Апелляционное определение № 33-880/2026 от 12 апреля 2026 г.

УИД 11RS0004-01-2024-003772-64

г. Сыктывкар дело № 2-334/2025

(№ 33-880/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ

ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ

В составе председательствующего Нагорновой О.Н.

судей Батовой Л.А. и Перминовой Н.А.,

при секретаре Юдиной А.К.,

рассмотрела в судебном заседании 13 апреля 2026 года дело по иску ФИО1 к ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Печорского городского суда Республики Коми от 14 ноября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Нагорновой О.Н., объяснения ФИО1 и его представителя - ФИО2, заключение прокурора Елфимовой О.С., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 обратился в суд с иском к ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» о взыскании компенсации морального вреда в размере 6 000 000 рублей в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи.

В обоснование иска указал, что является инвалидом ... группы, был прикреплен для оказания медицинской помощи к ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>. Поскольку проработав ..., истец, в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> в силу неблагоприятных условий труда получил ряд заболеваний, которые начали беспокоить его с <Дата обезличена>, он обращался за медицинской помощи к ответчику (врачу-терапевту, врачу-неврологу, врачу-травматологу, 11 февраля 2019 года был направлен на врачебную комиссию ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина» города Печора», а 12 февраля 2019 года в состоянии нетрудоспособности, без дополнительного обследования и курса противорецидивного лечения выписан с листка нетрудоспособности. В связи с тем, что при длительном затяжном болевом синдроме, сопровождающимся слабостью и онемением в левой руке, он своевременно не направлен на дообследование (включая, КТ/МРТ шейного отдела позвоночника, ЭНМГ верхних конечностей), не получил эффективные курсы лечения согласно стандартам оказания специализированной медицинской помощи при дегенеративных заболеваниях позвоночника и спинного мозга, что повлекло за собой неоднократные оперативные вмешательства на ..., а также ..., он считает, что его здоровью причинен вред.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 неоднократно уточнял свои исковые требования.

23 апреля 2025 он просил взыскать компенсацию морального вреда в заявленной ранее сумме за неоказание медицинской помощи, повлекшее инвалидность, указывая, что при возникновении и продолжающемся длительном и затяжном болевом синдроме, сопровождающемся слабостью и онемением в левой руке, ему не было проведено дополнительное обследование (включая ...), а также не назначены эффективные курсы лечения, что повлекло неоднократные оперативные вмешательства на позвоночнике (в том числе и на ... отделе), а также плечевом и локтевом суставах с имеющимся ..., привело к тяжкому вреду здоровья и инвалидности. Спорные периоды составляют с 28 января 2019 года по 30 июня 2020 года, а также с 29 апреля 2020 года по 7 октября 2024 года.

В судебном заседании 30 апреля 2025 года истец уточнил оспариваемый им период, указав, что Печорским городским судом Республики Коми рассматривалось дело № 2-385/2022 по его требованиям к ЧУЗ «Поликлиника «РЖД-Медицина города Печора» о взыскании компенсации морального вреда, в рамках которого была назначена экспертиза по оценке качества оказания ему медицинской помощи за период с 3 июня 2019 года по 28 апреля 2020 года, решение суда от 9 декабря 2022 года вступило в законную силу, в связи с чем данный период он в рамках рассматриваемого дела не заявляет. Таким образом, ФИО3 полагал, что периодами, подлежащими проверке по качеству оказания ему ответчиком медицинской помощи, являются периоды с 28 января 2019 года по 2 июня 2019 года и с 29 апреля 2020 года по 7 октября 2024 года.

Суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица Кировское Областное государственное Клиническое бюджетное учреждение Здравоохранения «Центр Травматологии, Ортопедии и Нейрохирургии».

Решением Печорского городского суда Республики Коми от 14 ноября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи отказано.

Решение суда оспорено ФИО1 как незаконное.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней истец указывает на допущенные судом первой инстанции нарушения норм процессуального права при сборе и оценке доказательств, касающихся экспертного заключения о качестве оказанной ему медицинской помощи.

До окончания производства по делу в суде апелляционной инстанции ФИО1 заявлено ходатайство о сборе дополнительных доказательств, а именно об истребовании у эксперта документации о регистрации объекта экспертизы с целью подтверждения поступления в его адрес медицинской документации истца, а также о критериях формирования экспертной комиссии (заявление от 12 марта 2026 года), а также указано на необходимость назначения по делу дополнительной комплексной судебно-медицинской экспертизы с привлечением врача-профпатолога (протокол судебного заседания от 2 марта 2026 года) за счет средств бюджета.

ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» представлен отзыв на апелляционную жалобу ФИО1, в котором ответчик просит об оставлении решения суда первой инстанции без изменения.

В суде апелляционной инстанции истец и его представитель на удовлетворении своих требований настаивали. Заявленное ходатайство об истребовании дополнительных доказательств и мнение о невозможности рассмотрения дела без назначения и проведения дополнительной экспертизы поддержали.

ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» и Кировское Областное государственное Клиническое бюджетное учреждение Здравоохранения «Центр Травматологии, Ортопедии и Нейрохирургии» явку своих представителей в суд не обеспечили, извещены о времени и месте его проведения.

Препятствий для рассмотрения дела при имеющейся явке не установлено.

Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах и по доводам апелляционной жалобы ФИО1 и дополнений к ней, отказав в удовлетворении заявленного истцом ходатайства о сборе и исследовании в суде апелляционной инстанции дополнительных доказательств, а также не усматривая оснований для назначения в суде апелляционной инстанции дополнительной судебно-медицинской экспертизы, судебная коллегия находит апелляционную жалобу ФИО1 подлежащей отклонению.

При этом исходит из следующего.

Как установлено судом, и подтверждается материалами дела, ФИО1 был прикреплен к ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Печора» по территориальному признаку для оказания ему медицинской помощи до <Дата обезличена>.

Как указывал истец, в январе 2019 года он обратился в НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора» (в настоящее время ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора») с жалобами на боли в шее и в левой руке.

<Дата обезличена> врачом-неврологом ФИО9 он был направлен на рентгенографию, по результатам которой дано заключение: ... Далее был направлен к ортопеду, который установил диагноз: «...

<Дата обезличена> врач-невролог выставил ФИО1 диагноз: «...» и направил его на комиссию. Несмотря на сильные боли в левом плече, врачебная комиссия не усмотрела оснований для направления истца на дополнительное обследование, в том числе, на МРТ и КТ, а выписала его к труду с 12 февраля 2019 года с листка нетрудоспособности.

В октябре 2020 года левая рука полностью перестала функционировать, в связи с чем ФИО1 было проведено обследование МРТ, проведена операция в КОГКБУЗ «Центр Травматологии, Ортопедии и Нейрохирургии», после чего он был направлен для наблюдения врачами по месту жительства в ...».

<Дата обезличена> с жалобами на сильные боли в руке истец был выписан с листка нетрудоспособности врачами ...».

В ... году истцу была установлена инвалидность в связи с заболеваниями шеи и поясницы.

В апреле и в октябре 2024 года в КОГКБУЗ «Центр Травматологии, Ортопедии и Нейрохирургии» ФИО1 были проведены операции на .... При этом со слов истца врачи данного учреждения ему пояснили, что, если бы в январе-феврале 2019 года была проведена надлежащая диагностика, выявлено имеющееся заболевание и назначено соответствующее лечение, то проведение данных операций возможно было бы избежать.

Истец полагал, что в 2019 году врачом-неврологом ему был выставлен верный диагноз, однако, в связи с тем, что комиссией он не был направлен на дообследование, лечение по данному заболеванию не проводилось, состояние его здоровья ухудшилось, он испытывал длительные болевые ощущения, что впоследствии привело к проведению операций.

Представитель истца полагала, что в 2019 году в НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора» основное заболевание истцу не было установлено в связи с отсутствием назначения дополнительного обследования.

В 2024 году при прохождении МРТ левого плечевого сустава, истцу был выставлен точный диагноз: ...

В связи с выявленными заболеваниями истец был прооперирован в ... в настоящее время наблюдаются улучшения.

Если бы правильный диагноз на основании дополнительно проведенных обследований был установлен своевременно, неблагоприятных последствий в виде проведенных операций ФИО1 возможно было бы избежать.

Не соглашаясь с доводами стороны истца, ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» в письменном отзыве на иск указало, что 18 августа 2018 года ФИО1 перенес инсульт с левосторонним гемипарезом, бал направлен на медико-социальную экспертизу. Ему был выдан листок нетрудоспособности с 18 августа 2018 года по 13 ноября 2018 года с диагнозом: «....

ФИО1 своевременно и с полном объеме прошел профессиональный осмотр, а также региональную врачебно-экспертную комиссию, по результатам которых группа инвалидности определена не была.

28 января 2019 года истец обратился в ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Печора» к неврологу с жалобами на боли в левой руке, ему был выставлен диагноз: «...», назначено медикаментозное лечение, выдан листок нетрудоспособности с 28 января 2019 года по 1 февраля 2019 года. 28 января 2019 года ФИО1 проведена рентгенография, по результатам которой дано заключение: «...».

1 февраля 2019 года врачом-неврологом истцу было рекомендовано продолжить лечение, продлен листок нетрудоспособности до 7 февраля 2019 года, пациент направлен к ортопеду на консультацию.

1 февраля 2019 года врачом травматологом-ортопедом ФИО3 был выставлен диагноз: «...».

7 февраля 2019 года ФИО1 выставлен диагноз: «...», рекомендовано продолжить лечение, продлен листок временной нетрудоспособности до 11 февраля 2019 года.

11 февраля 2019 года истцу выставлен диагноз: «... он направлен на врачебную комиссию для продления листка нетрудоспособности.

Врачебная комиссия при решении вопроса о продлении листка нетрудоспособности оснований для этого не усмотрела, истец был выписан к труду с 12 февраля 2019 года.

По утверждению ответчика, в спорный период диагностика и лечение проводилось в соответствии с Приказом Минздрава России от 24 декабря 2012 года № 1547н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при поражении межпозвонкового диска и других отделов позвоночника с радикулопатией (консервативное лечение)», назначались лекарственные препараты согласно стандартам, оснований для направления истца на КТ, МРТ, ЭНМГ при оценке состояния здоровья истца не имелось.

Учитывая, что между сторонами возник спор о качестве оказанной истцу ответчиком медицинской помощи, определением суда от 30 апреля 2025 года по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено АНО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки».

По заключению экспертов № <Номер обезличен> от 24 июля 2025 года по состоянию на 28 января 2019 года у ФИО1 имелись следующие заболевания: ...

ФИО1 были выставлены следующие диагнозы: ...

Установленные в этот период диагнозы на амбулаторном и стационарном этапах лечения были достаточно обоснованными, следовательно, допустимо считать выставленные диагнозы клинически верными.

Оказание ФИО1 медицинской помощи в НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора (ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора») в периоды с 28 января 2019 года по 2 июня 2019 года и с 29 апреля 2020 года по 7 октября 2024 года соответствовало клинической оценке состояния пациента, а также осуществлялось в достаточном объеме и своевременно.

Недостатков диагностики, фактов неполного и недостаточного обследования, неправильной интерпритации клинических данных, неправильной и запоздалой постановки диагноза, неправильной оценки результатов исследований, неправильных медикаментозных назначений не выявлено.

По заключению экспертов, наступление неблагоприятных последствий для здоровья ФИО1 причинно обусловлено особенностями течения хронических заболеваний, которые характеризуются медленным прогрессированием и могут приводить к различным осложнениям.

Экспертами отмечены отдельные нарушения по заполнению медицинских документов истца, а именно, записи не в полной мере отражают особенности жалоб пациента, анамнеза заболевания, а также сведения в отношении неврологического статуса пациента являются малоинформативными.

Вместе с тем, экспертами признано, что диагностика и лечение, а также примененные методики в отношении пациента ФИО1 в НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора (ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора») в периоды с 28 января 2019 года по 2 июня 2019 года и с 29 апреля 2020 года по 7 октября 2024 года соответствовали клинической оценке пациента, были достаточными, своевременными и обоснованными.

На основании проведенного исследования эксперты пришли к выводу, что оказанная медицинская помощь пациенту ФИО1 в НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора (ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора») соответствовала положениям стандартов оказания медицинской помощи, нормативным документам, клиническим рекомендациям, научным рекомендациям и иным требованиям по профилю имеющейся патологии.

При установленных ФИО1 в НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора» диагнозах, по состоянию на 11 февраля 2019 года необходимость в проведении пациенту дополнительного обследования, диагностических исследований (КТ и/или МРТ и другое) отсутствовала. Диагнозы были установлены обосновано по клиническим проявлениям, данным анамнеза заболеваний и результатам рентгенографии.

В диагнозах на амбулаторном и стационарном этапе оказания медицинской помощи существенных расхождений нет.

Эксперты не усмотрели при установленных ФИО1 в НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора» диагнозах и с учетом регламентных документов наличия у истца обязательных показаний (или необходимости) для назначения дополнительного обследования на амбулаторном этапе оказания медицинской помощи в 2019 году, а также диагностических исследований (КТ и/или МРТ и другое) и назначения дополнительного лечения.

Результат МРТ исследования левого плечевого сустава в 2024 году по заключению экспертов не подтверждает факта наличия разрыва сухожилия надостной мышцы слева в 2019 году и не дает информации о конкретной давности развития деформирующего артроза 2 стадии левого плечевого сустава.

В этой связи эксперты указали, что оснований считать, что проведение дополнительного обследования в 2019 году и последующем периоде могло повлиять на тактику лечения, наступление неблагоприятных последствий в течении хронических заболеваний и установление группы инвалидности в 2021 году не имеется.

Наступление ухудшения состояния здоровья и установленные ФИО1 инвалидности в 2021 году, согласно выводам экспертов, причинно обусловлено особенностями неблагоприятного течения хронических заболеваний разных органов и систем, которые характеризуются медленным прогрессированием и могут приводить к различным осложнениям.

Иное лечение в данной ситуации не исключало наступления неблагоприятных последствий для здоровья ФИО1

В этой связи отсутствие проведения дополнительного обследования, диагностических исследований, назначения лечения не явилось причиной ухудшения состояния здоровья ФИО1

С учетом сведений из медицинских документов, выставленного диагноза «дорсопатия шейного отдела позвоночника и левосторонний плечелопаточный периартрит», анамнеза заболевания, клинических данных осмотров невролога и травматолога, а также принимая во внимание отсутствие активных жалоб у пациента врачебной комиссией НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора» достаточно обосновано после проведения амбулаторного лечения ФИО1 был выписан с листка нетрудоспособности 11 февраля 2019 года.

Таким образом, экспертная комиссия не выявила дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 на базе НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора (ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора») в периоды с 28 января 2019 года по 02 июня 2019 года и с 29 апреля 2020 года по 7 октября 2024 года, находящихся в причинно-следственной связи с последующим лечением, оперативным вмешательством в КОГКБУЗ «Центр Травматологии, Ортопедии и Нейрохирургии».

Эксперты заключили, что оснований для суждения о несвоевременности и недостаточности лечения, проведения операций и диагностического обследования пациента с болевым синдромом в левой руке не имеется, и отметили, что эффективность лечения хронической неврологической патологии и хронических заболеваний опорно-двигательной системы с болевым синдромом существенным образом не зависит от сроков консервативного и планового хирургического лечения. В этой связи и при отсутствии сведений об острой травматической патологии, требующей срочного хирургического лечения, в данном случае нет достаточных оснований для суждения о возможном ином благоприятном исходе (улучшение состояния пациента, избежание проведенных операций) «при условии назначения дополнительного обследования, установления правильного диагноза и своевременного оказания соответствующей медицинской помощи».

С учетом того, что ФИО1 выразил категорическое несогласие с выводами экспертов и полагал, что при проведении исследования экспертами не была изучена вся его медицинская документация, судом первой инстанции допрашивался член экспертной комиссии - эксперт ... ФИО13., который в судебном заседании 14 ноября 2025 года подтвердил выводы экспертного заключения и пояснил, что вся представленная судом в ... на экспертизу медицинская документация истца была экспертами исследована и изучена, на основании чего был сделан вывод о том, что ухудшение состояния здоровья ФИО1 и проведение ему оперативного вмешательства не обусловлены недостаточной диагностикой, а связаны с прогрессированием имеющихся у него хронических заболеваний всего организма.

После допроса эксперта стороной истца суду первой инстанции было заявлено ходатайство о назначении по делу дополнительной медицинской экспертизы. В удовлетворении данного ходатайства истцу было отказано.

Оценив собранные по делу доказательства, суд первой инстанции, руководствовался положениями статей 150, 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, сослался на разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (пункт 25) и пришел к выводу о том, что поскольку ответчик оказал истцу медицинскую помощь на рассматриваемых этапах качественно и в полном объеме, причинно-следственной связи с наступившими для ФИО1 неблагоприятными и необратимыми последствиями, о которых заявлял истец, не имеется, требования ФИО1 к ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Оснований не согласиться с такими выводами суда первой инстанции по делу по доводам апелляционной жалобы истца на нарушение правил сбора и оценки доказательств не имеется.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ.

Согласно части 1 статьи 2 приведенного закона здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - это физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

В части 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Поскольку по настоящему делу ФИО1 в качестве основания взыскания компенсации морального вреда указано на некачественное оказание в НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора (ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора») в периоды с 28 января 2019 года по 2 июня 2019 года и с 29 апреля 2020 года по 7 октября 2024 года медицинской помощи, юридически значимыми по делу обстоятельствами является установление условий, при которых законом предусмотрена ответственность ответчика за причинение вреда здоровью истца, а также наличие допущенных нарушений прав истца - потребителя бесплатной медицинской услуги на правильную и своевременную тактику, как лечения, так и диагностики.

Отсутствие таких обстоятельств по делу подтверждаются собранными по делу доказательствами, а именно экспертным заключением ... № 18754/2025-2-334/2025 от 24 июля 2025 года.

Так, экспертами установлено отсутствие как прямой, так и опосредованной причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и заявленными истцом наступившими у него неблагоприятными последствиями имеющихся заболеваний, а именно отсутствие допущенных работниками НУЗ «Узловая поликлиника на станции Печора (ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора») недостатков оказания истцу медицинской помощи на стадии диагностики имеющегося заболевания, повлиявшие на своевременность и тактику лечения.

Выводы экспертов АНО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» логичны, последовательны, обоснованы и не опровергнуты истцом.

Доводы ФИО1 о неполноте проведенного исследования опровергаются сопроводительным письмом Печорского городского суда Республики Коми от 18 мая 2025 года и содержанием представленного заключения, из которого следует, что экспертами была изучена вся представленная в их адрес судом медицинская документация, а также результаты ранее проведенных исследований (по гражданскому делу № 2-19/2021 (№ 2-845/2020).

Отсутствие в заключении цитирования медицинских записей, имеющихся в документации ФИО1, само по себе об обратном не свидетельствует.

Пояснения по данному факту были даны экспертом ФИО11 в суде, и признаются обоснованными.

Недостатки, допущенные судом первой инстанции при допросе эксперта, в силу отсутствия технической возможности не смогли быть устранены на стадии апелляционного рассмотрения дела. Вместе с тем, сами по себе указанные недостатки не влекут вывода о несоответствии вынесенного по делу решения требованиям статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку показания, данные экспертом ФИО11 в суде первой инстанции, как это следует из протокола судебного заседания, не содержали в себе дополнений, изменений либо уточнений данного по делу экспертного заключения.

При оценке совокупности собранных по делу доказательств допущенные судом первой инстанции при допросе эксперта недостатки в полной мере восполняются иными доказательствами, свидетельствующими о несостоятельности доводов ФИО1 в соответствующей части (сопроводительным письмом Печорского городского суда Республики Коми от 18 мая 2025 года и содержанием экспертного заключения), из которых следует, что экспертам направлялась, и ими была изучена медицинская документация истца.

Иное мнение апеллянта на то, каким должно было быть экспертное заключение, комиссией в каком составе и по каким вопросам оно должно было быть дано, о безотносимости и недопустимости заключения экспертов ... № 18754/2025-2-334/2025 от 24 июля 2025 года как доказательства по делу не свидетельствует.

Оснований для назначения по делу дополнительной (повторной) экспертизы не имеется, поскольку соответствующее заявление истца обоснованно исключительно выраженным им несогласием с результатами проведенного исследования.

Состав экспертной комиссии сформирован в соответствии со статьёй 14 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», каждый из участников состава комиссии предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

При этом судебная коллегия обращает внимание на то, что заключение по делу дано не одним экспертом, а комиссией экспертов, мнение которых является единодушным, сомнений относительно итоговых выводов ни одним из членов комиссии не высказано.

Доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней сами по себе не опровергают состоятельности экспертного заключения АНО «Санкт-Петербургский институт независимой ...».

Судебная коллегия не может согласиться с мнением прокурора о необходимости частичного удовлетворения требований ФИО1

Действительно, экспертами в заключении отмечены недостатки в заполнении медицинской документации ФИО1 (что также опровергает довод жалобы о том, что медицинская документация экспертами не изучалась).

Вместе с тем, данное обстоятельство в рассматриваемом случае не может являться самостоятельным основанием для удовлетворения иска ФИО1

Как пояснил апелляционному суду истец (протокол судебного заседания от 5 марта 2026 года), а также подтвердило ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» (отзыв на апелляционную жалобу от 6 апреля 2026 года), в период с 28 января 2019 года медицинская помощь истцу оказывалась ответчиком по полису ОМС бесплатно, поскольку ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» являлось участником территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории Республики Коми.

Медицинская помощь ФИО1 в период с 29 апреля 2020 года по 7 октября 2024 года оказывалась в ...».

Учитывая, что на спорные правоотношения Закон о защите прав потребителей не распространяется, одного только факта констатации на основании нормативно установленных критериев оценки медицинской помощи упущений со стороны медицинской организации при оформлении медицинской документации истца недостаточно для вывода о наличии оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда.

Условиями наступления деликтной ответственности в данном случае являются: наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинно-следственной связи между возникновением вреда и противоправными действиями, вины причинителя вреда.

Из разъяснений, данных в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что опора презумпции причинения пациенту (его родственникам) морального вреда действиями лечебного учреждения при выявлении дефекта оказания медицинской помощи обеспечивается признанием в сфере оказания медицинских услуг юридического значения не только прямой, но опосредованной (косвенной) причинно-следственной связи.

Прямая причинно-следственная связь означает, что дефект медицинской помощи сам по себе привел к развитию у пациента повреждения (заболевания, состояния), которого до оказания медицинской помощи не имелось, как не имелось и предпосылок для его развития. Следствие - повреждение, заболевание, ухудшение состояния пациента возникает при прямой причинно-следственной связи непосредственно из действий (бездействия) причинителя вреда (медицинской организации).

Косвенная причинно-следственная связь констатируется в ситуации, когда дефект медицинской помощи сам по себе не привел к развитию у пациента негативного состояния (повреждения, заболевания), которого до оказания медицинской помощи не имелось, однако мог способствовать прогрессированию и ухудшению течения уже имевшегося до оказания медицинской помощи заболевания, состояния здоровья пациента, что означает недополучение пациентом необходимого объема лечебной помощи.

Вместе с тем, из обстоятельств рассматриваемого дела не усматривается ни прямой, ни косвенной причинно-следственной связи выявленных экспертами недостатками заполнения медицинской документации пациента с заявленным ФИО1 причиненным ему ответчиком вредом в виде нравственных и физических страданий.

Экспертным заключением подтверждено отсутствие какого-либо вреда, наступившего у истца в результате действий (бездействия) ответчика).

Учитывая, что выявленные экспертами дефекты ведения медицинской документации не явились существенным для пациента, не повлияли на тактику ведения, диагностику и лечение, то есть между качеством оказываемой услуги и ухудшением состояния здоровья истца отсутствует причинно-следственная связь, а иных недостатков либо дефектов при оказании ФИО1 в ЧУЗ «Больница «РЖД-Медицина» города Печора» не установлено, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному выводу о том, что в данном случае истец не вправе требовать с ответчика выплаты компенсации морального вреда.

Выводы суда первой инстанции соответствуют нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда, основаны на установленных по делу обстоятельствах и правильной оценке собранных доказательств.

Оснований не согласиться с выводами суда по доводам жалобы ФИО1 и дополнений к ней у суда апелляционной инстанции не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьёй 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Печорского городского суда Республики Коми от 14 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено 14 апреля 2026 года