Постановление № 44У-64/2017 4У-604/2017 от 6 августа 2017 г. по делу № 1-48/2017

№ 44У-64/2017


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Курган 7 августа 2017 г.

Президиум Курганского областного суда в составе:

председательствующего – Роота А.В.,

членов президиума – Литвиновой И.В., Софиной И.М., Толмачева О.Л. –

при секретаре Глень Т.В.

рассмотрел уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора Курганской области Ураимова К.А. о пересмотре апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Курганского областного суда от 21 июня 2017 г.

По приговору Петуховского районного суда Курганской области от 3 мая 2017 г.

ФИО1, родившийся <...> в <адрес>, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Курганского областного суда от 21 июня 2017 г. приговор отменен, уголовное дело в отношении Кобылина возвращено прокурору Петуховского района Курганской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав доклад судьи Курганского областного суда Литомской В.И., изложившей обстоятельства дела, содержание обжалуемого судебного решения, доводы кассационного представления и основания передачи его вместе с уголовным делом для рассмотрения в заседании суда кассационной инстанции, выступление заместителя прокурора Курганской области Ураимова К.А., мнение защитника Любенко А.В., президиум

У С Т А Н О В И Л:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в покушении на убийство В. 2 января 2017 г. в <адрес> при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В кассационном представлении заместитель прокурора Курганской области Ураимов К.А. ставит вопрос об отмене апелляционного определения и направлении уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. При этом указывает на необоснованность вывода суда апелляционной инстанции о том, что орган предварительного расследования не принял надлежащих мер к выяснению возможности пострадавшей В. самостоятельно защищать свои права и законные интересы и в нарушение ч. 1 ст. 42 УПК РФ признал в качестве потерпевшей П. Следователем не допущено нарушений, препятствовавших рассмотрению уголовного дела судом, поскольку проведенные им мероприятия являлись достаточными для решения вопроса о невозможности В. принимать участие в следственных и иных процессуальных действиях. Кроме того, исходя из пп. 3, 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. № 17, суд был вправе самостоятельно признать В. потерпевшей.

Проверив материалы дела, президиум приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании данного обвинительного заключения.

Мотивируя решение об отмене приговора и возвращении уголовного дела прокурору, суд второй инстанции указал в апелляционном определении, что в нарушение ч. 1 ст. 42 УПК РФ и п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. № 17 постановлением старшего следователя Макушинского межрайонного следственного отдела СУ СК России К. от 19 февраля 2017 г. потерпевшей по делу признана не пострадавшая В., а ее сестра П., которая пояснила суду первой инстанции, что В. находится у сына в г. Челябинске, не говорит и не встает.

Орган предварительного расследования непосредственно перед направлением уголовного дела в суд не принял надлежащих мер к выяснению возможности В. по своему физическому или психическому состоянию самостоятельно защищать свои права и законные интересы, в том числе, не допросив об этом сына потерпевшей и ее лечащего врача.

Суд апелляционной инстанции констатировал, что данное нарушение уголовно-процессуального закона повлекло ограничение гарантированных законом прав потерпевшей В. и не может быть устранено судом в стадии судебного производства, лишая суд возможности постановить приговор или вынести иное решение на основе составленного по делу обвинительного заключения.

Однако данный вывод суда апелляционной инстанции нельзя признать обоснованным.

Невынесение следователем постановления о признании В. потерпевшей в соответствии с ч. 1 ст. 42 УПК РФ не лишает суд возможности устранить это нарушение, которое не препятствует рассмотрению дела судом, и, соответственно, не является основанием для возвращения уголовного дела прокурору.

Если по находящемуся в производстве суда уголовному делу будет установлено, что лицо признано потерпевшим без достаточных к тому оснований, предусмотренных статьей 42 УПК РФ, суд полномочен вынести постановление (определение) об ошибочности признания его потерпевшим по данному делу, а в тех случаях, когда лицо, которому преступлением причинен вред, не признано потерпевшим по делу, суд может признать такое лицо потерпевшим, уведомить его об этом, разъяснить права и обязанности и обеспечить возможность ознакомления со всеми материалами дела (пп. 3, 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве»).

Согласно имеющемуся в материалах уголовного дела сообщению ГБУ «Курганская больница № 2» от 10 февраля 2017 г. В., находившаяся в этом лечебном учреждении с 23 января 2017 г., по состоянию здоровья не имела возможности участвовать в следственных действиях и отвечать на поставленные вопросы (т. 2 л.д. 155).

Не упомянув об этих сведениях и не сочтя достаточными пояснения сестры В. П. в суде первой инстанции о том, что В., которая не говорит и не встает, находится у сына в г. Челябинске, суд апелляционной инстанции не запросил информацию о нынешнем состоянии здоровья В. и о возможности ее участия в уголовном судопроизводстве, без которой невозможно решение вопроса о том, имело ли место в действительности ограничение ее прав, способное повлиять на законность и обоснованность постановленного по делу судебного решения.

Утверждение суда апелляционной инстанции об ограничении гарантированных законом прав потерпевшей В. основано на предположениях в отсутствие каких-либо фактических данных, указывающих на улучшение состояния ее здоровья и обретение способности реализовать свои права в уголовном судопроизводстве.

Как следует из представленной прокурором копии справки Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Областная клиническая больница № 4» (г. Челябинск) от 28 июня 2017 г., В., наблюдающаяся в данном медицинском учреждении с 14 марта 2017 г., в связи с последствиями тяжелой черепно-мозговой травмы не в состоянии участвовать в судебных заседаниях, не контактна, отвечать на вопросы и воспринимать их не может.

Таким образом, оснований для отмены приговора по мотивам нарушения прав потерпевшей и наличия препятствий рассмотрения дела судом не имелось.

При указанных обстоятельствах апелляционное определение не соответствует предусмотренным ч. 4 ст. 7 УПК РФ требованиям законности и обоснованности, в связи с чем в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 401.14 УПК РФ подлежит отмене ввиду существенного и повлиявшего на исход дела нарушения уголовно-процессуального закона, с направлением уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение.

Президиум не входит в обсуждение вопроса о мере пресечения заключения под стражу в отношении ФИО1, срок применения которой по приговору суда продлен до вступления его в законную силу, то есть до вынесения итогового решения по уголовному делу судом апелляционной инстанции.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.14, 401.15 УПК РФ, президиум

П О С Т А Н О В И Л:

апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Курганского областного суда от 21 июня 2017 г. в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело в отношении него направить на новое апелляционное рассмотрение.

Председательствующий А.В. Роот