Решение № 2-1227/2021 2-1227/2021~М-1182/2021 М-1182/2021 от 20 июля 2021 г. по делу № 2-1227/2021

Дело № 2-1227/2021

УИД 43RS0017-01-2021-001625-21


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кирово-Чепецк 21 июля 2021 года

Кирово-Чепецкий районный суд Кировской области

в составе председательствующего судьи Аксеновой Е.Г.,

при секретаре Мурашкиной А.В.,

с участием прокурора ФИО5, истцов – ФИО2, ФИО1, ответчика ФИО3, представителей ответчика МКУ «Кирово-Чепецкое городское управление гражданской защиты» – ФИО7 по доверенности, а также начальника МКУ «Кирово-Чепецкое городское управление гражданской защиты» – ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело *** по исковому заявлению ФИО2, ФИО1 к ФИО3, МКУ «Кирово-Чепецкое городское управление гражданской защиты» о взыскании компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба в результате преступления,

установил:

ФИО2 и ФИО1 обратились в суд с иском к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба, причиненного в результате преступления.

Определением судьи в порядке подготовки дела к судебному заседанию <дата> в качестве соответчика по делу привлечен работодатель ответчика ФИО3 - МКУ «Кирово-Чепецкое городское управление гражданской защиты» (далее – МКУ «КЧГУ ГЗ»).

В обоснование исковых требований указано, что ФИО3 приговором мирового судьи судебного участка *** Кирово-Чепецкого судебного района Кировской области от <дата> был признан виновным и осужден по ст. 125 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием в доход государства 15 % заработной платы ежемесячно. Апелляционным определением Кирово-Чепецкого районного суда Кировской области от <дата> приговор мирового суда оставлен без изменения, а апелляционная жалоба ФИО3 без удовлетворения. Не согласившись с вынесенным приговором и апелляционным определением, ФИО3 подал кассационную жалобу. Ответчик ФИО3 приговором суда был признан виновным в том, что <дата> около 14.50 час. на р. *** на территории городского пляжа, расположенного в <адрес>, являясь спасателем МКУ «КЧГУ ГЗ», получив сообщение о том, что малолетний ФИО6, <дата> года рождения, тонет, отказался проводить поисковые мероприятия с целью его спасения, извлечения из воды и оказания первой неотложной помощи, оставил в опасности малолетнего ФИО6, в результате чего сын истцов – ФИО6 утонул. Истцы в связи с гибелью сына понесли большую утрату, связанную с гибелью родного и близкого для них человека – единственного сына. По настоящее время ФИО2 и ФИО1 находятся в постоянных переживаниях и чувствах тревоги, их тревожит бессонница, чувство глубокой грусти и скорби, ощущение потерянности, нервозность. Трагической смертью сына истцам причинены глубокие нравственные и моральные страдания. С сыном у истцов были очень близкие и хорошие отношения, ФИО6 часто помогал по хозяйству, ходил в магазины, заботился о здоровье матери так, как истец ФИО1 является инвали<адрес> группы. Потеря сына является для истцов невосполнимой утратой, причинившей сильные нравственные страдания. Сам ФИО3 никакой моральный вред истцам, как родителям, не возместил, не извинился. Действиями ФИО3 истцам причинен моральный вред, который они оценивают в 1000000 руб., по 500000 руб. в пользу каждого из истцов. Кроме того, ФИО2 были понесены материальные расходы, связанные с погребением сына ФИО6, в сумме 18000 руб. Просят суд, уточнив исковые требования, взыскать с МКУ «КЧГУ ГЗ», как работодателя, ФИО3, компенсацию морального вреда ввиду гибели сына в размере 500 000 руб. в пользу каждого из истцов, а также взыскать с МКУ «КЧГУ ГЗ» в пользу ФИО2 расходы на погребение в сумме 18000 руб.

Истец ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал, суду пояснил, что суд кассационной инстанции приговор мирового судьи от <дата> оставил без изменения, вина ФИО3 установлена, смерть его сына наступила в связи с тем, что ФИО3, как спасатель МКУ «КЧГУ ГЗ» ненадлежащим образом исполнял свои должностные обязанности, при этом продолжает работать спасателем. За все время ФИО3 перед ним и его супругой не извинился, компенсировать причиненный моральный вред или материальные затраты, связанные с похоронами сына не предлагал.

Истец ФИО1 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержала, суду пояснила, что до настоящего времени не может оправиться после гибели единственного сына, переживает, скучает по нему, ФИО6 помогал ей по дому так, как у неё вторая нерабочая группа инвалидности, других детей у неё с ФИО2 нет и не будет. ФИО3 за все время после того, как их сын утонул, свои извинения им не принес, свою вину также не признает. Подтвердила, что все расходы по оплате погребения на общую сумму 18000 руб. оплачивал ФИО2

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, указав, что сумма компенсации морального вреда, заявленная ко взысканию истцами, завышена, считает, что истцы за его счет хотят обогатиться, каких-либо доказательств того, что истцам нанесен моральный вред суду не представлено, не представлены медицинские документы о том, что их здоровье после гибели сына ухудшилось или иные письменные доказательства, обосновывающие сумму компенсации в размере 1000000 руб. Также просил учесть, что его заработная плата составляет около 15000 руб. в месяц, на иждивении у него находится несовершеннолетняя дочь. Подтвердил, что на день смерти несовершеннолетнего ФИО6 – <дата> и по настоящее время состоит в трудовых отношениях с МКУ «КЧГУ ГЗ».

Представители ответчика - МКУ «Кирово-Чепецкое городское управление гражданской защиты» - по доверенности ФИО7 и начальник учреждения - ФИО8 в судебном заседании уточненные исковые требования не признали, считают, что исковые требования подлежат удовлетворению к ответчику ФИО3, противоправными действиями которого истцам причинен моральный вред и материальный ущерб. Также поддержали доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление, указав, что МКУ «КЧГУ ГЗ» является некоммерческой казенной организацией, своих денег у казенного учреждения нет, учреждение полностью финансируется из соответствующего бюджета на основании бюджетной сметы. В случае вынесения Кирово-Чепецким районным судом по настоящему делу решения о взыскании с Управления морального вреда в сумме 1 000 000 руб., исполнить данное решение будет крайне затруднительно. Ответчик ФИО3 приговором суда был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ. МКУ «КЧГУ ГЗ», в свою очередь, обеспечило ответчика ФИО3 всем необходимым оборудованием для исполнения надлежащим образом своих должностных обязанностей, как спасателя, в его распоряжении имелись все необходимые спасательные и плавательные средства. МКУ «КЧГУ ГЗ» не является причинителем вреда. Просят отказать истцам в удовлетворении заявленных требований в отношении ответчика МКУ "Кирово-Чепецкое городское управление гражданской защиты" в полном объеме и взыскать материальный и моральный вред с ФИО3 в пользу истцов в полном объеме.

Суд, заслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшей необходимым удовлетворить исковые требования на основании ст. 1068 ГК РФ за счет работодателя лица причинившего вред - МКУ «КЧГУ ГЗ», но с учетом требований разумности и справедливости, исследовав материалы дела, находит исковые требования ФИО2 и ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 52 Конституции Российской Федерации права потерпевших от преступлений охраняются законом; государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

По общему правилу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с п.1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 4 и ст.151 ГК РФ.

Исходя из положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).

Исходя из вышеприведенных положений закона правила возмещения вреда, установленные п.1 ст. 1068 ГК РФ, распространяются на возмещение как имущественного, так и морального вреда.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом (ч. 2). Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (ч. 4).

Пунктом 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» разъяснено, что в силу части 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом.

В судебном заседании суд установил следующие юридически значимые обстоятельства дела.

Как видно из копии трудовой книжки ответчика ФИО3 в 2009 году он принят на работу в МКУ «КЧГУ ГЗ» сторожем спасательной станции.

<дата> ФИО3 переведен на должность спасателя группы спасения на воде в МКУ «КЧГУ ГЗ», где работает по настоящее время.

Факт работы ФИО3 с <дата> по настоящее время в МКУ «КЧГУ ГЗ» в отделе по аварийно-спасательным работам в группе спасения на воде в должности спасателя также подтверждается копиями трудового договора *** от <дата> и дополнительным соглашениям *** к трудовому договору от <дата>.

В соответствии с разделом 3 должностных обязанностей спасателя поисково-спасательного отряда, утвержденных начальником МКУ «КЧГУ ГЗ» в *** году, спасатель обязан активно вести поиск пострадавших, принимать меры по их спасению, оказывать им первую медицинскую помощь и другие виды помощи; умело вести спасательные и аварийные работы в соответствии с квалификацией и др.

Приговором мирового судьи судебного участка *** Кирово-Чепецкого судебного района Кировской области от <дата> ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 125 УК РФ, ему назначено наказание в виде 6 месяцев исправительных работ с удержанием в доход государства 15 % заработной платы ежемесячно.

Приговор обжаловался в апелляционном и кассационном порядке. Вступил в законную силу.

Вышеуказанным приговором установлено, что <дата> ФИО3, являясь спасателем МКУ «КЧГУ ГЗ», состоя в отделе по аварийно-спасательным работам, в группе спасения на воде, совершил оставление в опасности, то есть заведомое оставление без помощи лица, находящегося в опасном для жизни состоянии и лишенного возможности принять меры к самосохранению по малолетству и вследствие своей беспомощности, в случаях, если виновный имел возможность оказать помощь этому лицу и был обязан иметь о нем заботу, при следующих обстоятельствах: около 14.50 час. <дата> малолетний ФИО6, <дата> года рождения, во время купания в реке Чепце на территории городского пляжа, расположенного в <адрес>, начал тонуть. Об этом очевидцы сообщили спасателю ФИО3 Спустя 1 минуту 14 секунд, но не более 5-6 минут с момента начала утопления – погружения под воду малолетнего ФИО6, спасатель ФИО3, получив сообщение о необходимости оказать помощь утопающему, прибыл к указанному ему месту на берегу реки ***, напротив которого очевидцы – посетители пляжа видели тонущего в воде ФИО6

ФИО3, получив сообщение от посетителей пляжа о необходимости спасения и оказания помощи малолетнему ФИО6, который утопает в воде около пляжа, зная место в реке, где погрузился под воду потерпевший, не стал нырять под воду и на ощупь осуществлять поиски утопающего. Таким образом, ФИО3 отказался проводить поисковые мероприятия с целью спасения ФИО6, извлечения его из воды и оказания пострадавшему первой неотложной помощи, оставив малолетнего ФИО6 в опасности. ФИО3 не сообщил о происшедшем в единую диспетчерскую службу МКУ «КЧГУ ГЗ», после чего покинул место происшествия, вернувшись на спасательную станцию. <дата> в 15.00 час. Очевидцы сообщили об утоплении ФИО6 в единую диспетчерскую службу МКУ «КЧГУ ГЗ». <дата> в ходе поисковых мероприятий водолазами на дне реки Чепцы около пляжа был обнаружен труп малолетнего ФИО6

Как следует из копии свидетельства о смерти II-ИР *** от <дата>, несовершеннолетний ФИО6 умер <дата>.

Погибший ФИО6 приходится истцам ФИО2 и ФИО1 сыном, что подтверждается копиями повторного свидетельства о рождении *** от <дата> и свидетельства об установлении отцовства *** от <дата>.

В силу вышеуказанных норм истцы входят в круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда, в связи со смертью близкого человека.

На основании вышеизложенного, руководствуясь положениями ст. 1068 ГК РФ, суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по делу, с которого подлежит взысканию имущественный ущерб, причиненный в результате преступления, и подлежит взысканию компенсация морального вреда, является - МКУ «КЧГУ ГЗ», работником которого является ФИО3, который вследствие ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей причинил истцам моральный вред.

При определении размера компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1101 ГК РФ суд исходит из характера и объема, причиненных ФИО2 и ФИО1 нравственных страданий (гибель единственного сына), наличие вины причинителя вреда - вступивший в законную силу приговор, фактических обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, имущественного положения ответчика (МКУ «КЧГУ ГЗ» - является муниципальным казенным некоммерческим учреждением), суд считает необходимым взыскать с МКУ «КЧГУ ГЗ» в пользу ФИО2 и ФИО1 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 200 000 руб. каждому. В остальной части исковые требования о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Истцом ФИО2 также заявлено требование о компенсации расходов, связанных с погребением сына ФИО6 на общую сумму 18000 руб., факт несения которых подтверждается копией удостоверения о захоронении, копией договора на оказание услуги по копке и закопке могилы на сумму 7000 руб., копией квитанции *** от <дата> об оплате ритуальных услуг на сумму 11100 руб.

Согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

Статья 3 Федерального закона от <дата> № 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В силу ст. 5 ФЗ "О погребении и похоронном деле" вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

На основании вышеизложенного суд находит исковые требования ФИО2 подлежащими удовлетворению и считает необходимым взыскать с МКУ «КЧГУ ГЗ» в его пользу расходы по погребению в заявленном размере – 18000 руб.

Суд, в силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, считает взыскать с МКУ «КЧГУ ГЗ» государственную пошлину в доход МО «***» Кировской области в размере 1 020 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО2, ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с МКУ «Кирово-Чепецкое городское управление гражданской защиты» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в результате преступления в размере 200000 руб., расходы по погребению на общую сумму 18000 руб.

Взыскать с МКУ «Кирово-Чепецкое городское управление гражданской защиты» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в результате преступления в размере 200000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2, ФИО1, в том числе требований к ФИО3 – отказать.

Взыскать с МКУ «Кирово-Чепецкое городское управление гражданской защиты» в доход МО «***» государственную пошлину в размере 1020 руб.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кирово-Чепецкий районный суд Кировской области.

Председательствующий судья Е.Г. Аксенова

Мотивированное решение изготовлено 26.07.2021.

Решение30.07.2021