Решение № 2-482/2025 2-482/2025~М-383/2025 М-383/2025 от 13 августа 2025 г. по делу № 2-482/2025

Дело № 2-482/2025(УИД 65RS0004-01-2025-000555-39)


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Долинск 14 августа 2025 г.

Долинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи – Пенского В.А.,

с участием истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3, действующего на основании устного ходатайства,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебных заседаний ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 ФИО12 к Карасёвой ФИО13 о признании не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство сведений, опровержении данных сведений, принесении публичных извинений взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратилась в Долинский городской суд с исковым заявлением к ФИО6 о признании не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство сведения и взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что истица работает воспитателем в детском саду ФИО14» с ДД.ММ.ГГГГ г.

ДД.ММ.ГГГГ г. ФИО6 привела в детский сад своих двоих детей, которые воспитываются в группе истицы.

Ответчица стала предъявлять истице претензии в связи с тем, что младший ребенок ответчицы ФИО15 после прогулки на улице заболела, так как истице не надела ей рукавицы.

В ответ на это истица пояснила, что ребенок был одет по сезону, но в следующий раз на прогулке она будет надевать рукавицы.

После этого, ФИО6 стала кричать на истицу, что она никто, она сделает все, чтобы истица не работала в детском саду.

Дети, которые в это время находились в группе, очень испугались крика ФИО6, стали плакать.

Истица сделала ответчице замечание, однако ФИО6 не реагировала, напротив, стала выражаться нецензурной бранью, грозилась, что поймает истицу в селе и, чтобы последняя ходила и оглядывалась.

Но, самое главное, ФИО6 кричала, что истица не соответствует занимаемой должности и она не должна работать в детском саду.

Ответчица кричала так громко, что на ее крики вышли другие работники детского сада, это младшие воспитатели ФИО16. и прачечная работница ФИО17.

ФИО6, не обращая внимание на присутствующих, продолжала вести себя агрессивно, унижая истицу как воспитателя, на замечания прекратить крики не реагировала, напротив, распространяла всякие ложные сведения, которые порочили деловую репутацию истицы, ее честь и достоинство.

Считая, что сведения о том, что истица как воспитатель не соответствует занимаемой должности и не должна работать в детском саду, не соответствуют действительности, являются порочащими честь и достоинство, просит возложить на ФИО6 обязанность принести перед истицей публичные извинения в присутствии работников детского сада, взыскать с ответчицы компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО6 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что в результате того, что ФИО1 не надела на ее ребенка теплые вещи, он заболел. В этой связи, она об этом сообщила истице. При этом, грубых, оскорбительных, унижающих честь и достоинство истца выражений не высказывала.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по тем основаниям, что ФИО6 в адрес истицы угроз не высказывала, а к показаниям свидетелей надлежит отнестись критически.

Выслушав доводы сторон, изучив материалы дела и исследовав совокупность представленных доказательств, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работает в должности воспитателя в <данные изъяты>.

Сын истицы, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, посещает детский сад <данные изъяты> и является воспитанником ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ г. в ДД.ММ.ГГГГ бригадой СМП ГБУЗ «Долинская ЦРБ» ФИО8 был доставлен в инфекционное отделение ГБУЗ «Долинская ЦРБ» с диагнозом: <данные изъяты>. Со слов матери ребенка, ребенок остро заболел <данные изъяты> г.

ДД.ММ.ГГГГ г. в утреннее время ФИО6 пришла в детский сад, где стала высказывать в адрес ФИО1 претензии по поводу того, что в результате того, что истица не надела на ее ребенка теплые вещи, последний заболел.

Свидетель ФИО18 суду показала, что работает в должности кастелянши в <данные изъяты> В тот день она услышала крики. Она слышала, что мать одного из детей кричала на ФИО1 то, что она старая, должна уже сидеть дома, а не работать с детьми. Также, слышала выражение: «С**а, заколебала уже». После этого, она не стала слушать, что будет дальше и ушла.

Свидетель ФИО19. суду показала, что работает в должности младшего воспитатели в <данные изъяты>». В тот день она работала на втором этаже, когда услышала, как на первом этаже разговаривают на повышенных тонах. Она услышала, как родительница кричала в адрес воспитателя: «Воспитатели ч***и сраные». Спустившись, она увидела, что это кричит ответчица в адрес истицы. После этого, она снова ушла на второй этаж.

Свидетель ФИО20 суду показала, что работает в должности младшего воспитатели в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ г. около ДД.ММ.ГГГГ минут в группу, где работает ФИО1 пришли ФИО6 вместе со своим мужем. ФИО6 стала кричать в адрес ФИО1, что в результате того, что она не надела на ее ребенка рукавицы, он заболел. При этом, ФИО6 высказывала в адрес истицы такие выражения как: «ч***а», «жаба», «тупая д**а», «старая». При этом, говорила, что ФИО1 не должна работать с детьми, а должна полы мыть. Все это продолжалось около 20 минут.

Таким образом, из исследованных судом доказательств установлено, что ДД.ММ.ГГГГ г. около ДД.ММ.ГГГГ минут ФИО6 пришла в детский сад <данные изъяты> где воспитателем работает ФИО1 и стала в грубых, оскорбительных, унижающих честь и достоинство истца выражений, высказывать ей претензии по поводу того, что сын ответчицы заболел в результате того, по мнению ответчицы, что ФИО1 не надела на ребенка теплые вещи.

Проверяя в рамках заявленных исковых требований сведения, изложенные в указанных оспариваемых высказываниях, высказанных ответчиком с точки зрения существования фактов и событий, а, также оценивая способ их изложения, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца в указанной части в силу следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ.

Таким образом, объектом защиты чести, достоинства и деловой репутации являются только сведения - утверждения о фактах или событиях. В своей правоприменительной практике Европейский Суд указывает на то, что необходимо делать различие между утверждениями о факте и оценочными суждениями. В то время как существование фактов может быть доказано, достоверность оценочных суждений доказыванию не подлежит. Требование доказать достоверность оценочного суждения невозможно исполнить, и оно само по себе нарушает свободу выражения мнения, которая является фундаментальной составляющей права, защищаемого статьей 10 Конвенции.

Согласно разъяснениям, данным судам в абз. 2 пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3, под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

В соответствии с абз. 4 пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица (абз. 5 пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3).

Из абз. 1 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 следует, что в силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Согласно абз. 1 п. 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г., при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации необходимо учитывать, что содержащиеся в оспариваемых высказываниях ответчиков оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если только они не носят оскорбительный характер.

Как следует из высказываний ответчицы, последняя, будучи уверенной в том, что ее ребенок заболел в результате бездействия истицы, высказала свое субъективное мнение относительно профессиональных качеств ФИО1, данные высказывания являются субъективным мнением ответчицы.

В этой связи, суд не находит оснований для удовлетворения требований истицы о признании не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство сведений, принесении публичных извинений и опровержении указанных сведений.

Субъективное восприятие истицей данных высказываний как сведений, затрагивающих ее честь и достоинство, не может являться основанием для наступления ответственности ответчицы.

Вопреки доводам представителя ответчицы, показания свидетелей суд признает достоверными, поскольку показания свидетелей согласуются между собой, дополняют друг друга, оснований для оговора свидетелями ФИО6, судом не установлено.

Вместе с тем, согласно части 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством и ничто не может быть основанием для его умаления. В случае нарушения каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (ч. 1 ст. 23 Конституции Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (пункт 2 статьи 150 ГК РФ).

Абзац 10 статьи 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ суд может возложить на нарушителя обязанность компенсации морального вреда, причиненного гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абз. 6 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 ГК РФ).

Под оскорблением понимается унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме. По смыслу закона неприличной следует считать циничную, глубоко противоречащую нравственным нормам, правилам поведения в обществе форму унизительного обращения с человеком.

Поскольку, как было установлено судом выше, ФИО6 допустила в адрес ФИО1 высказывания в грубых, оскорбительных, унижающих честь и достоинство истца выражений, последняя вправе требовать возмещения морального вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд с учетом положений статей 150, 151, 1099 ГК РФ, принимает во внимание вид нарушенного права - ответчиком нарушены личные неимущественные права, которые относятся к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; обстоятельства, при которых был причинен моральный вред - моральный вред причинен на территории организации, в которой работает истица, в присутствии других сотрудников; несоответствие поведения ответчика принятым в обществе нормам поведения; неоднократность высказываний ответчика, сделанных в грубой, оскорбительной форме.

Также, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что истица, безусловно, испытала негативные переживания вследствие высказанных в ее адрес грубых, унижающих честь и достоинство выражений.

Кроме того, при решении вопроса о размере компенсации морального вреда, суд учитывает трудоспособный возраст ответчицы, ее материальное положение, личность ФИО6, ее семейное положение, наличие на иждивении двух малолетних детей, ее поведение после совершенного деяния.

В связи с изложенным, суд определяет компенсацию морального вреда, о котором просила ФИО1, в размере 45 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ

исковые требования ФИО5 ФИО21 – удовлетворить частично.

Взыскать с Карасёвой ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО5 ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, компенсацию морального вреда в размере 45 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО5 ФИО24 к Карасёвой ФИО25 о признании не соответствующими действительности, порочащими честь и достоинство сведений, опровержении указанных сведений, принесении публичных извинений и компенсации морального вреда в большем размере, отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами и другими лицами участвующими в деле в Сахалинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Долинский городской суд Сахалинской области.

Председательствующий судья В.А. Пенской

Решение в окончательной форме принято 14 августа 2025 г.