Апелляционное определение № 33-2022/2026 от 9 марта 2026 г.

Судья Бойко М.Н. Дело № 33-2022/2026 (2-1714/2025)

УИД 25RS0002-01-2025-001656-73


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

10 марта 2026 года г. Владивосток

Судебная коллегия по гражданским делам Приморского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Веригиной И.Н.

судей Гавриленко И.С., Гараньковой О.А.

при секретаре Гончаренко Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Фреш Порт» об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности заключить бессрочный трудовой договор, внести записи в трудовую книжку, произвести отчисления страховых взносов, взыскании невыплаченной заработной платы, оплаты времени простоя, доплаты за работу в выходные и праздничные дни, компенсации за задержку выплат, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 16.09.2025, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

Заслушав доклад судьи Веригиной И.Н., объяснения представителя истца ФИО2 – ФИО3, представителя ответчика ООО «Фреш Порт» - ФИО4, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился в суд с названным иском, указав, что 27.03.2024 он принят на работу в ООО «Фреш Порт» на должность начальника производственного цеха по адресу: <адрес>. Размер заработной платы истцу был установлен 200 000 рублей, оплата осуществлялась два раза в месяц 1 и 15 числа, а с 01.06.2024 - 10 и 25 числа ежемесячно. До 29.01.2025 истец исполнял свои обязанности добросовестно, без замечаний со стороны работодателя, в соответствии с внутренним трудовым распорядком, неоднократно сверхустановленной нормы рабочего времени, в выходные и праздничные дни. 24.01.2025 главный бухгалтер ООО «Фреш Порт» по электронной почте направила истцу три договора подряда и акты выполненных работ за 2024 год с просьбой их подписать. 29.01.2025 финансовый директор ООО «Фреш Порт» ФИО5 в устной форме уведомил истца об увольнении по причине того, что на его место принят другой человек. Окончательный расчет с истцом ответчиком не произведен. Истец неоднократно пытался связаться с работодателем, но безрезультатно.

ФИО2, уточнив в ходе судебного разбирательства исковые требования, просил установить факт трудовых отношений; обязать ООО «Фреш Порт» заключить с ФИО2 трудовой договор с 27.04.2024 по 02.09.2025 в должности начальника производственного цеха на условиях 8-часового рабочего дня, с 5 дневной (40 часовой) рабочей неделей, с установлением компенсации за проживание по месту работы (г. Находка), заработной платой в размере 200 000 рублей в месяц, со всеми гарантиями и компенсациями; обязать ООО «Фреш Порт» внести в трудовую книжку запись о трудовой деятельности, перечислить соответствующие страховые взносы; взыскать невыплаченную заработную плату за период с 16.01.2025 по 29.01.2025 в размере 76 470,65 рублей; оплату за время простоя с 30.01.2025 по 02.09.2025 в размере 945 454,54 рубля; оплату за работу в выходные и праздничные дни, сверхурочную работу за период с 16.12.2024 по 29.01.2025 в размере 656 853,84 рублей; компенсацию за задержку выплат в размере 212 378,22 рублей; компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей; судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей.

Истец ФИО2 и его представитель ФИО3 в судебном заседании поддержали уточненные исковые требования в последней редакции в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в иске, просили требования удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Фреш Порт» ФИО4 в судебном заседании с заявленными ФИО2 исковыми требованиями не согласилась по доводам и основаниям, изложенным в письменных возражениях, из которых следует, что ответчик не согласен с исковыми требованиями ФИО2, поскольку между сторонами существовали гражданско-правовые отношения - договоры подряда. Все выплаты производились согласно актам выполненных работ и в оговоренном объеме. Истец не был включен в штат сотрудников ООО «Фреш Порт», с ним не заключался трудовой договор, его трудовая книжка не находилась в ООО «Фреш Порт». Просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Судом постановлено решение, которым исковые требования оставлены без удовлетворения в полном объеме.

С решением не согласился ФИО2, в апелляционной жалобе он и его представитель ставят вопрос об отмене решения, указывают на то, что судом не дана оценка тому обстоятельству, что факт трудовых отношений подтверждается самим ответчиком. В рамках настоящего спора ответчиком подавался встречный иск, в котором ответчик просил взыскать с истца, как с работника, материальный ущерб. Заключенные между сторонами договоры подряда являются фиктивными, заключены в обход закона и не порождают юридические последствия. Кроме того, должностные обязанности, указанные в должностной инструкции начальника производственного цеха и обязанности, которые истец исполнял якобы по договорам подряда, аналогичные, что также подтверждает наличие между сторонами трудовых отношений.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ответчика возражала против доводов апелляционной жалобы, просила решение суда оставить без изменения.

Истец в суд апелляционной инстанции не явился.

Судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено, что 27.04.2024 между ООО «Фреш Порт» и ФИО2 заключен договор подряда на выполнение работ в соответствии с пунктом 1.1 которого подрядчик обязуется выполнить руководство производственно-хозяйственной деятельностью цеха, выполнение производственных заданий, а также ритмичный выпуск продукции высокого качества в согласованные с заказчиком сроки.

Согласно условиям договора, работы считаются выполненными после подписания акта приемки-передачи выполненных работ. Заказчик однократно в конце срока выплачивает подрядчику вознаграждение в размере 114 943 рубля, в течение трех банковских дней после подписания акта приемки работ.

В дальнейшем сторонами заключались договора подряда на аналогичных условиях.

Как следует из иска, 29.01.2025 в производственный цех прибыл финансовый директор ФИО5 и в устной форме объявил, что истец уволен.

Разрешая спор, оценив представленные доказательства, позицию истца, ответчика, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных ФИО2 исковых требований о признании отношений трудовыми, возложении обязанности заключить трудовой договор, возложении обязанности внести запись в трудовую книжку, произвести отчисления страховых взносов, взыскании в пользу истца заработной платы, оплаты времени простоя, сверхурочной работы, работы в выходные и праздничные дни, компенсаций за задержку выплат, морального вреда.

При этом суд исходил из того, что между сторонами были заключены гражданско-правовые договоры в рамках которых ФИО2 выполнял работу по руководству производственно-хозяйственной деятельностью цеха, самостоятельно определял порядок выполнения работ, не подчинялся внутреннему трудовому распорядку компании и не находился в должностной зависимости от руководства ООО «Фреш Порт». Расчет с истцом производился согласно актам выполненных работ и в оговоренном объеме, характерном для гражданско-правовых отношений. ФИО2 не был включен в штат сотрудников ООО «Фреш Порт», с ним не заключался трудовой договор.

Суд указал, что возникшие между сторонами правоотношения, не отвечают признакам трудовых, поскольку не содержат условий, обязывающих истца соблюдать определенный режим работы и отдыха, правила внутреннего трудового распорядка ответчика, учет рабочего времени в отношении истца не велся.

Отказывая в требованиях о взыскании невыплаченной заработной платы за январь 2025 года, суд исходил из того, что между сторонами нет трудовых отношений, а задолженность по оплате договоров гражданско-правового характера отсутствует.

Принимая во внимание отсутствие трудовых отношений, суд также отказал в иске о возложении на ответчика обязанности заключить трудовой договор с 27.04.2024 по 02.09.2025, внести записи в трудовую книжку, оплатить страховые взносы, взыскании оплаты за работу в выходные и праздничные дни, сверхурочную работу, оплату времени простоя по вине работодателя, компенсаций за задержку выплат и морального вреда.

С учетом того, что в иске отказано, суд, применив статью 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, требования о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 50 000 рублей оставил без удовлетворения.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части отказа в исковых требованиях ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, о возложении на ответчика обязанности внести записи в трудовую книжку о трудовой деятельности и произвести отчисления в ОСФР по Приморскому краю, взыскании заработной платы с 16.01.2025 по 29.01.2025, компенсации за задержку выплаты и компенсации морального вреда, в данной части решение суда нельзя признать законным, оно подлежит отмене, поскольку выводы суда основаны на неправильном применении норм материального права, норм процессуального права в части определения обстоятельств, имеющих значение для дела, и того, какой стороне надлежит их доказывать, судом не установлены эти обстоятельства, не приняты во внимание доводы истца и не оценены в совокупности имеющиеся по делу доказательства, не дана надлежащая оценка характеру и содержанию сложившихся между сторонами отношений.

Суд первой инстанции при разрешении настоящего спора отдал приоритет юридическому оформлению отношений между истцом и ответчиком, не выясняя при этом, имелись ли в действительности между сторонами, несмотря на заключенные договора подряда, признаки трудовых отношений и трудового договора, предусмотренные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, и не было ли со стороны ответчика ООО «Фреш Порт» злоупотребления правом при неоднократном заключении с ФИО2 гражданско-правовых договоров вместо трудового.

Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (часть первая статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (часть вторая статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В статье 57 Трудового кодекса Российской Федерации приведены требования к содержанию трудового договора, в котором, в частности, указываются: фамилия, имя, отчество работника и наименование работодателя (фамилия, имя, отчество работодателя-физического лица), заключивших трудовой договор, место и дата заключения трудового договора. Обязательными для включения в трудовой договор являются следующие условия: место работы; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы); дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с данным кодексом или иным федеральным законом; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); режим рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя); гарантии и компенсации за работу с вредными и (или) опасными условиями труда, если работник принимается на работу в соответствующих условиях, с указанием характеристик условий труда на рабочем месте, условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы); условия труда на рабочем месте; условие об обязательном социальном страховании работника в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19 мая 2009 г. N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Указанный судебный порядок разрешения споров о признании заключенного между работодателем и лицом договора трудовым договором призван исключить неопределенность в характере отношений сторон таких договоров и их правовом положении, а потому не может рассматриваться как нарушающий конституционные права граждан. Суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Из приведенных в этих статьях определений понятий "трудовые отношения" и "трудовой договор" не вытекает, что единственным критерием для квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых является осуществление лицом работы по должности в соответствии со штатным расписанием, утвержденным работодателем, - наличие именно трудовых отношений может быть подтверждено ссылками на тарифно-квалификационные характеристики работы, должностные инструкции и любым документальным или иным указанием на конкретную профессию, специальность, вид поручаемой работы (абзацы пятый и шестой пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).

Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу части второй которой в случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров.

Часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации содержит положение о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

В силу части четвертой статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей данной статьи были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей-физических лиц и у работодателей-субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее - постановление Пленума от 29 мая 2018 г. N 15) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений.

В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей-физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей-субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

Принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац первый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. N 15).

Из приведенного правового регулирования, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судом первой инстанции применены неправильно, без учета правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции не установлены, действительные правоотношения сторон не определены.

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Между тем обстоятельства, имеющие значение для дела и определяющие характер возникших отношений между истцом и ответчиком с учетом подлежащих применению норм трудового и гражданского законодательства в качестве юридически значимых определены не были, предметом исследования и оценки суда первой инстанции в нарушение приведенных требований Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не являлись.

Судом первой инстанции не учтено, что при рассмотрении дела суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства с учетом доводов и возражений сторон спора и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное в части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Как установлено по делу, между ООО «Фреш Порт» и ФИО2 неоднократно в период с 27.04.2024 по 29.01.2025 заключались договора подряда в соответствии с которыми подрядчик обязуется выполнить руководство производственно-хозяйственной деятельностью цеха, обеспечивать выполнение производственные заданий, а также ритмичный выпуск продукции высокого качества в установленные заказчиком сроки, обеспечивать эффективное использование основных и оборотных средств, обеспечивать технически правильную эксплуатацию оборудования и других основных средств и выполнение графиков их ремонта, координировать работу мастеров и цеховых рабочих и служащих, их расстановку и целесообразное использование в цеху, контролировать соблюдение работниками правил и норм охраны труда и техники безопасности, производственной и трудовой дисциплины, правил внутреннего трудового распорядка.

Договора подряда заключались с истцом ежемесячно, оплата вознаграждения производилась истцу дважды в месяц, что подтверждается платежными поручениями ООО «Фреш Порт» с перечислением денежных средств на банковский счет супруги истца, по его указанию.

Выполнение работы подтверждается актами сдачи-приемки выполненных работ.

Согласно штатному расписанию в ООО «Фреш Порт» имеется должность начальник производственного цеха с заработной платой 172 500 рублей.

В соответствии с должностной инструкцией начальник производственного цеха осуществляет руководство деятельностью производственного цеха, в целом должностные обязанности начальника аналогичны тем, которые указаны в договорах подряда, заключенных с ФИО2

Из табелей учета рабочего времени среди сотрудников значится ФИО2

Представленным доказательствам, которые свидетельствуют о выполнении истцом у ответчика трудовой функции по должности начальника производственного цеха, в нарушение статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации никакой правовой оценки не дано.

При этом договорами подряда не определен конкретный объем выполняемых работ, тем самым, существенное значение для сторон имел сам процесс труда, а не достигнутый результат. В актах сдачи-приемки выполненных работ изложены трудовые функции истца в должности начальника производственного цеха.

Несмотря на то, что оплата труда установлена договорами подряда независимо от объема оказанных услуг, выплата вознаграждения предусмотрена полностью по истечении трех банковских дней после подписания акта сдачи-приемки работ, фактически оплата труда истца производилась ответчиком дважды в месяц, что свойственно именно для заработной платы.

Оказание услуг по договорам не носило разовый, эпизодический характер, ФИО2 на систематической основе выполнял трудовые функции начальника производственного цеха на протяжении длительного времени с 27.03.2024 по 29.01.2025, он был участником непрерывного процесса выполнения работы одного вида, с одинаковыми условиями, в интересах, под контролем и управлением ООО «Фреш Порт», то есть был интегрирован в производственную деятельность работодателя.

В данном случае привлечение ответчиком истца по договору гражданско-правового характера, по существу выполняющего трудовые обязанности, направлено на уменьшение налоговых обязательств юридического лица как работодателя, в том числе, на неуплату страховых взносов, а также уклонение от оформления трудовых правоотношений и предоставления работнику гарантий, предусмотренных трудовым законодательством.

Суд первой инстанции не принял во внимание, что по смыслу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации в случае представления работником фактов, подтверждающих выполнение им работы и выплату ему вознаграждения, наличие трудового правоотношения презюмируется независимо от того, на основании какого гражданско-правового договора оно возникло. Между тем, из представленных в материалы дела доказательств не следует и ответчиком не доказано, что правоотношения между сторонами носили именно гражданско-правовой характер.

Кроме того, принимая решение об отказе в иске в полном объеме, суд первой инстанции не учел императивные требования части 3 статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации о том, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Оценивая в совокупности представленные доказательства, судебная коллегия приходит к выводу, что истец, выполняя трудовую функцию по определенной должности – начальника производственного цеха, не сохранял положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, так как фактически он был включен в состав персонала работодателя, интегрирован в производственную деятельность работодателя, при этом в отличие от исполнителя по договору подряда, который работает на свой риск, ФИО2, работавший в интересах и под контролем работодателя, не нес риска, связанного с осуществлением своего труда, доказательств иного ответчиком не представлено и судом не установлено.

Учитывая изложенное, выводы суда первой инстанции о наличии между сторонами гражданско-правовых отношений по договору подряда противоречат имеющимся в материалах дела доказательствам, сделаны в нарушение вышеприведенных норм материального права.

При таких данных решение суда первой инстанции в части отказа в требованиях об установлении факта трудовых отношений нельзя признать законным, оно подлежит отмене с принятием в данной части нового решения об установлении между сторонами трудовых отношений.

В силу статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также же основания прекращения трудового договора.

Поскольку в судебном заседании установлено, что в нарушение указанной нормы права соответствующие записи ответчиком в трудовую книжку истца не вносились, судебная коллегия приходит к выводу, что исковые требования о возложении на ответчика обязанности внести в трудовую книжку истца записи о работе, являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Перечисление работодателем за работников соответствующих страховых взносов являются его императивными обязанностями, предусмотренными трудовым и налоговым законодательством, в связи с чем, требования истца о возложении на ответчика обязанности перечислить в ОСФР по Приморскому краю за него соответствующие страховые взносы за период его работы с 27.03.2024 по 29.01.2025 подлежат удовлетворению.

Разрешая требования о взыскании с ответчика задолженности по заработной плате за период с 16.01.2025 по 29.01.2025, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан, в том числе, выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

На основании статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Частью первой статьи 132 и частью первой статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда. Заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Учитывая, что доказательств выплаты заработной платы за период с 16.01.2025 по 29.01.2025 стороной ответчика не представлено, суд апелляционной инстанции находит требования истца в указанной части подлежащими удовлетворению.

Принимая во внимание, что заработная плата начальника производственного цеха в ООО «Фреш Порт» установлена 172 500 рублей, согласно производственному календарю в январе 2025 года - 17 рабочих дней, за 1 половину января 2025 года работодателем выплачена заработная плата в размере 100 000 рублей, то за период с 16.01.2025 по 29.01.2025 (15 рабочих дней) невыплаченная заработная плата составляет 52 205,88 рублей (172 500/17х15-100 000).

В соответствии с частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Исходя из того, что заработная плата за январь 2025 истцу своевременно не выплачена, в пользу истца подлежит оплате компенсация за задержку выплаты за период с 30.01.2025 по 10.03.2026 в размере 26 042,03 рубля.

Требования истца о компенсации морального вреда основаны на положениях статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, которые устанавливают, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что нарушение трудовых прав истца ответчиком нашло свое подтверждение при рассмотрении дела, судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда первой инстанции в части отказа в требованиях о взыскании компенсации морального вреда и об удовлетворении требований о возмещении морального вреда.

При определении размера компенсации суд апелляционной инстанции учитывает характер нарушения ответчиком трудовых прав истца, степень и объем нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости и определяет к возмещению компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, полагая заявленную истцом сумму 200 000 рублей необоснованной и несоразмерной последствиям неправомерных действий ответчика.

В соответствии с положениями статей 88, 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца также подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя, с учетом требований разумности и справедливости, сложности дела, количества оказанных услуг в размере 30 000 рублей.

Судебная коллегия не находит оснований для отмены решения Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 16.09.2025 в остальной части, в которой исковые требования о возложении обязанности заключить трудовой договор, взыскании оплаты за время простоя, за работу в выходные, праздничные дни, сверхурочную работу оставлены без удовлетворения.

Поскольку истец не просил восстановить его на работе в ООО «Фреш Порт», фактически увольнение не оспаривал, то после прекращения трудовых отношений обязать ответчика заключить с истцом трудовой договор на указанных в иске условиях, не представляется возможным.

Принимая во внимание положения статьей 72.2, 152, 153, 157 Трудового кодекса Российской Федерации, при отсутствии доказательств простоя по вине работодателя, работы сверхурочно, в выходные и праздничные дни, судебная коллегия считает, что судом в данной части правомерно в удовлетворении требований отказано. В указанной части решение суда следует оставить без изменения.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 16.09.2025 отменить в части отказа в исковых требованиях об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности внести записи в трудовую книжку и произвести отчисления в ОСФР по Приморскому краю, взыскании заработной платы с 16.01.2025 по 29.01.2025, компенсации за задержку выплаты, компенсации морального вреда, судебных расходов на представителя.

Принять в указанной части новое решение.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и ООО «Фреш Порт» в должности начальника производственного цеха в период с 27.03.2024 по 29.01.2025.

Обязать ООО «Фреш Порт» внести соответствующую запись о работе в трудовую книжку ФИО1 и произвести за работника ФИО1 отчисления в ОСФР по Приморскому краю за период его работы с 27.03.2024 по 29.01.2025.

Взыскать с ООО «Фреш Порт» в пользу ФИО1 заработную плату за период с 16.01.2025 по 29.01.2025 в размере 52 205,88 рублей, компенсацию за задержку выплаты в размере 26 042,03 рубля, компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 рублей.

В остальной части решение Фрунзенского районного суда г.Владивостока от 16.09.2025 оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня вынесения и может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня составления мотивированного апелляционного определения.

Апелляционное определение в мотивированном виде изготовлено 24.03.2026.

Председательствующий

Судьи