Апелляционное определение № 33-3725/2025 33-81/2026 от 19 января 2026 г.

УИД 58RS0025-01-2025-000466-47

Судья Богданова О.А. дело № 33-81/2026

(33-3725/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 января 2026 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего Мягковой С.Н.,

судей Валетовой Е.В., Титовой Н.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Деминой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда по докладу судьи Титовой Н.С. гражданское дело № 2-345/2025 по иску ПАО Сбербанк в лице филиала - Пензенского отделения № 8624 ПАО Сбербанк к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору по апелляционной жалобе ПАО Сбербанк в лице филиала - Пензенского отделения № 8624 ПАО Сбербанк на решение Нижнеломовского районного суда Пензенской области от 28 августа 2025 г., которым постановлено:

Исковые требования ПАО Сбербанк в лице филиала - Пензенского отделения № 8624 ПАО Сбербанк к ФИО1 о взыскании задолженности по договору потребительского кредита № от 30 октября 2024 года в размере 362 459 (триста шестьдесят две тысячи четыреста пятьдесят девять) рублей 07 копеек и возврате государственной пошлины в размере 11 561 (одиннадцать тысяч пятьсот шестьдесят один) рубля 48 копеек оставить без удовлетворения.

Проверив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ПАО Сбербанк в лице филиала - Пензенского отделения № 8624 ПАО Сбербанк обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании задолженности по кредитному договору.

Требования мотивированы тем, что на основании кредитного договора от 30 октября 2024 г. №, оформленного в электронном виде и подписанного заемщиком посредством использования систем «Сбербанк-Онлайн» и «Мобильный банк» с помощью простой электронной подписи, банком ответчику ФИО1 был предоставлен кредит в размере <данные изъяты> руб. сроком на 12 месяцев под 34,6 % годовых,

ФИО1 обязательства по своевременному погашению кредита и процентов по нему исполнял ненадлежащему образом, в связи с чем по состоянию на 11 июня 2025 г. образовалась просроченная задолженность в общем размере 362 459 руб. 07 коп.

18 марта 2025 г. банк направил ответчику требование о досрочном возврате суммы кредита, процентов за пользование кредитом, уплате неустойки и расторжении кредитного договора, которое до настоящего времени не исполнено.

Просит взыскать с ответчика в пользу ПАО Сбербанк задолженность по кредитному договору от 30 октября 2024 г. № в общем размере 362 459 руб. 07 коп., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 11 561 руб. 48 коп.

Ответчик ФИО1 в судебном заседании с требованиями банка не согласился, пояснив, что кредитный договор с ПАО Сбербанк он не заключал. 30 октября 2024 г. он передал свой мобильный телефон и банковскую карту ФИО2 по ее просьбе для того, чтобы вернуть ему денежные средства, которые он давал ей в долг, а также осуществить перевод своих (ФИО2) денежных средств. После передачи мобильного телефона и банковской карты Сбербанк ФИО2 в магазине «Бристоль» он уехал в автосервис. Позже ФИО2 вернула ему мобильный телефон и банковскую карту, а на следующий день он не смог зайти в приложение «Сбербанк-Онлайн», так как пароль для входа был изменен. Он позвонил ФИО2, чтобы выяснить меняла ли она пароль для входа в «Сбербанк-Онлайн». ФИО2 подтвердила, что сменила пароль и прислала ему новый пароль. Когда он зашел в приложение «Сбербанк-Онлайн», то обнаружил, что на его имя оформлено два кредита, куда были направлены денежные средства, ему неизвестно. Он кредит не оформлял, денежные средства не получал. ФИО2 подтвердила, что оформила от его имени два кредита, обещала через несколько дней денежные средства вернуть. Поскольку ФИО2 деньги не вернула, он обратился в полицию с заявлением о привлечении ее к ответственности.

Определением Нижнеломовского районного суда Пензенской области от 13 августа 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена ФИО2

Нижнеломовский районный суд Пензенской области постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе представитель истца ПАО Сбербанк в лице филиала - Пензенского отделения № 8624 ПАО Сбербанк ФИО3, действующая на основании доверенности, просит об отмене решения, как незаконного и необоснованного, постановленного с нарушением норм процессуального права, и принятии нового об удовлетворении исковых требований, указывая на то, что при вынесении обжалуемого решения суд исходил из того, что кредитный договор был заключен от имени ФИО1 другим лицом, воля ответчика на заключение данного договора потребительского кредита не была направлена, что свидетельствует о пороке воли и недействительности сделки на основании ст. ст. 167, 168 ГК РФ. Между тем, в ходе судебного разбирательства было установлено, что ответчик передал свою банковскую карту и мобильный телефон ФИО2 При таком положении, исходя из общих начал разумности и добросовестности, ответчик заведомо знал о том, что с использованием его банковской карты и телефона будет проведена процедура аутентификации и идентификации клиента. Более того, по факту мошеннических действий уголовное дело не возбуждено, заемщик потерпевшим по уголовному делу в связи с возможным совершением в отношении него преступления не признан. Тем самым, ответчик от обязанности по исполнению гражданско-правовых обязательств, принятых по условиям кредитного договора, по правилам ст. ст. 309, 310 ГК РФ не может быть освобожден. При рассмотрении настоящего дела судом не установлено, что банк знал или должен был знать об обмане ответчика третьими лицами при заключении кредитного договора. Банк руководствовался и исходил из соответствующего волеизъявления ответчика на заключение кредитного договора, подтвердившего действительность своих намерений надлежащей идентификацией. Ответчик не оспаривает, что действия по оформлению кредита были произведены с использованием его мобильного телефона, который он добровольно передал в пользование третьему лицу. Суд, фактически выйдя за пределы предоставленных полномочий, в рамках гражданского дела установил совершение преступления третьим лицом, что недопустимо. Таким образом, поскольку в установленном законом порядке вина ФИО2 в совершении мошеннических действий не установлена, а иных оснований для признания действий третьего лица мошенническими не имеется, то изложенные в обжалуемом решении выводы являются необоснованными и противоречащими материалам дела.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО1 в лице представителя ФИО4, действующего на основании доверенности, просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ПАО Сбербанк в лице филиала - Пензенского отделения № 8624 ПАО Сбербанк ФИО3, действующая на основании доверенности, доводы апелляционной жалобы поддержала, просила решение суда первой инстанции отменить.

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании суда апелляционной инстанции обстоятельства заключения двух кредитных договоров от имени ФИО1 с использованием принадлежащего ему телефона подтвердила, пояснив, что ФИО1 при передаче ей своего телефона не знал о том, что она оформит от его имени кредитные договоры. Телефон ответчик передал ей для того, чтобы она смогла вывести со счета свои деньги, положенные в целях заработка.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте его был извещен надлежащим образом.

На основании ст. 167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного разбирательства, не является препятствием к рассмотрению дела в суде апелляционной инстанции.

Изучив материалы гражданского дела, проверив законность решения суда первой инстанции по правилам ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

Если иное не предусмотрено законом или кредитным договором, заемщик обязан возвратить кредитору полученную сумму кредита и выплатить проценты за пользование кредитом в размерах и в порядке, определенных договором (п. 1 ст. 809, п. 1 ст. 810, п. 2 ст. 819 ГК РФ).

Материалами дела установлено, что 13 ноября 2014 г. ФИО1 обратился в ПАО Сбербанк с заявлением на получение международной дебетовой карты, в котором просил выдать ему международную карту Сбербанка России <данные изъяты> в соответствии с Условиями использования банковских карт ОАО «Сбербанк России», согласно которым банк предоставляет клиенту услуги дистанционного доступа к счетам карт с использованием мобильной связи «Мобильный банк», «Сбербанк-Онлайн» является интернет-системой банка, позволяющей держателю карты проводить банковские операции и получать доступ к услугам банка через сеть Интернет, для доступа к «Сбербанк-Онлайн» держатель карты в соответствии с руководством по использованию «Сбербанк-Онлайн» получает от банка идентификатор пользователя, постоянный пароль и одноразовые пароли (п. п. 10.1, 11.1, 11.2).

На основании данного заявления на имя ФИО1 13 ноября 2014 г. был открыт счет под №. К данному счету выпущена международная банковская карта №, а также предоставлен доступ в систему дистанционного банковского обслуживания «Сбербанк-Онлайн».

25 апреля 2024 г. на основании заявления ФИО1 ПАО Сбербанк ответчику выдана дебетовая карта MIR № с платежным счетом №, на условиях, определенных в «Условиях выпуска и обслуживания дебетовой карты ПАО Сбербанк, открытия и обслуживания платежного счета ПАО Сбербанк», «Памятке клиента по вопросам использования дебетовых и кредитных карт, платежных счетов, открытых в ПАО Сбербанк» и Тарифах, размещенных на официальном сайте банка.

30 октября 2024 г. путем подачи заявки на получение кредита с использованием мобильного приложения «Сбербанк-Онлайн» между ПАО Сбербанк и ФИО1 заключен кредитный договор №, подписанный от имени заемщика простой электронной подписью путем введения корректного кода, направленного банком в смс-сообщении на номер мобильного телефона ответчика, по условиям которого банк предоставил кредитные денежные средства в размере <данные изъяты> руб. сроком на 12 месяцев под 34,6 % годовых путем зачисления их на счет заемщика №, а заемщик обязался вернуть сумму кредита путем оплаты ежемесячных аннуитетных платежей в размере 29 929 руб. 11 коп. и уплатить проценты, а в случае неисполнения обязательств уплатить неустойку в размере 20% годовых с суммы просроченного платежа за период просрочки с даты, следующей за датой наступления исполнения обязательства.

Согласно выписке по счету дебетовой карты №, открытому 13 ноября 2014 г. на имя ФИО1, 30 октября 2024 г. в 17:22 на указанный счет были зачислены денежные средства в размере <данные изъяты> руб. (зачисление кредита), в 17:25 зачислены денежные средства в размере <данные изъяты> руб. (зачисление кредита), в 17:40 с указанного счета был осуществлен перевод денежных средств в размере <данные изъяты> руб. на счет, открытый на имя О.В. М. (операция по карте №).

9 ноября 2024 г. ФИО1 обратился в МО МВД России «Нижнеломовский» с заявлением о привлечении к ответственности ФИО2, которая мошенническим путем завладела принадлежащими ему денежными средствами в размере <данные изъяты> руб., а также оформила кредиты на его имя на общую сумму <данные изъяты> руб.

Как следует из объяснений ФИО1, отобранных у него 9 ноября 2024 г. сотрудником полиции, в середине октября ему на телефон поступил звонок от знакомой ФИО2, которая попросила одолжить ей на месяц <данные изъяты> руб. Он согласился, так как был знаком с ее отцом. Расписку от нее о получении денег он не брал, точную дату возврата денег они не оговаривали. 30 октября 2024 г. ФИО2 позвонила ему и пояснила, что хочет вернуть долг, но для этого ей необходим его сотовый телефон и банковская карта Сбербанк мир с №. ФИО2 пояснила, что хочет вывести деньги в другую валюту. Он согласился, привез ФИО2 в магазин «<данные изъяты>», расположенный в микрорайоне «<данные изъяты>», мобильный телефон Infinix и банковскую карту Сбербанк мир №, а сам поехал в автосервис, где пробыл более часа, после чего вернулся по месту жительства ФИО2 по адресу: <...>. При встрече ФИО2 пояснила, что деньги она не смогла перевести и вернет мобильный телефон и банковскую карту на следующий день. На следующий день он решил посмотреть перевела ли ФИО2 денежные средства на карту, но он не смог зайти в мобильное приложение «Сбербанк», так как код, который был установлен им ранее, не подходил для входа в приложение. После этого он позвонил ФИО2, чтобы выяснить меняла ли она пароль в мобильном приложении «Сбербанк», на что ФИО2 подтвердила, что изменила пароль. Затем ФИО2 отправила ему новый пароль для входа в приложение «Сбербанк-Онлайн». Он ввел новый пароль (код) и, зайдя в приложение «Сбербанк-Онлайн», обнаружил, что 30 октября 2024 г. от его имени было оформлено два кредита на сумму <данные изъяты> руб. и <данные изъяты> руб., а также имелась история перевода на имя О.В. М. на сумму <данные изъяты> руб. Он позвонил ФИО2, чтобы выяснить, откуда появились кредиты, на что ФИО2 попросила не писать заявление и немного подождал, пообещала вернуть денежные средства. До 8 ноября 2024 г. он созванивался с ФИО2 и просил вернуть деньги, на что она поясняла, что отдаст позже. 8 ноября 2024 г. он предупредил ФИО2, что напишет заявление в полицию.

Из объяснений ФИО2, отобранных 10 ноября 2024 г. в рамках проводимой проверки по заявлению ФИО1, следует, что 30 октября 2024 г. она обратилась к ФИО1 за помощью, чтобы вывести денежные средства со счета, на который она положила денежные средства в целях заработка. ФИО1 было некогда, поэтому он предоставил ей свою банковскую карту Сбербанка и сотовый телефон с приложением «Сбербанк-Онлайн», после чего уехал по своим делам. С целью вывода денежных средств ей позвонил в приложении «Скайп» менеджер по имени Денис, которого она лично не знает. Ранее он помогал ей выводить денежные средства, которые были вложены в криптовалюту. Примерно в 17 часов 15 минут по «Скайпу» ей позвонил Денис и под его руководством она взяла телефон ФИО1 и вошла в приложение «Сбербанк-Онлайн». Она направила свой сотовый телефон на телефон ФИО1 и посредством видеосвязи в приложении «Скайп», Денис руководил порядком нажатия клавиш в приложении «Сбербанк-Онлайн». Под руководством Дениса она проверила кредитный потенциал ФИО1, у которого были ограничения в размере <данные изъяты> руб. Для того, чтобы снять данные ограничения, она подала заявку на оформление кредита на указанную сумму. Данный кредит был одобрен. После чего под руководством Дениса была подана заявка на оформление второго кредита, окончательная сумма которого была одобрена в размере <данные изъяты> руб. После этого денежные средства поступили на банковскую карту ФИО1 Затем под руководством Дениса она осуществила перевод денежных средств в размере <данные изъяты> руб. на принадлежащую ей банковскую карту №, а затем перевела денежные средства на принадлежащую ей карту банка «<данные изъяты>» №. После этого Денис предоставил ей номер телефона кассира №, на которую нужно было перевести денежные средства, а затем кассир должен был перевести денежные средства в криптовалюту. Денежные средства со своей банковской карты «<данные изъяты>» она перевела по абонентскому номеру, предоставленному Денисом, сделав скриншот экрана о переводе денежных средств. Получателем денежных средств являлся Б.., счет получателя № (банк «<данные изъяты>»).

Постановлением о/у ОУР МО МВД России «Нижнеломовский» от 19 ноября 2024 г. в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО1 отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. за отсутствием события преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, которое постановлением заместителя Нижнеломовского межрайонного прокурора от 16 апреля 2025 г. было отменено, материал возвращен в МО МВД России «Нижнеломовский» для проведения дополнительной проверки.

Постановлением Нижнеломовского межрайонного прокурора от 7 августа 2025 г. отменено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 9 июля 2025 г., вынесенное о/у ОУР МО МВД России «Нижнеломовский», материал по заявлению ФИО1 возвращен в МО МВД России «Нижнеломовский» для проведения дополнительной проверки.

Также установлено, что постановлением ст. следователя СО МО МВД России «Нижнеломовский» от 24 декабря 2024 г. по заявлению ФИО2 возбуждено уголовное дело по факту преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ, в отношении неустановленного лица, которое путем обмана под предлогом получения дохода от инвестиционной деятельности, введя ФИО2 в заблуждение относительно истинных намерений, совершило хищение денежных средств, которые ФИО2 перевела на предоставленные неустановленным лицом реквизиты. В рамках данного уголовного дела ФИО2 признана потерпевшей. В настоящее время расследование по указанному уголовному делу не окончено, по нему проводятся оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установление лиц, совершивших данное преступление.

Поскольку обязательства по возврату кредита ответчиком не исполнялись, по состоянию на 11 июня 2025 г. сумма задолженности по договору потребительского кредита от 30 октября 2024 года № составила 362 459 руб. 07 коп., из которых: 300 000 руб. - задолженность по кредиту, 56 191 руб. 71 коп. - задолженность по процентам, 4 912 руб. 95 коп. - неустойка по кредиту, 1 354 руб. 41 коп. - неустойка по процентам, банк обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что ПАО Сбербанк не доказан факт заключения кредитного договора именно ФИО1, а также что кредитные средства были предоставлены именно ему.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу, что договор является недействительным, поскольку заключен с банком от имени ФИО1 третьим лицом ФИО2 через программное обеспечение банка и его сервисы, все действия по оформлению заявки, заключению кредитного договора и переводу денежных средств со счета заемщика в другой банк выполнены путем набора цифрового кода-подтверждения, банк не убедился в том, что действия в приложении «Сбербанк-Онлайн» по согласованию индивидуальных условий договора, подаче заявления на предоставление кредита, обработке персональных данных, формулированию условий о переводе денежных средств на счет иного лица, совершены самими ФИО1, волеизъявление ответчика на распоряжение денежными средствами не доказано, кредитный договор заключен с пороком воли, денежные средства, предоставленные по кредитному договору, ответчик не получал. В связи с признанием кредитного договора недействительным, суд отказал в удовлетворении требований истца о взыскании кредитной задолженности и судебных расходов.

С данными выводами судебная коллегия соглашается.

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (п. 2 ст. 1 ГК РФ).

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в п. 50 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Ст. 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (п. 1).

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (п. 2).

В соответствии со ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Согласно п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности, при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ).

Если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п. п. 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В п. 1 постановления Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Приказом Банка России от 27 июня 2024 г. № ОД-1027, действующим в период совершения спорных банковских операций, установлены признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, рекомендованные банкам в целях защиты заемщиков от неправомерных действий третьих лиц.

К таким признакам, согласно п. 3 указанного приказа, относятся несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В п. 15 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 18 октября 2023 г., отмечено, что законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказании финансовых услуг.

В ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи» определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Согласно ч. 2 ст. 6 этого же Федерального закона информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка РФ или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем.

Электронный документ, согласно ст. 9 названного закона, считается подписанным простой электронной подписью при выполнении, в том числе одного из следующих условий: простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

Таким образом, законом установлено, что при заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, с помощью электронных либо иных технических средств, кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Заключение договора в электронном виде предполагает полную добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдении не только формальных процедур выдачи кредита, но и принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением, чего в рассматриваемом случае ответчиком сделано не было.

Материалами дела подтверждается, что вход в систему в «Сбербанк-Онлайн» с телефонного номера ФИО1 был осуществлен 30 октября 2024 г. в 17:06, в 17:07 кредитный потенциал по направленной заявке на предоставление кредита банком был рассчитан, в 17.21 заявка на кредит на сумму <данные изъяты> руб. одобрена. В 17:22 кредитные денежные средства в размере <данные изъяты> руб. зачислены на карту ФИО1 MIR-№.

В 17:25 ПАО Сбербанк одобрена заявка на получение второго кредита на сумму <данные изъяты> руб. и в 17:26 денежные средства в размере <данные изъяты> руб. зачислены на карту ФИО1 MIR-№.

В тот же день, 30 октября 2024 г., в 17:40 денежные средства в размере <данные изъяты> руб. с банковской карты ответчика MIR № были переведены на банковскую карту ФИО2

Таким образом, операции по предоставлению первого кредита заняли менее 20 минут, по предоставлению второго кредита – 1 минута, расходные операции по полученным кредитам были осуществлены от имени ответчика одномоментно, что свидетельствует о том, что банк как профессиональный участник кредитных правоотношений, действуя разумно и осмотрительно, не принял во внимание характер операций - получение кредитных средств с одновременным их перечислением на счет другого лица, не учел сумму осуществляемой операции и не предпринял соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением и приостановить их.

Конституционный Суд РФ в Определении от 13 октября 2022 г. № 2669-О указал, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом; при рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков; в частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительную выдачу банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, истец должен был убедиться в том, что кредитный договор подписан электронной подписью именно ФИО1 через устройство обычно им используемое, что распоряжение на перечисление денежных средств дано именно заемщиком.

Проверяя действия ПАО Сбербанк как профессионального участника кредитных правоотношений с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности при исполнении обязательств по банковскому обслуживанию, суд первой инстанции доказательств надлежащего проявления банком таких характеристик по настоящему делу не установил.

Доказательств того, что ПАО Сбербанк предприняло соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением, суду представлено не было.

Учитывая, что ответчик не имел намерений и не выражал волеизъявления на заключение с ПАО Сбербанк кредитного договора от 30 октября 2024 г. на сумму <данные изъяты> руб., такой договор заключен не ФИО1, а иным лицом, вопреки воли и его интересам ответчика, что подтвердила в ходе рассмотрения дела ФИО2, признанная потерпевшей по уголовному делу, возбужденному по ее заявлению о совершении в отношении нее мошеннических действий неустановленным лицом, по указанию которого ею были переведены денежные средства, полученные по заключенному от имени ответчика кредитному договору, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований банка о взыскании с ответчика задолженности по кредитному договору.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что заявка на получение кредита была подана с использованием банковской карты и телефона ФИО1, кредит предоставлен после проведения процедуры аутентификации и идентификации клиента, не опровергают доводы ответчика о совершении распоряжений от его имени, но без его участия, а также об отсутствии его волеизъявления на получение кредитных средств. Кроме того, такой подход свидетельствует о формальном соблюдении порядка подписания договора, в то время, как банк должен был убедиться в том, что намерение заключить договор исходит от надлежащего лица, и при обнаружении признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, о чем в данном случае свидетельствует сумма перевода <данные изъяты> руб. и перечисление денежных средств сразу же после получения кредита на счет другого лица, приостановить операции по переводу денежных средств.

Доводы жалобы ПАО Сбербанк о вине ответчика, который сам передал свой телефон ФИО2, не свидетельствуют о незаконности решения суда, поскольку данное обстоятельство не освобождает банк как профессионального участника кредитных правоотношений от исполнения со своей стороны обязательств перед клиентом по установлению его воли на заключение кредитного договора, действительности распоряжений на совершение банковских операций по переводу денежных средств после предоставления кредита и о принятии мер по обеспечению безопасности средств клиента.

В целом доводы апелляционной жалобы фактически повторяют правовую позицию истца, изложенную при рассмотрении дела в суде первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с обжалуемым решением, и направлены на переоценку доказательств, однако оснований к переоценке установленных судом обстоятельств у судебной коллегии не имеется.

Разрешая заявленные требования, суд правильно определил юридически значимые обстоятельства дела, установил их в ходе судебного разбирательства полно и объективно, дал им надлежащую правовую оценку и постановил решение, отвечающее нормам материального права.

Нарушений норм процессуального законодательства, влекущих отмену решения, по делу не установлено.

С учетом приведенных обстоятельств оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Нижнеломовского районного суда Пензенской области от 28 августа 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ПАО Сбербанк в лице филиала - Пензенского отделения № 8624 ПАО Сбербанк - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 3 февраля 2026 г.

Председательствующий -

Судьи -