Решение № 2А-30/2019 2А-30/2019~М-14/2019 М-14/2019 от 21 февраля 2019 г. по делу № 2А-30/2019

Решение

Именем Российской Федерации

22 февраля 2019 г. г. Волгоград

Волгоградский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – Безгуба И.Н., при секретаре судебного заседания Сусловой Н.М., с участием административного истца ФИО3 ФИО21 его представителя – адвоката Беляевой Н.С., административного ответчика – начальника отделения (территориальное, г. Волгоград) федерального государственного казенного учреждения «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации (далее – отделение управления жилищного обеспечения) ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело №а-30/2019 по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части № <данные изъяты> ФИО3 ФИО13 об оспаривании решений начальника отделения управления жилищного обеспечения, связанных с порядком принятия на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, а также о внесении изменений в единый реестр военнослужащих, нуждающихся в получении жилых помещений, в части формы обеспечения административного истца жильем,

установил:

ФИО3 обратился в суд с заявлением, в котором просил признать незаконным решение начальника отделения управления жилищного обеспечения от 26 декабря 2018 г. № 15/88 в части признания его, супруги ФИО22 и их дочерей членами семьи собственника жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> а также указания об уменьшении общей площади жилого помещения, предоставляемого по договору социального найма на 29,47 кв.м. от общей площади жилого помещения, расположенного по вышеуказанному адресу, принадлежащего на праве собственности матери супруги истца.

В ходе подготовки дела Ляпин дополнил свои требования и просил суд признать незаконным и отменить решение начальника отделения управления жилищного обеспечения от 29 января 2019 г. № 15/7 о внесении изменений в единый реестр военнослужащих, нуждающихся в получении жилых помещений, предоставляемых по договору социального найма, в части формы обеспечения административного истца жильем.

В обоснование своих требований ФИО3 в поданном заявлении указал, что решением начальника отделения управления жилищного обеспечения от 26 декабря 2018 г. № 15/88 он, а также члены его семьи (супруга и двое дочерей) приняты на учет нуждающихся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма, однако общая площадь предоставляемого жилого помещения на состав его семьи снижена на 29,47 кв.м. в связи с тем, что он, супруга и их несовершеннолетние дети проживают в квартире, расположенной по адресу: <адрес> А, <адрес>, которая в свою очередь принадлежит теще административного истца ФИО23 Однако с данным решением жилищного органа он не согласен, так как в указанной квартире они проживали не как члены семьи собственника, а на основании заключенного «договора аренды», который носил временный характер. После того как жилищным органом ему была предоставлена служебная квартира он и члены его семьи выехали из занимаемой ими квартиры и вселились в служебное жилое помещение, в котором в данный момент и проживают, при том, что с августа 2007 г. они зарегистрированы при воинской части, а в квартире ФИО24 ни он, ни члены его семьи не имели постоянной регистрации.

В обоснование своих требований в части оспаривания решения начальника отделения управления жилищного обеспечения от 29 января 2019 г. № 15/7, которым изменен способ обеспечения административного истца жильем, ФИО3 в заявлении указал, что 14 января 2019 г. жилищным органом ему было вручено извещение о распределении жилого помещения, а именно квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес><адрес> общей площадью 50,40 кв.м. В связи с тем, что он и его семья не являлись членами семьи собственника жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес><адрес><адрес>, то они имеют право на жилое помещение не менее 72 кв.м. Однако жилищным органом было принято решение об изменении способа обеспечения его жилым помещением на жилищную субсидию, с чем он не согласен.

Поддержав в судебном заседании требования административного иска, в его обоснование ФИО3 и его представитель Беляева дали суду объяснения о том, что у жилищного органа не было оснований признавать административного истца, его супругу ФИО16 и их двух дочерей ФИО14 членами семьи ФИО15 так как в принадлежащей последней на праве собственности квартире они проживали по договору найма с 2013 г. Проживание в указанной квартире носило временный характер. Получив от военного ведомства в декабре 2018 г. служебное жилое помещение их семья переехала в служебную квартиру, в которой и проживает в настоящий момент. Кроме того, на факт их проживания в квартире матери супруги истца ни как членов ее семьи свидетельствует и то, что сама ФИО17 в указанной квартире с ними не проживала, а также то, что ФИО3 и его супруга зарегистрированы не в принадлежащей ФИО25 квартире, а по адресу воинской части. Также административным истцом и его представителем сделана ссылка на то, что считая действия жилищного органа, связанные с уменьшением общей площади жилого помещения, предоставляемого по договору социального найма на 29,47 кв.м., ФИО3 обоснованно отказался от распределенной ему в <адрес> квартиры, в связи с чем действия жилищного органа, связанные с изменением формы реализации жилищных прав административного истца, являются незаконными.

В представленных возражениях на административное исковое заявление и в судебном заседании начальник отделения управления жилищного обеспечения ФИО1 требования ФИО3 не признал и просил в их удовлетворении отказать, при этом указав, что для постановки на учет в качестве нуждающегося в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, ФИО3 был предоставлен необходимый пакет документов, который свидетельствовал о том, что он и члены его семьи, начиная с 2013 г. проживают в квартире, принадлежащей матери супруги истца ФИО26. Поскольку Л-ны, проживая в квартире ФИО27, являются членами ее семьи, то жилищный орган обоснованно принял указанного военнослужащего на учет нуждающихся в жилых помещениях, так как данный военнослужащий обеспечен менее учетной нормы, установленной Законом Санкт-Петербурга от 19 июля 2005 г. № 407-65 «О порядке ведения учёта граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях и предоставлении жилых помещений по договорам социального найма в Санкт-Петербурге», при этом уменьшив общую площадь предоставляемого жилого помещения на 29,47 кв.м. Кроме того, отказавшись от распределённого жилого помещения по избранному месту жительства в г. Санкт-Петербурге, которое соответствует установленным нормам предоставления жилья, жилищный орган на основании п. 19 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» правомерно установил ФИО3 форму обеспечения жильем путем предоставления денежных средств на приобретение или строительство жилого помещения. Также сделана ссылка на то, что при принятии решения как о включении ФИО3 в список на предоставление служебного жилого помещения по месту прохождения службы, так и на то, что о распределении ему служебной квартиры у жилищного органа отсутствовали сведения о проживании ФИО3 в квартире, принадлежащей его теще.

Начальник федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Ростовской области», привлеченный к участию в деле в качестве заинтересованного лица, а также ФИО29 ФИО28 действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетних детей ФИО19 извещённые о времени и месте судебного заседания, в суд не прибыли, в связи с чем суд на основании ст. 226 КАС РФ счел возможным рассмотреть дело без их участия. При этом из поступивших в адрес суда объяснений ФИО30. следует, что последняя выразила согласие с требованиями административного иска и просила его удовлетворить, заявив о намерении реализовать свои жилищные права именно посредством предоставления жилого помещения от военного ведомства в качестве члена семьи своего мужа ФИО3 ФИО31

Выслушав доводы участвующих в деле лиц, а также исследовав представленные сторонами письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов административного дела видно, что <данные изъяты> ФИО3 проходит военную службу в войсковой части № с июля 2007 г., его календарная выслуга на военной службе составляет более 20 лет, а в его личном деле в качестве членов его семьи записаны супруга ФИО32. и две дочери ФИО33 ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО34 ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Кроме того, из материалов дела следует, в том числе из исследованных копий свидетельства о государственной регистрации права от 29 июня 2010 г., выписки из домовой книги, карточки учета собственника жилого помещения от 8 декабря 2018 г., свидетельства о рождении № 278721, договоров аренды квартиры, расположенной по адресу: <адрес><адрес><адрес>, а также договора найма служебного жилого помещения от 17 декабря 2018 г. № ЮРУЖО-15/293-2018, что ФИО3 и члены его семьи с 2013 г. по декабрь 2018 г. проживали в вышеуказанной квартире общей площадью 44,2 кв.м., которая принадлежит на праве собственности матери супруги истца ФИО35 Кроме того, в данном жилом помещении зарегистрирован отец супруги истца – ФИО36 При этом согласно оттискам штампов в паспортах супругов Л-ных следует, что они зарегистрированы по адресу: <адрес>, о<адрес>, <адрес>, войсковая часть №

31 октября 2018 г. ФИО3 обратился в отделение управления жилищного обеспечения с заявлением о принятии его на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма в избранном месте жительства в г. Санкт-Петербург.

Как следует из оспариваемого решения начальника отделения управления жилищного обеспечения от 26 декабря 2018 г. № 15/88, ФИО3 ФИО37 признан нуждающимся в жилом помещении с составом семьи четыре человека (он, его супруга ФИО38 а также их дочери ФИО39 по избранному месту жительства в г<адрес> (учетная норма составляет 9 кв.м. на одного человека), при этом признав ФИО3 ФИО40 членом семьи собственника жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> А, <адрес>, общей площадью 44.2 кв.м., которое принадлежит теще истца и с учетом зарегистрированного по указанному адресу ФИО41 начальник отделения управления жилищного обеспечения уменьшил общую площадь предоставляемого жилого помещения на 29,47 кв.м. (44.2 кв.м./6x4).

В судебном заседании ФИО3 ФИО42 подтвердил, что он и все его члены семьи в период с 2013 г. по декабрь 2018 г. проживали в квартире принадлежащей его теще, расположенной по адресу: <адрес><адрес><адрес>. При этом в указанное жилое помещение они вселились с согласия его собственника - ФИО43

Согласно абз. 13 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие и члены их семей признаются федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным ст. 51 ЖК РФ.

Исходя из содержания ч. 1 ст. 51 ЖК РФ одним из условий признания гражданина нуждающимся в жилом помещении является обеспечение его общей площадью жилого помещения для постоянного проживания на одного члена семьи менее учетной нормы либо отсутствие такого жилого помещения вовсе.

В соответствии с ч. 1 ст. 31 и ч. 1 ст. 69 ЖК РФ к членам семьи собственника (нанимателя) жилого помещения относятся проживающие совместно с ним (в принадлежащем ему жилом помещении) его супруг, а также дети и родители данного собственника (нанимателя).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. № 8 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении ЖК РФ» членами семьи собственника жилого помещения являются проживающие совместно с ним в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Для признания названных лиц, вселенных собственником в жилое помещение, членами его семьи достаточно установления только факта их совместного проживания с собственником в этом жилом помещении и не требуется установления фактов ведения ими общего хозяйства с собственником жилого помещения, оказания взаимной материальной и иной поддержки.

Исходя из анализа вышеприведенных положений действующего законодательства, суд приходит к выводу, что при определении круга лиц, относящихся к членам семьи военнослужащего, имеющим право на обеспечение жилым помещением, следует руководствоваться Жилищным кодексом РФ.

Таким образом, судом установлено, что ФИО3 и члены его семьи проживали в квартире, принадлежащей на праве собственности его теще ФИО44 расположенной по адресу: <адрес> А, <адрес>, общей площадью 44.2 кв.м. Однако, после обращения в жилищный орган о постановке на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, административный истец и члены его семьи выехали из занимаемой ими квартиры в распределенное им служебное жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, <адрес><адрес>. При этом, согласно исследованных в судебном заседании сообщений о предоставлении служебных квартир от 13 августа 2015 г., от 24 мая и 2 июня 2017 г. следует, что выезд ФИО3 ФИО45 и членов его семьи из квартиры матери супруги истца не носил вынужденный характер.

Согласно Закону Санкт-Петербурга от 19 июля 2005 г. № 407-65 «О порядке ведения учёта граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях и предоставлении жилых помещений по договорам социального найма в Санкт-Петербурге» учетная норма площади жилого помещения в данном городе установлена в размере 9 кв.м. Таки образом, обеспеченный менее установленной учетной нормы площади жилого помещения (с учетом собственника жилого помещения ФИО2, зарегистрированного по указанному адресу ФИО46 а также самого ФИО3 его супруги и двух дочерей), а именно 7,37 кв.м. (44.2 кв.м./6), то административный истец обоснованно признан нуждающимся в жилом помещении, с составом семьи четыре человека, по избранному месту жительства в г. Санкт-Петербург, даже с учетом выезда последнего из квартиры принадлежащей ФИО47 Между тем, признавая ФИО3 ФИО48 членом семьи собственника жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> А, <адрес>, и уменьшая общую площадь предоставляемого жилого помещения на 29,47 кв.м., жилищный орган правомерно исходил из положений ст. 31 и ч. 7 ст. 57 Жилищного кодекса РФ.

Каких-либо препятствий для пользования административным истцом и членам его семьи жилым помещением по адресу: <адрес> А, <адрес>, в судебном заседании не установлено, поскольку заключенное соглашение с собственником жилого помещения не основано на вышеприведенных нормах Закона и не может служить основанием для утраты права пользования ФИО3 и членами его семьи указанным жилым помещением.

Кроме того, проживание административного истца и его членов семьи в жилом помещении по адресу: <адрес><адрес><адрес>, по договору найма жилого помещения не ограничивает права члена семьи собственника жилого помещения в пользовании и проживании в жилом помещении, которое принадлежит матери супруги истца – ФИО50. Факт заключения договора найма жилого помещения указывает только лишь на реализацию административным истцом своих гражданских прав, в том числе на право заключения такого вида гражданско-правового договора, но не свидетельствует о необеспеченности ФИО3 ФИО49 и членов его семьи жилым помещением в <адрес>.

Что же касается доводов ФИО3 ФИО51 и его представителя о том, что его теща не проживала совместно с административным истцом, а также то, что ФИО3 ФИО52. и ФИО53 с августа 2007 г. зарегистрированы при воинской части, а не в квартире ФИО54 то приведенные обстоятельства не являются юридически значимым для настоящего дела, поскольку согласно п. 2 ст. 288 ГК РФ собственник вправе использовать принадлежащее ему жилое помещение как для собственного проживания, так и для проживания членов своей семьи, в то время как по смыслу ст. 3 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» институт регистрационного учета по месту жительства и по месту пребывания носит уведомительный характер.

Рассматривая требования административного истца в части оспаривания решения начальника отделения управления жилищного обеспечения от 29 января 2019 г. № 15/7 о внесении изменений в единый реестр военнослужащих, нуждающихся в получении жилых помещений, предоставляемых по договору социального найма, в части формы обеспечения административного истца жильем, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Согласно ст.15.1 названного Федерального закона норма предоставления площади жилого помещения, предоставляемого в соответствии с настоящим Федеральным законом в собственность бесплатно или по договору социального найма, составляет 18 кв. м. общей площади жилого помещения на одного человека.

Как установлено в судебном заседании ФИО3 ФИО55 и члены его семьи обоснованно приняты на учет нуждающихся в жилых помещениях (избранное место жительства ФИО56), с учетом ограничений по определению общей площади жилого помещения, предоставляемого по договору социального найма, в размере 29,47 кв.м.

Таким образом, ФИО3 ФИО57 на состав семьи в количестве 4 человека вправе претендовать на жилое помещение общей площадью не менее 42,53 кв.м. (18x4 =72кв.м., при этом 72 кв.м. – 29,47 кв.м = 42,53 кв.м.).

Извещением от 10 января 2019 г. № 364792 ФИО3 ФИО58 на состав семьи 4 человек распределено жилое помещение в виде отдельной двухкомнатной квартиры общей площадью 50,40 кв.м по адресу: Россия, <адрес>, <адрес><адрес>, на которую оформлено право собственности Российской Федерации.

Как видно из корешка № 2 к извещению № 364792, ФИО3 14 января 2019 г. указал, что отказывается от распределенного жилого помещения по причине ее не соответствия нормы предоставления общей площади жилого помещения на состав его семьи, при этом из пояснений административного истца следует, что данное основание является единственной причиной отказа от распределенного жилого помещения по избранному месту жительства.

Согласно п. 19 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, признанным нуждающимися в жилых помещениях, отказавшимся от предложенного жилого помещения, расположенного по месту военной службы или по избранному месту жительства, которое соответствует требованиям, установленным законодательством Российской Федерации, предоставляется жилищная субсидия.

Из п. 12 и 13 Инструкции о предоставлении военнослужащим-гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, жилых помещений по договору социального найма, утвержденной приказом Минобороны РФ от 30 сентября 2010 г. № 1280, следует, что не позднее чем через десять рабочих дней с даты поступления в уполномоченный орган сведений о жилых помещениях, которые могут быть распределены, уполномоченный орган вручает под расписку или иным способом, свидетельствующим о факте и дате его получения, военнослужащим, принятым на учет нуждающихся в жилых помещениях, извещения о распределении жилых помещений по рекомендуемому образцу. При несогласии военнослужащих с предоставлением распределенных жилых помещений они в пятидневный срок с даты получения извещения направляют в уполномоченный орган отказ от предоставления распределенных жилых помещений, оформленный в корешке № 2 к извещению о распределении жилого помещения.

Поскольку судом установлено, что административному истцу в установленном вышеприведённой Инструкцией порядке распределено жилое помещение в избранном им месте жительства, которое соответствовало требованиям, установленным законодательством Российской Федерации, о чем ФИО3 ФИО59 было вручено соответствующее извещение от 10 января 2019 г. № 364792, после чего последний от этого жилья отказался, то начальник отделения управления жилищного обеспечения пришел к обоснованному выводу о необходимости изменения истцу формы обеспечения жильем на жилищную субсидию.

Руководствуясь статьями 175 - 180 и 227 КАС РФ, военный суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления военнослужащего войсковой части № <данные изъяты> ФИО3 ФИО20 об оспаривании решений начальника отделения (территориальное, г. Волгоград) федерального государственного казенного учреждения «Южное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны Российской Федерации, связанных с порядком принятия на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договору социального найма, а также о внесении изменений в единый реестр военнослужащих, нуждающихся в получении жилых помещений, в части формы обеспечения административного истца жильем, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Северо-Кавказского окружного военного суда, через Волгоградский гарнизонный военный суд, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий И.Н. Безгуб