Апелляционное определение № 22-341/2026 от 9 апреля 2026 г.

Судья Юрьев А.К. Дело № 22-341/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 10 апреля 2026 года

Ленинградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Городничевой Т.В.,

судей Евстратьевой О.В. и Поповой М.Ю.,

при секретаре Бочкаревой А.Ю.,

с участием:

прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Ермиловой К.А.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Шуянова Д.А., представившего удостоверение №11138 и ордер №3674 от 01.03.2024,

защитника – адвоката Бреславской В.И., представившей удостоверение №3360 и ордер № 124466 от 17 февраля 2026 года,

представителя потерпевшего ФИО2 – адвоката Орлова П.Е., представившего удостоверение № 10354 и ордер А 1807843 №452 от 01 сентября 2024 года,

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании с использованием системы видео-конференц-связи уголовное дело по апелляционной жалобе и дополнениям к ней осужденного ФИО1 и апелляционной жалобе адвоката Каньшина С.П. действующего в защиту интересов осужденного ФИО6, на приговор Всеволожского городского суда Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <данные изъяты>, судимый:

- ДД.ММ.ГГГГ Приморским районным судом Санкт-Петербурга по п. «в» ч.3 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, освобожденного условно-досрочно по постановлению Смольнинского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ, с неотбытым сроком (с учетом изменений, внесенных постановлением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ) в 3 месяца 13 дней;

-ДД.ММ.ГГГГ Выборгским районным судом гор. Санкт-Петербурга по п. «а» ч.4 ст. 158, п. «а» ч.4 ст. 158, п. «а» ч.4 ст. 158, п. «а» ч.4 ст. 158, п.п. «а», «б» ч.4 ст. 158, ч.4 ст. 159, ч.4 ст. 159, ч.4 ст. 159 УК РФ к 4 годам 3 месяцам лишения свободы, освобожденного условно-досрочно 02.10.2020 на основании постановления Тосненского городского суда Ленинградской области с неотбытым сроком 1 год 4 месяца 4 дня,

осужден по ч. 1 ст. 111 УК РФ с назначением ему наказания в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года.

На основании п. «в» ч.7 ст. 79, ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к вышеуказанному наказанию частично постановлено присоединить неотбытое наказание по приговору Выборгского районного суда г. Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ в виде 1 (одного) года лишения свободы, окончательно назначив ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 4 (четыре) года с отбытием наказания в исправительной колонии особого режима.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с требованиями п. «а» ч. 3.1, ч. 3.2 ст. 72 УК РФ приговором зачтено ФИО1 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы период его нахождения под стражей с 15.12.2023 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбытия лишения свободы в исправительной колонии особого режима.

Приговором разрешены вопросы о мере пресечения, судьбе вещественных доказательств, исковых требованиях: с осужденного ФИО1 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда постановлено взыскать 300 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Городничевой Т.В., выслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитников - адвокатов Шуянова Д.А. и Бреславской В.И., просивших переквалифицировать действия осужденного с ч.1 ст.111 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ, освободив ФИО1 от наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, снизив сумму удовлетворенных исковых требований потерпевшего, выступление представителя потерпевшего ФИО2 – адвоката Орлова П.Е., не возражавшего против переквалификации действий осужденного, возражавшего против снижения суммы удовлетворенных исковых требований потерпевшего, мнение прокурора Ермиловой К.А., полагавшей, что приговор суда подлежит изменению, с переквалификацией действий осужденного с ч.1 ст.111 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ, с освобождением ФИО1 от наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, в остальной части просила приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы- без удовлетворения, суд апелляционной инстанции,

установил:

ФИО1 признан виновным за совершение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Преступление совершено в период времени с 01 часа 30 минут по 02 часов 01 минуты ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В судебном заседании ФИО1 вину признал частично, не оспаривал факт нанесения потерпевшему ударов, но заявил об отсутствии у него умысла на причинение тяжкого вреда его здоровью, выводы экспертов о причинении ФИО2 не среднего, а тяжкого вреда здоровья полагал ошибочными, сослался на то, что со стороны потерпевшего были совершены противоправные действия в отношении его знакомого, ставшие поводом к произошедшему.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, выражает несогласие с постановленным приговором, поскольку считает его незаконным, необоснованным и несправедливым, несоответствующим требованиям уголовного закона.

В обоснование своей позиции, цитирует положение норм уголовного законодательства, в частности ст. ст. 7, 297 УПК РФ, а также Постановление Пленума ВС РФ от 29.11.2016 года № 55 «О судебном приговоре» и ст.ст. 2, 45, 46 Конституции РФ.

Считает, что приговор постановлен по результатам несправедливого судебного разбирательства.

Указывает, что на всей стадии предварительного и судебного следствия им были даны признательные показания с описанием обстоятельств совершенного преступного деяния, ссылается на своё несогласие с квалификацией инкриминируемого ему преступного деяния.

Утверждает, что экспертиза, установившая причинение им потерпевшему тяжкого вреда здоровью, была проведена с нарушением порядка проведения экспертиз, так как в ней отсутствовали сведения о согласовании с органом дознания привлечения к ней рентгенолога.

Отмечает, что для получения объективного заключения им были направлены обращения в разные медицинские учреждения, из которых впоследствии получены заключения эксперта, установившие среднюю тяжесть причиненного им вреда здоровью потерпевшего.

Указывает, что судом была дана критическая оценка только представленному стороной защиты заключению специалистов СПб ГБУЗ БСМЭ от 15.09.2023 года №, а по остальным заключениям суд не обосновал свою критическую оценку, игнорируя выводы специалистов, пристрастно, несправедливо, необоснованно квалифицировав его действия как нанесение вреда здоровью потерпевшему тяжкой степени.

Считает, что был нарушен принцип равноправия сторон и право на их состязательность.

Ссылаясь на ст. 75 УПК РФ, заявляет о том, что судом первой инстанции экспертиза, проведенная с нарушением требований законодательства, была признана допустимым доказательством и положена в основу обвинительного приговора, в связи с чем, полагает вывод суда о её допустимости незаконным и необоснованным.

Полагает, что поскольку судом первой инстанции были критически оценены заключения экспертов, произведенные без нарушений и принята сторона обвинения, с незаконным принятием односторонних выводов, судебное разбирательство не может соответствовать справедливости и обоснованности.

Обращает внимание, что при данных обстоятельствах, судебное разбирательство не может соответствовать принципам справедливости и обоснованности, что по итогу, привело к нарушению права на защиту.

Указывает, что судом не были приняты во внимание его доводы, что фактически привело к ограничению его прав.

Утверждает, что выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела, так как причинение вреда здоровью было осуществлено спонтанно, без умысла причинения тяжкого вреда здоровью, в целях защиты его знакомого Свидетель №5 от удушения потерпевшим. Отмечает, что данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей Свидетель №6, Свидетель №5, Свидетель №4, Свидетель №3, предупрежденных об ответственности за дачу ложных показаний перед допросом.

Указывает, что судом первой инстанции, критически были оценены данные показания свидетелей в связи с усматриваемой заинтересованностью их в исходе дела. Полагает, что, неверно оценив факты и показания свидетелей, суд первой инстанции, ограничил его право на защиту.

Заявляет, что судом при рассмотрении уголовного дела было нарушено право на равенство и состязательность сторон путем непринятия во внимание заключений специалистов трех государственных учреждений, в том числе Военно-Медицинской Академии им ФИО14.

Сообщает о том, что судебное разбирательство имело обвинительный уклон, подчеркивает, что все доводы стороны защиты игнорировались и откланялись, а в приговоре суда были отражены лишь обстоятельства имеющие обвинительный уклон.

Ссылаясь на ст. 307 УПК РФ, утверждает, что судом в нарушение требований закона, в описательно-мотивировочной части приговора, не отражены показания свидетелей, в том числе и показания свидетеля Свидетель №5, данные ими в ходе судебного следствия, а указаны лишь показания, данные этими свидетелями в ходе предварительного следствия.

Выражая сомнение в том, что потерпевший не помнит ничего о произошедшем, полагает, что при таких обстоятельствах существенно значимыми для установления обстоятельств дела являются показания свидетелей и очевидцев.

Указывая на вывод экспертов, содержащийся в заключениях, предоставленных стороной защиты, о том, что не любой перелом решетчатой кости влечет тяжкий вред здоровью, а только перелом отделов, расположенных близко к головному мозгу, указывает на то, что судом первой инстанции, проигнорировавшему данные заключения, нарушено право на равенство и состязательность сторон, вынесен несправедливый и незаконный приговор.

Приводя в своей жалобе ссылки на ст. 74 УПК РФ и ч. ч. 1, 2 ст. 144 УПК РФ, п.п. 3,4 ч.1 ст. 305 УПК РФ, п.2 ст. 307 УПК РФ, отмечает, что суд первой инстанции описал преступное деяние, которое не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в суде.

Ссылаясь на нормы уголовно-процессуального закона обращает внимание на то, что в нарушение норм уголовного закона, в отношении него не была произведена психиатрическая экспертиза для установления его психического состояния в момент совершения преступления, что по мнению автора, является обязательным.

Опровергая выводы суда, не усмотревшего необходимую оборону, превышение ее пределов, а также состояние аффекта, что является основанием для отмены приговора, сообщает, что психологически не понимал и не осознавал возможность причинения тяжкого вреда здоровью.

Приводит довод о несоответствии выводов суда о квалификации действий осужденного и назначенного наказания требованиям ст.ст. 7, 297 УПК РФ, 307 УПК РФ.

Выражает несогласие с признанием в качестве смягчающего наказания обстоятельства частичное признание вины, обращая внимание на то, что он, на всей стадии предварительного следствия и на стадии судебного разбирательства, признавал вину полностью и неоднократно давал признательные показания в причинении среднего тяжести вреда здоровью, чем активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, что судом учтено не было.

Подвергает сомнению признание в качестве смягчающего наказания обстоятельства частичное возмещение в добровольном порядке причиненного вреда на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ, полагая, что данное обстоятельство должно устанавливаться в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Полагает необоснованным вывод суда о невозможности применения положений ст. 64, ч. 3 ст. 68, ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Заявляет о нарушении требований ст. 307 УПК РФ, при признании в качестве отягчающего наказание – обстоятельство, предусмотренное п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ, отмечая отсутствие указания о судимости.

Указывает, что судом не вынесено постановление об отмене условного осуждения по постановлению Тосненского городского суда Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ, полагая, что окончательное наказание назначено с нарушением уголовно-процессуального закона.

Считает, что резолютивная часть приговора вынесена с нарушением Уголовно-процессуального закона Российской Федерации, а также с нарушением принципа законности и справедливости.

Просит приговор отменить, направить уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе суда.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с заключением экспертизы ГКУЗ ЛО «БСМЭ» № от 07.02.2022 г., настаивая на причинении им потерпевшему вреда здоровью средней тяжести.

Ссылается на абз. 2 п. 1.1. указания Председателя СК РФ от 17.05.2019 г. №4/201 «О дополнительных мерах по усилению контроля за назначением судебных экспертиз по уголовным делам о преступлениях, связанных с ненадлежащим оказанием медицинской помощи», абз. 2 ч. 2 ст. 79 ГПК РФ, ч. 1 ст. 96 ГПК РФ, выражает несогласие с постановлением Всеволожского городского суда Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ, которым принято решение о проведении повторной экспертизы в ГКУЗ ЛО БСМЭ, в связи с чем, по его мнению, было нарушено его право на защиту и состязательность сторон.

Подвергает сомнению выводы суда о невозможности обращения в иное экспертное учреждение для проведения экспертизы.

Указывает, что непринятие судом экспертиз, которые были представлены стороной защиты, нарушает принцип справедливости, равенства и состязательности сторон.

Помимо этого, подвергает сомнению объективность выводов суда об установлении тяжести вреда здоровью потерпевшего, квалификации действий осужденного, законности вынесенного решения и размер назначенного наказания, ввиду чрезмерной суровости и несправедливости приговора.

Ссылаясь на вышеизложенное, просит обжалуемый приговор отменить.

В дополнении к апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с выводом суда о количестве нанесенных ударов потерпевшему, указывает, что данный вопрос требует специальной квалификации, перед специалистами и экспертами данный вопрос не ставился. Полагает, что объективно данный вывод о количестве нанесенных ударов не подтверждается собранными и исследованными по уголовному делу обстоятельствами.

Заявляя о том, что перед экспертами не ставился вопрос о возможности получения потерпевшим повреждений в результате падения с высоты собственного роста в состоянии алкогольного опьянения, подчёркивая доказанность нахождения потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения, полагает, что инкриминируемые ему телесные повреждения могли быть получены потерпевшим в результате такого падения.

Обращает внимание, что суд дал критическую оценку заключениям экспертов, представленным стороной защиты, и считает, что ссылка суда на п. 6.12 Приказа Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 N 194н (в ред. от 18.01.2012) «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» -неуместна и необоснована.

Отмечает, что судом и следствием не было установлено, что перелом решетчатой кости привел к перелому основания черепа у потерпевшего. В связи с чем полагает, что потерпевшему был причинен средний вред здоровью, а не тяжкий.

Ссылаясь на то, что до событий произошедшего он и потерпевший друг друга не знали, не имели между собой никаких отношений, утверждает, что это подтверждает факт отсутствия у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровья потерпевшему.

Выражая несогласие с показаниями свидетелей стороны обвинения и потерпевшего, указывает на то, что осмотренной в ходе судебного следствия видеозаписью данные показания опровергаются.

Описывая свою версию произошедших событий, ссылаясь на Постановление Пленума ВС РФ от 27.09.3012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», полагает, что его действия должны быть квалифицированы по ч.1 ст. 114 УК РФ.

Обращает внимание, что при составлении обвинительного заключения, привлечении его в качестве обвиняемого и предъявлении ему обвинения были нарушены требования уголовного законодательства, поскольку фабула предъявленного обвинения носила не конкретизированный характер.

Ссылаясь на нормы уголовно-процессуального законодательства, подробно приведенные в жалобе, приходит к выводу о том, что приговор подлежит отмене, уголовное дело возврату прокурору.

В связи с изложенным, просит постановленный приговор отменить.

В дополнениях к апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с выводами судебно-медицинской экспертизы № и выводами заключения повторной комиссионной судебной медицинской экспертизы №, считая, что они постановлены с нарушениями закона.

Сообщает о наличии противоречий в выводах данных экспертиз иным медицинским экспертизам, представленным стороной защиты в судебное следствие.

Обращает внимание, что в ходе судебного следствия стороной защиты заявлялись ходатайства о проведении повторной судебно-медицинской комплексной экспертизы, однако данные ходатайства были отклонены.

Ссылаясь на заключение специалиста ФИО15 № № от 22.04.2024 года о достоверности и объективности судебно-медицинской экспертизы № и повторной комиссионной судебной медицинской экспертизы №, указывает, что данные заключения проведены в нарушении требований ст. 25 Федерального закона от 18.06.2001 года № 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», не содержат всех обязательных сведений необходимых для составления заключения эксперта, не содержат сравнительно-аналитическое исследование и сопоставление с данными судебно-медицинской науки, а ограничены переписыванием представленных материалов без указаний ссылок на методические рекомендации и научные литературные источники.

Таким образом, полагает вышеуказанные заключения составленными с нарушением требований уголовно-процессуального закона и незаконными, ведущими к ошибочному заключению о нанесении тяжкого вреда здоровью потерпевшему.

Заявляет о том, что в связи с вышеизложенным, приговор суда основан на недопустимых доказательствах, а поэтому подлежит отмене.

В связи с чем, просит вынесенный приговор отменить.

В своих дополнениях, изложенных от 06 августа 2024 года, осужденный ФИО1, приводит аналогичные (вышеприведенным) доводы.

В апелляционной жалобе адвокат Каньшин С.П., действующий в защиту интересов осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором суда.

Указывает на неправильное применение уголовного закона, полагая, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, полагает, что приговор следует отменить.

Цитируя правовую позицию, содержащуюся в постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 г. №55 «О судебном приговоре», ст. 297 УПК РФ, ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 года, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 г., отмечает, что ФИО1 не оспаривал факт нанесения потерпевшему ФИО2 телесных повреждений, а лишь подвергал сомнению квалификацию его действий.

Ссылается на заключение специалиста №АА 546/09/2022 МИ, консультативное заключение специалистов № от 15.09.2023 г., заключение специалиста № от 15.11.2023 г., заявляя, что данные документы, представленные стороной защиты, судом проигнорированы, не учтено, что ими установлена другая степень тяжести телесных повреждений, причиненных потерпевшему ФИО2, обращая внимание, что стороне защиты отказано в допросе указанных экспертов для обоснования своей точки зрения, а также в проведении повторной судебно-медицинской экспертизы в ином экспертном учреждении.

Приходит к выводу, что суд, не устраняя имеющихся в уголовном деле противоречий по поводу степени тяжести телесных повреждений потерпевшего, основывался на своем субъективном решении, проигнорировав положения ч. 3 ст. 14 УПК РФ.

Обращает внимание, что судом при критической оценке заключений предоставленных стороной защиты, указано что в данных заключениях указано субъективное толкование отдельных положений Медицинских критериев и игнорируется тот факт, что консультативное заключение специалистов № от 15 сентября 2023 года дано судебно-медицинским экспертом государственного учреждения здравоохранения, который занимает равнозначную должность с врачом-экспертом, который дал заключение эксперта № от 30 октября 2023 года, на основании которого был постановлен приговор.

Ссылается на ч. 1 ст. 307 УПК РФ, указывая, что при описании способа совершения преступления, судом допущена неточность, не позволяющая установить количество ударов потерпевшему ФИО2 до его падения на землю.

Отмечает указание суда о том, что ФИО2 причинена «…эмфизема ретробульбарной клетки справа», обращая внимание, что данное телесное повреждение потерпевшему, согласно заключению эксперта № от 04.03.2022 г., № от 18.04.2022 г., № от 30.11.2023 г., не причинялось.

Выражает несогласие с критической оценкой суда показаний свидетелей со стороны защиты Свидетель №6, Свидетель №5, Свидетель №4, подвергая сомнению вывод суда о том, что суд полностью доверяет показаниям потерпевшего ФИО2, поскольку, по его мнению, показания потерпевшего противоречат видеозаписям, осмотренным в ходе судебного заседания.

Подвергает сомнению показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, отмечая, что потерпевший является непосредственным начальником Свидетель №1, указывая, что имеет место нарушение положений ч. 4 ст. 15 УК РФ.

Сообщает о предвзятости и неправильной оценке действий потерпевшего в начале конфликта, ввиду чего, по его мнению, судом неправомерно не учтено смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а именно: противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Указывает, как и осуждённый ФИО1 в своей жалобе, на наличие сомнений в выводах суда об отсутствии в действиях ФИО1 необходимой обороны, превышения ее пределов, состояния аффекта без проведения психолого-психиатрической экспертизы по уголовному делу.

Обращает внимание на указание в резолютивной части приговора о частичном присоединении неотбытого наказания по приговору Выборгского районного суда г. Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ, отмечая, что судом при этом не отменено постановление Тосненского городского суда Ленинградской области об условно-досрочном освобождении ФИО1

В связи с изложенным, просит приговор отменить, провести по делу повторную комплексную судебно-медицинскую экспертизу, поставив перед экспертами указанные им в жалобе вопросы, проведение экспертизы поручить Санкт-Петербургскому ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (СПб, Екатерининский пр., д. 10).

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и адвоката Каньшина С.П., судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, полно и правильно приведенных в приговоре, получивших надлежащую оценку суда, и они соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Как следует из показаний потерпевшего ФИО2, в 2021 году в Охта-парке в снятом коттедже они отмечали день рождения супруги. Около часа ночи он вышел с ФИО30 на улицу покурить, к ним подошли два молодых человека, с которыми они стали вместе выпивать и разговаривать, в какой-то момент он почувствовал удар, далее ничего не помнит, был увезен в больницу, обстоятельства нанесения ему ударов, вызова скорой помощи известны ему со слов друзей и из просмотренных видеозаписей.

Как следует из показаний свидетеля Свидетель №1, в ноябре во Всеволожском районе они компанией праздновали день рождения супруги ФИО2. Около часа-двух ночи он находился с ФИО3 на улице, когда к ним подошли двое мужчин из соседнего коттеджа, стали с ними выпивать алкоголь и разговаривать, никакого конфликта между ними не было. В какой-то момент к ним подбежал ФИО1 и нанес удары, в том числе в область головы, ФИО2, после чего тот упал.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №2, в ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ на базе отдыха во время празднования дня рождения супруги ФИО2, ФИО2 получил телесные повреждения. Сам момент их причинения она не видела, наблюдала лежащего на земле перед лестницей домика ФИО3, нависшего над ним и державшего его за грудки агрессивного ФИО1, находившегося в состоянии опьянения, которого оттаскивали товарищи, но тот все равно пытался махать руками.

Из показаний свидетеля ФИО17 следует, что в тот же день в «Охта-парке», она с компанией отмечала день рождения ФИО1. В какой-то момент они решили запустить салют, для чего вышли на улицу, прошли мимо соседнего коттеджа, у которого в это время муж сестры (Свидетель №5) и парень из их компании выпивали вместе с ФИО29 и его другом. Послышался шум, её сестра закричала, обернувшись, она увидела, как потерпевший захватил Свидетель №5, между ними происходила возня, ФИО1 подбежал к ним и руками нанес удары ФИО2, в том числе, когда тот уже лежал на земле и защищался.

Вышеприведенные показания свидетелей согласуются с показаниями свидетеля Свидетель №6, которая поясняла что ДД.ММ.ГГГГ, она вместе с мужем Свидетель №4 приехала на базу отдыха «Охта-парк» отмечать день рождения общего знакомого ФИО1. ДД.ММ.ГГГГ около 1 часа 30 минут все решили пойти запускать салют, Свидетель №4 с Свидетель №5 подошли на улице к двум мужчинам, стали совместно с ними употреблять алкоголь. Она, ФИО1 и две сестры Свидетель №3 прошли мимо них несколько метров, услышали крик, обернувшись, она увидела, как один из двух мужчин более полного телосложения толкает Свидетель №5 в грудь, хватает руками и пытается повались на землю, в этот момент к ним подбежал ФИО1 и нанес два удара руками по голове полного мужчины, от которых тот упал на землю, затем нанес удар ногой по голове, сел на грудь и нанес множественные удары руками по голове, при этом все окружающие пытались успокоить ФИО1 и оттащить его от данного мужчины.

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №5, ДД.ММ.ГГГГ он со своей девушкой ФИО31 ФИО5 приехал в «Охта-парк» отмечать день рождения знакомого ФИО1. Поскольку он распивал спиртные напитки, то события, которые происходили около 00 часов, в том числе обстоятельства получения ФИО2 телесных повреждений, он не помнит.

Из показаний свидетеля Свидетель №4 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в Охта-парке он был очевидцем нанесения ФИО1 ударов ФИО2. При этом, обстоятельства случившегося помнит плохо, из-за чего конкретно начался конфликт во время распития спиртных напитков на улице – пояснить не смог. Из того, что помнит, сообщил, что ФИО2 и ФИО4 толкнули друг друга, после чего подбежал ФИО1.

Совокупность приведенных выше показаний, как самого потерпевшего, так и свидетелей подтверждается письменными доказательствами.

Согласно извещению №, ДД.ММ.ГГГГ в 03 часа 11 минут в приемное отделение ГБУЗ ЛО «Токсовская МБ» доставлен ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., с диагнозом: <данные изъяты>

Как следует из протоколов осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, была осмотрена территория у коттеджа 69, расположенного на базе отдыха «Охта Парк» по адресу <адрес><адрес> и помещение службы безопасности «Охта Парк». В ходе проведенного осмотра был изъят диск с видеозаписью.

Из протоколов осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ следует, что был произведен осмотр видеозаписи, имеющейся на диске, в ходе которого ФИО1 на видеозаписи опознал себя в момент нанесения телесных повреждений ФИО2, потерпевший ФИО2 опознал себя на видеозаписи в момент нанесения ему телесных повреждений.

На оптических дисках, признанных вещественными доказательствами, зафиксированы обстоятельства нанесения ФИО1 ударов ФИО2.

Согласно выводам консультативного заключения № от 22.11.2022, у ФИО2 установлены телесные повреждения в виде кровоподтека лица, перелома нижней и медиальной стенок правой орбиты, гемосинуса, представленных медицинских документов недостаточно для оценки наличия или отсутствия опасности для жизни этих повреждений, но по признаку длительного расстройства здоровья в относится к средней тяжести вреда, причиненного здоровью.

Согласно заключению эксперта № от 07.02.2022, у ФИО2 установлены следующие телесные повреждения: кровоподтек правой глазничной область; оскольчатый перелом нижней и медиальной стенок правой орбиты со смещением отломков в правую верхнечелюстную пазуху; гемосинус (кровоизлияние в пазуху верхней челюсти) справа; эмфизема ретрорубарной клетчатки справка (наличие воздуха в клетчатке правой глазницы), которые образовались по механизму тупой травмы незадолго до обращения за медицинской помощью, определить тяжесть вреда здоровью не представляется возможным, так как в представленных медицинских документах отсутствуют сведения о том, какие именно кости, составляющие стенки глазницы, повреждены и не представлен на экспертизу диск с записью КТ-исследования головы.

Согласно выводам, содержащимся в заключении эксперта № от 18.04.2022, у ФИО2 установлены следующие телесные повреждения: кровоподтек и раны кожи правой глазничной области; кровоизлияния под конъюнктиву правого глаза (гипосфагма); перелом нижней стенки правой глазницы с переходом на медиальную стенку правой глазницы в нижней трети, т.е. переломы правой верхнечелюстной кости, правой слезной кости, решетчатой кости справка; гемосинус (кровоизлияние в пазуху верхней челюсти) справа; эмфизема ретробульбарной клетки справа (наличие воздуха в клетчатке правой глазницы) с контузией придаточного аппарата глаза тяжелой степени. Эти повреждения образовали по механизму тупой травмы, в срок незадолго до обращения за медицинской помощью (осмотр дежурным травматологом 20.11.2021 03:50), являются опасными для жизни и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека. Локализация и механизм образования повреждений не противоречит сведениям об их причинении, указанным в представленном постановлении, могли образоваться в результате не менее одного удара.

В судебном заседании суда первой инстанции, был допрошен эксперт ФИО18, который подтвердил и разъяснил выводы, сделанные им в вышеуказанных заключениях, пояснив, что при определении тяжести причиненного вреда здоровья ФИО2 он руководствовался действующими правилами, согласно которым перелом решетчатой кости, без всяких оговорок, вне зависимости от того, какая её часть была повреждена, расценивается как тяжкий вред здоровью.

Как следует из выводов повторной комиссионной судебной медицинской экспертизы № от 30.10.2023, на момент начала оказания медицинской помощи ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ у него имелись следующие повреждения: а) черепно-лицевая травма с контузией (ушибом) придатков правого глаза легкой степени в виде: кровоподтека правой глазничной области; «ран» кожи в проекции нижнего края глазницы; кровоизлияния под конъюнктиву правого глаза (гипосфагма); перелома нижней стенки правой глазницы с переходом на медиальную стенку правой глазницы в нижней трети с распространением линий переломов на правой верхнечелюстной кости с кровоизлиянием в ее пазуху (гемосинус), правой слезной кости, решетчатой кости; эмфиземы (скопление газа) в ретробульбарной клетчатки справа; б) контузии(ушиб) придаточного аппарата левого глаза легкой степени в виде: кровоподтека век с травматическим отеком; кровоизлияния под конъюнктиву левого глаза (гипосфагма). Черепно-лицевая травма у ФИО2 образовалась в результате, как минимум, однократного ударного воздействия тупого твердого предмета с ограниченной контактной поверхностью. Местом приложения травмирующего воздействия являлась область правого глаза в направлении спереди назад. Контузия придаточного аппарата левого глаза легкой степени также образовалась в результате, как минимум, однократного ударного воздействия тупого твердого предмета с ограниченной контактной поверхностью, местом приложения травмирующего воздействия являлась область левого глаза с направлением воздействия спереди назад. Указанная черепно-лицевая травма, в соответствии с п. 4 пп. «а» Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью, п.6.1.2. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, квалифицируется, как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни (создающего непосредственную угрозу для жизни). Контузия (ушиб) придаточного аппарата левого глаза легкой степени, в соответствии с и. 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не повлекла за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расценивается, как повреждение не причинившие вреда здоровью. Установленный ФИО2 диагноз: «Закрытая черепно-мозговая травма. Сотрясение головного мозга» не подтвержден совокупностью диагностических критериев достаточных для судебно-медицинской оценки, без которых невозможно судить о характере и степени тяжести, причиненного вреда. В соответствии с и. 27 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, вред здоровью, применительно к данному диагнозу, не определялся.

Как следует из заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от 28.02.2025 №, ФИО1 хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики не страдает. ФИО1 в настоящее время может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период инкриминируемого ему деяния ФИО1 каким-либо хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики не страдал, о чем свидетельствуют материалы уголовного дела в сопоставлении с данными настоящего исследования: поведение его было согласованным, носило целенаправленный и мотивированный характер, он не обнаруживал признаков нарушения сознания, бреда, галлюцинаций, следовательно мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а также по своему психическому состоянию был способен правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, впоследствии их воспроизводить и давать о них показания. На период рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции ФИО1 каким-либо хроническим, временным психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики не страдал, мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, а также по своему психическому состоянию мог правильно понимать характер и значение своего процессуального положения и самостоятельно осуществлять свои процессуальные права (своё право на защиту) и выполнять процессуальные обязанности, по своему психическому состоянию мог участвовать в судебно-следственных действиях.

Приговор суда соответствует требованиям ст. ст. 307 и 308 УПК РФ, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотива, цели и иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с требованиями ст.73 УПК РФ.

Суд проверил, сопоставив между собой в соответствии с требованиями ст. ст.87, 88 УПК РФ доказательства, дал им правильную юридическую оценку с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в своей совокупности - достаточности для правильного разрешения уголовного дела по существу, с указанием мотивов и оснований, по которым он принял одни из доказательств, как достоверные, и отверг другие, признав их недостоверными.

Не согласиться с приведенной и положенной в основу обвинительного приговора оценкой доказательств, к чему по существу сводятся доводы апелляционных жалоб адвоката ФИО16 и осужденного ФИО1, оснований не имеется, поскольку данная судом оценка доказательств соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, и требованиям уголовно-процессуального закона.

Каких-либо оснований не доверять в части установленных обстоятельств совершения преступления последовательным, согласующимся между собой и другими доказательствами по делу показаниям потерпевшего ФИО2 и свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, не противоречащим им и объективно подтверждающимся протоколами следственных действий, приведенными в качестве доказательств заключениями экспертов, вещественными доказательствами, у суда первой инстанции не имелось.

Существенных, неустранимых противоречий в показаниях потерпевшего ФИО2 с приведенными в приговоре показаниями свидетелей ФИО17, Свидетель №5, Свидетель №6, Свидетель №4, а также и показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, и оснований у них для оговора ФИО1 в ходе судебного разбирательства не было установлено.

Так, будучи неоднократно допрошенным, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, потерпевший ФИО2 давал последовательные показания о начале нанесения ему ударов ФИО1. Показания потерпевшего согласуются с другими исследованными судом доказательствами: показаниями свидетелей Свидетель №1, видеозаписью, заключениями судебных экспертиз и протоколами следственных действий.

При этом показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, ФИО17, Свидетель №6, Свидетель №4 в части нанесения ФИО1 ударов потерпевшему ФИО2, в том числе- в область головы, являются подробными, последовательными, согласуются, как между собой, так и с другими исследованными судом доказательствами, в том числе и с указанной видеозаписью, заключениями судебных экспертиз и протоколами следственных действий.

Вопреки доводам стороны защиты, имеющиеся противоречия в показаниях потерпевшего и свидетелей, устранены в ходе судебного следствия, не являются существенными, не влияют на правильный вывод суда о доказанности вины осужденного.

Доводы осужденного и его защитников о том, что поводом для совершения преступления явилось неправомерное поведение самого потерпевшего в отношении свидетеля Свидетель №5, были тщательно исследованы судом первой инстанции, и указанные доводы судом обоснованно не были приняты во внимание, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств.

Показания осужденного ФИО1, свидетелей ФИО17, Свидетель №6, Свидетель №5, Свидетель №4 в той части, что конфликт произошел из-за агрессивных действий потерпевшего, опровергаются исследованными судом видеозаписями с места происшествия, и последние в свою очередь не противоречат показаниям потерпевшего ФИО2 и свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2.

Суд первой инстанции в приговоре дал правильную оценку показаниям подсудимого ФИО1, который частично признал свою вину. Суд обоснованно подверг сомнению показания осужденного в той части, где он настаивал на противоправном поведении самого потерпевшего в отношении его знакомых.

Суд первой инстанции в судебном заседании установил, что мотивом совершения ФИО1 преступления в отношении ФИО2 явился внезапно возникший конфликт между ними на почве личных неприязненных отношений, в ходе которого ФИО1 нанес ФИО2 удары по голове руками, от которых последний упал на землю, после чего нанес не менее одного удара ногой по голове потерпевшего, сев сверху на потерпевшего, нанес не менее 12 ударов кулаками по голове ФИО2.

При этом, вопреки доводам осужденного и его защитников, в судебном заседании не было установлено каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что ФИО2 при указанных событиях совершал действия, которые бы носили характер общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни и здоровья как самого ФИО1, так и иных лиц, либо создавали непосредственную угрозу применения потерпевшим такого насилия.

Разрешая вопрос о наличии или отсутствии признаков превышения пределов необходимой обороны, суды должны учитывать: объект посягательства; избранный посягавшим лицом способ достижения результата, тяжесть последствий, которые могли наступить в случае доведения посягательства до конца, наличие необходимости причинения смерти посягавшему лицу или тяжкого вреда его здоровью для предотвращения или пресечения посягательства; место и время посягательства, предшествовавшие посягательству события, неожиданность посягательства, число лиц, посягавших и оборонявшихся, наличие оружия или иных предметов, использованных в качестве оружия; возможность оборонявшегося лица отразить посягательство (его возраст и пол, физическое и психическое состояние и т.п.); иные обстоятельства которые могли повлиять на реальное соотношение сил посягавшего и оборонявшегося лиц.

С учетом приведенных выше доказательств по делу, разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 сентября 2012 года №19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица совершившего преступление», суд обоснованно не усмотрел в действиях ФИО1 в момент причинения повреждений потерпевшему необходимой обороны, в том числе и превышения её пределов, поскольку со стороны ФИО2 по отношению к ФИО1 отсутствовало общественно опасное посягательство, которое бы, согласно ст.37 УК РФ, давало право ФИО1 на необходимую оборону либо на её превышение.

Как следует из протокола судебного заседания, сторона защиты смогла реализовать свое право лично допросить потерпевшего ФИО2 и свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 по обстоятельствам дела, которыми даны исчерпывающие ответы.

Доводы стороны защиты о недостоверности показаний потерпевшего ФИО2 и свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 являлись предметом проверки суда первой инстанции, своего подтверждения не нашли, поэтому обоснованно признаны судом несостоятельными.

Таким образом, судом обоснованно указано, что показания потерпевшего ФИО2 и указанных свидетелей подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, являются достоверными, наряду с иными приведенными в приговоре доказательствами.

В ходе предварительного расследования и судебного разбирательства было установлено на основании совокупности доказательств, что все выявленные у потерпевшего ФИО2 телесные повреждения причинены действиями осужденного ФИО1, в связи с чем не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору, не влияет на доказанность вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления, и не свидетельствует о нарушении права осужденного на защиту, то обстоятельство, что в обвинительном заключении, постановлении о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, в обжалуемом приговоре указано, что ФИО1 умышленно нанес «не двух» ударов кулаками по голове ФИО19.

Кроме того, судебная коллегия полагает, что указание в обвинительном заключении, постановлении о привлечении в качестве обвиняемого, в обжалуемом приговоре при описании преступного деяния повреждения как «эмфиземы (скопления газа)в ретробульбарной клетки справа» вместо «эмфиземы (скопления газа) в ретробульбарной клетчатки справа» -является технической ошибкой, которая не влияет на правильные выводы суда и не является основанием для отмены или изменения приговора.

Предварительное следствие, судебное разбирательство по настоящему уголовному делу проведены полно, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Нарушений принципа состязательности и равноправия сторон, процессуальных прав осужденного и потерпевшего не допущено. Доводы стороны защиты, стороны обвинения проверены, по заявленным ходатайствам приняты обоснованные и мотивированные решения.

Представленные стороной обвинения заключения экспертов суд обоснованно признал допустимыми и достоверными доказательствами, поскольку они выполнены в государственных учреждениях квалифицированными и компетентными лицами, выводы которых согласуются с показаниями допрошенного эксперта ФИО27, разъяснившего выводы, сделанные им в экспертных заключениях, иными доказательствами по делу, подробно приведенными в приговоре, в том числе и выводами экспертов по результатам повторной комиссионной судебной медицинской экспертизы №-к от ДД.ММ.ГГГГ, сделанными в соответствии в действовавшими в период причинения ФИО2 повреждений и производства данной комиссионной судебно-медицинской экспертизы медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека (п.4 п.п. «а» Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью, п.6.1.2. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденные Приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 №194н.)

Указанные заключения судебно-медицинских экспертов, показания эксперта ФИО27, вопреки доводам стороны защиты, не противоречат друг другу, дополняют, развивают и уточняют выводы о характере причиненных ФИО2 телесных повреждений, их локализации, механизме образования, степени тяжести вреда, причиненного здоровью потерпевшего ФИО2.

Экспертные заключения соответствуют требованиям уголовно-процессуального законодательства, а также Федеральному закону от 31 мая 2001 года №73 - ФЗ «О государственной судебно - экспертной деятельности в Российской Федерации», в них указаны содержание и результаты исследований, а также применённые методики. Экспертам были представлены достаточные материалы и надлежащие объекты исследования, полученные в соответствии с требованием закона. Нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства, как при назначении, так и производстве судебных экспертиз, которые могли бы повлиять на содержание выводов экспертов, судом установлено не было.

Таким образом, не доверять заключениям экспертов у суда оснований не имелось. Все экспертные заключения оценены судом в совокупности с другими доказательствами и обоснованно признаны допустимыми доказательствами.

Таким образом, каких-либо повреждений, образовавшихся в иной срок, экспертами не выявлено, также, как и не установлено, ни предварительным следствием, ни судом данных, неоспоримо свидетельствующих о получении ФИО2 телесных повреждений при других обстоятельствах.

Тщательный анализ и основанная на законе оценка исследованных доказательств позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного ФИО1 преступления и прийти к обоснованному выводу о его виновности.

Оценив совокупность исследованных по делу доказательств, суд правильно квалифицировал действия ФИО1 по ч. 1 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Трактовка события преступления в том виде, в каком она представлена в апелляционных жалобах осужденного и его защитника, не может быть признана обоснованной, поскольку противоречит исследованным в судебном заседании доказательствам, правильная оценка которым дана в приговоре.

Согласно протоколу судебного заседания судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ, всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, предвзятости либо заинтересованности по делу со стороны суда, не имеется. Все представленные сторонами доказательства судом были исследованы, в том числе представленные стороной защиты заключения специалистов, им дана надлежащая оценка в приговоре, при этом приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты судом. Все заявленные ходатайства, были рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке. Необоснованного отклонения ходатайств сторон, нарушений процедуры уголовного судопроизводства, прав его участников, которые повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судом при рассмотрении дела не допущено.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при производстве предварительного следствия и в судебном заседании, в том числе права на защиту ФИО1, влекущих за собой отмену приговора, судебная коллегия не усматривает.

Таким образом, апелляционные жалобы не содержат каких-либо доводов, которые не являлись бы предметом исследования суда первой инстанции или опровергали выводы суда, изложенные в приговоре, направлены на иную оценку обстоятельств, которые уже были надлежащим образом оценены судом первой инстанции в приговоре и не могут служить основанием к отмене судебного решения.

Вместе с тем, на момент совершения ФИО1 инкриминированного ему деяния, вынесения приговора, степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, определялась приказом Министерства здравоохранения и социального развития от 24 августа 2008 года №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», признанный утратившим силу с 1 сентября 2025 года в связи с изданием Приказа №172н.

Согласно приказа Министерства Здравоохранения РФ от 08 апреля 2025 года №172н «Об утверждении Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», критерии оценки степени тяжести вреда здоровью изменены.

В связи с вышеизложенным судебной коллегией было вынесено определение ДД.ММ.ГГГГ о назначении по данному уголовному делу дополнительной судебно-медицинской комиссионной экспертизы к повторной комиссионной судебной медицинской экспертизе №-к от 30.10.2023, производство которой было поручено экспертам отдела комплексных экспертиз Государственного казенного учреждения здравоохранения <адрес> Бюро судебно-медицинской экспертизы (ГКУЗ ЛО БСМЭ) (СПб, ул. Шкапина, 36-38-40), на разрешение экспертов был поставлен вопрос: Какова степень тяжести телесных повреждений, причиненных ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ при указанных в приговоре обстоятельствах.

Согласно выводам заключения экспертов № дополнительной судебной медицинской комиссионной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ ГКУЗ ЛО БСМЭ, согласно результатам ранее проведенной повторной комиссионной судебной медицинской экспертизы (Заключение эксперта №-к от ДД.ММ.ГГГГ), у ФИО2 были установлены следующие повреждения: а) черепно-лицевая травма с контузией (ушибом) придатков правого глаза легкой степени в виде: кровоподтека правой глазничной области; «ран» кожи в проекции нижнего края глазницы; кровоизлияния под конъюнктиву правого глаза (гипосфагма); переломав нижней стенки правой глазницы с переходом на медиальную стенку правой глазницы в нижней трети с распространением линий переломов на правой верхне-челюстной кости с кровоизлиянием в ее пазуху (гемосинус), правой слезной кости, решетчатой кости; эмфиземы (скопления газа) в ретробульбарной клетчатки справа; б) контузии (ушиб) придаточного аппарата левого глаза легкой степени в виде: кровоподтека век с травматическим отеком; кровоизлияния под конъюнктиву левого глаза (гипосфагма). Указанная черепно-лицевая травма, при наличии перелома решетчатой кости, в соответствии с п. 4 п.п. «а» Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью, п.6.1.2. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденные Приказом Минздравсоцразвития России от 24.04.2008 №194н и действовавшие в период причинения ФИО2 повреждений и производства комиссионной судебно-медицинской экспертизы квалифицировалась как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни (создающее непосредственную угрозу для жизни).

По результатам ранее проведенного повторного исследования мультиспиральной компьютерной томографии (МСКТ) головы ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ было установлено наличие оскольчатого перелома нижней стенки правой глазницы с переходом на медиальные отделы верхнечелюстной пазухи и прилежащие ячейки решетчатой кости, что, согласно Медицинским критериям, свидетельствовало о наличии квалифицирующего признака опасности для жизни- перелома решетчатой кости.

Решетчатая кость своими анатомическими частями участвует как в формировании лицевого скелета, так и внутреннего основания черепа, а именно- передней черепной ямки. Располагается передняя черепная ямка над глазницами и полостью носа и в отличие от остальных ямок не имеет непосредственных выходов на наружное основание черепа.

В состав передней черепной ямки входят образования решетчатой кости- решетчатая пластинка и петушиный гребень.

Установленные у ФИО2 переломы, в том числе перелом ячеек решетчатой кости, входящих в состав решетчатого лабиринта, который, в свою очередь, относится к придаточным пазухам носа, являются переломами только лицевого скелета.

В соответствии с Порядком определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом МЗ РФ от 08.04.2025 №172н и вступившим в силу 01.09.2025 (далее - Порядок). Квалифицирующими признаками тяжести вреда, причиненного здоровью человека, в отношении тяжкого вреда здоровью (п. 5.1.) являются: «5.1.2. Перелом костей свода или внутреннего основания черепа-черепной ямки (передняя, средняя, задняя) за исключением изолированной трещины наружной костной пластинки».

Таким образом, комплекс повреждений, формирующих черепно-лицевую травму у ФИО2, согласно действующему законодательству, не несет в себе квалифицирующих признаков тяжкого вреда здоровью, в том числе опасности для жизни, и может быть расценен по признаку длительности расстройства здоровья-временного расстройства здоровья продолжительностью свыше трех недель от момента причинения травмы (более 21 дня), что согласно п.5.2.1 Порядка, квалифицируется как вред здоровью средней тяжести.

Комплекс повреждений, формирующих контузию (ушиб) придаточного аппарата левого глаза легкой степени у ФИО2, согласно п.6 Порядка, квалифицируются как не влекущие кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и оцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

В соответствии с ч.1 ст. 10 УК РФ, уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание.

Как следует из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.06.2025 №10 «О практике применения судами положений статьи 10 Уголовного кодекса Российской Федерации об обратной силе уголовного закона», устранение преступности деяния может осуществляться не только путем внесения соответствующих изменений в уголовный закон, но и путем отмены или изменения нормативных правовых актов иной отраслевой принадлежности, к которым отсылают бланкетные нормы уголовного закона.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.389.26 УПК РФ при изменении приговора и иного судебного решения в апелляционном порядке суд вправе применить в отношении осужденного уголовный закон о менее тяжком преступлении.

С учетом изложенного выше суд апелляционной инстанции полагает, что обжалуемый приговор подлежит изменению в соответствии со ст. 10 УК РФ, действия осужденного ФИО20 следует переквалифицировать на основании выводов заключения экспертов № дополнительной судебной медицинской комиссионной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ ГКУЗ ЛО БСМЭ и Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н (вступившим в силу ДД.ММ.ГГГГ), с ч.1 ст.111 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ- как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Принимая во внимание выводы заключения экспертов № дополнительной судебной медицинской комиссионной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ ГКУЗ ЛО БСМЭ, осужденный ФИО1 и его защитники согласились с переквалификацией действий ФИО1 с ч.1 ст.111 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ.

Указанное преступление совершено ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ.

Преступление, предусмотренное ч.1 ст.112 УК РФ, на основании ч.2 ст.15 УК РФ относится к категории преступлений небольшой тяжести.

В соответствии с п. «а» ч.1 ст.78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если после совершения преступления небольшой тяжести истекли два года.

В соответствии с п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению, если истекли сроки давности уголовного преследования.

При изменении приговора в апелляционном порядке суд наряду с решениями, предусмотренными частью 1 статьи 389.26 УПК РФ, вправе принять решение об освобождении осужденного от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (часть 8 статьи 302 УПК РФ).

Таким образом, осужденный ФИО1 подлежит освобождению от назначенного ему наказания по ч.1 ст.112 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (часть 8 статьи 302 УПК РФ).

При определении вида и размера наказания осужденному ФИО1 по ч.1 ст.112 УК РФ судебная коллегия учитывает требования ст. 6, 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, и обстоятельства, отягчающего наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Судебная коллегия принимает во внимание, что ФИО1 ранее дважды судим за совершение тяжких преступлений против собственности, на учете у нарколога и психиатра не состоит, имеет малолетнего ребенка в гражданском браке, помогает в воспитании и содержании двух детей гражданской жены от предыдущего брака, трудоустроен, по месту работы и жительства характеризуется положительно, характеризуется положительно близкими и знакомыми, страдает рядом хронических заболеваний, публично принес извинения перед потерпевшим, частично в добровольном порядке возместил причиненный потерпевшему преступлением вред.

В соответствии с п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, судебная коллегия признает наличие у осужденного малолетних детей.

Судебная коллегия признает смягчающими наказание обстоятельствами в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ- частичное признание осужденным своей вины, принесение публично извинений потерпевшему ФИО2, наличие хронических заболеваний, частичное добровольное возмещение осужденным потерпевшему ФИО2 причиненного вреда (в т.ч. возмещение вреда в размере 21 300 рублей).

Иных смягчающих наказание обстоятельств судебная коллегия не находит, как и суд первой инстанции.

Отягчающим наказание обстоятельством в соответствии с п. «а» ч.1ст.63 УК РФ судебная коллегия признает наличие рецидива преступлений.

Иных отягчающих обстоятельств суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не установил.

Руководствуясь принципом индивидуализации наказания, для достижения целей наказания, исправления осужденного ФИО1, предупреждения совершения им новых преступлений, судебная коллегия, приняв во внимание, изложенное выше, конкретные обстоятельства дела, полагает необходимым назначить наказание ФИО1 в виде реального лишения свободы.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих общественную опасность совершенного преступления и являющихся основанием для назначения наказания с применением правил ст. 64 УК РФ, судебная коллегия не усматривает, как не усматривает и оснований для применения положений ч.3 ст.68 УК РФ, ч.6 ст.15 УК РФ.

При назначении наказания ФИО1 в виде лишения свободы судебная коллегия учитывает требования ч.2 ст.68 УК РФ.

Принимая во внимание, что преступление против здоровья человека, отнесенное законом к категории преступлений небольшой тяжести по настоящему уголовному делу ФИО1 совершил в течение оставшейся не отбытой части наказания по приговору Выборгского районного суда г. Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ, будучи условно-досрочно освобожденным по постановлению Тосненского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, через незначительный промежуток времени, прошедший с момента условно-досрочного освобождения, судебная коллегия полагает необходимым в соответствии с п. «б» ч.7 ст.79 УК РФ, отменить условно-досрочное освобождение по указанному приговору, и назначить ФИО1 наказание по правилам, предусмотренным ст.70 УК РФ, в соответствии с п. «в» ч.7 ст. 79 УК РФ.

В силу требований п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО1 следует назначить в исправительной колонии строгого режима.

Судебная коллегия полагает, что в остальной части обжалуемый приговор следует оставить без изменения.

Нарушений уголовного, уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, влекущих отмену приговора, судебная коллегия не усматривает, в связи с чем апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката ФИО16 удовлетворению не подлежат.

Судебная коллегия также приходит к выводу о том, что сумма удовлетворенных исковых требований истца ФИО2 не подлежит снижению по следующим основаниям.

Потерпевшим ФИО2 в рамках уголовного дела заявлен гражданский иск к ФИО1 о компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей, который суд первой инстанции удовлетворил в полном объеме, а также о возмещении имущественного вреда, причиненного вследствие поломки очков стоимостью 14 977, 49 рублей, который суд первой инстанции правильно признал обоснованным по праву.

Приговор в части компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей судом первой инстанции мотивирован, судом правильно указано на то, что указанный размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с осужденного ФИО1, определен с учетом всех установленных обстоятельств по уголовному деду, индивидуальных особенностей потерпевшего ФИО2, характера причиненных ему нравственных и физических страданий, материального положения осужденного и членов его семьи. Размер в 300 000 рублей в части компенсации морального вреда не является завышенным.

В соответствии со ст. ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом первой инстанции данные требования закона соблюдены в полной мере.

При этом, судебная коллегия принимает во внимание, что в отношении осужденного ФИО1 применен уголовный закон о менее тяжком преступлении на основании изменения Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом МЗ РФ от 08.04.2025 №172н (вступившим в силу 01.09.2025), он совершил умышленное преступление, направленное против здоровья человека.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.26 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Всеволожского городского суда Ленинградской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить.

Действия ФИО1 переквалифицировать с ч.1 ст.111 УК РФ на ч.1 ст.112 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года.

На основании п. «б» ч.7 ст.79 УК РФ ФИО1 отменить условно-досрочное освобождение по приговору Выборгского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании п. «в» ч.7 ст.79 УК РФ, ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, частично присоединить к назначенному ФИО1 по ч.1 ст.112 УК РФ наказанию - неотбытую часть наказания по приговору Выборгского районного суда г. Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ в виде 1 (одного) года лишения свободы, окончательно назначив ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года с отбытием в исправительной колонии строгого режима.

На основании п. 3 ч.1 ст.24 УК РФ ФИО1 освободить от назначенного наказания по ч.1 ст.112 УК РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В срок отбывания наказания на основании п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ зачесть время содержания ФИО1 под стражей с 15.12.2023 до дня вступления приговора в законную силу (до 10.04.2026), из расчета один день содержания под стражей за один день отбытия лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу отменить, освободив его из-под стражи.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Каньшина С.П. действующего в защиту интересов осужденного ФИО1 - оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу. Кассационная жалоба, представление подаются через суд первой инстанции в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление подаются непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий -

Судьи -