Апелляционное определение № 33-10128/2026 Ж-8958/2026 от 18 марта 2026 г.

Судья Утешев С.В.

УИД 77RS0027-02-2025-003533-12

Номер дела в суде первой инстанции: № 02-1915/2025

Номер дела в суде апелляционной инстанции: № 33-10128/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 марта 2026 года город Москва

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Семченко А.В.

судей Пахмутовой К.В., Старовойтовой К.Ю.

при ведении протокола секретарем судебного заседания

ФИО1,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи

Пахмутовой К.В.

гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика ГУ МВД России по городу Москве на решение Тверского районного суда города Москвы от 10 сентября 2025 года, которым постановлено:

Иск ФИО2 к ГУ МВД России по городу Москве о признании решения в части незаконным, обязании восстановить преимущественное право на получение единовременной социальной выплаты удовлетворить.

Признать незаконным решение ГУ МВД России по городу Москве от 22 января 2025 года, изложенное в протоколе № 2, в части лишения ФИО2 права на преимущественное предоставление единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения.

Обязать ГУ МВД России по городу Москву восстановить преимущественное право ФИО2 на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения перед сотрудниками и гражданами Российской Федерации, уволенными со службы в органах внутренних дел с правом на пенсию, принятыми на учет в том же году.

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ГУ МВД России по г. Москве о признании незаконным решения комиссии от 22 января 2025 года (протокол № 2) в части лишения её преимущественного права на получение единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения и обязании восстановить данное право.

В обоснование требований ФИО2 указала, что с 2013 года состоит на учете для получения единовременной социальной выплаты. В связи с наличием у дочери, паспортные данные, инвалидности (ребенок-инвалид), истец в соответствии с ч. 10 ст. 4 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ имела преимущественное право на получение выплаты. В ноябре 2024 года дочери истца исполнилось 18 лет, и при переосвидетельствовании ей была установлена третья группа инвалидности бессрочно с причиной «инвалидность с детства». Оспариваемым решением ответчик, ссылаясь на достижение дочерью совершеннолетия и утрату статуса «ребенок-инвалид», исключил истца из льготной очереди, что истец полагает незаконным.

Представитель ответчика в суде первой инстанции иск не признал, указав, что после достижения 18 лет дочь истца перестала относиться к категории «ребенок-инвалид», в связи с чем основания для сохранения преимущественного права у истца отсутствуют.

Судом постановлено вышеуказанное решение, об отмене которого просит представитель ГУ МВД России по г. Москве по доводам апелляционной жалобы.

В апелляционной жалобе ответчик указывает на неправильное применение судом норм материального права. Полагает, что ч. 10 ст. 4 Федерального закона № 247-ФЗ связывает наличие преимущественного права именно с наличием у сотрудника ребенка-инвалида. Поскольку Федеральный закон от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в РФ» разграничивает категории «ребенок-инвалид» (для лиц до 18 лет) и «инвалид с детства» (для лиц старше 18 лет), после достижения совершеннолетия дочерью истца её статус изменился, что влечёт утрату права на льготу у её матери. Считает, что суд необоснованно распространил действие льготы на новый статус дочери.

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), заслушав объяснения представителя ГУ МВД России по г. Москве, поддержавшего доводы жалобы, возражения истца ФИО2 и ее представителя фио, исследовав материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ФИО2 проходила службу в органах внутренних дел, имеет необходимую выслугу лет. Решением комиссии ГУ МВД России по г. Москве от 27 ноября 2013 года она принята на учет для получения единовременной социальной выплаты в составе семьи из трех человек (она и две дочери ДД.ММ.ГГГГ г.р.)

В связи с установлением дочери истца фио, паспортные данные, категории «ребенок-инвалид», истец в соответствии с ч. 10 ст. 4 Федерального закона № 247-ФЗ приобрела преимущественное право на получение выплаты перед сотрудниками, принятыми на учет в том же году, что подтверждено решением комиссии от 08 августа 2018 года и от 09 июня 2023 года.

11 ноября 2024 года, после достижения фио 18-летнего возраста, бюро МСЭ выдало ей справку, согласно которой ей установлена третья группа инвалидности бессрочно, причина инвалидности -«инвалидность с детства».

Решением комиссии ГУ МВД России по г. Москве от 22 января 2025 года (протокол № 2) в учетное дело истца внесены изменения в части снятия категории «ребенок-инвалид», что фактически лишило истца преимущественного права на получение выплаты.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 4 Федерального закона от 19.07.2011 № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», п. 31 Правил, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 30.12.2011 № 1223, а также нормативными актами, регламентирующими порядок установления инвалидности (Приказ Минтруда № 585н, Приказ Минтруда № 90н), исходил из того, что достижение ребенком-инвалидом 18-летнего возраста и изменение формулировки причины инвалидности на «инвалид с детства» при сохранении совместного проживания и самого факта инвалидности, возникшей в детстве, не является основанием для лишения сотрудника (гражданина, уволенного со службы) ранее приобретенного преимущественного права на получение социальной выплаты.

Судебная коллегия находит данные выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на правильном толковании норм материального права.

Доводы апелляционной жалобы о том, что после достижения 18 лет дочь истца утратила статус «ребенок-инвалид», а федеральный закон связывает наличие льготы только с наличием ребенка-инвалида, основаны на ошибочном, формальном толковании закона.

В соответствии с ч. 10 ст. 4 Федерального закона № 247-ФЗ, преимущественное право на предоставление единовременной социальной выплаты имеют сотрудники, имеющие одного и более ребенка-инвалида, проживающего совместно с ними.

Как верно отметил суд первой инстанции, данная норма не устанавливает, что право на льготу действует только до момента достижения ребенком 18 лет. Юридически значимым обстоятельством для возникновения такого права является: наличие у сотрудника ребенка; наличие у этого ребенка инвалидности, установленной до достижения им 18 лет (категория «ребенок-инвалид»); совместное проживание с таким ребенком.

Изменение по достижении 18 лет категории инвалидности с «ребенок-инвалид» на причину инвалидности «инвалид с детства» (с установлением I, II или III группы) не означает прекращения состояния инвалидности как такового. Согласно п. 7 Порядка, утв. Приказом Минтруда № 90н, причина инвалидности «инвалид с детства» устанавливается именно гражданам старше 18 лет, когда инвалидность наступила до достижения возраста 18 лет. Таким образом, имеет место изменение статуса, а не его утрата.

Следовательно, дочь ФИО2, будучи ребенком-инвалидом, после 18 лет приобрела статус «инвалид с детства», то есть фактически продолжает относиться к той категории лиц, наличие которой в семье дает сотруднику право на льготу, предусмотренную ч. 10 ст. 4 Федерального закона № 247-ФЗ. Иное толкование ставило бы семьи с детьми-инвалидами в худшее положение по сравнению с семьями, где ребенок достиг 18 лет, но продолжает являться нетрудоспособным иждивенцем по причине инвалидности, что противоречит целям социальной поддержки, установленной данным Федеральным законом.

Кроме того, судебная коллегия учитывает, что действующее законодательство - ни Федеральный закон № 247-ФЗ, ни Правила № 1223, не содержит прямого указания на то, что достижение ребенком-инвалидом совершеннолетия является безусловным основанием для снятия сотрудника с льготной очереди или лишения его преимущественного права. Утрата преимущественного права могла бы иметь место в случае, если бы отпали сами основания для его предоставления (отмена инвалидности), данных обстоятельств в данном деле не установлено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о незаконности решения ответчика в оспариваемой части и обоснованно возложил на ГУ МВД России по г. Москве обязанность восстановить преимущественное право истца.

Доводы апелляционной жалобы повторяют позицию ответчика в суде первой инстанции, которая была предметом подробного исследования и получила надлежащую правовую оценку в решении суда. Оснований для переоценки выводов суда и отмены решения по доводам жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Тверского районного суда города Москвы от 10 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ГУ МВД России по городу Москве - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 08.05.2026 г.

Председательствующий:

Судьи: