Апелляционное определение № 33-1925/2026 от 10 февраля 2026 г.

Судья Чичигина А.А. УИД 38RS0033-01-2024-004406-24

Судья-докладчик Егорова О.В. № 33-1925/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 февраля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Дмитриевой Е.М.,

судей Седых Д.А., Егоровой О.В.,

при секретаре Журавлевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-144/2025 по исковому заявлению ФИО2 ФИО18 к ФИО4 ФИО19 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов

по апелляционной жалобе представителя ФИО3 – ФИО20 О.Л.

на решение Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 18 июня 2025 года,

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 39 ГПК РФ, к ФИО4, указав в его обоснование, что Дата изъята в 22 час. 40 мин. в <адрес изъят>, в районе <адрес изъят>Б, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее по тексту - ДТП) с участием автомобиля Toyota Mark II, государственный регистрационный знак (далее – г/н) Номер изъят, под управлением собственника ФИО4, и автомобиля Subaru R-2, г/н Номер изъят, под управлением ФИО16, принадлежащего на праве собственности ФИО3

Данное ДТП произошло в результате нарушений пункта 8.1 ПДД РФ водителем ФИО4 В результате указанного ДТП автомобилю Subaru R-2, г/н Номер изъят, были причинены механические повреждения.

В соответствии с экспертным заключением ИП ФИО7 Номер изъятУ стоимость восстановительного ремонта автотранспортного средства Subaru R-2, г/н Номер изъят, составляет 467 600 руб., при этом рыночная стоимость ТС составляет 316 000 руб., стоимость годных остатков - 67 000 руб. Поскольку восстановление транспортного средства Subaru R-2, г/н Номер изъят, экономически нецелесообразно, стоимость ущерба составляет сумму: 316 000 руб. – 67 000 руб. = 249 000 руб.

С учетом уточнения исковых требований, истец просит суд взыскать с ответчика причиненный в результате ДТП ущерб в размере 136 400 руб., расходы на услуги эксперта в размере 10 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 31 500 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 5 790 руб., расходы на оплату услуг нотариуса в размере 2 250 руб.

Решением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 18 июня 2025 года исковые требования ФИО3 удовлетворены.

С ФИО4 в пользу ФИО3 взысканы возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 136 400 руб., расходы на проведение независимой оценки в размере 10 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 31 500 руб., расходы на оплату услуг нотариуса в размере 2 250 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 5 092 руб.

ФИО3 возвращена излишне уплаченная государственная пошлина в размере 698 руб.

В апелляционной жалобе представитель ФИО3 – ФИО21 О.Л. просит отменить решение суда, принять по делу новое решение либо направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов к отмене решения высказывает несогласие с заключением эксперта, указывая на несоответствие выводов эксперта фактическим обстоятельствам дела и нормативной базе. Экспертное заключение содержит внутренние противоречия и не учитывает обязательные методические рекомендации.

Указывает, что экспертом осмотр проведен не в полном объеме, не указаны заломы бампера по двум рёбрам жёсткости, повторяющим конфигурацию колёсной арки и боковины кузова; не учтены наличие нескольких стенок в месте повреждения, деформация внутренней колёсной арки заднего левого колеса, отраженная в заключении эксперта ФИО7, утрата фрагментов основного материала; не учтены стоимости комплектующих изделий, входящих в общую сборку стойки, либо предусмотрена сборка стойки с использованием деталей, нарушенных в результате ДТП.

Считает, что судом нарушены нормы процессуального права (ст. 82 ГПК РФ), так как суд положил в основу решения данные экспертизы, которая не дала ответа на поставленные вопросы. Решение о взыскании конкретной суммы основано на экспертном заключении, которое не может считаться достоверным и полным.

Также заявитель указывает на однотипность ответов эксперта при его допросе и его отказе в предоставлении расшифровки программного комплекса.

Считает, что экспертиза не может быть принята в качестве доказательства в расчетной части, то есть в ответе на 5-ый вопрос.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступало.

В заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО3, ответчик ФИО4, третьи лица ФИО16, ФИО17, заблаговременно извещённые о дате и времени рассмотрения дела, не явились. В соответствии с положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Егоровой О.В., объяснения представителя истца ФИО15, изучив материалы настоящего гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда по правилам ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не находит, по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом. В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

В силу статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

Согласно правилам статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

В силу статьи 935 ГК РФ и Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» на граждан возложена обязанность по осуществлению обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

В силу положений пункта 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

В соответствии с пунктом 13 того же Постановления Пленума при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 10.03.2017 № 6-П признаны взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации не противоречащими Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» они предполагают - исходя из принципа полного возмещения вреда - возможность возмещения потерпевшему лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, вреда, причиненного при эксплуатации транспортного средства, в размере, который превышает страховое возмещение, выплаченное потерпевшему в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности.

При этом в Постановлении указано, что лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера подлежащего выплате возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества. Кроме того, такое уменьшение допустимо, если в результате возмещения причиненного вреда с учетом стоимости новых деталей, узлов, агрегатов произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред (например, когда при восстановительном ремонте детали, узлы, механизмы, которые имеют постоянный нормальный износ и подлежат регулярной своевременной замене в соответствии с требованиями по эксплуатации транспортного средства, были заменены на новые).

Кроме того, статья 1082 ГК РФ предусматривает два способа возмещения вреда: в натуре (предоставление вещи того же рода и качества, исправление поврежденной вещи и т.п.); возмещение причиненных убытков (пункт 2 статьи 14 ГК РФ). Способ определения материального ущерба, причиненного имуществу истца, зависит от установленных судом фактических обстоятельств дела.

В отличие от порядка определения размера страховой выплаты, где при определении размера восстановительных расходов учитывается износ деталей, при взыскании ущерба с владельца источника повышенной опасности потерпевший имеет право на возмещение убытков без учета износа деталей. Такая позиция соответствует положениям статьям 15, 1064, 1079 ГК РФ и принципу полного возмещения ущерба. Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные расходы, но и затраты, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Учет амортизационного износа деталей и механизмов транспортного средства предполагает, что при исправлении повреждений автомобиля необходимо использовать детали аналогичного качества.

Иное означало бы, что потерпевший лишался бы возможности возмещения вреда в полном объеме с непосредственного причинителя в случае выплаты в пределах страховой суммы страхового возмещения, для целей которой размер стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определен на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов. Это приводило бы к несоразмерному ограничению права потерпевшего на возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности, к нарушению конституционных гарантий права собственности и права на судебную защиту. При этом потерпевшие, которым имущественный вред причинен лицом, чья ответственность застрахована в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, ставились бы в худшее положение не только по сравнению с теми потерпевшими, которым имущественный вред причинен лицом, не исполнившим обязанность по страхованию риска своей гражданской ответственности, но и вследствие самого введения в правовое регулирование института страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств - в отличие от периода, когда вред во всех случаях его причинения источником повышенной опасности подлежал возмещению по правилам главы 59 ГК РФ, т.е. в полном объеме.

Определенный экспертом как наиболее разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений автомобиля с использованием новых аналоговых запасных частей, таковым не является, поскольку не соответствует принципу полного возмещения причиненных убытков, закрепленному в ст. 15 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Как установлено судом и подтверждается материалами гражданского дела, Дата изъята в 22 час. 40 мин. по адресу: <адрес изъят>Б, произошло ДТП с участием автомобиля Subaru R-2, г/н Номер изъят, под управлением ФИО16, принадлежащего на праве собственности ФИО3, и автомобиля Toyota Mark II, г/н Номер изъят, под управлением собственника ФИО4

Из материалов административного дела Номер изъят, материалов дела видно, что собственником автомобиля Toyota Mark II, г/н Номер изъят, является ФИО4, автомобиля Subaru R-2, г/н Номер изъят, – ФИО3

Как следует из объяснений ФИО4 от 02.08.2024, последняя ехала по правой полосе в сторону Березовой рощи, справа ехал поезд, машины спереди стояли и ждали, когда поезд проедет, чтобы повернуть направо, ей надо было ехать прямо, поэтому, включив левый поворотник, она начала опережение, убедившись, что встречная полоса свободна. Когда опережала, увидела машину, поворачивающую налево, и начала торможение, но было поздно.

Согласно объяснениям ФИО5 от 02.08.2024, он ехал по правой полосе по <адрес изъят>, по переезду в сторону жиркомбината двигался ж/д состав. На переезде скопились несколько автомобилей, он заблаговременно включил левый указатель поворота с целью произвести разворот в территорию въезда к ТЦ «Мельниковский». Встречная полоса была пустой, в зоне прерывистой разметки совершил маневр, практически за полосой встречного движения ощутил сильный удар в заднее левое крыло и заднее колесо, по инерции автомобиль поехал несколько метров в направлении <адрес изъят> второго участника ДТП находился на встречной полосе в непосредственной близости к а/м Субару Р2, которым управлял ФИО16 Автомобиль располагался практически за пределами проезжей части дороги. В момент начала маневра ФИО8 со включенным левым указателем поворота, он убедился в отсутствии автомобилей во встречном направлении. Автомобиль второго участника в непосредственной близости к своему, не увидел, совершал маневр в соответствии с дорожной обстановкой.

Дата изъята по результатам рассмотрения материалов дела об административном правонарушении, старшим инспектором ДПС ОБДПС ГИБДД МУ МВД России «Иркутское» старшим лейтенантом полиции ФИО9 вынесено постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО4 за нарушение п. 8.1 ПДД РФ, а именно: при выполнении маневра не убедилась в безопасности, допустив столкновение с автомобилем Subaru R-2, г/н Номер изъят под управлением водителя ФИО22

Решением заместителя командира ОБДПС ГИБДД МУ МВД России «Иркутское» майора полиции ФИО10 от Дата изъята жалоба ФИО4 оставлена без удовлетворения, постановление Номер изъят от Дата изъята – без изменения.

Определением судьи Иркутского районного суда Иркутской области от 08.10.2024 жалоба ФИО4 на постановление Номер изъят от 05.08.2024 и решение заместителя командира ОБДПС ОБДПС ГИБДД МУ МВД России «Иркутское» майора полиции ФИО10 от Дата изъята по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.3 ст.12.14 КоАП РФ, в отношении ФИО4 возвращена заявителю, в связи с истечением срока подачи такой жалобы.

В результате указанного ДТП транспортное средство Subaru R-2, г/н Номер изъят, получило механические повреждения.

Гражданская ответственность собственника ТС Subaru R-2, г/н Номер изъят, на момент ДТП была застрахована в АО «Т-Страхование» по полису ХХХ Номер изъят, гражданская ответственность собственника ТС Toyota Mark II, г/н Номер изъят – не застрахована.

В целях определения реального размера причиненного ущерба, истец обратилась к ИП ФИО7

Согласно экспертному заключению Номер изъят от Дата изъята расчетная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Subaru R-2, г/н Номер изъят, составляет 467 600 руб. В связи с тем, что расчетная стоимость восстановительного ремонта превышает стоимость транспортного средства Subaru R-2, г/н Номер изъят, рыночная стоимость автомобиля составляет 316 000 руб., стоимость годных остатков – 67 000 руб.

В связи с оспариванием ответчиком вины и размера восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства Subaru R-2, г/н Номер изъят представителем ответчика ФИО11 было заявлено ходатайство о назначении по делу судебной автотехнической экспертизы.

Определением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 23.12.2024 по гражданскому делу №2-2848/2024 (2-144/2025) назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «РАО Прайс-Консалтинг» ФИО12

Из заключения эксперта Номер изъятАЭ от Дата изъята усматривается, что:

1) Механизм ДТП, имевшего место Дата изъята , в <адрес изъят> роща, 64Б, с участием ТС Subaru R-2, г/н Номер изъят, под управлением ФИО16, и ТС Toyota Mark II, г/н Номер изъят, под управлением ФИО4, может быть описан экспертом следующим образом.

ТС Subaru R-2, г/н Номер изъят, под управлением ФИО16, двигаясь по <адрес изъят> в направлении от <адрес изъят> в сторону <адрес изъят>. В районе железнодорожного переезда, расположенного справа по ходу своего движения, водитель начинает совершать маневр поворота налево.

ТС Toyota Mark II, г/н Номер изъят, под управлением ФИО4, двигалось по <адрес изъят> в направлении от <адрес изъят> в сторону <адрес изъят> роща. В районе железнодорожного переезда, расположенного справа по ходу своего движения, водитель начинает совершать маневр обгона нескольких ТС, остановившихся для поворота направо, и после выезда на полосу встречного движения допускает столкновение с ТС Subaru R-2, совершающим поворот налево.

Столкновение ТС Subaru R-2, г/н Номер изъят, и ТС Toyota Mark II, г/н Номер изъят, может быть описано следующим образом: по направлению движения – продольное, по характеру взаимного сближения – попутное, по относительному расположению продольных осей – косое (под острым углом), по характеру взаимодействия при ударе – блокирующее, по направлению удара относительно центра тяжести – эксцентричное, по месту нанесения удара: для ТС Subaru R-2 – левое (заднее угловое), для ТС Toyota Mark II – переднее (правая доля).

После прекращения контактно-следового взаимодействия ТС Subaru R-2, г/н Номер изъят, получило вращательный момент в направлении против хода часовой стрелки, и после разворота на угол около 90 градусов остановилось.

После прекращения контактно-следового взаимодействия ТС Toyota Mark II, г/н Номер изъят, остановилось практически на месте столкновения.

2) В данной дорожно-транспортной ситуации, а именно, при движении по дороге общего пользования в границах населенного пункта, совершая маневр поворота налево, водитель ТС Subaru R-2, г/н Номер изъят, с технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями п.п. 8.1, 8.2, 8.5, 8.8., 10.1 и 10.2 ПДД РФ.

В данной дорожно-транспортной ситуации, а именно, при движении по дороге общего пользования в границах населенного пункта, совершая маневр обгона, водитель ТС Toyota Mark II, г/н Номер изъят, с технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями п.9.1(1), 10.1, 10.2 и горизонтальной разметки 1.1. ПДД РФ.

3) В дорожно-транспортной ситуации 02.08.2024:

- в действиях водителя ТС Subaru R-2, г/н Номер изъят, с технической точки зрения, несоответствий требованиям ПДД РФ не имеется;

- в действиях водителя ТС Toyota Mark II, г/н Номер изъят, с технической точки зрения, имеются несоответствия требованиям п.9.1(1), 10.1 и горизонтальной разметки 1.1. ПДД РФ, а именно, водитель ТС двигался по полосе встречного движения отделенной горизонтальной разметкой 1.1, а также при возникновении опасности для движения, которую водитель был в состоянии обнаружить, не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

4) Между действиями водителя ТС Toyota Mark II, г/н Номер изъят, ФИО4, не соответствующими требованиям п.9.1(1), 10.1 и горизонтальной разметки 1.1. ПДД РФ, а именно, водитель ТС двигался по полосе встречного движения, отделенной разметкой 1.1., а также при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, и фактом столкновения ТС существует прямая причинно-следственная связь.

То есть, именно действия водителя Toyota Mark II, г/н Номер изъят, ФИО4, с технической точки зрения, явились причиной данного ДТП – 02.08.2024.

5) Стоимость восстановительного ремонта ТС Subaru R-2, г/н Номер изъят, на дату производства экспертизы, без учета износа составляет 136 400 руб. и с учетом износа – 75 500 руб.

Представитель истца ФИО15 не согласилась с выводами экспертного заключения, представила письменные пояснения, где указала на недостатки относительно расчетной части заключения, в частности в отношении запасных частей: бампер задний, боковина задняя левая, панель задка, диск колесный задний левый, стойка задняя левая. Кроме того, при расчете стоимости работ и материалов не учтены работы и материалы для защиты кузова от коррозии (п.7.23 МР «Стоимость материалов для защиты кузова от коррозии составляет 40-50% от стоимости работ по соответствующей обработке кузова», п.3.8 МР «Вероятность появления коррозии возрастает в местах, где в результате повреждений и ремонтных воздействий изменялась структура металла, происходил его нагрев, нарушалась технология антикариозной защиты»). На основании вышеизложенного, представитель истца просила суд о вызове в судебное заседание эксперта ФИО12 для его опроса и назначения повторной судебной оценочной экспертизы.

Из пояснений эксперта ФИО12 в суде первой инстанции следует, что он поддержал заключение, ответил на все поставленные сторонами вопросы, подтвердил, что именно действия водителя Toyota Mark II, г/н Номер изъят, ФИО4, с технической точки зрения, явились причиной ДТП – 02.08.2024, которая нарушила требования п.9.1(1), 10.1 и горизонтальной разметки 1.1. ПДД РФ. Относительно расчетной части заключения пояснил, что в настоящее время есть различные способы и технологии ремонта ТС в зависимости от срока эксплуатации ТС. Для автомобилей со сроком эксплуатации более 7 лет допускаются все существующие способы ремонта, более того, данная сфера очень быстро развивается, появляются новые материалы, новые инструменты и технологии ремонта. В данном случае, те повреждения, на которые ссылается сторона истца, не являются критичными, поскольку они быстро ремонтируются и работы по таким повреждениям он учел, однако не включил в стоимость, поскольку данные работы не имеют особой трудоемкости, главное, чтобы были инструменты для их устранения, которые имеются в каждом автосервисе. Также указал, что в данном случае замена кузовных элементов невозможна, так как сам кузов ТС ответчика имеет коррозии в тех местах, где нужна сварка для замены запасной части, есть вероятность не восстановить автомобиль.

Рассматривая настоящий спор и руководствуясь приведёнными нормами материального права и при этом, исходя из оценки заключения эксперта Номер изъятАЭ от Дата изъята в качестве относимого и допустимого доказательства, подтверждённого пояснениями эксперта ФИО12, а также учитывая, что в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела нашли своё объективное подтверждение факт причинения ущерба имуществу истца в виде механических повреждений принадлежащего ей на праве собственности автомобиля, а также наличие вины ФИО4, причинно-следственной связи между её действиями и наступившими последствиями, суд первой инстанции на основе оценки представленных в дело доказательств и анализа приведенных норм права пришёл к выводу, что истец имеет право на возмещение ущерба ответчиком ФИО4 в размере 136 400 руб., в связи с чем, оспариваемым решением взыскал с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО3 возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 136 400 руб. При этом, доказательств того, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления повреждений автомобиля, и в результате взыскания стоимости ремонта без учета износа произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред, ответчиком суду не представлено.

Также на основании правил ст. 98, ст. 100 ГПК РФ решением суда с ответчика в пользу истца взысканы подтверждённые материалами дела расходы на проведение независимой оценки в размере 10 000 руб., расходы на оплату юридических услуг в размере 31 500 руб., расходы на оплату услуг нотариуса в размере 2 250 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 5 092 руб.

Проверив материалы дела в совокупности с доводами апелляционной жалобы заявителя и материалами гражданского дела, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку суд, руководствуясь нормами действующего гражданского законодательства, правильно определил юридически значимые обстоятельства; данные обстоятельства подтверждены материалами дела и исследованными доказательствами; выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права при разрешении данного спора судом применены верно.

Согласно части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из положений статей 15, 401, 1064, 1079 ГК РФ, следует учитывать, что при решении вопроса об ответственности за вред, причинённый в результате взаимодействия источников повышенной опасности в результате дорожно-транспортного происшествия, необходимо установить по чьей вине возникло дорожно-транспортное происшествие, действия кого из водителей состоят в прямой причинно-следственной связи с причинением вреда, вину причинителя вреда, размер ущерба.

При рассмотрении настоящего гражданского дела вышеуказанные составляющие, входящие в основу гражданско-правового деликта по обязательству из причинения вреда вследствие произошедшего дорожно-транспортного происшествия, а, именно, действия водителя ТС Toyota Mark II, г/н Номер изъят, ФИО4, не соответствующие требованиям п.9.1(1), 10.1 и горизонтальной разметки 1.1. ПДД РФ; наступившие для истца последствия в результате ДТП в виде механических повреждений принадлежащего ей автомобиля по вине ФИО4, с причинением материального ущерба, а также причинно-следственная связь между действиями ФИО4 и наступившими последствиями, были обоснованно установлены судом на основе оценки имеющихся в материалах дела доказательств.

Исходя из этого, суд пришёл к правильному выводу о том, что действия водителя Toyota Mark II, г/н Номер изъят, ФИО4 с технической точки зрения явились причиной ДТП 02.08.2024, т.к. в нарушение п.9.1(1), 10.1 и горизонтальной разметки 1.1. ПДД РФ водитель ТС двигалась по полосе встречного движения, отделенной разметкой 1.1., при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, не приняла возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, допустив столкновение с ТС истца.

Доводы апелляционной жалобы представителя истца ФИО1 – ФИО15 о наличии оснований к отмене решения суда, принятия по делу нового решения либо направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции со ссылкой на несогласие с заключением эксперта, несоответствие выводов эксперта фактическим обстоятельствам дела и нормативной базе, учитывая то, что экспертное заключение содержит внутренние противоречия и не учитывает обязательные методические рекомендации, экспертом осмотр проведён не в полном объеме, не указаны заломы бампера по двум рёбрам жёсткости, повторяющим конфигурацию колёсной арки и боковины кузова; не учтены наличие нескольких стенок в месте повреждения, деформация внутренней колёсной арки заднего левого колеса, отражённая в заключении эксперта ФИО7, утрата фрагментов основного материала; не учтены стоимости комплектующих изделий, входящих в общую сборку стойки, либо предусмотрена сборка стойки с использованием деталей, нарушенных в результате ДТП; о нарушении судом правил ст. 82 ГПК РФ, так как в основу решения положены данные экспертизы, не давшей ответа на поставленные вопросы, решение о взыскании конкретной суммы основано на экспертном заключении, которое не может считаться достоверным и полным; о критической оценке пояснений эксперта ФИО12, давшего однотипные ответы при его допросе и его отказе в предоставлении расшифровки программного комплекса; что экспертиза не может быть принята в качестве доказательства в расчетной части, то есть в ответе на пятый вопрос, - по мнению судебной коллегии, на правильность выводов суда не влияют, как направленные на иную оценку доказательств по делу в целях извлечения иного правового результата по делу.

Каких-либо оснований не доверять выводам заключения эксперта Номер изъятАЭ от Дата изъята судебная коллегия не находит, так как относя данное заключение к числу относимых и допустимых доказательств по делу, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что оно отвечает требованиям статьи 86 ГПК РФ, содержит описание проведённого исследования, сделанные по нему выводы и ответы на поставленные судом вопросы; в заключении отражена оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам, материалы, иллюстрирующие заключение эксперта, приложены к заключению и служат его составной частью; использованные экспертом нормативные документы, справочная и методическая литература приведены в заключении, выводы, сделанные экспертом, являются однозначными. Таким образом, из совокупности указанных признаков можно однозначно полагать, что настоящее заключение экспертизы является научно-обоснованным, выполнено экспертом на основании имеющихся в распоряжении экспертов документов, исходных объективных данных, с учётом использованной при проведении исследования научной и методической литературы.

Квалификационный уровень эксперта ФИО12 подтверждён соответствующим дипломом о получении технического образования, профессиональной переподготовке и сертификатами системы добровольной сертификации негосударственных судебных экспертов; признаков заинтересованности эксперта в рассмотрении настоящего гражданского дела судом не установлено; экспертиза проведена на основании определения суда о поручении производства экспертизы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, мотивированного отвода эксперту заявлено не было.

При этом, оснований для назначения по делу повторной судебной экспертизы судом первой инстанции обоснованно не установлено, так как по результатам допроса эксперта ФИО12 и оценки пояснений представителя истца о неполноте проведённого исследования, суд верно отметил, что мнение участника процесса о работе эксперта, проводившего судебную экспертизу, носит субъективный характер и не является допустимым доказательством порочности судебной экспертизы.

Ссылки представителя истца ФИО15 на то, что заключение эксперта ФИО12 является неверным и неполным, так как эксперт не учёл характер и сложность конкретных повреждений, таких как заломы бампера, коррозия и сложные деформации боковины и задней панели, скрытые повреждения подвески и диска, необходимость замены стойки в сборе, антикоррозионную обработку, расцениваются судебной коллегией с критической стороны, учитывая то, что, как следует из пояснений эксперта ФИО12 в ходе его опроса в суде первой инстанции, он детально разъяснил, что для автомобиля 2004 года выпуска (старше 7 лет) методология оценки ущерба и выбор технологий ремонта принципиально отличаются от новых машин. Нормы, требующие замены деталей для новых автомобилей, для старых не применяются из-за нескольких факторов, а, именно: из-за физической и экономической нецелесообразности, так как замена крупных кузовных панелей на проржавевшем кузове технически сложна или невозможна, а стоимость новых оригинальных деталей несоразмерна стоимости автомобиля; из-за превосходства качественного ремонта над "новой" деталью, учитывая то, что качественный ремонт с использованием ремонтных вставок с разборки (с сохранением заводского антикора) зачастую даёт лучший и более долговечный результат, чем установка новой "железяки", требующей ручной антикоррозионной обработки; а также из-за применения современных технологий, исходя из того, что существуют доступные и отработанные технологии ремонта пластика и кузова, которые позволяют качественно восстановить детали без замены.

Доводы жалобы о необоснованном расчёте размера ущерба, т.к. эксперт не расшифровал, какие конкретно ремонтные операции и технологии включены в расчёт, сославшись на закрытый алгоритм программного комплекса, и это не позволяет проверить обоснованность итоговой суммы ущерба и ее соответствие принципу полного возмещения ущерба (ст. 15, 1064 ГК РФ), по мнению суда апелляционной инстанции, несостоятельны, учитывая то, что по результатам использования интегрального (комплексного) подхода к расчёту эксперт пояснил, что в современной практике расчётов используется не пооперационная детализация, а комплексные нормы (нормо-часы), которые включают в себя все необходимые технологические этапы (подготовка, ремонт, защита, окраска) для устранения повреждения определённого типа и сложности, эти нормы основаны на анализе рынка ремонтных услуг и отдельное выделение и оценка каждой царапины или залома не практикуется.

Каких-либо оснований не доверять расчётам эксперта ФИО12 не имеется, поскольку расчёт произведён с помощью профессионального сертифицированного программного комплекса, алгоритмы которого разработаны с учётом оптимизации и исключения дублирования операций, и требовать от эксперта ручной расшифровки всех алгоритмов программы нецелесообразно.

Таким образом, по результатам оценки выводов в заключении эксперта Номер изъятАЭ от Дата изъята , судебная коллегия находит, что в ходе допроса эксперт представил последовательные, профессиональные и логичные разъяснения, которые обосновали методологию расчёта для автомобиля с большим сроком эксплуатации, показали, что выбранные технологии ремонта адекватны состоянию и стоимости автомобиля и направлены на качественное восстановление, а также продемонстрировали, что расчёт основан на устоявшейся практике с использованием профессиональных инструментов, а не на произвольных умозаключениях, из чего следует вывод, что заключение судебной автотехнической экспертизы является законным, обоснованным и соответствующим действующим методикам оценки ущерба для транспортных средств данного возраста.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается полностью, так как они сделаны в соответствии с применёнными нормами материального и процессуального права, регулирующими спорное правоотношение между сторонами, в связи с чем, исходя из установленных по делу обстоятельств, судом принято верное правовое решение.

Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о наличии правовых оснований для отмены обжалуемого решения суда, по существу сводятся к несогласию с постановленным решением, не опровергают правильности выводов суда первой инстанции, с которыми согласилась судебная коллегия, а лишь выражают несогласие с оценкой судом исследованных по делу доказательств, которым судом дан надлежащий анализ и правильная оценка по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, а потому не могут быть приняты во внимание судебной коллегией.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, которые, по смыслу ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, могли бы служить основанием для отмены обжалуемого решения, не установлено.

Таким образом, апелляционная жалоба не содержат доводов, влекущих отмену судебного постановления, в связи с чем, решение суда, проверенное в силу ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 18 июня 2025 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий Е.М. Дмитриева

Судьи Д.А. Седых

О.В. Егорова

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18.02.2026 года.