Апелляционное определение № 33-148/2026 33-3380/2025 от 19 января 2026 г.

Дело № 2-1019/2025 Председательствующий – судья Рубцова С.И.

УИД 32RS0004-01-2025-001021-48


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ № 33-148/2026 (33-3380/2025)

г. Брянск 20 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Брянского областного суда в составе:

председательствующего Петраковой Н.П.,

судей областного суда Фроловой И.М., Ильюхиной О.Г.,

при секретаре С.А.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ОСФР по Брянской области ФИО1 на решение Володарского районного суда г. Брянска от 30 сентября 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Брянской области к ФИО2 о взыскании незаконно полученной пенсии.

Заслушав доклад судьи Фроловой И.М., объяснения представителя ответчика ОСФР по Брянской области ФИО3, истца ФИО2, представителя истца ФИО4, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Брянской области обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании незаконно полученной пенсии, указывая, что 10 декабря 2012 года ответчик является получателем страховой пенсии по старости.

Вместе с тем, в связи с поступлением информации о регистрации ФИО2 в качестве арбитражного управляющего 17 января 2006 года, за период с 1 февраля 2016 года по 30 ноября 2024 года образовалась переплата в размере 390 115,11 руб., что является неосновательным обогащением с его стороны.

При этом, при подписании заявления о назначении страховой пенсии, ФИО2 был уведомлен о необходимости извещать территориальный орган СФР о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменения размера пенсии или прекращение, приостановление, продление их выплаты, в том числе, об изменении места жительства. Однако сведения об изменении обстоятельств, послуживших основанием для назначении пенсии, ФИО2 предоставлены не были. В связи с чем просило взыскать с ФИО2 сумму причиненных убытков в размере 390 115,11 руб.

Решением Володарского районного суда г. Брянска от 30 сентября 2025 года исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе представитель ОСФР по Брянской области ФИО1 просит решение суда отменить, как незаконное, вынесенное при неправильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела. Указывает, что ФИО2 не была исполнена обязанность по регистрации в органах СФР в качестве арбитражного управляющего, что свидетельствует о недобросовестности действий ответчика.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы в порядке ст.327.1 ГПК РФ, заслушав объяснения представителя ответчика ОСФР по Брянской области ФИО3, поддержавшей доводы жалобы, истца ФИО2, представителя истца ФИО4, возражавших против удовлетворения жалобы, судебная коллегия полагает, что решение суда является законным и не подлежит отмене.

Судом установлено, 3 декабря 2012 года ФИО2 обратился в УПФР в Володарском районе городского округа города Брянска с заявлением о назначении пенсии по старости в соответствии со ст. 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

При этом, при подаче настоящего заявления ФИО2 обязался безотлагательно извещать территориальный орган ПФР об обстоятельствах, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение ее выплаты, и об ответственности за достоверность сведений, содержащихся в представленных (предоставляемых) документах, в соответствии с. 4 ст. 23 и ст. 25 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», а также о необходимости безотлагательно извещать территориальный орган ПФР о поступлении на работу и (или) выполнении иной деятельности, в период осуществления которой он подлежит обязательному пенсионному страхованию, о наступлении других обстоятельств, влекущих изменение размера федеральной социальной доплаты к пенсии или прекращение ее выплаты.

В ходе проведенной проверки сотрудниками ОСФР по Брянской области была установлена излишне выплаченная ФИО2 сумма пенсии за период с 1 февраля 2016 года по 30 ноября 2024 года в размере 390 115,11 руб., в связи с регистрацией в качестве арбитражного управляющего с 17 января 2006 года.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что выплата пенсии не обусловлена недобросовестностью ответчика, что исключает возврат данных сумм.

В заявлении о назначении пенсии по старости от 3 декабря 2012 года ФИО2 указал об осуществлении трудовой деятельности. При этом, статус арбитражного управляющего был присвоен ФИО2 17 января 2006 года, то есть задолго до принятия органом решения о назначения пенсии по старости.

Таким образом, истец, как уполномоченный орган не проявил должной степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него в сложившейся ситуации, полагая, что на него не возложена обязанность контролировать наступление обстоятельств, влекущих прекращение ежемесячной денежной выплаты.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на правильном применении норм материального права и надлежащей оценке представленных доказательств с соблюдением требований статьи 67 ГПК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (подпункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя денежных средств) презюмируется.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности статьи 7 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", пунктов 1 и 2 статьи 25 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", статей 1102 и 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки Г.", содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям (абзац седьмой пункта 3 постановления).

Таким образом, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться, в частности, в рамках правоотношений, связанных с реализацией прав граждан на пенсионное и социальное обеспечение.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 26 февраля 2018 г. N 10-П, применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств бюджета, выплаченных на социальное обеспечение, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена соответствующая социальная выплата. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).

Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки в виде региональной социальной доплаты к пенсии как неработающему пенсионеру, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе социальной защиты населения, принявшем решение об их возврате (удержании).

Таких доказательств истец суду не представил. Судом таких доказательств в ходе рассмотрения дела также не добыто.

Положением о Пенсионном фонде Российской Федерации, утверждённым постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 2122-1, предусмотрено, что Пенсионный фонд Российской Федерации и его денежные средства находятся в государственной собственности Российской Федерации. Денежные средства Пенсионного фонда Российской Федерации не входят в состав бюджетов, других фондов и изъятию не подлежат. Средства Пенсионного фонда Российской Федерации формируются в том числе за счёт ассигнований из республиканского бюджета Российской Федерации на предоставление льгот в части пенсий, пособий и компенсаций гражданам, пострадавшим от чернобыльской катастрофы (пункты 2,4 Положения).

В силу п. 3 Положения Пенсионный фонд РФ обеспечивает, в том числе, контроль за правильным и рациональным расходованием его средств.

Положение о Пенсионном фонде Российской Федерации, утверждённым постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 2122-1 утратило силу в связи с принятием Федерального закона от 14 июля 2022 года N 236-ФЗ «О Фонде пенсионного и социального страхования Российской Федерации».

В соответствии с Федеральным законом от 14 июля 2022 года N 236-ФЗ «О Фонде пенсионного и социального страхования Российской Федерации» создан Фонд Российской Федерацией в целях осуществления государством пенсионного обеспечения, обязательного пенсионного страхования, обязательного социального страхования на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством, обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, социального обеспечения, предоставления мер социальной защиты (поддержки) отдельным категориям граждан, а также в целях осуществления иных государственных функций и полномочий, возложенных на Фонд в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Исходя из приведённых норм Положения на Пенсионный фонд РФ была возложена функция контроля за правильным и рациональным расходованием его средств, формируемых в том числе за счёт ассигнований из бюджета Российской Федерации, на предоставление льгот в части пенсий, пособий и компенсаций гражданам, пострадавшим от чернобыльской катастрофы, и указанные функции в соответствии с Федеральным законом от 14 июля 2022 года N 236-ФЗ «О Фонде пенсионного и социального страхования Российской Федерации» перешли Фонду пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

При этом возложенная на уполномоченный орган функция контроля предполагает, что он должен предпринять все возможные действия, направленные не только на выявление фактов нерационального использования средств, но и на предупреждение таких фактов.

То обстоятельство, что законодатель не установил исчерпывающий перечень конкретных действий, которые уполномоченный орган может совершать в рамках осуществления контроля за правильным и рациональным расходованием его средств, не означает, что органу запрещено их совершать.

Вместе с тем, в данном случае истец своевременно таких действий не совершил. Кроме того, в последующем на протяжении длительного периода времени не осуществлял контроль за тем, осуществляет ли ФИО2 трудовую деятельность или нет, в том числе, посредством направления запросов через систему межведомственного электронного взаимодействия.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, сводятся к иному толкованию норм материального права, в связи с чем не могут повлиять на содержание решения.

С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции дал правовую оценку установленным по делу обстоятельствам, в результате которых сформировал вывод об отсутствии оснований для применения к ответчику самой строгой меры родительской ответственности в виде лишения родительских прав.

Таким образом, судебная коллегия не усматривает в обжалуемом решении нарушения или неправильного применения норм как материального, так и процессуального права, выводы представляются верными и мотивированными, соответствующими установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, тогда как доводы апелляционного представления, проверенные в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали доводы суда, поскольку по существу выражают лишь несогласие с принятым решением, направлены на переоценку исследованных судом доказательств и основаны на субъективном толковании заявителем норм материального права.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Володарского районного суда г. Брянска от 30 сентября 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу представителя ОСФР по Брянской области ФИО1 – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции через Володарский районный суд г. Брянска в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий

Н.П. Петракова

Судьи

И.М. Фролова

О.Г. Ильюхина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26.01.2026 г.