Апелляционное определение № 33-17182/2025 33-840/2026 от 12 февраля 2026 г.

Мотивированное апелляционное

определение изготовлено 13.02.2026

Дело N 2-3706/2025 (33-840/2026)

УИД 66RS0006-01-2023-003136-87


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург

29.01.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Мехонцевой Е.М.,

судей Некрасовой А.С., Зайцевой В.А.

при помощнике судьи Васильевой А.Р.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело

по исковому заявлению ПАО "Сбербанк России" к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору,

по встречному исковому заявлению ФИО1 к ПАО "Сбербанк России" о признании кредитного договора незаключенным,

по апелляционной жалобе ПАО "Сбербанк России" на решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 22.09.2025.

Заслушав доклад судьи Некрасовой А.С., пояснения лиц, явившихся в судебное заседание, судебная коллегия

установила:

ПАО "Сбербанк России" (далее - Банк) обратилось в суд с иском, уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к ФИО1 о взыскании 124 929,28 руб. задолженности по кредитному договору от 04.02.2020 N 103553 за период с 04.03.2020 по 29.05.2023, включая 101 239,23 руб. основного долга и 23 690,05 руб. процентов за пользование кредитом (л.д.63 т.2).

ФИО1 обратилась в суд с встречным иском, уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к Банку о признании недействительным, незаключенным кредитного договора от 04.02.2020 N 103553.

Решением суда от 22.09.2025 в первоначальном иске отказано. Встречный иск удовлетворен, кредитный договор от 04.02.2020 N 103553 признан незаключенным.

Не согласившись с таким решением, Банк обжаловал его в апелляционном порядке.

В судебном заседании судебной коллегии представитель Банка ФИО2 поддержала доводы жалобы и дополнения к ней, а ФИО1 и ее представитель ФИО3 просили оставить решение суда без изменения.

Проверив обоснованность доводов, приведенных в апелляционной жалобе, дополнениях к ней и пояснениях участников спора, судебная коллегия не нашла оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Как установлено судом, 04.02.2020 с ФИО1 (держателем дебетовой карты Банка) посредством дистанционного сервиса "Сбербанк Онлайн" был оформлен кредитный договор на сумму 102 226,72 руб. под 19,90 % годовых сроком на 6 месяцев. Кредитные средства перечислены на карту ФИО1 и затем списаны на счет неустановленных лиц.

05.02.2020 ФИО1 обратилась в правоохранительные органы, возбуждено уголовное дело о совершении преступления, предусмотренного пунктом "г" части третьей статьи 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Из материалов этого дела усматривается, что в ходе поиска работы на интернет-ресурсе "Работа.ру", ФИО1 вступила в контакт с неустановленными лицами, предложившими ей сотрудничество в сфере страхования и инвестиционной деятельности. Эти лица под предлогом заключения трудового договора получили от ФИО1 копию паспорта и убедили установить ряд компьютерных программ, необходимых к использованию в будущей работе. Для продолжения сотрудничества ФИО1 должна была открыть счет и внести на него средства, что она и сделала. Позднее у ФИО1 возникли сомнения, и она потребовала возврата денег. Ей объяснили, что средства находятся на валютном счете Банка, и для их возврата необходимо совершить еще ряд манипуляций в специальных программах. В процессе указанных действий ФИО1 получила сообщение от Банка о предоставлении ей кредита, и связалась с Банком по телефону, чтобы уведомить, что кредит она не запрашивала, кроме того, просила заблокировать ее карту. Карта была временно заблокирована, но позднее блокировка была снята и кредитные средства списаны.

06.02.2020 ФИО1 обратилась в Банк с претензией, где указала, что кредит она не оформляла, кредитный договор не заключала.

Приведенные обстоятельства послужили основанием для обращения ФИО1 с встречным иском к Банку в ответ на его исковые требования о взыскании долга по кредиту.

Отклоняя требования Банка и удовлетворяя встречный иск, суд обоснованно учитывал следующее.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 N 2669-О применительно к случаям мошенничества в сфере оказания финансовых услуг указано, что при рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков; в частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительную выдачу банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В пункте 15 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.10.2023, отмечается, что законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Таким образом, позиция Банка о том, что не имеет значения, как именно заемщик собирался использовать заемные средства, и как конкретно он ими распорядился после их предоставления Банком (хотя бы передал иным лицам, в том числе, преступникам), применяется только если заемщик действительно имел намерение заключить договор займа, а кредитор не знал и не мог знать об отсутствии у заемщика воли на заключение договора, то есть когда его поведение безупречно. В ситуации же, когда кредитор - профессиональный участник рынка финансовых услуг своими действиями или бездействием фактически облегчал осуществление преступного посягательства со стороны третьих лиц в отношении своих клиентов (потребителей), на него переходит соответствующий финансовый риск.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 03.09.2024 N 18-КГ24-131-К4, заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Заключение оспариваемого кредитного договора приведенным требованиям не соответствует. Банк не только не предпринял действий по выявлению действительного волеизъявления потребителя на заключение кредитного договора, но проигнорировал поступившее от потребителя сообщение об отсутствии с его стороны запроса на выдачу кредита.

Довод Банка о том, что ФИО1 разговаривала не с оператором, а с роботом и именно после этого разговора банковская карта была разблокирована, что должно, по версии Банка, свидетельствовать о выявлении воли заемщика на получение кредита и перечисление кредитных средств иным лицам, подлежит отклонению, поскольку не подтвержден доказательствами. Банк имел возможность представить в суд запись соответствующего разговора, однако не сделал этого. Утверждение о том, что запись не сохранилась ввиду того, что ФИО1 обратилась в суд спустя значительное время, также не может быть принят во внимание, поскольку с претензией в Банк с изложением своих доводов ФИО1 обратилась через день после оформления кредита, то есть Банк имел возможность сразу после возникновения спорной ситуации провести проверку, собрать доказательства и предъявить их суду.

Более того, Банк, получив претензию от ФИО1, где она отрицала факт заключения договора и свою обязанность по возврату кредита, сам обратился в суд только через два с половиной года (за выдачей судебного приказа), а обращаясь затем с настоящим иском, просил взыскать с ФИО1 долг по кредиту по нормам о неосновательном обогащении (л.д.63 т.2), а не по договорным основаниям, то есть обе стороны исходили из того, что договор между ними отсутствует.

В этой связи и довод Банка о пропуске срока исковой давности правомерно отклонен судом со ссылкой на правовую позицию, изложенную в пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Установив, что воли на заключение кредитного договора ФИО1 не имела и данный договор не заключала, а кредитные средства транзитно проследовали через ее счет на счет неустановленных лиц, суд обоснованно пришел к выводу, что сделка по отношению к ФИО1 не исполнялась, а значит, и срок давности для ее оспаривания не течет.

Кроме того, Банк не учитывает то обстоятельство, что при принятии судебного акта, основанного на договоре, суд обязан самостоятельно проверить заключенность договора и недействительность договора в силу его ничтожности, независимо от приведенных или не приведенных обоснований сторонами (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 57 "О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств"), а возражение ответчика о том, что требование истца основано на ничтожной сделке, оценивается судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания этой сделки недействительной (пункт 71 вышеприведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25).

Иными словами, суд не может присудить взыскание по незаключенному или ничтожному договору независимо от того, заявлен или не заявлен встречный иск. То есть даже если бы суд согласился с Банком в вопросе о несоблюдении ФИО1 срока исковой давности, на судьбу требований Банка о взыскании долга по кредиту это бы не повлияло при установленных по делу обстоятельствах.

С учетом изложенного апелляционная жалоба не опровергает ни установленные судом фактические обстоятельства, ни выводы суда по существу спора, а потому подлежит отклонению.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 22.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ПАО "Сбербанк России" - без удовлетворения.

Председательствующий:

Мехонцева Е.М.

Судьи:

Некрасова А.С.

Зайцева В.А.