Апелляционное определение № 33-15072/2026 от 5 апреля 2026 г.

Судья: Емельянов И.С.

Дело № 33-15072/2026 УИД 50RS0010-01-2025-004494-16


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 06 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Цуркан Л.С.,

судей Гулиной Е.М., Колесникова Д.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4725/2025 по иску ФИО к акционерному обществу «МОЭГ» о взыскании задолженности по индексации должностного оклада, задолженности по стимулирующей ежегодной единовременной стимулирующей премии, компенсации за несвоевременную выплату, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе АО «МОЭГ» на решение Железнодорожного городского суда Московской области от 5 декабря 2025 года,

заслушав доклад судьи Гулиной Е.М.,

объяснения истицы, представителя ответчика,

УСТАНОВИЛА:

ФИО обратилась в суд с иском к АО «МОЭГ», уточнив требовании, просила взыскать с ответчика задолженность по индексации заработной платы за период с 01 января 2025 г. по 31 октября 2025 г. в размере 107 480,80 руб., сумму единовременной стимулирующей выплаты к ежегодному отпуску в размере 232 032,08 руб.; компенсацию за нарушение срока выплат за период с 17 августа 2024 г. по 12 ноября 2025 г. в размере 74 995,69 руб., а также с 12 ноября 2025 г. по день фактического погашения суммы долга, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование требований указала, что 08 декабря 2014 г. между ней и ответчиком был заключен трудовой договор, в соответствии с которым истец была принят на работу к ответчику на должность ведущего бухгалтера. 13 февраля 2024 г. между сторонами подписано дополнительное соглашение к трудовому договору, в соответствии с которым истцу установлен должностной оклад в размере 112 900 руб. По данным Росстата, инфляция в Российской Федерации по итогам 2024 г. составила 9,52%, в связи с чем с ответчика подлежит взысканию индексация заработной платы. Положением об оплате труда предусмотрена единовременная стимулирующая выплата к ежегодному оплачиваемому отпуску, установленная локальным нормативным актом выплата ответчиком за 2024 г. не произведена.

В судебном заседании истица требования поддержала.

Представитель ответчика иск не признал.

Решением Железнодорожного городского суда Московской области от 5 декабря 2025 года исковые требования удовлетворены частично, с акционерного общества «МОЭГ» в пользу ФИО взыскано в счет индексации заработной платы за период с 01 января 2025 г. по 31 октября 2025 г. 107 480 рублей 80 копеек, задолженность по выплате единовременной стимулирующей выплаты за 2024 г. в размере 110 642 рубля, задолженность по выплате единовременной стимулирующей выплаты за 2025 г. в размере 121 390 рублей 08 копеек, компенсация за задержку выплаты единовременной стимулирующей выплаты за 2024 г. за период с 17 августа 2024 г. по 05 декабря 2025 г. в размере 68 435 рублей 76 копеек, компенсация за задержку выплаты единовременной стимулирующей выплаты за 2025 г. за период с 06 сентября 2025 г. по 05 декабря 2025 г. в размере 12 430 рублей 34 копейки, компенсация морального вреда в размере 30 000 руб.; с ответчика в пользу истицы взыскана компенсация за задержку единовременных стимулирующих выплат за 2024 г. и 2025 г. в размере одной сто пятидесятой действующей ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченной части выплат единовременных стимулирующих выплат за 2024 г. и 2025 г. за каждый день задержки начиная с 06 декабря 2025 г. по день фактической выплаты; с ответчика в доход бюджета городского округа Балашиха взыскана государственная пошлина в размере 16 009 руб.

В апелляционной жалобе ответчик ставит вопрос об отмене постановленного решения как незаконного и необоснованного.

Судебная коллегия, проверив материалы дела, заслушав объяснения явившихся лиц, обсудив доводы апелляционной жалобы, не находит оснований для отмены решения суда.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 08 декабря 2014 г. между ЗАО «МОЭГ» и ФИО заключен трудовой договор <данные изъяты>, по условиям которого ФИО принимается на работу в ЗАО «МОЭГ» на должность ведущего бухгалтера с исполнением должностных обязанностей в соответствии с должностной инструкцией, утвержденной работодателем.

В соответствии с п. 3.2.6 трудового договора, работодатель обязан обеспечивать работнику своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии с его квалификацией, сложностью труда и качеством выполненной работы.

В соответствии с п. 5.2 трудового договора, за выполнение трудовой функции работнику устанавливается должностной оклад в размере 62 000 руб. в месяц.

В соответствии с п. 5.3 трудового договора, с целью усиления материальной заинтересованности и повышения уровня ответственности за своевременное и качественное выполнение должностных обязанностей и обязательств по настоящему договору работнику может быть выплачена премия или дополнительные выплаты определенные Положением об оплате труда и материальном стимулировании (премировании) работников.

<данные изъяты> генеральным директором АО «МОЭГ» издан приказ <данные изъяты> об индексации заработной платы работников на 7,5% с <данные изъяты>

<данные изъяты> между АО «МОЭГ» и ФИО заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому работнику с <данные изъяты> индексируется заработная плата в связи с фактическим ростом потребительских цен. ФИО за выполнение трудовой функции устанавливается должностной оклад в размере 96 750 руб.

<данные изъяты> АО «МОЭГ» издан приказ <данные изъяты> об индексации должностных окладов работников с <данные изъяты> на 10%.

<данные изъяты> между АО «МОЭГ» и ФИО заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому работнику с <данные изъяты>г. индексируется заработная плата в связи с фактическим ростом потребительских цен. ФИО за выполнение трудовой функции устанавливается должностной оклад в размере 106 425 руб.

<данные изъяты> АО «МОЭГ» издан приказ <данные изъяты> об индексации должностных окладов работников на 2% с <данные изъяты>

<данные изъяты> между АО «МОЭГ» и ФИО заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому работнику с <данные изъяты> индексируется заработная плата в связи с фактическим ростом потребительских цен. ФИО за выполнение трудовой функции устанавливается должностной оклад в размере 108 554 руб.

<данные изъяты> АО «МОЭГ» издан приказ <данные изъяты> о повышении должностных окладов (тарифных ставок) работников на 4% с <данные изъяты>, за исключением категорий "генеральный директор" и "высшие менеджеры".

<данные изъяты> между АО «МОЭГ» и ФИО заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, согласно которому ФИО за выполнение трудовой функции устанавливается должностной оклад в размере 112 900 руб.

Разрешая требования о взыскании суммы индексации, суд исходил из следующего.

В соответствии с п. 1.4.4 Положения об оплате труда работников АО «МОЭГ», данное положение основывается на принципах формирования и поддержания конкурентного уровня оплаты труда и обеспечение соответствия уровня заработной платы работников рыночному уровню оплаты труда, включая поддержание реального уровня оплаты труда путем проведения индексации должностных окладов и тарифных ставок работников.

В соответствии с п. 5.5 Положения об оплате труда работников АО «МОЭГ», в целях повышения мотивации в выполнении поставленных задач и улучшения состояния трудовой и производственной дисциплины работникам выплачивается единовременная стимулирующая выплата к ежегодному оплачиваемому отпуску. Единовременная стимулирующая выплата к ежегодному оплачиваемому отпуску выплачивается работникам один раз в год на основании распоряжения о предоставлении отпуска работнику продолжительностью не менее 14 календарных дней в размере до одного должностного оклада, тарифной ставки.

Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Частью 1 статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В соответствии с частью 4 статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации нормы локальных нормативных актов, ухудшающие положение работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а также локальные нормативные акты, принятые без соблюдения установленного статьей 372 настоящего Кодекса порядка учета мнения представительного органа работников, не подлежат применению. В таких случаях применяются трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, коллективный договор, соглашения.

Частью 3 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В систему основных государственных гарантий по оплате труда работников статьей 130 Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе включены меры, обеспечивающие повышение уровня реального содержания заработной платы, а также ответственность работодателей за нарушение требований, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

В силу статьи 134 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы включает индексацию заработной платы в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги. Государственные органы, органы местного самоуправления, государственные и муниципальные учреждения производят индексацию заработной платы в порядке, установленном трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, другие работодатели - в порядке, установленном коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 6 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, индексация заработной платы направлена на обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности, по своей правовой природе представляет собой государственную гарантию по оплате труда работников (статья 130 Трудового кодекса Российской Федерации) и в силу предписаний статей 2, 130 и 134 Трудового кодекса Российской Федерации должна обеспечиваться всем лицам, работающим по трудовому договору. Предусмотренное статьей 134 Трудового кодекса Российской Федерации правовое регулирование не позволяет работодателю, не относящемуся к бюджетной сфере, лишить работников предусмотренной законом гарантии и уклониться от установления индексации, поскольку предполагает, что ее механизм определяется при заключении коллективного договора или трудового договора либо в локальном нормативном акте, принятом с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июня 2010 года N 913-О-О, от 17 июля 2014 года N 1707-О, от 19 ноября 2015 года N 2618-О).

Из содержания приведенных выше нормативных положений с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что статьей 134 Трудового кодекса Российской Федерации установлена императивная обязанность работодателей, в том числе не относящихся к бюджетной сфере, осуществлять индексацию заработной платы работников в целях повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности.

При этом порядок индексации заработной платы работников в связи с ростом потребительских цен на товары и услуги работодателями, которые не получают бюджетного финансирования, устанавливается коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. Такое правовое регулирование направлено на учет особенностей правового положения работодателей, не относящихся к бюджетной сфере, обеспечивает им (в отличие от работодателей, финансируемых из соответствующих бюджетов) возможность учитывать всю совокупность обстоятельств, значимых как для работников, так и для работодателя. Трудовой кодекс Российской Федерации не предусматривает никаких требований к механизму индексации, поэтому работодатели, которые не получают бюджетного финансирования, вправе избрать любые порядок и условия ее осуществления (в том числе ее периодичность, порядок определения величины индексации, перечень выплат, подлежащих индексации) в зависимости от конкретных обстоятельств, специфики своей деятельности и уровня платежеспособности.

Таким образом, право работника на индексацию заработной платы не зависит от усмотрения работодателя, то есть от того, исполнена ли им обязанность по включению соответствующих положений об индексации в локальные нормативные акты организации. Работодатель не вправе лишать работников предусмотренной законом гарантии повышения уровня реального содержания заработной платы и уклоняться от установления порядка индексации.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением, истец указывала, что с февраля 2024 г. индексация заработной платы ответчиком не производилась, несмотря на официальные данные об инфляции.

По данным Росстата, инфляция в Российской Федерации по итогам 2024 г. составила 9,52%.

В обоснование требуемой суммы истцом представлен расчет. Данный расчет принят судом первой инстанции как арифметически верный.

Поскольку работодатель не вправе лишать работников предусмотренной законом гарантии повышения уровня реального содержания заработной платы, учитывая размер инфляции, суд пришел к правильному выводу об удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика в свою пользу денежных средств в счет индексации заработной платы за период с 01 января 2025 г. по 31 октября 2025 г. в размере 107 530 руб.

Разрешая требования о взыскании стимулирующей выплаты к очередному отпуску, суд исходил из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с частью 1 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

В соответствии с частью 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со статьей 165 Трудового кодекса Российской Федерации помимо общих гарантий и компенсаций, предусмотренных настоящим Кодексом (гарантии при приеме на работу, переводе на другую работу, по оплате труда и другие), работникам предоставляются гарантии и компенсации в том числе при предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска.

01 августа 2024 г. АО «МОЭГ» издан приказ <данные изъяты> о предоставлении ФИО ежегодного основного оплачиваемого отпуска продолжительностью 14 дней с 19 августа 2024 г. по 01 сентября 2024 г.

25 августа 2025 г. АО «МОЭГ» издан приказ <данные изъяты> о предоставлении ФИО ежегодного основного оплачиваемого отпуска продолжительностью 14 дней с 08 сентября 2025 г. по 21 сентября 2025 г.

После принятия настоящего иска к производству, ответчик выплатил истцу единовременную стимулирующую выплату к ежегодному отпуску в размере 2% от должностного оклада истца.

В обоснование требуемых сумм истцом представлены расчеты, которые проверены судом и признаны арифметически верными.

Поскольку п. 5.5 Положения об оплате труда работников АО «МОЭГ» предусмотрены единовременные стимулирующие выплаты к ежегодному оплачиваемому отпуску, в размере до одного должностного оклада, тарифной ставки, учитывая, что ответчиком не представлено доказательств выплаты истцу указанных сумм, суд пришел к верному выводу, о взыскании с ответчика в пользу истца задолженности по выплате единовременной стимулирующей выплаты за 2024 г. в размере 110 642 руб. и задолженности по выплате единовременной стимулирующей выплаты за 2025 г. в размере 121 390,08 руб.

В соответствии с частью 9 статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации оплата отпуска производится не позднее чем за три дня до его начала.

В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Поскольку судом установлено, что единовременная стимулирующая выплата за 2024 г. и за 2025 г. до настоящего времени истцу ответчиком не выплачена в полном объеме, с ответчика в пользу истца подлежала взысканию компенсация за задержку выплаты единовременной стимулирующей выплаты за 2024 г. за период с 17 августа 2024 г. по 05 декабря 2025г. в размере 68 435,76 руб., расчет которой приведен в решении суда.

Поскольку с учетом положений ст. 236 ТК РФ компенсация подлежит взысканию по день фактического расчета включительно, то с ответчика в пользу истца обоснованно взыскана компенсация за задержку единовременных стимулирующих выплат за 2024 г. и 2025 г. в размере одной сто пятидесятой действующей ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от невыплаченной части единовременных стимулирующих выплат за 2024 г. и 2025 г. за каждый день задержки, начиная с 06 декабря 2025 г. по день фактической выплаты.

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1); в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Факт нарушения трудовых прав истца неправомерными действиями ответчика нашел свое подтверждение, в связи с чем суд пришел к верному выводу, что истцу действиями ответчика причинен моральный вред, который должен быть компенсирован.

С учетом конкретных обстоятельств дела, объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, степени вины работодателя, длящегося периода нарушения трудовых прав истца, принимая во внимание требования разумности и справедливости, судом правильно определена подлежащая взысканию компенсацию морального вреда в сумме 30 000 руб.

Судебная коллегия оснований для изменения указанного размера компенсации не усматривает, находя его разумным и достаточным.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, принимая решение в пользу истца, суд обосновано взыскал с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину, от уплаты которой истец была освобождена при подаче искового заявления, в размере 16 009 руб.

Таким образом, судом первой инстанции правильно определены юридически значимые обстоятельства по делу, дана надлежащая оценка представленным доказательствам, спор разрешен с соблюдением требований материального и процессуального законодательства и оснований для отмены решения суда не усматривается.

Доводы апелляционной жалобы являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, не опровергают правильность выводов суда, с которыми согласилась судебная коллегия, в связи с чем, не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Железнодорожного городского суда Московской области от 5 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу АО «МОЭГ» - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21.04.2026 г.