программно-технической судебной экспертизы №118 от 8 июня 2015 года, согласно которой на принадлежащих ФИО5 и ФИО1 носителях информации имеются данные, указывающие на сбор ими сведений в отношении объектов недвижимости по ул.Родонитовая, .... При этом между ФИО1 и ФИО5 имелась переписка, свидетельствующая об их осведомленности относительно правового статуса указанного земельного участка и о подложности представленного Ж договора аренды указанного земельного участка.

Признавая ФИО1 виновным в совершении преступления в отношении Ц, суд исследовал договоры займа между ним и осужденным ФИО1, расписки о получении осужденным денег от потерпевшего, заключение эксперта №7295 от 8 сентября 2015 года о том, что подпись в расписке от имени Ц. о получении от ФИО1 части денег, выполнена не им, заключение эксперта №7296 от 11 сентября 2015 года о том, что подпись в расписках от имени ФИО1 о получении им денег от Ц и об обязательстве вернуть деньги с процентами, выполнена им самим, финансовые документы ООО «Мегион» о том, что ФИО1 вносил в качестве займа в кассу предприятия деньги, которые впоследствии получил обратно.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, противоречий в показаниях Ц относительно размера похищенных у него денежных сумм, не усматривается.

Судебная коллегия соглашается с критической оценкой показаний свидетеля Г о передаче и перечислении ею Ц денежных сумм по поручению ФИО1, поскольку они противоречат материалам дела.

Таким образом, будучи обманутыми ФИО1, потерпевшие З и Ж передали осужденному деньги в счет расходов, связанных с оформлением необходимых документов от органов исполнительной власти для аренды земельных участков, а потерпевший Ц – в качестве заёмных средств, с целью получения их обратно с процентами.

Доводы апелляционных жалоб относительно имевших место гражданско-правовых отношений у ФИО1 с потерпевшими и что ФИО1 намеревался вернуть деньги и выполнить обязательства, являются несостоятельными.

Так получая деньги от З и Ж, ФИО1 не намеревался выполнить свои обещания, предоставив им фиктивные документы, свидетельствующие якобы о выполнении им обязательств, а предлоги, под видом которых он похищал деньги у Ц были вымышленными.

Кроме того, давая обещания потерпевшим и обманывая их, ФИО1, заведомо знал, что у него отсутствовала возможность реального исполнения взятых на себя обязательств еще до заключения соглашений.

Эти и другие изложенные в приговоре доказательства, бесспорно, свидетельствуют о намерении ФИО1 обмануть потерпевших и получить от них денежные средства. Факт получения денег от потерпевших ФИО1 подтверждается его расписками и показаниями потерпевших.

Расписки между ФИО1 и потерпевшими, свидетельствующие о якобы реальности намерений осужденного исполнить договорные отношения, были составлены им для прикрытия его преступной деятельности. То обстоятельство, что ФИО1 возвращал потерпевшим З и Ц часть полученных у тех денежных средств, не свидетельствует о невиновности осужденного.

Предположения ФИО1 о том, что ФИО5 являлся действующим сотрудником администрации г.Екатеринбурга, не влияют на его виновность, так как он и ФИО5, действуя согласованно, предоставляли потерпевшим Ж и З заведомо подложные документы. Обман потерпевших Ж и З посредством предъявления им заведомо подложных документов, состоялся не зависимо от места работы ФИО5, в связи с этим показания свидетеля И не влияют на фактические обстоятельства дела.

Что касается заявлений осужденного и его адвоката о невыполнении договорных условий перед потерпевшими в силу объективных причин, по вине самих потерпевших и третьих лиц, в том числе ФИО5, также не исполнивших свои обязательства, то это не снимает ответственности с самого осужденного, который завладел чужими деньгами и по своему усмотрению распорядился ими.

Выводы суда о доказанности вины ФИО1 и квалификации его действий основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании, которым в приговоре дана надлежащая оценка. Правдивость и объективность показаний свидетелей и потерпевших, подтвердилась иными доказательствами, перечисленными в приговоре, в связи с чем, не имеется оснований сомневаться в их достоверности. Судом тщательно исследованы и оценены в совокупности показания потерпевших и всех свидетелей по всем значимым для дела обстоятельствам, устранены противоречия между их показаниями на предварительном следствии и в судебном заседании. Эта оценка изложена в приговоре подробно и касается всех доводов, выдвинутых защитой в подтверждение непричастности осужденного к совершению преступлений.

Оснований и мотивов для оговора потерпевшими и свидетелями осужденного в судебном заседании не установлено, также как и наличие иной заинтересованности у потерпевших в привлечении осужденного к уголовной ответственности. Имеющийся обвинительный приговор в отношении Ж, не ставит под сомнение его показания, поскольку они согласуются с иными исследованными материалами дела и показаниями допрошенных по делу лиц.

Судом так же верно установлены размеры сумм ущерба причиненного потерпевшим, особо крупный размер определен на основании примечания 4 к ст.158 УК РФ.

Таким образом, судом дана верная оценка умышленным действиям осужденного, направленным на завладение чужими денежными средствами путем обмана, которую вопреки доводам апелляционных жалоб судебная коллегия находит объективной.

Доводы, содержащиеся в апелляционных жалобах, не опровергают виновность ФИО1, фактически сводятся к переоценке доказательств, а потому не могут быть признаны основанием для пересмотра приговора, поскольку данная судом первой инстанции в приговоре оценка доказательств является надлежащей, соответствующей требованиям ст.88 УПК РФ. Нарушений закона при исследовании доказательств, не допущено.

Действия ФИО1 верно квалифицированы по каждому из трех преступлений по ч.4 ст.159 УК РФ. Наличие всех указанных в приговоре квалифицирующих признаков совершенных преступлений убедительно обосновано. Оснований к иной квалификации действий осужденного или к его оправданию не усматривается.

Вопреки доводам апелляционного представления, описательно-мотивировочная часть приговора содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, наличие вновь возникшего умысла на совершение каждого из преступлений, конкретный действий, направленные на выполнение объективной стороны преступления, мотивов, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Мотивы, обосновывающие выводы суда не противоречат требованиям ст.307 УПК РФ. Суд исследовал все представленные ему доказательства и пришел к выводу об их недостаточности для вынесения обвинительного приговора и мотивировал это. С изложенными в приговоре мотивами принятого решения судебная коллегия соглашается.

Доводы стороны защиты о допущенных в ходе судебного заседания нарушениях уголовно-процессуального закона, необоснованных отказах суда в удовлетворении ходатайств и ограничениях в представлении доказательств стороной защиты, суд считает несостоятельными. Дело рассмотрено судом беспристрастно, с соблюдением правил подсудности, установленного УПК РФ порядка рассмотрения дела и принципа состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации гарантированных законом прав на представление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции.

Все заявленные ходатайства были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке. При этом отказ в удовлетворении заявленных ходатайств, в том числе об отказе в допросе свидетеля защиты Т, самостоятельно покинувшего зал судебного заседания и об истребовании сведений в отношении потерпевшего Ц, не свидетельствует о нарушении состязательности процесса.

Основания для возвращения уголовного дела прокурору, предусмотренные ст.237 УПК РФ, отсутствуют.

Нарушений права на защиту осужденного ФИО1 на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства не допущено. Осужденный был обеспечен квалифицированной помощью профессиональных адвокатов и пользовался гарантированными правами на всех стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства.

Препятствий к участию в судебных заседаниях адвоката Осокина А.В. не имелось. Отложение судебных разбирательств в связи с тем, что Осокин А.В. не был знаком с материалами уголовного дела, является обоснованным.

Не мог быть допущен наряду с адвокатом в качестве защитника С, поскольку суду не заявлялось ходатайств о допросе указанного гражданина с целью установления его личности, выяснения его согласия или несогласия и возможности осуществлять в установленном законом порядке защиту прав и интересов ФИО1, оказывать последнему юридическую помощь при производстве по делу, а также с целью проверки отсутствия обстоятельств, указанных в ст.72 УПК РФ.

Что касается доводов адвоката осужденного о нарушении его права на защиту, выразившегося, по его мнению, в непредоставлении председательствующим времени для подготовки к допросу в качестве подсудимого с защитником, то судебная коллегия находит их несостоятельными.

Как следует из протокола судебного заседания, ФИО1 реализовал свое право дать показания надлежащим образом. Каких-либо ходатайств об отложении судебного заседания по основанию предоставления времени для подготовки к защите и допросу, суду не поступало.

Судебная коллегия также не усматривает нарушений УПК РФ, связанных с решениями суда о принудительном приводе участников процесса, которые могли бы повлиять на выводы суда о виновности осужденного ФИО1, на квалификацию его действий, на вид и размер назначенного ему наказания.

Технические ошибки в протоколе судебного заседания, на которые указывает адвокат в апелляционной жалобе, не являются существенными и не влияют на законность принятого судебного решения.

Вопреки доводам жалобы адвоката об обвинительном уклоне суда, нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении уголовного дела, как и принципа презумпции невиновности, равноправия и состязательности сторон, необоснованных отказов в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для исхода дела, влекущих отмену приговора, не допущено, уголовное дело рассмотрено полно, всесторонне и объективно, в соответствии со ст.15 УПК РФ.

Доводы апелляционных жалоб о том, что осужденный не мог участвовать в судебных заседаниях по состоянию здоровья в связи с оказанием ему психиатрической помощи, не имеют оснований. Согласно протоколу в судебном заседании в связи с состоянием здоровья ФИО1 объявлялись необходимые перерывы, и процесс продолжался только после выяснения вопроса о возможности его участия. Из заключения стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы и из показаний эксперта Ы следует, что ФИО1, совершивший преступления в состоянии вменяемости, во время судебных разбирательств не имел признаков психического расстройства, свидетельствующих о невозможности его участия, которые появились только после его осуждения.

Назначение осужденному основного наказания в виде лишения свободы и дополнительного в виде ограничения свободы как за каждое преступление, так и в совокупности, без применения положений ст.73 УК РФ, судом мотивировано.

Все смягчающие наказание осужденного обстоятельства в полной мере учтены судом.

Каких-либо исключительных обстоятельств в соответствии со ст.64 УК РФ суд первой инстанции не усмотрел, не усматривает их и судебная коллегия. Правовых оснований к применению положений ч.6 ст.15, ч.2 ст.61 УК РФ не имеется.

Учитывая, что Федеральным законом от 3 июля 2018 года №186-ФЗ в ст.72 УК РФ внесены изменения, улучшающие положение осужденного, которые в соответствии со ст.10 УК РФ подлежат применению, то следует зачесть в срок отбытия осужденным наказания в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ периоды содержания осужденного под стражей с 12 июля 2017 года по 4 февраля 2019 года, с 7 апреля 2015 года по 8 апреля 2015 года, с 30 августа 2015 года по 28 декабря 2015 года, с 26 июня 2017 года по 11 июля 2017 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, что не влияет на квалификацию действий осужденного, на вид и размер назначенного ему наказания.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению в соответствии с п.3 ч.1 ст.389.15, п.1 ч.1 ст.389.18 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона.

Так при назначении осужденному наказаний по каждому из трех преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ, суд, в нарушение ч.1 ст.18 УК РФ, признал в качестве отягчающего наказание обстоятельства рецидив преступлений, вид которого установил как опасный.

При этом суд не учел, что ФИО1, совершивший тяжкие преступления в период непогашенной судимости за совершение тяжкого преступления, осуждался к наказанию в виде штрафа и ранее не отбывал наказание в местах лишения свободы, в связи с чем, рецидив преступлений, содержащийся в его действиях, не является опасным.

Учитывая изложенное, в действиях осужденного необходимо признать наличие рецидива преступлений, что также является отягчающим наказание обстоятельством. Приговор в этой части подлежит изменению, а назначенные наказания за каждое из трех преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ должны быть смягчены, как и наказание, назначенное по их совокупности, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного, а также всех заслуживающих внимание обстоятельств, предусмотренных законом, с соблюдением требований ст.ст.6, 43, 60, ч.2 ст.68 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного приговора и промежуточных судебных решений и влекущих их отмену в том числе по доводам апелляционных жалоб и с учетом приложенных к ним документов, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.15, 389.18, 389.19, п.9 ч.1 ст.389.20, ст.ст.389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Чкаловского районного суда г.Екатеринбурга от 12 июля 2017 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на наличие в действиях ФИО1 по всем трем преступлениям, предусмотренным ч.4 ст.159 УК РФ опасного рецидива преступлений, признать в его действиях рецидив преступлений;

- смягчить ФИО1 наказания, назначенные за совершение преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ (в отношении потерпевшего Ц) до 7 лет 5 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 1 год; за совершение преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ (в отношении потерпевшего Ж) до 6 лет 11 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 1 год; за совершение преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ (в отношении потерпевшего З) до 6 лет 5 месяцев лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ, путем частичного сложения наказаний, вновь назначенных по каждому из трех преступлений, предусмотренных ч.4 ст.159 УК РФ, назначить ФИО1 окончательное наказание в виде 11 лет 3 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с ограничением свободы на 1 год 11 месяцев и установить ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования, где он будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять места жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22 часов до 6 часов; а также возложить обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы два раза в месяц для регистрации.

- в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года №186-ФЗ) зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в периоды с 12 июля 2017 года по 4 февраля 2019 года, с 7 апреля 2015 года по 8 апреля 2015 года, с 30 августа 2015 года по 28 декабря 2015 года, с 26 июня 2017 года по 11 июля 2017 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы удовлетворить частично, апелляционное представление отклонить.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в порядке, предусмотренном гл.47.1 УПК РФ, в президиум Свердловского областного суда.

Председательствующий -

Судьи -