Решение № 2-3663/2024 2-3663/2024~М-3096/2024 М-3096/2024 от 14 октября 2024 г. по делу № 2-3663/2024

Дело № 2-3663/2024

УИД: 36RS0004-01-2024-007065-04


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 октября 2024 года г. Ставрополь

Ленинский районный суд г. Ставрополя Ставропольского края, в составе:

председательствующего судьи Суржа Н.В.,

при секретаре судебного заседания Юлубаевой А.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, в котором просила суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке денежные средства в размере 207500 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 5275 рублей, расходы по оплате услуг юриста в размере 6000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано на то, что ФИО2 и ФИО3 являются родственниками (мать и сын).

Истцом на расчетный счет ФИО2 в период с 05.09.2023 по 05.02.2024 переводились денежные средства:

- <дата обезличена> на счет в ПАО «<данные изъяты>» по номеру телефона ответчика в сумме 36500 рублей;

- <дата обезличена> на счет в ПАО «<данные изъяты>» в сумме 31500 рублей;

- <дата обезличена> на счет в ПАО «<данные изъяты>» в сумме 31500 рублей;

- <дата обезличена> на счет в ПАО «<данные изъяты>» в сумме 36000 рублей;

- <дата обезличена> на счет в ПАО «<данные изъяты>» в сумме 36000 рублей.

Общая сумма перечислений составила 207500 рублей.

По сведениям, имеющимся у истца, указанные денежные средства были переданы ФИО2 своей матери – ФИО3

Указанные денежные средства переводились без правовых оснований на то, их перечисление не основано на сделке или иных правоотношениях сторон, в связи с чем, истец полагает, что указанные денежные средства подлежат возврату как неосновательное обогащение.

Истец обратился к ответчикам с претензией с требованием о возврате денежных средств, однако ответ на претензию получен не был.

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Ответчики ФИО2 и ФИО3, также надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, об уважительности причин неявки суду не сообщали, об отложении судебного заседания не ходатайствовали.

В силу положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Исследовав письменные материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии основания для удовлетворения заявленных исковых требований в силу следующего.

В силу положений п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

В соответствии с п. 2 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации правила, предусмотренные данной главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В соответствии со ст. 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации поскольку иное не установлено данным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям, в частности, о возврате исполненного по недействительной сделке; одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

В соответствии со ст. 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

В соответствии со ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

- имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

- имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

- заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

- денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, необходимыми условиями возникновения обязательства из неосновательного обогащения является приобретение и сбережение имущества, отсутствие правовых оснований, то есть если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого не основано на законе, иных правовых актах, сделке.

С учетом положений ч. 4 ст.1109 Гражданского кодекса Российской Федерации денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления - в дар либо в целях благотворительности.

Таким образом, лицо, совершая действия по предоставлению имущества, должно выразить волю, которая явно указывает на то, что у приобретателя после передачи имущества не возникает каких-либо обязательств, в том числе из неосновательного обогащения.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истцом 05.09.2024 осуществлены переводы в сумме 5000 рублей и 31500 рублей с использованием системы быстрых платежей по номеру телефона <***>. Данное обстоятельство подтверждается выпиской по счету <номер обезличен>, открытом в АО «<данные изъяты>» на имя ФИО1

<дата обезличена> истцом осуществлен перевод на сумму 31500 рублей на счет <номер обезличен> что подтверждается выпиской ПАО «<данные изъяты>» от <дата обезличена>.

Кроме того, судом установлено, что в период с 05.12.2023 по 05.02.2024 истцом осуществлены последовательно переводы в сумме 31500 рублей, 36000 рублей и 36000 рублей на счет клиента ПАО «<данные изъяты>» <номер обезличен>, что также подтверждается представленными суду выписками по движению денежных средств клиента ФИО1

Суммарный размер переводов по вышеуказанным платежным документам составил 207500 рублей.

Принимая во внимание изложенное и разрешая заявленные истцом требования, суд исходит из следующего.

Согласно ч. 2 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Статьями 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а решение суда основывается на совокупности всех представленных сторонами доказательств.

Таким образом, оценка относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности является исключительной прерогативой суда.

В силу ст. ст. 35 и 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представление доказательств в обоснование своих требований и возражений является не только правом, но и обязанностью стороны, и неисполнение данной обязанности влечет наступление последствий, предусмотренных законодательством о гражданском судопроизводстве.

Стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет в свою очередь лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности (ч. 2 ст. 57, ст. ст. 62, 64, ч. 2 ст. 68, ч. 3 ст. 79, ч. 2 ст. 195, ч. 1 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, непредставление в суд доказательств, подтверждающих позицию стороны по делу, находится полностью в ведении стороны.

Вопреки утверждениям истца, суду не представлены доказательства того, что вышеуказанные переводы действительно осуществлялись в пользу ответчика, поскольку представленные суду платежные документы не позволяют достоверно определить получателя платежа ввиду отсутствия сведения о полном наименовании фамилии, имени и отчества получателя.

Судом также отмечается, что заявленная ко взысканию сумма денежных средств переведена истцом фактически равными платежами в одни и те же даты на протяжении длительного промежутка времени, добровольно, путем личного волеизъявления.

Кроме того, вопреки утверждениям истца об отсутствии каких-либо правовых оснований для осуществления указанных переводов, в частности отсутствия правоотношений, вытекающих из договора, суду надлежащие доказательства тому не представлены, поскольку систематичность платежей и тождественность размера таковых свидетельствуют об обратном.

Таким образом, совокупность обстоятельств, установленных частью 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, дающих основание для вывода о наличии неосновательного обогащения на стороне ответчика, в ходе судебного разбирательства установлена не была.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения заявленных истцом требований не имеется.

Иные требования, в частности о взыскании понесенных судебных расходов на оплату государственной пошлины, юридических услуг, являются производными и также не подлежат удовлетворению, поскольку в удовлетворении основных требований судом отказано.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Ленинский районный суд г. Ставрополя в течение месяца со дня его вынесения.

Мотивированное решение изготовлено 28.10.2024.

Судья Н.В. Суржа