Приговор № 1-2/2019 1-222/2018 от 12 июня 2019 г. по делу № 1-2/2019

Дело №


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

ст-ца Северская 13 июня 2019 г.

Северский райсуд Краснодарского края в составе судьи Макаренко В.В.,

с участием гособвинителей прокуратуры Северского района ФИО1, ФИО2, подсудимого ФИО3, защитника Шкунова Э.В., представившего удостоверение № и ордер №, при секретаре Пузаковой Н.Ю., а также с участием потерпевшей К.А.В., ее представителей Я.Я.Ю,, К.В.И., П.М.А., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела в отношении

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, проживающего по адресу: <адрес>, имеющего <данные изъяты>, имеющего в составе семьи сыновей Б.Т.А., ДД.ММ.ГГГГ.р., Б.М.А., ДД.ММ.ГГГГ.р., не судимого, состоящего <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 предъявлено обвинение в том, что он 07.09.2017г. около 7час. 40мин., управляя технически исправным автомобилем <данные изъяты> с госномером № при неограниченной временем суток видимости в светлое время суток, двигался по правой полосе проезжей части автодороги по <адрес> в <адрес> в направлении <адрес>.

Согласно п.1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета министров - Правительством РФ от 23.10.1993г. №1090 (далее – ПДД РФ) участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

В соответствии с п.1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения; скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч (п.10.1 ПДД РФ).

В вышеуказанное время ФИО3 при движении по правой полосе указанной дороги (проезжей части), проявляя преступную небрежность, т.е. не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения вреда здоровью пешеходов, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение п.п.1.3, 1.5, 10.1 ПДД РФ, не соблюдая необходимых мер предосторожности, создал опасность для движения, не выбрал безопасную скорость, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, в результате чего при возникновении опасности, которую он в состоянии был обнаружить, в виде движущихся по обочине правой полосы указанной дороги (проезжей части) и затем переходивших быстрым шагом проезжую часть дороги справа налево относительно направления его движения <данные изъяты> пешеходов К.А.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения и К.Е.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, несвоевременно прибегнув к экстренному торможению для остановки своего транспортного средства, не справился с управлением и на участке дороги (проезжей части) напротив дома по адресу: <адрес>, допустил наезд передней левой частью автомобиля на К.А.В. и К.Е.В.

В результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП) К.А.В. причинены повреждения в виде <данные изъяты>, которые причиняют тяжкий вред здоровью как вызывающие значительную стойкую утрату трудоспособности не менее чем на одну треть независимо от исхода и оказания (не оказания) медицинской помощи и состоят в прямой причинно-следственной связи с нарушением ФИО3 ПДД РФ.

Данные действия ФИО3 органами предварительного следствия квалифицированы по ч.1 ст.264 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

ФИО3 виновным себя в совершении инкриминируемого преступного деяния не признал, показал, что, управляя автомобилем при указанных выше обстоятельствах, предпринял все необходимые меры для остановки автомобиля при обнаружении опасности для движения в виде переходящих дорогу пешеходов, однако столкновения с ними избежать не смог.

В обоснование виновности ФИО3 стороной обвинения представлены следующие доказательства.

Протокол осмотра места происшествия от 07.09.2017г. со схемой, фотографиями, приложенными к нему, согласно которым осмотрен участок автодороги около дома по адресу: <адрес>. В ходе осмотра зафиксированы параметры автодороги – по одной полосе в противоположных направлениях, место остановки автомобиля после ДТП, место столкновения в 2м от обочины и 3,8м от заднего края автомобиля, общая длина следов торможения 8,4м, из которых 4,6м до столкновения, однако с отсутствием поперечных привязок начала следов торможения. На автомобиле обнаружены повреждения на капоте слева, левом крыле, наслоение лакокрасочного покрытия.

Акт, согласно которому ФИО3 при управлении автомобилем был трезв.

Заключение эксперта № от 15.05.2018г., согласно которому у К.А.В. обнаружены повреждения в виде <данные изъяты> и причиняют тяжкий вред здоровью как вызывающие значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи. Повреждения возникли от действий тупых предметов, возможно в условиях ДТП 07.09.2017г.

Протокол осмотра предметов от 30.05.2018г., согласно которому осмотрен автомобиль <данные изъяты> с госномером №, на капоте которого в передней левой его части зафиксированы повреждения.

Показания свидетеля Я.Я.Ю,, согласно которым она проживает по адресу: <адрес>. 07.09.2017г. в утреннее время она повела своих малолетних дочерей К.А.В., Е.В. на остановку по <адрес>, где останавливается школьный автобус. Она оставила их там, поскольку торопилась в больницу. По прибытии в школу старшая дочь должна была по телефону уведомить ее об этом. Через непродолжительное время ей позвонила мать одноклассника дочери и сообщила, что девочек сбила машина. Она прибыла на место происшествия, увидела лежащих на проезжей части дочерей и стоящий автомобиль, кто-то вызвал скорую помощь. Старшая дочь рассказала, что когда они стали переходить дорогу, то вдалеке видели машину, которая двигалась быстро и сбила их.

Показания потерпевшей К.А.В., согласно которым 07.09.2017г. в утреннее время мать привела ее с сестрой на остановку школьного автобуса, а сама ушла. Не дождавшись автобуса, они пошли в школу пешком, в том числе шли по обочине дороги. Находясь напротив дома одноклассника А.А.О., где есть автобусная остановка, они стали переходить дорогу и их сбила машина. Как произошло ДТП и где точно они стали переходить дорогу не помнит.

Аналогичные показания малолетнего свидетеля К.Е.В., которая, в том числе указала, что двигалась позади К.А.В. при пересечении проезжей части дороги.

Показания свидетеля С.С.В., согласно которым 07.09.2017г. около 7час. 40мин. он, управляя автомобилем, следовал по <адрес> в направлении от <адрес>. Перед ним следовал микроавтобус белого цвета. После <адрес> имеется затяжной поворот направо. Когда они проезжали указанный поворот, то он увидел как две школьницы в форме и с рюкзаками напротив дома <адрес> следуя по обочине, резко начали быстрым шагом переходить дорогу, как в этот момент на них совершил наезд двигающийся во встречном ему направлении автомобиль <данные изъяты> под управлением ФИО3 При этом, когда девочки выскочили на проезжую часть, то ФИО3 предпринял меры к торможению, но все равно произошел наезд. Он не останавливался на месте ДТП. Видимость в момент ДТП была хорошая, асфальт влажный, без выбоин, дорожная разметка была видна хорошо.

Показания свидетеля С.В.В., согласно которым 07.09.2017г. около 7час. 40мин. он, управляя автомобилем, двигался по <адрес> в <адрес> в сторону <адрес>. На расстоянии примерно 200м впереди в попутном направлении двигался автомобиль под управлением ФИО3 Следуя за ним, он увидел автомобиль ФИО3 в статическом состоянии с аварийной сигнализаций. На асфальте перед автомобилем ФИО3 увидел двух малолетних девочек-школьниц, на которых, как он понял, совершил наезд ФИО3 Со слов ФИО3 и кого-то из присутствовавших он понял, что девочки следовали по обочине навстречу ФИО3, а напротив <адрес>, увидев то ли знакомого, то ли одноклассника, начали резко перебегать дорогу, вследствие чего ФИО3 не смог предотвратить наезд на девочек. На асфальте были видны следы торможения автомобиля ФИО3 Его автомобиль и автомобиль ФИО3 до ДТП двигались со скоростью около 50км/ч.

Показания свидетеля А.А.О., согласно которым он проживает по адресу: <адрес>, учится в 3 классе школы № <адрес>. С ним в одном классе учиться К.А.В., с которой он поддерживает приятельские отношения. Также ему известно, что сестра К.А.В. Елизавета учиться в их школе. Утром 07.09.2017г. дома был его старший брат, который должен был отвезти его в школу. Т.к. он оделся раньше брата, то около 7час. 40мин. вышел со двора дома, где на противоположной стороне улицы увидел идущих по обочине в направлении школы почти напротив его дома сестер К.. При этом девочки наверняка увидели его, но он с ними не здоровался, т.к. ожидал брата и смотрел в сторону калитки. В этот момент он услышал звук тормозов, крики, а потом удар. Обернувшись, он увидел, что легковая машина сбила А. и Е. которые лежали на полосе дороги, ведущей в сторону <адрес>. За рулем автомобиля был мужчина. В это время вышла его мама и проследовала к девочкам.

Показания свидетеля А.А.В., согласно которым она проживает адресу: <адрес> с супругом, сыновьями А. и А.. Артур обучается в 3 классе школы № <адрес>, его одноклассницей является К.А.В. У них в семье принято, что в школу А. обычно отвозит либо муж, либо старший сын А. Однако, если никого из них утром нет дома, то А. следует в школу на школьном автобусе, который проезжает около их дома по <адрес> в будние дни в 7час. 10мин. и в 7час. 40мин. 07.09.2017г. около 7час. 40мин. А. оделся и вышел на улицу, чтобы дождаться А., который должен был отвезти его в школу. Буквально через минуту она услышала с улицы звук тормозов, крики и удар. Она сразу побежала на улицу. А. стоял возле калитки, на полосе движения по направлению <адрес> находился автомобиль <данные изъяты>, которым управлял ФИО3, а перед автомобилем на асфальте лежали сестры К., т.к. ФИО3 совершил наезд на них. А. пояснил, что не был очевидцем ДТП.

Протокол следственного эксперимента от 28.03.2018г., согласно которому установлено место, где на обочине автодороги находились К. 07.09.2017г. около 7час. 40мин., когда ФИО3 следовал на автомобиле. Также установлено расстояние, с которого ФИО3 стали видны идущие по обочине К., - 81,3м и расстояние, когда ФИО3 во время движения обнаружил, что пешеходы стали перебегать дорогу, - 7,2м от центра переднего колеса.

Протокол следственного эксперимента от 11.05.2018г., согласно которому было установлено место на проезжей части дороги, где произошел наезд на пешеходов, в 2м от края дорожного покрытия. Размер угла, под которым двигались К., составил 75 градусов к границе проезжей части. Длина пути пешеходов от края проезжей части до места наезда составила 2,15м, которую они преодолели за 1,1с со скоростью 1,95м/с.

Заключение эксперта №э от 15.05.2018г., согласно которому в условиях данного происшествия величина скорости движения автомобиля <данные изъяты> определяется равной 39,1км/ч, безопасная же скорость движения автомобиля составляет не более 60 км/ч. Величина остановочного пути автомобиля при скорости движения 39,1км/ч определяется равной 23,5м, величина остановочного времени автомобиля при такой скорости определяется равной 3,1с, расстояние между автомобилем и пешеходами в момент реагирования водителя на опасность с последующим применением экстренного торможения определяется равным 18,6м. В данной дорожной обстановке водитель ФИО3 должен был действовать в соответствии с требованиями абз.2 п.10.1 ПДД РФ, с технической точки зрения в его действиях несоответствий требованиям ПДД РФ не усматривается. С технической точки зрения для сложившейся перед ДТП дорожно-транспортной ситуации наиболее состоятельным моментом возникновения опасности будет являться момент изменения траектории движения пешеходами в сторону проезжей части, а момент возникновения опасности, установленный следователем, является необоснованным, вследствие чего ФИО3 располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешеходов путем применения экстренного торможения при условии, что в момент возникновения опасности для движения автомобиль находился на расстоянии 81,3м от идущих по обочине ему навстречу пешеходов. Требованием ГОСТ Р 51709-2001 обусловлена возможность смещения технически исправленного автотранспортного средства в пределах нормативного коридора при торможении рабочей тормозной системой. Рабочая тормозная система, рулевое управление автомобиля находится в работоспособном состоянии и не имеет неисправностей, которые могли бы послужить причиной ДТП.

Протокол следственного эксперимента от 30.05.2018г., согласно которому с целью установления расстояния, которое преодолели К. с момента возникновения опасности для движения водителю ФИО3 - момента изменения первоначального движения пешеходов до момента наезда, в соответствии со схемой ДТП от 07.09.2017г. автомобиль <данные изъяты> поставлен в место, на котором находился после ДТП. В соответствии со схемой отмечено место наезда на пешеходов. ФИО3, управляя автомобилем, двигался назад при ровно выставленных колесах до места, где передний бампер находился перед отмеченным местом наезда на пешеходов. В указанном положении при сопоставлении с повреждением на передней части капота автомобиля установлено место в 2,8м от края проезжей части, которое определено следователем как действительное место наезда на пешеходов. К.Е.В. показана траектория движения по обочине и изменения первоначального движения до момента наезда, которое находится на расстоянии 0,7м от края проезжей части. В результате измерения установлено, что расстояние, пройденное пешеходами от места изменения первоначального движения к вновь установленному месту наезда, составляет 4,1м. По просьбе защитника установлено, что расстояние от установленного места изменения траектории движения пешеходов до места наезда, отмеченного в схеме ДТП, составляет 2,1м.

Показания следователя К.В.В., который утверждал, что 30.05.2018г. в ходе следственного эксперимента он правильно определил место столкновения.

Заключение эксперта №э от 19.06.2018г., согласно которому при заданных исходных данных удаление автомобиля <данные изъяты> от места наезда в момент возникновения опасности для движения определяется равным 22,6м. ФИО3 имел техническую возможность предотвратить наезд на пешеходов К. путем торможения, если с момента возникновения опасности для его движения до момента наезда пешеходы преодолели 4,1м со скоростью 1,95м/с.

Защитник, утверждая о невиновности ФИО3, просил о назначении дополнительных автотехнических экспертиз, судом его просьбы удовлетворены.

Из заключений эксперта №э от 05.12.2018г., №э от 14.04.2019г. следует, что установить по представленным материалам дела соответствует ли положение автомобиля <данные изъяты>, установленное 30.05.2018г. в ходе следственного эксперимента путем движения назад при ровно выставленных колесах в момент наезда на пешеходов, положению следов торможения указанного автомобиля не представляется возможным. С технической точки зрения метод определения места наезда на пешеходов, примененный следователем 30.05.2018г. в ходе следственного эксперимента, является обоснованным при условии, что траектория движения автомобиля, движущегося в заторможенном состоянии была параллельна оси автомобиля, зафиксированного в схеме ДТП, и при условии, что место контактирования передней части автомобиля с пешеходом, принятое в ходе того же следственного эксперимента, соответствует фактическому месту первоначального контакта передней части автомобиля с пешеходом. Имеющихся в материалах дела признаков не достаточно для того, чтобы экспертным путем установить место наезда автомобиля на пешеходов. При расположении места наезда в точке, указанной в схеме ДТП, ФИО3 не имел технической возможности предотвратить наезд на пешеходов с момента возникновения опасности для движения.

Эксперт П.В.В. в судебном заседании подтвердил правильность выводов, содержащихся в его заключениях, а также указал, что в выводе по вопросу № заключения №э от 15.05.2018г. допущена описка в указании скорости 34,9км/ч, правильный показатель скорости 39,1км/ч; у экспертов не существует методики определения места наезда на пешехода, который применил следователь в ходе следственного эксперимента 30.05.2018г., учитывая, что в момент ДТП пешеход двигался; следователь согласился с его мнением по моменту возникновения опасности для движения водителя; утверждает, что в заторможенном состоянии автомобиль мог двигаться не параллельно своей продольной оси, но под каким углом находились следы торможения определить не возможно, т.к. отсутствуют привязки начала следов в схеме; достоверно установить место наезда экспертным путем в настоящее время не представляется возможным.

Изучив представленные доказательства, выслушав стороны, суд приходит к выводу о невиновности ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, за отсутствием в его деянии состава этого преступления, исходя из следующего.

Проанализировав представленные стороной обвинения доказательства, суд полагает, что на их основе сделать вывод о виновности подсудимого не представляется возможным. При этом суд исходит из следующего.

Доказательства, приведенные стороной обвинения, достаточно полно отражают обстоятельства предшествующие и сопутствующие происшествию, однако сами по себе не могут служить основанием для однозначного вывода о виновности ФИО3 Это относится к протоколам осмотров места происшествия, автотранспортного средства, заключения СМЭ, показаниям потерпевшей, свидетелей.

Так, достоверно установлено, что ФИО3 07.09.2017г. около 7час. 40мин., управляя технически исправным автомобилем <данные изъяты> с госномером №, двигался по правой полосе проезжей части автодороги по <адрес> в <адрес> в направлении <адрес>. Скорость его автомобиля, установленная экспертным путем, была достаточно безопасной – 39,1км/ч, дорога была знакома, поскольку ФИО3 местный житель, улица центральная.

В этой связи, если следователем в формулировке обвинения делается ссылка на императивное требование ПДД РФ о том, что в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60км/ч, а в жилых зонах и на дворовых территориях не более 20км/ч (п.10.2 ПДД РФ) как на обоснование виновности ФИО3, то она совершенно не состоятельна, поскольку доказательств превышения скорости 60км/ч в деле нет, рассматриваемое ДТП произошло не на дворовой территории.

Тем временем навстречу ФИО3 по правой обочине двигались, направляясь в школу, сестры К. <данные изъяты> и <данные изъяты> лет, которые в непосредственной близости от приближающегося автомобиля, внезапно изменив траекторию движения, стали переходить справа налево в непредназначенном для этого месте проезжую часть дороги, увидев малолетнего свидетеля А.А.О. – одноклассника пострадавшей. Бесконтрольность малолетних не вызывала опасений, поскольку было очевидно, что дети целенаправленно направляются в учебное учреждение, а не занимаются на дороге, например, подвижными играми. Бесконтрольность малолетних, их возраст могли убедить в том, что законные представители доверяют им быть участниками дорожного движения, а последние имеют опыт в этом, учитывая ежедневное посещение школы. Из характеристик девочек видна их способность, в том числе адекватно воспринимать дорожную обстановку, предвидеть опасность, избегать ее.

Суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемой дорожной обстановке скорость движения современного автомобиля, каковым управлял ФИО3, менее 40км/ч при допустимой 60км/ч вполне соответствует положениям абз.1 п.10.1 ПДД РФ.

При ретроспективном анализе парадокс ситуации состоит в том, что при казалось бы более небезопасной, но разрешенной скорости в 60км/ч, ФИО3 беспрепятственно проехал бы место наезда, поскольку пешеходы бы до него еще не дошли, либо, если бы его скорость была таковой в момент возникновения опасности для движения, то он не смог бы по техническим причинам предотвратить наезд, т.е. оказался бы невиновным при возможно более трагических последствиях.

Исходя из точки зрения следователя о безопасной скорости движения автомобиля видно, что ФИО3 в данном случае двигался с единственно возможной «небезопасной» скоростью в диапазоне от 0 до 60км/ч, другие величины скорости (свыше/ниже 39,1км/ч) позволили бы ему предотвратить столкновение либо считаться невиновным при неизбежном причинении вреда пешеходам.

Указанные рассуждения приводят суд к выводу о том, что в данном случае проверять необходимо лишь соблюдение ФИО3 требования абз.2 п.10.1 ПДД РФ о том, что при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В этой связи, допущенные следователем обвинительные формулировки «не соблюдая необходимых мер предосторожности», «создал опасность для движения», «не выбрал безопасную скорость, обеспечивающую водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил» голословны, ни на чем не основаны, опровергаются вышеназванными доказательствами.

Следует отметить, что ФИО3 никому не создавал опасности для движения, поскольку в месте ДТП пешеходы не имели приоритета для движения, а, напротив, переходили проезжую часть в нарушение ПДД РФ.

Под опасностью для движения ПДД РФ подразумевает ситуацию, возникшую в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения ДТП.

О выполнении ФИО3 требований абз.2 п.10.1 ПДД РФ говорят следы торможения колес автомобиля, заключением эксперта подтверждена его техническая исправность, это видно из показаний свидетелей обвинения и самого ФИО3 Каких-либо оснований сомневаться в достоверности данных доказательств у суда нет.

По мнению суда, заслуживает внимания и проверки лишь довод стороны обвинения о несвоевременности применения ФИО3 торможения для остановки автомобиля.

Не является основанием для возвращения дела прокурору то обстоятельство, что следователем в обвинительном заключении не изложен абз.2 п.10.1 ПДД РФ, т.к. этот пункт вменяется в вину ФИО3 и его нарушение подкреплено доводом о несвоевременности экстренного торможения для остановки транспортного средства.

Итак, установлено, что ФИО3, руководствуясь абз.2 п.10.1 ПДД РФ применил торможение, однако автомобиль в заторможенном состоянии сбил девочек, остановившись в 3,8м от места наезда. В результате ДТП старшей из сестер К.А.В., двигавшейся спереди, причинены повреждения в виде <данные изъяты> которые причиняют тяжкий вред здоровью как вызывающие значительную стойкую утрату трудоспособности не менее чем на одну треть независимо от исхода и оказания (не оказания) медицинской помощи. Младшая сестра подверглась воздействию находящегося в заторможенном состоянии автомобиля, однако не пострадала.

Таким образом, в сложившейся ситуации для оценки действий ФИО3 необходимо лишь установление момента возникновения опасности для движения его автомобиля, разрешить вопрос о технической возможности предотвратить наезд на пешеходов.

По вопросу определения момента возникновения опасности для водителя ФИО3 суд соглашается с мнением эксперта, с которым согласился и следователь, о том, что этот момент возник при изменении траектории движения пешеходами в сторону проезжей части дороги, а не при первоначальном визуальном контакте водителя с идущими по обочине пешеходами с расстояния более 80м, т.е. суд соглашается с утверждением о том, что сами по себе идущие в учебное учреждение по обочине параллельно проезжей части дороги школьники не представляют для водителя транспортного средства опасности для движения. Экспертом приводятся случаи и опасного поведения детей на дороге, на один из которых ссылается гособвинитель, приводя пример из советской судебной практики, однако приведенный пример (часть детей перебежала через дорогу, а один ребенок пытается это сделать вслед за ними перед близко идущим автобусом) совершенно не схож с рассматриваемым случаем.

При тщательном анализе доказательств судом установлено, что достаточно достоверно зафиксировано лишь конечное положение автомобиля ФИО3 после наезда на пешеходов и длина следов торможения его колес, другие необходимые данные для математических расчетов основаны на показаниях заинтересованных в исходе дела участников уголовного судопроизводства, поперечные привязки начала следов торможения отсутствуют, в связи с чем определить под каким углом относительно продольной оси дороги располагались данные следы и следовательно определить точную траекторию движения автомобиля в процессе следообразования экспертным путем не представляется возможным, а согласно выводам эксперта требованием ГОСТ Р 51709-2001 обусловлена возможность смещения технически исправленного автотранспортного средства в пределах нормативного коридора при торможении рабочей тормозной системой, при движении автомобиля в заторможенном состоянии в результате блокировки колес происходит скольжение шин, которое в свою очередь может привести к смещению и заносу автомобиля, даже незначительное отклонение продольной оси автомобиля в процессе торможения относительно следов торможения приведет к тому, что траектория движения заторможенного автомобиля не будет параллельна продольной оси данного автомобиля, находящегося в конечном положении.

По мнению суда, в месте наезда, установленном следователем 30.05.2018г. в ходе следственного эксперимента, повреждение на капоте автомобиля не могло образоваться, поскольку первоначальный контакт автомобиля с пешеходом происходил наиболее выступающей частью автомобиля – передним бампером, затем происходило забрасывание тела на капот, для чего затрачено время, в течение которого автомобиль прошел определенный путь, тем более, что в момент ДТП пешеход находился в движении.

В связи с этим суд считает, что определение следователем места наезда по расположению повреждения на капоте автомобиля несостоятельно. В том числе следователем при определении места наезда 30.05.2018г. в ходе следственного эксперимента не учтено, что в заторможенном состоянии автомобиль мог двигаться не параллельно своей продольной оси, но под каким углом находились следы торможения определить не возможно, т.к. отсутствуют привязки начала следов в схеме.

Напротив, в правильности фиксации места наезда в схеме ДТП никто, в том числе следователь и прокурор при возбуждении дела и производстве первоначальных следственных действий не сомневались, оно зафиксировано по «горячим следам» инспектором ДПС капитаном полиции, т.е. опытным специалистом МВД по расследованию обстоятельств ДТП, а также нашло отражение в протоколе осмотра места происшествия, изготовленном таким же опытным, судя по званию, следователем районного следственного комитета.

В этой связи суд отвергает, считая его недостоверным, протокол следственного эксперимента от 30.05.2018г. в части определения места наезда, полагает, что первоначально в схеме ДТП оно определено верно, что, исходя из выводов заключения эксперта №э от 14.04.2019г., говорит об отсутствии у ФИО3 технической возможности предотвратить наезд.

Суд отвергает также вывод эксперта из заключения №э от 19.06.2018г. о возможности ФИО3 предотвратить наезд на пешеходов, поскольку он основан на представленных недостоверных сведениях из вышеуказанного протокола.

Суд приходит к таким выводам, учитывая, что экспертным путем установить место наезда автомобиля на пешеходов не представляется возможным, а неустранимые сомнения в виновности толкуются в пользу обвиняемого.

Вместе с тем суд считает выводы эксперта не противоречивыми, т.к. он лишь делает физико-математические расчеты по представленным следователем, судом для таких расчетов данным.

Утверждать о том, что ФИО3 должен был предвидеть действия пешеходов, которые неожиданно в нарушение ПДД РФ стали переходить дорогу, по мнению суда, оснований нет.

При этом следует отметить, что преступная небрежность имеет место лишь при условии, что лицо не предвидит наступление вредных последствий, однако при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть их наступление. Как установлено по делу, в имеющихся условиях ФИО3 принял достаточные меры для остановки автомобиля и не мог предвидеть описанных действий пешеходов.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст.264 УК РФ выражается, кроме прочих элементов, в нарушении ПДД. В данном случае суд полагает, что ФИО3 пункты ПДД РФ нарушены не были, потому оснований для привлечения его к уголовной ответственности не имеется, поскольку рассматриваемое происшествие является случаем, не влекущим уголовной ответственности.

Судьбу вещественного доказательства суд определяет в соответствии со ст.81 УПК РФ, гражданский иск по делу не предъявлен.

В силу ст.134 УПК РФ суд считает необходимым признать за ФИО3 право на реабилитацию.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.302, 304-306 и 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Оправдать ФИО3 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления.

Меру пресечения подписку о невыезде и надлежащем поведении ФИО3 отменить.

Вещественное доказательство – автомобиль <данные изъяты> оставить у ФИО3

Признать за оправданным ФИО3 право на реабилитацию в соответствии с гл.18 УПК РФ.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Краснодарского краевого суда в течение десяти суток со дня его провозглашения.

Оправданный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья

Северского райсуда В.В. Макаренко

Апелляционным постановлением Краснодарского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Северского районного суда Краснодарского края от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 отменить. Апелляционное представление и апелляционную жалобу удовлетворить.. Уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд другим составом суда со стадии судебного разбирательства.

Меры пресечения ФИО3 оставить прежнюю- в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Настоящее постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию Краснодарского краевого с уда.

Председательствующий