Решение № 2-2204/2024 2-265/2025 от 17 марта 2025 г. по делу № 2-2204/2024

Дело № 2-265/2025 (2-2204/2024)

УИД №***


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. ФИО4 4 марта 2025 года

Можгинский районный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Хисамутдиновой Е.В.,

при секретаре Груздевой Е.В.,

с участием представителя истца – помощника Можгинского межрайонного прокурора Соколовой А.И.,

ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Ленинского района г. Ижевска в интересах Российской Федерации к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения,

У С Т А Н О В И Л:

Процессуальный истец прокурор Ленинского района г. Ижевска обратился в суд с иском в интересах Российской Федерации в лице Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике (далее - ОСФР по УР) с иском кФИО5 о взыскании неосновательного обогащения в размере 387640,30 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что прокуратурой Ленинского района г. Ижевска проведена проверка по факту противоправного поведенияФИО5 при приобретении жилого помещения на средства материнского капитала. Проведенной проверкой установлено, чтоФИО5 является родителемБесогонова Антона Игоревича, дд.мм.гггг года рождения, и ФИО6, дд.мм.гггг года рождения. На основании решения УПФР в городе Можге и Можгинском районе УР от 21 сентября 2012 года №*** ФИО5 перечислены денежные средства материнского (семейного) капитала в размере 387640,30 руб., которые использованы для улучшения жилищных условий, а именно на погашение основного долга и уплату процентов по кредиту на приобретение жилья по кредитному договору от 15 августа 2012 года по адресу:<***>. Вместе с тем,ФИО5 представила в УПФР нотариально удостоверенное обязательство от дд.мм.гггг о направлении средств материнского (семейного) капитала, полученных на погашение основного долга и уплату процентов по кредитному договору №*** от 15 августа 2012 года, согласно которомуФИО5 приняла на себя обязательство по оформлению указанного квартиры, находящейся по адресу: <***>, принадлежащей ей на праве собственности в соответствии со свидетельством о государственной регистрации права №*** №*** от 17 августа 2012 года, в общую долевую собственность свою, своих детей с определением размера долей по соглашению в течение шести месяцев после снятия обременения с указанного недвижимого имущества. Однако данноеФИО5 обязательство до настоящего времени не выполнено. Средства материнского капитала имеют строго целевое назначение, использовав указанные средства на приобретение квартиры и впоследствии продав ее, не выполнив при этом обязательного, предусмотренного законом условия оформления жилого помещения в собственность членов семьи, в том числе несовершеннолетних детей, ответчик неосновательно обогатилась за счет средств федерального бюджета, а потому обязана возвратить неосновательно приобретенные денежные средства. Действия ответчикаФИО5 по незаконному использованию средств материнского (семейного) капитала повлекли ее неосновательное обогащение за счет бюджетных средств, находящихся на счетах Пенсионного фонда РФ, с ответчикаФИО5 следует взыскать необоснованное обогащение в сумме 387640,30 руб. в пользу ОСФР по УР.

Прокурор Соколова А.И. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила иск удовлетворить по доводам, изложенным в нем. Дополнительно пояснила, что прокуратурой Ленинского района г. Ижевска была проведена проверка и выявлены нарушения, что послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском. Ответчиком при рассмотрении дела заявлено о пропуске срока исковой давности при обращении в суд. Вместе с тем, срок исковой давности не пропущен, поскольку этот срок надлежит исчислять с того момента, когда истцу стало известно о нарушенном праве, в частности, прокурору стало известно о нарушении в ходе проведенной проверки. Аналогичные разъяснения содержатся в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» и в судебной практике. Кроме того, согласно информации из Единого государственного реестра недвижимости ответчик после подачи иска в суд выделил детям доли в праве на жилой дом и земельный участок <***> Республики. Вместе с тем, эти обстоятельства не могут служить основанием для отказа в удовлетворении иска. Так, кадастровая стоимость объекта, расположенного по адресу: <***>, составляет 1727062,2 руб., кадастровая стоимость жилого помещения и земельного участка, расположенного по адресу: <***>, составляет 1557383,4 руб. и 423570,85 руб. соответственно. Таким образом, ответчиком приняты меры к защите прав своих детей, однако, средства материнского (семейного) капитала носят строго целевой характер. Нотариальное обязательство является гражданско-правовым обязательством, которое прекращается лишь надлежащим исполнением. Доказательств надлежащего исполнения обязательства не представлено.

ОтветчикФИО5 исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, согласно которым 15 января 2025 года ответчик подарил детям ФИО7 и ФИО6 по 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение и земельный участок по адресу: <***>. Кроме того, истцом при обращении в суд пропущен срок исковой давности, поскольку принятые на себя обязательства ответчику надлежало исполнить 22 марта 2013 года, так как 21 сентября 2012 года перечислены средства материнского капитала, срок законом для выделения долей детям определен - шесть месяцев. 21 ноября 2012 года ответчик произвела продажу жилого помещения, приобретенного на средства материнского капитала, с 23 марта 2013 года течет срок исковой давности для обращения в суд с иском как ОСФР по УР, так и прокурора. Иск направлен в суд в 2024 году, то есть за пределами срока исковой давности.

Представитель ОСФР по УР, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явился, направил письменные пояснения, согласно которым исковые требования прокурора к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения поддержал, полагал их законными и обоснованными. В соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» средства материнского (семейного) капитала должны быть израсходованы с целью улучшения жилищных условий родителей и детей. Владелец государственного сертификата на материнский (семейный) капитал ФИО5 27 августа 2012 года подала заявление о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий – на погашение основного долга и уплату процентов по кредитному договору на приобретение жилья и представила обязательство от 24 августа 2012 года об оформлении в общую собственность ее и детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению в течение шести месяцев после снятия обременения с недвижимого имущества. Согласно тексту обязательства ФИО5 были разъяснены положения Закона № 256-ФЗ и Правил направления средств материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 12 декабря 2007 года №***, а также то, что подписанное обязательство является одним из основных условий направления средств материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, и за неисполнение данного обязательства, равно как и за неполное исполнение, наступает ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. На основании решения УФР в городе Можге и Можгинском районе Удмуртской Республики) от 21 сентября 2012 года №*** об удовлетворении заявления ФИО5 средства материнского (семейного) капитала в размере 387640,30 руб. перечислены на погашение основного долга и уплату процентов по кредитному договору на приобретение жилья. До настоящего времени обязательство ФИО5 не исполнено. Каких-либо доказательств того, что ответчик, продав жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского (семейного) капитала, вновь приобрела другое и выделила доли во вновь приобретенном имуществе детям, не представлено. Следовательно, ФИО5 неправомерно воспользовалась средствами материнского (семейного) капитала, «обналичила» их и использовала на другие личные нужды, не связанные с улучшением жилищных условий своих и своих несовершеннолетних детей. ФИО5 представлен договор дарения, согласно которому ответчик выделила по 1/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилое здание, расположенные по адресу: УР, <***>, своим детям ФИО1 и ФИО2 Вместе с тем, указанное жилое помещение было приобретено ФИО3 в результате дарения, во-вторых, имущество ей подарили в 2009 году, то есть до приобретения права на сертификат материнского (семейного) капитала, в-третьих, ФИО5 не были потрачены средства материнского (семейного) капитала на приобретение жилого здания по адресу: <***>. Выделение доли своим детям ФИО3 в указанном жилом доме является ее правом, которым она воспользовалась. В то время как выделение доли в жилом помещении по адресу: <***>, являлось обязанностью ответчика, которую она не исполнила. Срок исковой давности не пропущен, поскольку о неисполнении ответчиком нотариального обязательства прокурору стало известно лишь в августе 2024 года, когда в результате проведенное прокуратурой проверки было получено уведомление об отсутствии в Едином государственном реестре недвижимости сведений об имущественных правах детей истца на приобретенную с использованием средств материнского (семейного) капитала недвижимость.

На основании ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя ОСФР по УР.

Изучив и исследовав материалы дела, выслушав прокурора и ответчика, суд приходит к следующим выводам.

В силу положений п. 1 ст. 8, п. 2 ст. 307 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в данном Кодексе.

Согласно п.1 ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст.1109 данного Кодекса.

В соответствии с ч. 3 ст. 7 Федерального закона от 29 декабря 2006 года №256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» лица, получившие государственный сертификат на материнский (семейный) капитал, могут направить средства материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий.

Материалами дела подтверждается и установлено судом, что 27 августа 2012 года ФИО5 обратилась в УПФР в городе Можге и Можгинском районе Удмуртской Республики с заявлением о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала на погашение основного долга и уплату процентов по кредитному договору №*** от 15 августа 2012 года.

Решением УПФР в городе Можге и Можгинском районе Удмуртской Республики №*** от 21 сентября 2012 года данное заявление удовлетворено.

Согласно кредитному договору №*** от 15 августа 2012 года, заключенному между Акционерным коммерческим банком «Ижкомбанк» и ФИО5, кредитор предоставил заемщику кредит в размере 387640,30 руб. для приобретения однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: Удмуртская республика, <***>.

Из нотариального обязательства<***>0, удостоверенного нотариусом Можгинского района Удмуртской Республики ФИО8, следует, чтоФИО5 приняла обязательство по оформлению квартиры, расположенной по адресу: Удмуртская Республика, <***>, принадлежащей ей на праве собственности в соответствии со свидетельством о государственной регистрации права №*** №*** от 17 августа 2012 года, в общую долевую собственность свою и своих детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению в течение шести месяцев после снятия обременения с указанного недвижимого имущества.

Как установлено из материалов дела и ответчиком данное обстоятельство не оспаривалось,ФИО5 в нарушение взятых на себя обязательств перед УПФР в городе Можге и Можгинском районе Удмуртской Республики и в нарушение требований Федерального закона от 23 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», не зарегистрировала доли в праве собственности детей, как это предусматривало обязательство, в квартире, расположенной по адресу: Удмуртская Республика, <***>.

Из материалов дела установлено, что Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике является правопреемником УПФР в городе Можге и Можгинском районе Удмуртской Республики.

В силу п.1 и 2 ч.1 ст.10 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться на приобретение (строительство) жилого помещения, осуществляемое гражданами посредством совершения любых не противоречащих закону сделок и участия в обязательствах (включая участие в жилищных, жилищно-строительных и жилищных накопительных кооперативах), путем безналичного перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение (строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору (договору займа) денежные средства на указанные цели.

Согласно п.4 ст.10 указанного Закона жилое помещение, приобретенное с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) и иных совместно проживающих с ними членов семьи с определением размера долей по соглашению.

В соответствии с подп. «д» п.13 Правил направления средств (части средств) материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, утвержденных постановлением Правительства РФ от 12 декабря 2007 года №862, в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений, в случае направления средств (части средств) материнского (семейного) капитала на погашение основного долга и уплату процентов по кредитам или займам, в том числе ипотечным, на приобретение или строительство жилья (за исключением штрафов, комиссий, пеней за просрочку исполнения обязательств по указанным кредитам или займам) лицо, получившее сертификат, одновременно с документами, указанными в п.6 указанных Правил, представляет засвидетельствованное в установленном законодательством порядке письменное обязательство лица (лиц), в чью собственность оформлено жилое помещение, приобретаемое с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, оформить указанное жилое помещение в общую собственность родителей, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) и иных совместно проживающих с ними членов семьи с определением размера долей по соглашению в течение 6 месяцев.

Следовательно, приобретение жилого помещения с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала обязывает лиц, использующих данные средства, исполнить обязательство об оформлении имущественных прав членов семьи владельца сертификата, в том числе несовершеннолетних детей.

Вместе с тем, средства материнского (семейного) капитала имеют строго целевое назначение, используя указанные средства на приобретение квартиры и впоследствии продав ее другому владельцу, не выполнив при этом обязательного предусмотренного законом условия оформления жилого помещения в собственность членов семьи, в том числе детей, ответчик нарушила их права.

В соответствии с п.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст.309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Защита прав и интересов детей возлагается на их родителей. Родители являются законными представителями своих детей и выступают в защиту их прав и интересов в отношениях с любыми физическими и юридическими лицами, в том числе в судах, без специальных полномочий. Родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей (п. 1 ст. 64, п. 1 ст. 65 СК РФ).

При наступлении срока оформления права собственности детей на имущество в соответствии с обязательством, данным родителями, последние в силу вышеуказанных норм ГК РФ и Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ обязаны оформить жилое помещение в общую долевую собственность, в том числе детей, однако эта обязанность исполнена не была.

По смыслу Федерального закона от 29 декабря 2006 года №256-ФЗ, предоставление дополнительной меры социальной поддержки в виде выделения денежных средств материнского (семейного) капитала имеет своей целью улучшение условий жизни семьи и направлено на защиту, в том числе, права собственности несовершеннолетних детей.

21 ноября 2012 года право собственностиФИО5 на квартиру по адресу: Удмуртская Республика, <***>, прекращено на основании договора, что следует из сведений Единого государственного реестра недвижимости, а также согласуется с объяснениями ответчика ФИО5, которая пояснила суду, что продала указанную квартиру.

Ддействия ответчика по нецелевому использованию средств материнского (семейного) капитала повлекли ее незаконное обогащение за счет бюджетных средств, находящихся на счетах Пенсионного фонда РФ.

Ответчиком заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности в соответствии с п. 1 ст. 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 названного кодекса (п. 1 ст. 196 ГК РФ).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п.1 ст.200 ГК РФ).

Как разъяснено в п.5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности», по смыслу п. 1 ст. 200 ГК РФ при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (ч. 1 ст. 45 и ч. 1 ст. 46 ГПК РФ, ч. 1 ст. 52 и части 1 и 2 ст. 53, ст. 53.1 АПК РФ), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Из приведенных выше норм действующего законодательства следует, что течение срока исковой давности по искам в защиту права собственности начинается со дня, когда государство в лице уполномоченного органа узнало или должно было узнать о нарушении его прав как собственника имущества.

Между тем, ни Федеральным законом от 26 декабря 2006 года № 256-ФЗ, ни Правилами направления средств (части средств) материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 декабря 2007 года № 862, ни иными нормативными положениями на Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации и его подразделения не возложена обязанность за соблюдением выполнения лицами, получившими и использовавшими, средства материнского (семейного) капитала на приобретение жилого помещения, данного ими нотариального обязательства по наделению несовершеннолетних детей долями в праве собственности на жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского (семейного) капитала.

На лиц, получивших и использовавших средства материнского (семейного) капитала также законом не возложена обязанность предоставлять в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведения об исполнении данного ими нотариального обязательства по наделению несовершеннолетних детей долями в праве собственности на жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского (семейного) капитала.

Судом установлено, что прокурору Ленинского района г. Ижевска стало известно о неисполнении ответчиком нотариального обязательства лишь в августе 2024 года, когда была получена выписка из ЕГРН об отсутствии у несовершеннолетних купленного с использованием средств материнского капитала объекта недвижимого имущества.

Сведения том, что прокурор, Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, а ранее Пенсионный фонд Российской Федерации должны были узнать о неисполнении ответчиком нотариального обязательства, отсутствуют.

Соответственно обращение прокурора в суд последовало в течение срока исковой давности.

Указанный вывод подтверждается нормативным регулированием, определенным п. 20 Правил направления средств (части средств) материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, согласно которому запрос сведений о наличии обстоятельств, указанных в данном пункте и препятствующих получению средств материнского (семейного) капитала, осуществляется только при получении информации, влияющей на право лица, получившего сертификат, распоряжаться средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала Фондом пенсионного и социального страхования Российской Федерации (территориальным органом Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации).

Акты, регламентирующие совместную контрольную деятельность Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации с иными органами, такую проверку также не предусматривают.

Территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, обеспечивающий распоряжение получателем сертификата средствами материнского (семейного) капитала, не является участником гражданских правоотношений, связанных с возникновением права собственности на жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского (семейного) капитала, а также участником правоотношений, возникающих при государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Ответственность за неисполнение гражданско-правового обязательства по оформлению имущества в общую собственность, возникшего из односторонней гражданско-правовой сделки, определяется гражданским, а не бюджетным законодательством, в то время как правильность расходования средств Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации осуществляется в рамках бюджетного законодательства.

Таким образом, довод ответчика ФИО9 о том, что срок давности для обращения в суд с иском как ОСФР по УР, так и прокурора, течет с 23 марта 2013 года и на момент обращения в суд в 2024 году пропущен, является несостоятельным.

Кроме того, судом не принимается как не имеющий правового значения для разрешения рассматриваемого спора и довод ответчика о том, что 15 января 2025 года ответчик подарил детям ФИО1 и ФИО2 по 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение и земельный участок по адресу: <***>.

Из материалов дела усматривается, что ответчик после подачи прокурором иска в суд, а именно, 15 января 2025 года, выделила детям доли в праве на жилой дом и земельный участок №***а по <***> Республики на основании договора дарения №***. Вместе с тем, как верно указали прокурор и представитель ОСФР по УР, эти обстоятельства не могут служить основанием для отказа в удовлетворении иска.

Так, средства материнского (семейного) капитала носят строго целевой характер. В соответствии с п. 2 ст. 2 Закона № 256-ФЗ материнский (семейный) капитал – средства федерального бюджета, передаваемые в бюджет Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации на реализацию дополнительных мер государственной поддержки, установленных настоящим Федеральным законом. Дополнительные меры государственной поддержки семей, имеющих детей, - меры, обеспечивающие возможность улучшения жилищных условий семьи, имеющей детей.

В соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» лица, имеющие государственный сертификат на материнский (семейный) капитал, имеют право распорядиться им по направлениям, указанным в п. 3 ст. 7 Закона № 256-ФЗ, перечень которых является закрытым, использование средств материнского (семейного) капитала на иные цели неправомерно.

Обязанность владельцев сертификатов на государственный семейный капитал оформить жилое помещение в общую совместную собственность родителей и детей вытекает из закона (ч. 4 ст. 10 Закона № 256-ФЗ) и данного в письменной форме обязательства.

Нотариальное обязательство о последующем выделении детям долей в квартире, приобретенной с использованием средств материнского капитала, – это гражданско-правовое обязательство, которое прекращается надлежащим исполнением. Выделение детям долей в других жилых помещениях надлежащим исполнением не является и, следовательно, нотариально удостоверенное обязательство не прекращает.

Таким образом, средства материнского (семейного) капитала должны быть израсходованы с целью улучшения жилищных условий родителей и детей. Доказательств того, что ответчик, продав жилое помещение по адресу: Удмуртская Республика, <***>, вновь приобрела другое жилое помещение и выделила доли во вновь приобретенном имуществе детям, либо иным образом улучшила жилищные условия детей, не представлено. Таким образом, цель выделенных государственных средств не достигнута, интересы Российской Федерации, несовершеннолетних детей нарушены.

Как следует из представленного ответчиком договора дарения от 15 января 2025 года, заключенного между ФИО5 и ее детьми ФИО1 и ФИО2, детям ответчика переданы ФИО5 по 1/3 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и жилое здание, расположенный по адресу: УР, <***>.

Вместе с тем, согласно п. 1 указанного договора дарения, право собственности ФИО5 на указанный жилой дом зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости 9 февраля 2021 года на основании договора дарения от 17 сентября 2009 года, зарегистрированного в Управлении Федеральной регистрационной службы по Удмуртской Республике 20 октября 2009 года за №***. Таким образом, указанное жилое помещение было приобретено ФИО5 в результате безвозмездной сделки – дарения в 2009 году, то есть до приобретения права на материнский (семейный) капитал, ответчиком не были потрачены средства материнского (семейного) капитала на приобретение указанного жилого помещения. И, как верно указал представитель ОСФР по УР, выделение доли детям ФИО5 в указанном жилом доме является ее правом, которым ответчик воспользовалась. В то время как выделение доли в жилом помещении по адресу: <***>, являлось обязанностью ответчика, которую она не исполнила.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым исковые требования удовлетворить.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взыскать госпошлину в доход местного бюджета 7076,40 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования прокурора Ленинского района г. Ижевска в интересах Российской Федерации к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить.

Взыскать с ФИО5 (паспорт гражданина РФ серии №*** №***) в доход Российской Федерации в лице Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Удмуртской Республике (ИНН <***>) сумму неосновательного обогащения в размере 387 640 (Триста восемьдесят семь тысяч шестьсот сорок) рублей 30 копеек.

Взыскать с ФИО5 в доход бюджета муниципального образования городской округ город Можга Удмуртской Республики государственную пошлину в размере 7076 (Семь тысяч семьдесят шесть) рублей 40 копеек.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме через Можгинский районный суд Удмуртской Республики.

Решение в окончательной форме изготовлено 18 марта 2025 года.

Председательствующий судья Е.В. Хисамутдинова