Решение № 2-1075/2025 от 23 февраля 2025 г. по делу № 2-4607/2024~М-4264/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 февраля 2025 года г. Астрахань

Ленинский районный суд г. Астрахани в составе:

Председательствующего судьи Пираевой Е.А.,

при секретаре судебного заседания Кусалиевой Р.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2- 1075/2025 по иску заместителя прокурора г. Астрахани в интересах ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истец в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным. В обоснование заявленных требований истец указал, что между ФИО1 и Банком <дата обезличена> был заключен кредитный договор на сумму 1150000 руб. Указанные денежные средства были выданы ФИО1 по кассовому ордеру. Однако данный договор является недействительной сделкой ввиду того, что был заключен в силу отсутствия воли самой ФИО1, которая была введена в заблуждение неустановленным лицом, в отношении которого возбуждено уголовное дело. Заключение кредитного договора являлось способом хищения денежных средств Банка третьим лицом, при том сама ФИО1 выступала в качестве лица, посредством действий которого денежные средства были похищены третьими лицами, а не субъекта кредитных правоотношений.

Просит признать договор потребительского кредита № <№> от <дата обезличена>, заключенный между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) недействительным.

Применить последствия недействительности сделки в виде аннулирования задолженности по кредитному договору № <№> от <дата обезличена>, заключенному между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО).

Представитель истца ФИО2, истец ФИО1 требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) ФИО3, действующий по доверенности, с требованиями не согласился.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (часть 1). При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (часть 2).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата обезличена> N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата обезличена> N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума N 25).

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к статье 168 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Согласно статье 7 Федерального закона от <дата обезличена> N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных этим федеральным законом (часть 1).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (часть 14).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Кроме того, законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг. В ст. 8 Закона РФ от <дата обезличена> N 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах). В п. 2 данной статьи предписано, что названная информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации. Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также ст. 10 вышеуказанного Закона.

В п. 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата обезличена> N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (ст. 12 Закона). При этом по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (п. 1 ст. 10 Закона). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей. Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от <дата обезличена> N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Таким образом, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

Аналогичная правовая позиция нашла свое отражений, в том числе, в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от <дата обезличена> N <№>.

В судебном заседании установлено, что <дата обезличена> между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) был заключен договор потребительского кредита N <№> о предоставлении кредита на сумму 1150000 руб. на 37 месяцев под 19,60 % годовых.

Факт заключения данного договора и перечисления денежных средств со счета Банка на счет ФИО1 сторонами не оспаривается.

<дата обезличена> истцом осуществлено снятие полученных кредитных средств со счета в наличной форме на сумму 1140000 руб. Указанные денежные средства ФИО1 по указанию неустановленного лица, посредством терминала Банка ПАО «Открытие», Банк ПАО Сбербанк перевела на банковские счета № № <№>.

ФИО1 по факту мошеннических действий <дата обезличена> обратилась в правоохранительные органы с соответствующим заявлением.

Согласно постановления о возбуждении уголовного дела от <дата обезличена>, неустановленное лицо, имея умысел на хищение денежных средств с банковского счета, <дата обезличена> в период времени с 13.19 час. до 21.29 час., находясь в неустановленном следствием месте, путем обмана, под предлогом оформления фиктивного кредита на имя ФИО1, похитило денежные средства в сумме 1400000 руб. с банковской карты ПАО ВТБ <№>, открытой на имя ФИО1 Денежные средства ФИО1 переводила с помощью банкоматов банков «Открытие» и «Сбербанк», расположенных по адресу: <адрес>. Таким образом, действиями мошенников, ПАО ВТБ был причинен материальный ущерб на сумму 1140000 руб.

По данному факту возбуждено уголовное дело по ч.4 ст. 159 УК РФ.

В рамках расследования уголовного дела, ФИО1 проведена комплексная амбулаторная судебно – психиатрическая экспертиза по постановлению следователя.

Из заключения врача – судебно – психиатрического эксперта (комиссии экспертов) от <дата обезличена><№>, подготовленного ГБУЗ АО «Областная клиническая психиатрическая экспертиза» следует, что в период совершения мошеннических действий в условиях манипулятивного воздействия у ФИО1 был актуализирован соответствующий ее личностным смыслам мотив помощи. ФИО1 считала, что «предотвращает попытки мошенников взять на нее кредит», что она помогает представителям силовых структур «поймать мошенников». От испытуемой не потребовалось осмысления социального контекста, выбора и принятия решения; предложенные ей средства достижения цели воспринимались как единственно правильные и безальтернативные. Запрограммированный извне алгоритм действий в структуре навязываемой ей деятельности при отсутствии времени на размышления способствовал фиксации исключительно на операционном составе. Критические функции ФИО1 были существенно ослаблены, а прогноз искажен. Сформировавшееся у потерпевшей психологическое состояние заблуждения определяло ее зависимое поведение и препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации, способность понимать направленность и социальное значение совершаемых с нею действий и оказывать сопротивление в интересующий следствие период была нарушена.

Данное заключение содержит описание проведенных исследований, сделанные в результате их проведения выводы и ссылки на нормативную документацию, произведено экспертами, обладающими определенными познаниями в соответствующих областях, достаточный стаж и необходимую квалификацию, а также предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Ответчик не оспаривал результаты данной экспертизы. Ходатайств о проведении судебной экспертизы в суде не заявлялось.

При заключении кредитного договора в целях приобретения транспортного средства, Банк, выступающий профессиональным участником рынка, не учел, что ФИО1 владельцем транспортного средства никогда не являлась, правом управления не обладает, в ее пользовании автомобили не находились, при наличии сведений о преклонном возрасте ФИО1 (72 года), возможность предоставления клиентом транспортного средства в качестве залога подлежала проверке.

Кроме того, Банк предоставив истцу кредит в сумме 1150000 руб., не получив информации о платежеспособности клиента, оформил названный выше кредитный договор, несмотря на то обстоятельство, что доход истцом был указан в размере 17000 руб., тогда как общая сумма ежемесячного платежа согласно графику составляла 42504,10 руб.

Кредитором в рамках обеспечения безопасности денежных переводов и установления действительного намерения на совершение сделок от имени заемщика не установлена возможность последнего к исполнению принятых на себя обязательств, а также не проверена его действительная воля.

Суд исходит из того, что одобряя совершение процедуры списания денежных средств через минимальное количество времени после заключения договора, Банк, выступающий профессиональным участником рынка, не предпринял надлежащих мер к приостановлению движения по счету, направив клиенту уведомления с предупреждением о возможных мошеннических действиях, либо приостановив действия по счету в одностороннем порядке, в целях предупреждения мошенничества, как того требует действующее законодательство.

Доказательств отсутствия вины Банком не представлено, а учитывая конкретные обстоятельства настоящего дела и то обстоятельство, что истец ФИО1 является слабой стороной в отношениях с банком, суд приходит к выводу о наличии причинной связи между бездействием Банка и наступившими последствиями.

Разрешая спор по существу, суд, руководствуясь положениями статей 1, 10, 153, 167, 168, 177, 178, 179, 309, 310, 420, 421, 811, 819 ГК РФ, принимая во внимание результаты судебно-психиатрической экспертизы, исходя из того, что истец ФИО1 действовала под влиянием заблуждения, не имела намерения заключать кредитный договор, банк, как профессиональный участник правоотношений, не принял достаточных необходимых мер для принятия повышенных мер предосторожности при заключении спорного договора, воля истца была сформирована с пороком и не была направлена на достижение тех последствий, которые наступили, поскольку она заблуждалась в существе сделки - получение кредита, приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истца в полном объеме.

В действиях ФИО1 признаков злоупотребления правом не установлено.

Исходя из положений ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, с Банка ВТБ (ПАО) подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина, размер которой составляет 3000 руб.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать договор потребительского кредита № <№> от <дата обезличена>, заключенный между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) недействительным.

Применить последствия недействительности сделки в виде аннулирования задолженности по кредитному договору № <№> от <дата обезличена>, заключенному между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО).

Взыскать с Банка ВТБ (публичное акционерное общество) ИНН <***> в доход местного бюджету госпошлину в размере 3000 руб.

Решение может быть обжаловано в Астраханский областной суд через Ленинский районный суд г. Астрахани в течении одного месяца с момента вынесения решения в окончательной форме.

Судья: Е.А. Пираева

Решение в окончательной форме изготовлено 26 февраля 2025 г.