Решение № 2-3963/2024 2-43/2025 2-43/2025(2-3963/2024;)~М-3052/2024 М-3052/2024 от 28 августа 2025 г. по делу № 2-3963/2024

Дело № 2-43/2025 (2-3963/2024)

УИД 55RS0001-01-2024-003761-29


Решение

Именем Российской Федерации

г. Омск 15 августа 2025 года

Кировский районный суд г. Омска в составе

председательствующего судьи Ваймер И.Г.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Аманжоловой Э.Е.,

при участии прокурора Урадовской С.А.,

при участии истца ФИО1, представителя истца ФИО11, действующего на основании устного ходатайства истца, представителя ответчика БУЗОО «ГК БСМП №» - ФИО9, действующей на основании доверенности, представителя третьего лица БУЗОО «Москаленская ЦРБ» - ФИО10, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к Бюджетному учреждению здравоохранения <адрес> «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи №» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение,

Установил:

ФИО1, ФИО2 (далее – истцы) обратились в суд с исковым заявлением к БУЗОО «ГК БСМП №» (далее –ответчик) о возмещении морального вреда, компенсации расходов на погребение, в обоснование требований указав, что в ночь со ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., который приходится истцам отцом и супругом, при нахождении дома, парализовало левую часть тела, он издавал хрипы. С подозрением на инсульт вызванная бригада скорой медицинской помощи отвезла его в центральную районную больницу <адрес> (далее – БУЗОО «Москаленская ЦРБ»). С учетом того, что по информации, предоставленной врачами, в больнице нет необходимых специалистов и оборудования, пациент был перенаправлен в Бюджетное учреждение здравоохранения <адрес> «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи №» (далее – БУЗОО «ГК БСМП №»). В БУЗОО «ГК БСМП №» состояние ФИО3 определили, как судороги на фоне ранее перенесенного в 2010 г. инсульта. Поскольку со слов врача, осмотревшего пациента, ФИО14 адекватно реагировал на вопросы и указания врача, то было принято решение, что показаний для госпитализации не имеется. При этом кто-либо из родственников при осмотре не присутствовал. Кроме того, ФИО3 не разговаривал с 2010 г. В связи с чем, не ясно, каким образом, он мог отвечать на вопросы. Вновь была вызвана бригада скорой медицинской помощи и ФИО3 был доставлен обратно в БУЗОО «Москаленская ЦРБ». ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 находился в общей палате терапевтического отделения БУЗОО «Москаленская ЦРБ», ему был установлен катетер. Состояние ухудшилось – лицо было перекошено, он перестал реагировать на голос и внешние раздражители. При обращении к врачу БУЗОО «Москаленская ЦРБ» о критическом состоянии пациента, была вызвана бригада скорой медицинской помощи, которая вновь увезла ФИО3 в БУЗОО «ГК БСМП №», где его немедленно госпитализировали и поместили в нейрохирургическое отделение. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 скончался с указанием на причину смерти «инфаркт церебральный, вызванный стенозом церебральных артерий». На основании вышеизложенного соистцы полагают, что со стороны медицинского персонала БУЗОО «ГК БСМП №» была проявлена халатность в оказании медицинской помощи ФИО3, поскольку при наличии признаков инсульта ФИО3, он не был госпитализирован в профильное отделение, а направлен в районную ЦРБ, которая не имеет необходимого персонала и оборудования для проведения полноценного лечения, что привело к осложнениям заболевания и вызвало в дальнейшем смерть пациента. В связи с чем, истец ФИО1 обратилась в Омский филиал ООО «АльфаСтрахование-ОМС» с заявлением о проведении экспертизы по изложенным выше обстоятельствам на предмет качества оказания БУЗОО «ГК БСМП №» и БУЗОО «Москаленская ЦРБ» медицинской помощи ФИО3 На основании указанного заявления филиалом общества было организовано проведение внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи. Как следует из ответа ООО «АльфаСтрахование-ОМС» «О рассмотрении обращения от ДД.ММ.ГГГГ №» при проведении ЭКМП были выявлены нарушения при оказании медицинской помощи, как со стороны БУЗОО «ГК БСМП №», так и со стороны БУЗОО «Москаленская ЦРБ».

На основании вышеизложенного соистцы просили суд взыскать с БУЗОО «ГК БСМП №» компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей в пользу каждого истца, в связи со смертью ФИО3, а также взыскать с БУЗОО «ГК БСМП №» в пользу ФИО2 расходы на погребение ФИО3 в сумме <данные изъяты> рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, просила удовлетворить. Пояснила, что отец являлся для нее близким и дорогим человеком, потеря отца является для нее невосполнимой утратой.

Истец ФИО2, третьи лица, извещённые надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились.

Представитель истцов ФИО11, действующий на основании устного ходатайства истцов, в судебном заседании исковые требования поддержал, просил удовлетворить, ссылаясь на то, что именно некачественная диагностика и несвоевременное оказание медицинской помощи и принятие иных необходимых мер для лечения инсульта привели к летальному исходу. Согласился с заключением прокурора, просил взыскать все указанные в исковом заявлении суммы.

Представитель ответчика БУЗОО «ГК БСМП №» ФИО9, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, просила отказать по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление и заключительном слове. Считала БУЗОО «ГК БСМП №» ненадлежащим ответчиком, так как БУЗОО «ГК БСМП №» руководствовалось маршрутизацией, в соответствии с которой пациент должен был быть направлен в БУЗОО «Москаленскую ЦРБ», также отметила, что наиболее эффективной при инсульте является тромболитическая терапия, но наличие судорог является прямым противопоказанием для её проведения, она применяется в исключительных случаях. Соответственно ФИО3 в БСМП было назначено консервативное лечение. Также представитель ответчика полагала, что причиной нравственных страданий истцов является потеря близкого человека, причиной которой являются не халатные действия сотрудников БСМП №, а объективная реальность заболевания пациента и его физическое состояние здоровья.

Определением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле были привлечены третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований БУЗОО «Москаленская ЦРБ» и ООО «АльфаСтрахование-ОМС».

Представитель третьего лица БУЗОО «Москаленская ЦРБ» в судебном заседании считала, что виновных действий БУЗОО «Москаленская ЦРБ» не имеется.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ была допрошен свидетель ФИО12, являющаяся фельдшером отделения ФАП <адрес>, которая пояснила, что ее вызвала супруга, погибшего 02.102023, на момент осмотра у ФИО3 было повышенное давление, он никак не реагировал ни на что, на ее просьбы руки не сжимал. ФИО12 пояснила, что она предположила инсульт, ФИО3 необходимо было срочно госпитализировать, она вызвала машину и повезла его в приемное отделение Москаленской ЦРБ.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ была допрошена свидетель ФИО15, которая пояснила, что 0210.2023 она являлась дежурным врачом в Москаленской ЦРБ, в 22:20 пациент был доставлен в приемное отделение Москаленской ЦРБ в сопровождении медицинского работника, собрав анамнез, опросив супругу, она сказала супруге, что для исключения повторного инсульта пациент будет направлен в БУЗОО «ГК БСМП №», его направили каретой Скорой помощи. Затем пациента вернули в БСМП обратно в Москаленскую ЦРБ, его госпитализировали в терапевтическое отделение, утром на обходе терапевт сказал, что у ФИО3 инсульт. Также ФИО15 пояснила, что у ФИО3 никак не реагировал на её обращения.

Свидетель привлечена к участию в деле в качестве третьего лица протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ был допрошен свидетель ФИО16, который пояснил, что является врачом-терапевтом Москаленской ЦРБ, ДД.ММ.ГГГГ в 08.00 утра осматривал пациента ФИО3, заподозрил инсульт и направил его в БСМП. У него была нарушена речь, гемипарез с левой стороны, все анализы были взяты.

Свидетель привлечен к участию в деле в качестве третьего лица протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ была допрошена свидетель ФИО17, которая пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ была дежурным врачом БУЗОО «ГК БСМП №», когда был доставлен ФИО3 Пациент был в относительно удовлетворительном состоянии, был направлен в БСМП с подозрением на инсульт, было выполнено МСКТ и другие обследования, подозрений на инсульт не было, в связи с этим, пациент был направлен обратно в Москаленскую ЦРБ для прохождения лечения. Был выставлен диагноз декомпенсация.

Свидетель привлечена к участию в деле в качестве третьего лица протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ была допрошена свидетель ФИО13, которая пояснила, что сопровождала пациента в скорой медицинской помощи, когда его везли в БСМП и обратно. ДД.ММ.ГГГГ в 22:20 его передали для сопровождения, он находился в состоянии патологического сна, всё время спал, нервно возбуждён, иногда скидывал одеяло, это было всё неосознанно, рефлекторно. Врач БСМП беседы с ФИО3 не вела, посмотрела его, назначила МСКТ, не увидела новых изменений и направила обратно по месту жительства для прохождения лечения. Состояние ФИО3 за всё время транспортировки никак не менялось.

Старший помощник прокурора Кировского административного округа <адрес> ФИО8 полагала, что исковые требования о компенсации морального вреда обоснованы и подлежат удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости, размер компенсации считала возможным оставить на усмотрение суда. Полагала, что БУЗОО ГК «БСМП №» является надлежащим ответчиком по настоящему гражданскому делу.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд счел возможным рассмотреть дело при данной явке по представленным в дело доказательствам.

Заслушав участников процесса, свидетелей, заслушав мнение прокурора, изучив материалы дела, заключение эксперта, обозрев в судебном заседании, медицинские карты, оценив совокупность представленных доказательств с позиции относимости, достоверности и достаточности, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В силу пункта 2 статьи 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно статье 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее по тексту решения Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (часть 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (части 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Понятие, основания и порядок компенсации морального вреда определены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона N 323-ФЗ).

Из положений ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ был заключен брак между ФИО3 и ФИО19 (ФИО6) ФИО2, что подтверждается свидетельство о заключении брака I-НЛ №. Супруге присвоена фамилия «ФИО19».

В период брака, у ФИО3 и ФИО2 родилась дочь ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая впоследствии заключила брак со ФИО5, присвоена фамилия «ФИО18», что подтверждаются свидетельством о заключении брака 1-КН №.

В ходе рассмотрения дела судом было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 парализовало левую часть тела, со слов супруги он будто завис. Был вызван местный фельдшер, который направился вместе с ним в БУЗОО «Москаленская ЦРБ» с подозрением на инсульт. С БУЗОО «Москаленская ЦРБ» ФИО3, был направлен в БУЗОО «ГК БСМП №», сотрудники которой, не обнаружив признаков инсульта, направили пациента обратно в районную ЦРБ, что являлось нарушением со стороны БСМП №. Впоследствии ФИО3 вновь был доставлен в БУЗОО «ГК БСМП №», однако при повторном осмотре у ФИО3 был выявлен ишемический инсульт.

В материалы дела стороной истца представлен ответ ООО «АльфаСтрахование-ОМС» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, эксперты полагают, что нарушения при оказании медицинской помощи имеются. Медицинская помощь оказана с нарушениями на диагностическом и лечебном этапах. Право гражданина на качественную медицинскую помощь нарушено. Нарушено требование ст. 37 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-Ф3 "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" в части необоснованного неисполнения Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации N 203н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев качества медицинской помощи» и Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации N 1740 от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при инфаркте мозга», а именно: сбор анамнеза неудовлетворительный, не соответствует физическому состоянию пациента. При поступлении проведена мультиспиральная компьютерная томография головного мозга (далее - МСКТ ГМ) (время обследования не указано) - данных за острое нарушение мозгового кровообращения (далее - ОНМК) нет, а через 12 часов при повторной МСКТ ГМ ДД.ММ.ГГГГ в 12.20 выявлены признаки ОНМК. Необходимо учитывать, что пациент первый раз поступил через 3 часа от начала заболевания, признаки ОНМК при МСКТ обследовании могут появиться в первые 24 часа от начала заболевания, что не было учтено врачом при поступлении; судорожный синдром иногда возникает в дебюте ОНМК, что также не учтено при первичном осмотре пациента, из-за этого лечение основного заболевания начато только через 15 часов от начала заболевания после многократной необоснованной транспортировки пациента из одного лечебного учреждения в другое, при том, что первичное поступление пациента в стационар с профильным отделением было в первые три часа от начала заболевания в период «терапевтического окна». Пациент направлен для госпитализации в БУЗОО «Москаленская ЦРБ» в терапевтическое отделение, при этом оформлен не Переводной эпикриз, а Посмертный эпикриз. Пациента после судорожного приступа необходимо госпитализировать в неврологическое, а не в терапевтическое отделение. Направление пациента в БУЗОО «Москаленская ЦРБ» в терапевтическое отделение не оправдано, пациент с ОНМК должен был лечиться в сосудистом отделении для больных с ОНМК. В дневнике при поступлении в БУЗОО «Москаленская ЦРБ» указан левосторонний гемипарез, это было ДД.ММ.ГГГГ в 03.00, то есть менее чем через три часа после осмотра в приёмном отделении БУЗОО «ГК БСМП №». Выявленные нарушения привели к развитию летального исхода. Оформление диагноза не соответствует критериям установления диагноза согласно Приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации N 203н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев качества медицинской помощи» и Правилам оформления клинического диагноза, а именно: в анамнезе Геморрагический инсульт в 2010 г. и ОНМК в 2011 г., однако в диагноз последствия нарушения мозгового кровообращения не вынесены. Не указана дата возникновения судорожного приступа (по анамнезу ДД.ММ.ГГГГ около 21.00). Нет функционального диагноза, не указаны речевые нарушения: сенсо-моторная афазия. Судорожный приступ фокальный или генерализованный, с потерей сознания или нет - не указано. Таким образом, пациенту при поступлении не выявлено ОНМК, что не позволило сразу начать лечение и обследование пациента, это в итоге привело к летальному исходу.

Согласно медицинскому свидетельству о смерти серия 52 № от ДД.ММ.ГГГГ смерть ФИО3 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 12:06.

Исходя из протокола патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ основной заключительный диагноз ФИО3: Повторный ишемический инсульт в системе правой средней мозговой артерии, неуточнённый подтип. Инфаркт головного мозга в правой теменной доле. Пароксизмальный генерализованной тонико-клонический судорожный приступ (ДД.ММ.ГГГГ), Левосторонний гемипарез. Левосторонняя умеренная гемигипестезия.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчика заявила ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы для выяснения ответов на следующие вопросы: в полном ли объеме выполнен стандарт оказания медицинской помощи ФИО3 при поступлении в БУЗОО «ГК БСМП №» ДД.ММ.ГГГГ, имелись ли основания у врача приемного отделения при первичном поступлении ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ для постановки диагноза «декомпенсация энцефалопатии», имелась ли у ФИО3 при первичном поступлении клиническая картина, однозначно свидетельствующая о повторном инсульте, имелись ли у ФИО3 противопоказания к проведению тромболитической терапии. Проведение экспертизы просили поручить БУЗОО «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Определением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по данному гражданскому делу назначена судебная медицинская экспертиза, перед экспертами поставлены следующие вопросы: имелось ли наличие или отсутствие нарушений (невыполнения, несвоевременное выполнение или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту ФИО3 диагностических и лечебных мероприятий, оперативных вмешательств) при оказании медицинской помощи ФИО3 при первичном поступлении в БУЗОО «ГК БСМП №» ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с требованиями порядков оказания медицинской помощи, клинических рекомендаций, стандартов медицинской помощи, критериев оценки качества медицинской помощи, в частности своевременно или не своевременно была оказана медицинская помощь, правильно был поставлен диагноз и выбраны методы лечения, в том числе имелись ли основания для направления ФИО3 в БУЗОО «Москаленская ЦРБ», исходя из медицинских показаний при учете состояния пациента, в котором он находился, в случае наличия нарушений имелась ли причинно-следственная связь между действиями сотрудников БУЗОО «ГК БСМП №» и летальным исходом для ФИО3, в случае установления, что диагноз поставлен неверно, связано ли его установление с невыполнением, несвоевременным выполнением или ненадлежащим выполнением необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, оперативных вмешательств в соответствии с порядком оказания медицинской помощи на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, имеется ли возможность для пациента, у которого отсутствует реакция на внешние раздражители в результате острой недостаточности мозгового кровообращения прийти в сознание в течение короткого периода времени, в том числе, под воздействием лекарственных препаратов, имелась ли такая возможность в рассматриваемом случае, имелась ли при первичном поступлении ФИО3 ночью ДД.ММ.ГГГГ в БУЗОО «ГК БСМП №» клиническая картина, однозначно свидетельствующая о повторном инсульте, и обоснованно ли был поставлен диагноз «дисциркулярная энцефалопатия», исключает ли постановка указанного диагноза наличие у пациента инсульта ишемического типа, имелись ли у ФИО3 противопоказания к проведению тромболитической терапии, какое лечение должно было быть назначено ФИО3 в случае диагностирования инсульта при первичном поступлении и возможно ли было его оказание в отделении терапевтического профиля. Проведение экспертизы поручено Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница № федерального медико-биологического агентства», эксперты которой предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ.

Согласно заключению эксперта № № на основании анализа представленных медицинских данных и повторного изучения результатов компьютерной томографии головного мозга от ДД.ММ.ГГГГ в 01:01, при первичном доставлении ФИО3 в приемное отделение БУЗОО «ГК БСМП №», имела место недооценка результатов нейровизуализации (КТ) и тяжести состояния пациента. ФИО3 подлежал госпитализации в неврологическое отделение для больных с острым нарушение мозгового кровообращения (ОНМК), регионального сосудистого центра БУЗОО «ГК БСМП №» для дообследования. Поскольку диагноз «ОНМК» ФИО3 при первичном обращении выставлен не был, отсутствуют и нарушения требований документов, регламентирующих диагностику и лечение данного заболевания. Таким образом, ретроспективный анализ представленных медицинских данных позволяет комиссии экспертов сделать вывод о том, что в период первичного обращения ФИО3 в БУЗОО «ГК БСМП №» в 00:39 ДД.ММ.ГГГГ, с учетом острейшего периода заболевания, имела место недооценка тяжести состояния больного, данных анамнеза, объективного статуса и, как следствие, отсутствовала госпитализация в неврологическое отделение для больных с острым нарушение мозгового кровообращения (ОНМК), регионального сосудистого центра БУЗОО «ГК БСМП №». Данный факт исключил возможность своевременного проведения всех необходимых диагностических мероприятий для подтверждения/исключения диагноза «ОНМК», что создало условиях прогрессирования заболевания, ухудшения состояния здоровья пациента и способствовало наступлению смерти ФИО3, но не является ее причиной, т.е. состоит в косвенной причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода в виде смерти пациента. С учетом того, что ФИО3 был доставлен в БУЗОО «ГК БСМП №» в острейшей фазе (первые 6 часов от появления симптомов) ишемического инсульта – через 3 часа 49 минут от момента появления первых симптомов в 21:00 ДД.ММ.ГГГГ, достоверные признаки ишемического поражения вещества головного мозга закономерно отсутствовали. Однако, имели ранние КТ-признаки ишемического инфаркта, не позволяющие достоверно исключить ОНМК по ишемическому типу в бассейне правой средней мозговой артерии: - Справа отмечается сглаженность борозд лобно-теменной области, что, однако, из-за последствий ранее перенесенных ОНМК на противоположной стороне, не позволяло объективно сравнить выраженность борозд на симметричных участках обоих полушарий. В структуре правой височной доли отмечается гиперденсный сосуд. Отмечается гиперденсный сосуд – ветвь правой средней мозговой артерии на границе лобной и височной долей справа. При первичном обращении ФИО3 в БУЗОО «ГКБСМП №» в 00:39 ДД.ММ.ГГГГ клиническая картина, однозначно свидетельствующая о повторном инсульте, отсутствовала. Пациент подлежал полному обследованию в рамках приведенными ранее стандарта оказания медицинской помощи и, клиническим рекомендациям, в соответствии с критериями качества медицинской помощи для дифференциальной диагностики возможных причин ухудшения состояния в 21:00 ДД.ММ.ГГГГ и подтверждения/исключения выставленного в БУЗ ОО «Москаленская центральная районная больница» диагноза: Острое нарушение мозгового кровообращения, повторная. С учетом ранее перенесенных ФИО3 острых нарушений мозгового кровообращения в 2010 и в 2011 года у него, несомненно, имел место состояние в виде дисциркуляторной энцефалопатии, т.е. данный диагноз выставлен верно, что, однако, не исключает возможности наличия повторного ишемического инсульта. Таким образом, основное заболевание – ишемический инсульт в бассейне правой средней мозговой артерии выставлен не был. Исходя из имеющихся в распоряжении экспертов медицинских данных, на момент первичного обращения ФИО3 в БУЗОО «ГКБСМП №» в 00:39 ДД.ММ.ГГГГ абсолютных противопоказаний к проведению тромболитической терапии не было. При своевременной диагностике ишемического инсульта пациентам показано лечение в соответствии с приведенными ранее стандартом оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями и критериями оказания медицинской помощи в условиях отделения неврологии для больных с острым нарушением мозгового кровообращения (ОНМК).

Довод представителя ответчика о том, что БУЗОО «ГК БСМП №» является ненадлежащим ответчиком, в связи с тем, что тромболитическая терапия применяется в исключительных случаях и в данном случае не должна была быть применена, судом не принимаются, так как опровергаются доводами экспертов, предупрежденных о уголовной ответственности, давших заключение о том, что абсолютных противопоказаний к проведению тромболитической терапии не было.

Определяя надлежащим ответчиком по делу БУЗОО «ГК БСМП №», суд исходит из того, что БУЗОО «ГК БСМП №» обязано было оказать надлежащую медицинскую помощь ФИО3

Согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда " тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда ); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Суд приходит к выводу, что таким образом по вине ответчика БУЗОО «ГК БСМП №» не была своевременно оказана медицинская помощь ФИО3, не выставлен верный диагноз, не назначено соответствующее лечение, что косвенно является причиной летального исхода. Принадлежащее дочери и жене умершего неимущественное благо (семейные связи) было нарушено и утрачено, в частности права на здоровье, поскольку после смерти отца и мужа им пришлось пережить сильный стресс, связанный с утратой близкого человека.

Согласно разъяснениям п.49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации, суд принимает во внимание объем и характер причиненных истцам физических и нравственных страданий, вызванных смертью близкого человека, что само по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. Суд учитывает, что истцы приходятся дочерью и женой погибшего. Супруги проживали одной семьей длительное время, с 1983 года, при этом, после перенесенных ФИО3 инсультов в 2010 и в 2011 годах, супруги продолжали проживать вместе, со слов истца ФИО1, которые подтверждаются показаниями фельдшера ФИО12, ФИО3 после перенесенных инсультов утратил речь, что не мешало ему жить полноценной жизнью, он работал по-хозяйству, управлял автомобилем, помогал дочери в ремонте её автомобиля. ФИО1 в судебном заседании пояснила так же, что ездила к родителям на каждые выходные, была привязана к отцу. В настоящее время мама ФИО2 осталась одна, она также ездит к ней каждые выходные. Мама очень скучает по отцу.

Данные обстоятельства свидетельствуют о большой привязанности членов данной семьи друг к другу, утрата родственных связей причинила моральные страдания супруге и дочери погибшего. Суд принимает во внимание степень нравственных переживаний супруги ФИО2 и дочери ФИО1

Учитывая значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред, характер и степень умаления таких прав и благ, суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО2 и ФИО1, при том, что ответчиком доказательств, опровергающих вину ответчика не представлено.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимания характер и степень допущенных ответчиком нарушений, ненадлежащее выполнение возложенных на них обязанностей, некачественно оказанную медицинскую помощь, характер причиненных ФИО2 и ФИО1 нравственных страданий, связанных с переживаниями по поводу потери близкого человека. Исходя из установленных обстоятельств, положений указанных норм права, принципа разумности и справедливости, возраста истца ФИО2, суд считает возможным удовлетворить заявленные требования частично, взыскав с БУЗОО «ГК БСМП №» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда <данные изъяты> руб., в пользу ФИО1 - <данные изъяты>, считая данную сумму разумной, справедливой и обоснованной.

Как следует из представленных суду исковых требований, ФИО2 были понесены затраты в размере <данные изъяты>, составляющие расходы на погребение умершего, ритуальные услуги и ритуальные принадлежности, предоставлены в полном объеме достоверные финансовые документы, подтверждающие обоснованность заявленного требования и размера причиненного материального ущерба.

В соответствии со ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. В связи с этим, с ответчика в пользу ФИО2 подлежат взысканию расходы на погребение в размере <данные изъяты>.

Рассматривая требование о взыскании расходов по оплате экспертизы, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что определением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя ответчика была назначена судебная медицинская экспертиза.

Согласно части 3 статьи 95 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации эксперты получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

Применительно к положениям статей 96, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации расходы на проведение экспертизы возлагаются на стороны.

Одновременно с заключением судебно-медицинской экспертизы, Федеральное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Клиническая больница № Федерального медико-биологического агентства» обратилось с ходатайством о взыскании расходов, связанных с проведением указанной экспертизы в размере <данные изъяты> рублей.

Доказательств того, что эта стоимость не соответствует ценам, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, неразумности или необоснованности указанных расходов в деле не имеется.

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

Денежные средства в размере <данные изъяты> рублей были внесены БУЗОО «ГК БСМП №» в счет проведения вышеназванной экспертизы, согласно отчету о выполнении комплексной судебной медицинской экспертизы стоимость экспертизы составила <данные изъяты> рублей. По настоящему делу лицом, не в пользу которого принят итоговый судебный акт, является ответчик, в связи с чем, с ответчика БУЗОО «ГК БСМП №» в пользу Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая больница № Федерального медико-биологического агентства» подлежат взысканию расходы по оплате экспертизы в размере <данные изъяты> рублей.

Согласно ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Таким образом, с ответчика в бюджет <адрес> подлежит взысканию государственная пошлина в размере <данные изъяты> рублей, в том числе по <данные изъяты> рублей за каждое требование нематериального характера и <данные изъяты> рублей за требование о возмещении расходов на погребение.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Исковые требования ФИО1 удовлетворить в части.

Взыскать с БУЗОО «ГК БСМП №», ИНН №, ОГРН №, в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, ИНН №, компенсацию морального вреда в сумме 1000000 рублей 00 копеек, расходы на погребение в размере <данные изъяты> копеек.

Взыскать с БУЗОО «ГК БСМП №», ИНН №, ОГРН №, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, ИНН №, компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> 00 копеек. В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с БУЗОО «ГК БСМП №», ИНН №, ОГРН №, в пользу Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая больница № Федерального медико-биологического агентства», ИНН №, КПП №, вознаграждение экспертному учреждению за выполненную экспертизу в размере <данные изъяты> копеек.

Взыскать с БУЗОО «ГК БСМП №», ИНН №, ОГРН №, в бюджет <адрес> государственную пошлину в размере <данные изъяты> копеек.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд города Омска, в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья п/п И.Г. Ваймер

Мотивированное решение изготовлено 29 августа 2025 года.

Копия вернаРешение (определение) не вступил (о) в законную силу «____» _________________ 20 г.УИД 55RS0001-01-2024-003761-29Подлинный документ подшит в материалах дела 2-43/2025 (2-3963/2024;) ~ М-3052/2024хранящегося в Кировском районном суде г. ОмскаСудья __________________________Ваймер И.Г. подписьСекретарь_______________________ подпись