Решение № 2-2037/2019 2-251/2020 от 11 ноября 2020 г. по делу № 2-2037/2019

Дело № 2-251/20 Изготовлено 12 ноября 2020 года


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Ярославский районный суд Ярославской области в составе

председательствующего судьи Маханько Ю.М.,

при секретаре Сергеевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ярославле

21 октября 2020 года

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности и по встречному иску ФИО2 к ФИО1, Администрации Ивняковского сельского поселения ЯМР, Администрации ЯМР, Межрайонной ИФНС № 7 по Ярославской области о признании права собственности, обязании перенести забор,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО7 являлась владельцем земельного участка площадью <данные изъяты> кв.м. с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, с 1992 года. Сын ФИО7 – ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 состояла с ФИО8 в зарегистрированном браке с 1988 года. Других родственников у ФИО7 не было.

ФИО1 обратилась в суд с исковыми требованиями о признании права собственности на земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м. с кадастровым номером № (предыдущий №), расположенный по адресу: <адрес> в силу приобретательной давности.

Исковые требования мотивирует тем, что с 1998 года пользуется данным земельным участком добросовестно и непрерывно, как своим собственным.

ФИО2 обратилась в суд с исковыми требованиями о признании права собственности на земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м. с кадастровым номером № (предыдущий №), расположенный по адресу: <адрес> в силу приобретательной давности.

Исковые требования мотивирует тем, что еще до смерти ФИО7 пользуется данным земельным участком добросовестно и непрерывно, как своим собственным.

Представитель ФИО1 по доверенности ФИО3 первоначально заявленные требования поддержал по основаниям, указанным в иске. Дополнительно пояснил, что ФИО7 умерла в ДД.ММ.ГГГГ году, однако хозяйственную деятельность на данном участке не вела более 15 лет, данным имуществом пользовалась ФИО1 Кроме того, ФИО1 принадлежит смежный земельный участок, приобретенный у ФИО15.

Представитель ФИО2 – ФИО4 в судебном заседании поддержала встречные требования. Указывая на то, что ФИО2 использовала спорный земельный участок как при жизни ФИО7, так и после смерти. Данные обстоятельства так же подтверждала ФИО2, участвуя в судебных заседаниях ранее.

Представитель Администрации ЯМР по доверенности ФИО5, участвуя в предыдущих судебных заседаниях, возражала как по встречным, так и по первоначальным требованиям, указывая на то, что земельный участок расположен при доме, который является бесхозным и подлежит передаче на баланс сельского поселения. Судьба участка следует за ним.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, в том числе показания допрошенных свидетелей, считает, что удовлетворению не подлежат ни встречные, ни первоначальные требования.

Как следует из материалов дела, истец ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером №, приобретенного 12 апреля 2012 года у ФИО15 (л.д. 119). ФИО15 данный земельный участок был предоставлен во владение постановлением Главы администрации Бекреневского сельсовета от 2 ноября 1992 года (л.д. 116), а затем в собственность на основании п. 9.1 ст. 3 ФЗ «О введении в действие ЗК РФ».

Данный земельный участок расположен в <адрес> и граничит с испрашиваемым земельным участком с кадастровым номером №, принадлежащем на праве владения ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО2, являясь супругой умершего ранее сына ФИО7, обращалась в суд с требованиями об установлении факта принятия наследства после смерти ФИО7, однако ей было отказано решением Ярославского районного суда Ярославской области от 21 октября 2019 года, так как она не относится к числу наследников по закону.

ФИО1 и ФИО2 отдельно друг от друга заявляют о возникновении у них прав на спорный земельный участок по основаниям приобретательной давности, указывая на использование каждой данного имущества на протяжении 15 лет и более единолично и оспаривая использование противоположной стороной данного имущества когда-либо.

В соответствии с п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

На основании п. 1 ст. 234 ГК РФ лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

- давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

- давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

- давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации);

- владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Из указанных выше положений закона и разъяснений пленумов следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

При этом в пункте 16 вышеназванного совместного постановления пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации также разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.

Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

Между тем, как следует из материалов дела, ФИО7 постановлением Главы администрации Бекреневского сельсовета от 2 ноября 1992 года (л.д. 22) был предоставлен во владение земельный участок площадью <данные изъяты>, выдано свидетельство на право пользование землей.

Право пожизненного наследуемого владения может быть прекращено как по воле собственника, так и в случаях, предусмотренных в законе, помимо его воли. В частности, это право может добровольно прекращаться при отказе землепользователя от принадлежащего ему права на земельный участок, а также, если гражданин приватизирует его. В случае отсутствия у субъекта этого права наследников, право пожизненного наследуемого владения прекращается, и земельный участок становится собственностью государства, однако не по основаниям выморочного имущества.

Для права пожизненного наследуемого владения характерен особый субъектный состав. Субъектами этого права могут быть только граждане, что вытекает из природы этого права: переход его может быть осуществлен только после смерти гражданина, - которым предоставляются земельные участки безвозмездно и только из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности.

Таким образом, анализ вышеуказанных положений закона в их совокупности свидетельствует о том, что в случае смерти наследодателя входящее в состав выморочного наследства право пожизненного наследуемого владения земельным участком прекращается, поскольку это право может принадлежать только гражданину, и соответственно не может быть признано выморочным имуществом.

Наряду с этим суд считает, что нахождение земельного участка у гражданина на праве пожизненного наследуемого владения само по себе не влечет утрату права государственной или муниципальной собственности на данный участок. Прекращение права пожизненного наследуемого владения земельный участок возвращает в государственную или муниципальную собственность.

Данные выводы подтверждаются положениями ст. 267 ГК РФ, согласно которых распоряжение земельным участком, находящимся в пожизненном наследуемом владении, не допускается, за исключением случая перехода права на земельный участок по наследству.

Как следует из разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ и Верховного Суда РФ от 29.04.2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (пункты 15 - 21), применение приобретательной давности в отношении земельных участков имеет свои особенности, которые заключаются в том, что приобретательная давность может быть применима в отношении тех земельных участков, которые находятся в частной собственности и которыми лицо владеет при соблюдении предусмотренных п. 1 ст. 234 ГК РФ условий, а также на бесхозяйные земельные участки, но только на те из них, от права собственности на которые, собственник отказался.

Что касается всех иных земельных участков, то они не являются бесхозяйным имуществом, так как являются либо государственной, либо муниципальной собственностью.

Таким образом, положения о приобретательной давности в данном случае не могут быть применимы, поскольку спорный земельный участок находился и находится не в частной собственности, принадлежал ФИО7 на праве пожизненного наследуемого владения, собственником данного имущества ФИО7 не являлась, и не реализовала при жизни свои права по приобретению (получению) данного земельного участка в собственность.

Кроме того, допрошенные в качестве свидетелей ФИО12 и ФИО13 показали, что ФИО7 после 2010 года вела хозяйство в другом доме, где они у нее покупали молоко. Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 показал, что в жилом <адрес> жили ФИО7 в одной половине и ФИО15 в другой. ФИО7 работала с совхозе «<данные изъяты>». ФИО15 предоставили другое жилье и она переехала, а ФИО7 выехала из данного дома к некому ФИО6 для постоянного проживания. Постепенно перевозила мебель. В настоящее время дом разрушается, им не пользуются. В противопожарных целях участок под домом жители обкашивают, огорода у дома уже давно нет никакого. ФИО1 строила дом на соседнем земельном участке, однако спорным участком не пользуется, обкашивает, как и все остальные, участок зарос.

Данные свидетели не подтвердили ни факт использования ФИО1 спорного земельного участка более 15 лет, ни ФИО2

Не имеется в материалах дела и иных доказательств по заявленным как в первоначальном, так и во встречном исках требованиям и доводам. Между тем обязанность по доказыванию обстоятельств, на которые истцы ссылаются возложена на них полностью.

Доводы представителя ФИО1 относительно необходимости исследования показаний свидетелей, допрошенных при рассмотрении гражданского дела № 2-52/2019, суд отклоняет, поскольку данные лица были допрошены иным составом суда, их показания не отражены как доказательства при вынесении итогового решения по данному делу. При рассмотрении настоящего дела стороны не были ограничены в сборе и предоставлении доказательств, в том числе и праве заявлять для допроса свидетелей.

При этом сам по себе переезд Косаревой Е.А. в другой дом не свидетельствует о том, что она отказалась от использования принадлежащего ей на праве владения жилого помещения и земельного участка.

Как следует из схемы земельного участка (л.д. 109), выполненной с наложением на местность, на спорном земельном участке располагался жилой дом, что не оспаривается участниками процесса.

ФИО7, умершая ДД.ММ.ГГГГ, на момент смерти была зарегистрирована в спорном жилом доме (л.д. 61 гр.д. № 2-52/2019).

Между тем, ни ФИО1, ни ФИО2 вопрос о приобретении прав на расположенный на спорном земельном участке жилой дом не ставят. Доводы относительно того, что жилой дом фактически утратил свое назначение не подтверждены соответствующими техническими заключениями о степени износа и непригодности данного имущества.

Как следует из сведений из похозяйственной книги Бекреневского сельсовета с 1991 года по 1995 год жилое помещение, расположенное на спорном земельном участке было предоставлено умершей ФИО7 совхозом «<данные изъяты>» (л.д. 47-48 гр.д. № 2-52/2019).

В соответствии со ст. 17 ЖК РСФСР, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений, управление ведомственным жилищным фондом осуществлялось министерствами, государственными комитетами, ведомствами и подчиненными им предприятиями, учреждениями, организациями.

Порядок предоставления жилых помещений в домах ведомственного жилищного фонда был предусмотрен ст. 43 Жилищного кодекса РСФСР, в соответствии с которой жилые помещения предоставлялись гражданам по совместному решению администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации, утвержденному исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Совета народных депутатов, а в случаях, предусмотренных Советом Министров СССР, - по совместному решению администрации и профсоюзного комитета с последующим сообщением исполнительному комитету соответствующего Совета народных депутатов о предоставлении жилых помещений для заселения.

Статья 10 Жилищного кодекса РСФСР предусматривала, что жилые помещения предоставлялись гражданам в бессрочное пользование.

В соответствии с Постановлением Верховного Совета РФ "О разграничении государственной Собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе РФ, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность" от 27 декабря 1991 года N 3020-1 объекты государственной собственности, указанные в Приложении 3 к настоящему Постановлению, независимо от того, на чьем балансе они находятся, передаются в муниципальную собственность городов (кроме городов районного подчинения) и районов (кроме районов в городах). Объекты государственной собственности, не указанные в Приложениях 1 - 3 к настоящему Постановлению, независимо от того, на чьем балансе они находятся, и от ведомственной подчиненности предприятий, передаются в государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга на основании предложений их Верховных Советов, Советов народных депутатов.

Пунктом 1 Указа Президента Российской Федерации от 10 января 1993 года N 8 "Об использовании объектов социально-культурного и коммунально-бытового назначения приватизируемых предприятий" (признан утратившим силу с 29 марта 2003 года) было установлено, что при приватизации предприятий, находящихся в федеральной собственности, в состав приватизируемого имущества не могли быть включены объекты жилищного фонда. Указанные объекты, являясь федеральной (государственной) собственностью, должны были находиться в ведении администрации по месту расположения объекта.

В соответствии с пунктом 2 статьи 30 Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества" объекты социально-культурного и коммунально-бытового назначения, не включенные в подлежащий приватизации имущественный комплекс унитарного предприятия по основаниям, указанным в пункте 1 названной статьи, подлежали передаче в муниципальную собственность в порядке, установленном законодательством.

Абзацем пятым пункта 1 статьи 30 Закона о приватизации к таким объектам отнесены жилищный фонд и объекты его инфраструктуры.

В соответствии с позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 5 Информационного письма от 11.06.1997 N 15 "Обзор практики разрешения споров, связанных с приватизацией государственных и муниципальных предприятий" объекты, указанные в Приложении 3 к Постановлению Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 N 3020-1, являются объектами муниципальной собственности непосредственно в силу прямого указания закона, независимо от того, оформлено ли это в установленном порядке.

Таким образом, жилой <адрес>, при отсутствии надлежаще оформленных на него прав СПК «<данные изъяты>», подлежал передаче в муниципальную собственность.

Сведений о приватизации жилого помещения умершей ФИО7 суду не представлено (л.д. 113).

Заявленные истцами как по первоначальному иску, так и по встречному требования о признании прав на земельный участок, на котором расположено строение, не являющееся имуществом в отношении которого заявлены требования, противоречат установленному п.п. 5 п. 1 ст. 1 ЗК РФ принципу единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении первоначальных исковых требований ФИО1 и встречных исковых требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ярославский районный суд Ярославской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Ю.М. Маханько