Решение № 2-5306/2017 2-5306/2017~М-2869/2017 М-2869/2017 от 19 ноября 2017 г. по делу № 2-5306/2017

Дело №


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 ноября 2017 года г. Красноярск

Свердловский районный суд г.Красноярскав составе:

председательствующего судьи Медведской Г.А.,

при секретареАндреенко Е.В.

с участием помощника прокурора Свердловского района г. Красноярска Рыбакова А.Н.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску СедайкинаСергея Викторовича, ФИО7 к обществу с ограниченной ответственностью «УСК «Сибиряк» о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО6, ФИО7 обратились в суд с иском к ООО «УСК «Сибиряк» о компенсации морального вреда. Требования мотивировали тем, что истцы являются родителями ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего на стройке ДД.ММ.ГГГГ года. 31.07.2012 года между ответчиком и ФИО1 заключен трудовой договор, по условиям которого работник принимает на себя обязательства выполнения трудовых обязанностей в должности помощника машиниста бурильно-крановой машины 3 разряда с 01.08.2012 года. 23.10.2015 года ФИО1 назначен с 01.08.2012 года. 23.10.2015 года ФИО1 назначен стропольщиком по обслуживанию подъемного сооружения. 27.10.2015 года ФИО1 находился на рабочем месте и исполнял свои трудовые обязанности на территории ООО УСК «Сибиряк». При выполнении работ совместно с крановщиком башенного крана с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО1. получил несовместимые с жизнью травмы, от которых скончался 27.10.2015 года.

Просят взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей в пользу каждого из истцов.

В судебном заседании представитель истцов – ФИО8 (по доверенности) исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить.

Представитель ООО «УСК «Сибиряк» - ФИО9 (по доверенности) исковые требования не признала, просила в удовлетворении требований отказать, на основании изложенных в отзыве доводов.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Свердловского района г.Красноярска Рыбакова А.Н., полагавшего требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, при этом в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (должностных) обязанностей.

Под источником повышенной опасности, по смыслу ст. 1079 ГК РФ, надлежит понимать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и иных объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.

Источником повышенной опасности может быть признана также иная деятельность, не указанная в ст. 1079 ГК РФ.

В силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в том числе в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями (бездействиями), нарушающими его личные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие не материальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указано в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Как установлено в судебном заседании и усматривается из материалов дела, истцы являются родителями ФИО10, что подтверждается свидетельством о рождении от 27.03.1986 года.

31.07.2012 между ООО УСК «Сибиряк» (работодатель) и ФИО1 (работник) заключен трудовой договор №, по которому работник принимает на себя обязательства выполнения трудовых обязанностей в должности помощника машиниста бурильнокрановой самоходной машины 3 разряда с 01.08.2012. Работодатель обязан обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, обеспечивать работника исправным оборудованием, инструментами, иными средствами, необходимыми для исполнения им трудовых обязанностей, а работник - соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда.

Дополнительным соглашением № 1 к трудовому договору от 01.11.2014 ФИО1 с 01.11.2014 переведен в подразделение: монтажный поток № 5 (участок по бурению и забивке свай).

25.12.2013 ФИО1 прошел обучение при КГБОУ НПО ПУ-85 по профессии стропальщик, ему присвоена квалификация стропальщик 3 разряда, выдано удостоверение.

Приказом ООО УСК «Сибиряк» № от 23.10.2015 ФИО1 назначен стропальщиком по обслуживанию подъемного сооружения.

15.10.2015 между ООО УСК «Сибиряк» и АО «Строймеханизация» заключен договор на производство работ башенными кранами КБ-403, КБ-408.21, КБ-515 № 5 УМ-3/ксроком с 15.10.2015 по 31.12.2016, согласно условиям которого, АО «Строймеханизация», как подрядчик, приняло обязательства на основании заявок заказчика производить работы башенными кранами и укомплектовать их своими крановщиками.

На объекте строительства - Спортивно-тренировочный комплекс «Академия зимних видов спорта» Многофункциональный спортивный комплекс «Сопка» смонтирован и 26.10.2015г. пущен в работу кран КБ-408.21, принадлежащий АО «Строймеханизация».

27.10.2015 при исполнении ФИО1 трудовых обязанностей совместно с крановщиком башенного крана ФИО2., являющейся работником АО «Строймеханизация», на территории ООО УСК «Сибиряк» - Спортивно-тренировочный комплекс «Академия зимних видов спорта» Многофункциональный спортивный комплекс «Сопка» с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО1 получил травмы несовместимые с жизнью и от которых он скончался ДД.ММ.ГГГГ что подтверждается медицинским заключением.

Приказом № от 03.11.2015 прекращено действие трудового договора с ФИО1 в связи со смертью работника по п.6 ч.1 ст. 83 ТК РФ с 27.10.2015г.

Обстоятельства несчастного случая изложены в Акте № 7 формы Н-1 о несчастном случае на производстве от 17.12.2015, согласно которому 27.10.2015 на объекте Спортивно-тренировочный комплекс «Академия зимних видов спорта» Многофункциональный спортивный комплекс «Сопка», расположенного в Октябрьском районе г.Красноярска, ФИО1 по заданию мастера ФИО3 совместно с помощником машиниста БКСМ до обеда занимался бурением, после окончания которого должен был разгружать автомобили со сваями. После обеда подъехала машина со сваями и встала на разгрузку под башенный кран КБ-408. ФИО1 забрался в кузов автомобиля, зацепил крюками две 12-метровые сваи, дал команду крановщице ФИО2 сделать натяжку строп и приподнять сваи. Крановщица выполнила команду, после чего ФИО1 спустился с машины, отошел от нее и подал команду поднять сваи над кузовом. Крановщица подняла сваи на 1,5 м. ФИО1 подошел к штабелям ранее складированных свай со стороны котлована и рукой показал крановщице, куда подвести сваи. Крановщица выполнила команду и подвела сваи к указанному месту, к штабелю 12-метровых свай. Сваи встали параллельно штабелю. ФИО1., стоя со стороны котлована (в стороне от свай), подал команду опустить сваи в проем между штабелями 6-метровых и 12-метровых свай. Крановщица выполнила команду, опустила сваи вниз до земли, обломав деревянные прокладки, выступающие из штабеля 6-метровых складированных свай. После чего, ФИО1 дал команду поднять сваи и отвести их в сторону 6-метровых свай. Крановщица, подняв сваи на высоту около 20 см, отвела их в сторону над 6-метровыми сваями примерно на 1 метр. Не дожидаясь, пока сваи остановятся, ФИО1, наклонившись, шагнул в сторону сломанных прокладок. В этот момент сваи стали возвращаться обратно к проему под уклоном вниз, зацепив за монтажную петлю крайнюю 6-метровую сваю и сбросили эту сваю в проем. Одновременно с этим, ФИО1 поднял голову, в этот момент застропованными 12-метровыми сваями ему придавило грудную клетку к штабелю 12-метровых свай, в результате чего он получил <данные изъяты>, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью. Был направлен в больницу скорой медицинской помощи. В тот же день от полученных травм ФИО1 скончался.

Приведенные выше обстоятельства сторонами не оспариваются.

В соответствии с указанным выше Актом, основными причинами несчастного случая явились: 1) неудовлетворительная организация производства работ со стороны УМ-3 филиала АО «Строймеханизация» и ООО УСК «Сибиряк», выразившаяся в:

а) не обеспечении УМ-3 филиала АО «Строймеханизация» назначенных распорядительным актом специалиста, ответственного за безопасное производство работ с применением ПС и обслуживающего персонала (стропальщиков);

б) начале работы ФИО2 краном, не удостоверившейся в наличии удостоверения на право стороповки грузов у стропальщика ФИО1 впервые приступившего к работе с ней;

в) допуске стропальщика ФИО1 для строповки груза под кран КБ-408.21, принадлежащий УМ-3 филиала АО «Строймеханизация»;

г) части отступа от требований технологической карты (производство работ с одним стропальщиком, без оттяжек);

2) неудовлетворительный производственный контроль, выразившийся в недостаточном контроле за соблюдением требований должностных и производственных инструкций со стороны УМ-3 филиала АО «Строймеханизация».

В качестве лиц, непосредственно допустивших нарушения требований охраны труда, указаны: мастер СМР ООО УСК «Сибиряк» ФИО3, главный инженер ООО УСК «Сибиряк» ФИО4, главный инженер УМ-3 филиала АО «Строймеханизация» ФИО5, машинист башенного крана УМ-3 филиала АО «Строймеханизация» ФИО2, а также помощник машиниста ФИО1

Таким образом, указанным Актом от 17.12.2015 установлена вина в несчастном случае на производстве как ООО УСК «Сибиряк», так и АО «Строймеханизация».

Как следует из ч.2 ст.22 ТК РФ работодатель обязан, в том числе обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Статьей 212 ТК РФ предусмотрено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

Из указанного выше акта о несчастном случае на производстве от 17.12.2015 № следует, что одной из его причин явилось неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в том, что мастер СМР ООО УСК «Сибиряк» ФИО3 в нарушение п.п. 8 п.2.1. Должностной инструкции для специалиста, ответственного за безопасное производство работ с применение ПС, не руководил работами по перемещению груза краном, при отсутствии схемы строповки свай, не определил место складирования свай, не проинструктировал крановщика и стропальщика относительно порядка и габаритов складирования (п.п.15 п.2.1 Должностной инструкции). Также неудовлетворительная организация производства работ выразилась в том, что главный инженер ООО УСК «Сибиряк» ФИО4 на строительном объекта «Сопка» не проконтролировал ознакомление под роспись персонала с технологической картой, не проконтролировал наличие схем строповки свай на строительном объекта «Сопка», не проконтролировал инженерно-технический персонал, который допустил стропальщика ФИО1 для строповки груза под кран КБ-208.21, что является нарушением п.п. 23, 162 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения», п.2.9 Должностной инструкции главного инженера.

Второй причиной произошедшего с ФИО1 несчастного случая стало нарушение производственной дисциплины машинистом башенного крана УМ-3 филиала АО «Строймеханизация» ФИО2 выразившееся в нарушении п.2.11, п.п.2 п.3.21, п.п.3 п.3.19, п.п.8 п.3.19 производственной инструкции для крановщиков (машинистов) по безопасной эксплуатации башенных кранов, и п.19 раздела 2 типовой технологическойкарты на погрузочно-разгрузочные работы, в частности, она не проверила наличие удостоверения на право строповки грузов у ФИО1, производила разгрузку свай при отсутствии схем строповки, допустила перемещение груза при нахождении ФИО1 в опасной зоне работы крана, перемещала груз в горизонтальной плоскости на высоте менее 500 мм выше встречающихся на пути предметов (ранее складированных штабелей свай), производила укладку груза (свай) с нарушением установленных габаритов складирования (проходы между складированными штабелями не менее 1 м), допустила разгрузку 12-ти метровых свай с одним стропальщиком (по технологической карте не менее двух), производила перемещение двух 12-метровых свай из кузова автомашины на место складирования (по проекту производства работ кранами должны производиться по одной свае).

Кроме того, причиной произошедшего с ФИО1 несчастного случая стало нарушение производственной дисциплины главным инженером УМ-3 филиала АО «Строймеханизация» ФИО5, не обеспечившим выделение специалиста, ответственного за безопасное производство работ с применением ПС и обслуживающего персонала (стропальщиков), не осуществлявшим контроль за выполнением производственных инструкций обслуживающим персоналом и должностных инструкций специалистов.

При этом, указанный акт никем не оспаривался и недействительным не признавался.

Таким образом, к несчастному случаю на производстве привели обоюдно противоправные действия сотрудников ООО УСК «Сибиряк» и АО «Строймеханизация», допустивших виновные нарушения приведенных выше и обязательных для исполнения требований безопасности при проведении работ повышенной опасности, в результате чего ФИО1 получил производственную травму, не совместимую с жизнью.

В нарушение требований ч.1 ст.56 ГПК РФ сторона ответчиков не представила суду доказательства отсутствия вины ООО УСК «Сибиряк» в причинении вреда ФИО1 а также доказательства наличия в действиях самого работника умысла или грубой неосторожности, способствовавшей причинению вреда, а равно его причинения в результате действия непреодолимой силы.

Как установлено по материалам дела, одной из причин произошедшего с ФИО1 несчастного случая явились нарушения самим работником производственной инструкции для стропальщиков по безопасному производству работ с применением ПС, выразившихся в том, что он допустил поднятие и перемещение свай без схемы стороповки и без стороны руководства лица, ответственного за безопасное производство работ (п.4.2), допустил поднятие и перемещение двух 12-метровых свай из кузова автомашины на место складирования (по проекту производства работ кранами должны производиться по одной свае), допустил поднятие и перемещение двух 12-метровых свай без применения специальных оттяжек (п.5.5), при разгрузке 12-метровых свай находился в опасной зоне работы крана на месте складирования свай (п.5.8.3), производил укладку груза (свай) с нарушением установленных габаритов складирования -проходы между складированными штабелями должны быть не менее 1 м (п.6.3).

При этом, наличия в действиях ФИО1 умысла или грубой неосторожности, способствовавшей причинению вреда, судом не установлено, по материалам дела не усматривается.

В соответствии с действующим законодательством перечень работ, которые осуществляются на строительном производстве, связанные с повышенной опасностью и на которые оформляется наряды-допуски, необходимо устанавливать приказом работодателя.

Пунктом 1.4 Инструкции № стропальщиков по безопасному производству работ с применением ПС, утвержденной генеральным директором ООО УСК «Сибиряк» 22.09.2014, установлено, что допуск к работе стропальщика производится приказом по предприятию.

Судом также установлено, что в 2015г. ФИО1 прошел обучение по профессии стропальщик, ему присвоена квалификация стропальщик 3 разряда, выдано удостоверение. Приказом ООО УСК «Сибиряк» № от 23.10.2015 ФИО1 назначен стропальщиком по обслуживанию подъемного сооружения. Приказ о допуске ФИО1 к работе стропальщика, работодателем не издавался, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве. Доказательств обратному суду не представлено.

Учитывая то обстоятельство, что деятельность ООО УСК «Сибиряк» по строительству является опасной, в силу обязательств на ООО УСК «Сибиряк» лежал контроль за работой привлекаемых к строительству организаций и их работников, и техники, в т.ч. АО «Строймеханизация», следовательно, ООО УСК «Сибиряк» владел двумя источниками повышенной опасности – самим строительным объектом и совместно с АО «Строймеханизация» – краном, учитывая также наличие с ФИО1 трудовых отношений и установленную по материалам дела неудовлетворительную организацию ООО УСК «Сибиряк» производства работ и не исполнение обязанности по контролю за выполнением мероприятий, обеспечивающих безопасность проведения работ, в результате чего и произошел несчастный случай, повлекший гибель работника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возложении на данного ответчика обязанности по возмещению истице морального вреда.

Поскольку близкие родственники, в данном случае истцы, являющиесяродителями погибшего ФИО1, в связи со смертью сына испытывают нравственные страдания, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лиц, которым причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Определяя размер указанной компенсации, суд учитывает степень нравственных страданий истцов по поводу гибели сына, невосполнимость такой утраты, требования о разумности и справедливости.

По смыслу закона моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Гибель единственного сына является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родителей, влечет состояние эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи. Неизгладимой для родителей является боль утраты ребенка в любом возрасте.

Невосполнимость утраты близкого родственника и как следствие причинение истцам нравственных страданий в данном случае очевидны.

Несчастный случай произошел в момент исполнения ФИО1 должностных обязанностей, в связи с чем, у работодателя возникла обязанность по выплате родителям погибшего компенсации морального вреда. При этом при разрешении настоящего спора не имеет правового значения факт выплаты другим родстенникам страховых возмещений, материальной помощи, поскольку они не относятся к компенсации нравственных переживаний истцов, связанных со смертью близкого человека.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199, ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО6, ФИО7 к обществу с ограниченной ответственностью «УСК «Сибиряк» о компенсации морального вреда– удовлетворить.

Взыскать собщества с ограниченной ответственностью «УСК «Сибиряк» в пользу ФИО6 в счет компенсации морального вреда 500000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «УСК «Сибиряк» в пользу ФИО7 в счет компенсации морального вреда 500 000 (пятьсот тысяч) рублей.

Взыскатьс общества с ограниченной ответственностью «УСК «Сибиряк» возврат госпошлины в пользу ФИО6 в размере 300 рублей, в пользу ФИО7 в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Свердловский районный суд г. Красноярска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме – ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий Г.А.Медведская