Решение № 2-218/2020 2-218/2020~М-179/2020 М-179/2020 от 8 ноября 2020 г. по делу № 2-218/2020

Дело №2-218/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Комсомольск Ивановской области 09 ноября 2020 года

Комсомольский районный суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи Прыткина А.Г.,

при секретаре Гарбузовой Е.Н.,

с участием истца (ответчика) ФИО1, представителя истца (ответчика) ФИО1,

ответчика (истца) ФИО2, представителя ответчика (истца) ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании 09 ноября 2020 года в г. Комсомольске Ивановской области гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба и встречное исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о признании договора аренды недействительным, об установлении факта трудовых отношений, о внесении записи в трудовую книжку,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба в сумме 213000 рублей, мотивировав тем, что ему на праве собственности принадлежит автомобиль С. (С.), ДД.ММ.ГГГГ выпуска, двигатель №, номерной знак ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства (ТС) №.

Согласно договору аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ указанный автомобиль находился в аренде у ФИО2, срок действия договора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В ДД.ММ.ГГГГ принадлежащему ему на праве собственности автомобилю С., ДД.ММ.ГГГГ выпуска, двигатель №, номерной знак ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 причинен материальный ущерб, который состоит в повреждении редуктора заднего моста автомобиля, в результате чего автомобиль не мог передвигаться, требовался ремонт автомобиля, а также пришлось воспользоваться услугами эвакуатора для доставки транспортного средства на стоянку для проведения ремонта.

В связи с тем, что автомобиль был загружен и требовалась выгрузка перевозимой продукции, автомобиль не мог быть доставлен в автосервис. По данной причине сотрудники автосервиса выезжали на место выгрузки автомобиля для демонтажа и монтажа редуктора.

Вред имуществу нанесен в результате действий ответчика, а именно ФИО2 был выломан масляный фильтр заднего моста, в результате чего вытекло масло и развалился редуктор моста. Факт причинения вреда подтверждается самим ответчиком в его расписке от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно имеющихся документов (квитанции к заказ-наряду №№ от ДД.ММ.ГГГГ) стоимость ремонта указанного автомобиля составила 197 000 рублей, а стоимость услуг эвакуатора 16 000 рублей; общая сумма ущерба – 213 000 рублей.

Согласно расписке ФИО2 он должен был возместить причиненный ему (истцу) ущерб до ДД.ММ.ГГГГ. В ДД.ММ.ГГГГ по домашнему адресу ФИО2 им направлялась претензия с целью досудебного урегулирования вопроса о возмещении причиненного ему материального ущерба. На данную претензию ФИО2 никак не отреагировал, до настоящего времени ущерб не возмещен.

Ответчик ФИО2 ненадлежащим образом исполнил п.2.4 договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, где указано, что все расходы по содержанию и ремонту (капитальному и текущему) автомобиля несет арендатор.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика расходы по уплате государственной пошлины в размере 5330 рублей и услуги представителя в сумме 10000 рублей.

В судебном заседание истец ФИО1 и его представитель ФИО1 поддержали заявленные требования в полном объеме.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 не признали заявленные к ФИО2 исковые требования, просят отказать в их удовлетворении, мотивируя тем, что договор аренды транспортного средства, на который ссылается истец в обоснование заявленных требований, являлся мнимой сделкой, в связи с чем ответчиком подан встречный иск о признании договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, считают, что отношения между ИП ФИО1 и ФИО2 носили характер трудовых, в связи с чем ИП ФИО1, фактически являясь работодателем для ФИО2, не может как работодатель обращаться с иском о взыскании материального ущерба по договору аренды транспортного средства, который носил мнимый характер, заключался лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. Других оснований для взыскания материального ущерба не имеется, поскольку факт умышленных действий ФИО2 по приведению транспортного средства в неисправное состояние не доказан истцом и такие действия со стороны ФИО2 полностью исключаются. Также указывают, что расписка, на которую ссылается сторона истца в обоснование иска, не может являться доказательством причинения ФИО2 материального ущерба транспортному средству, поскольку писалась под давлением, под диктовку ФИО1 и сумма ущерба автомобилю была неизвестна ФИО2 Также ответчик ФИО2 пояснил, что не выламывал масляный фильтр заднего моста, объяснил, что поломка автомобиля возникла неожиданно в ходе его движения в ДД.ММ.ГГГГ, когда он по заданию ФИО1 транспортировал груз из <адрес> в <адрес>, вынужден был остановиться на дороге ввиду возникновения неисправности у автомобиля и сообщить по телефону о случившемся собственнику транспортного средства ФИО1, который перемещение данного груза контролировал. Отрицает факт какого-либо вмешательства в работу автомобиля. При этом не оспаривает факт заключения с ИП ФИО1 договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, объясняя, что фактически работал у ИП ФИО1, но последним было предложено заключить с ним договор аренды транспортного средства с целью избежать привлечения к административной ответственности за перегруз, поскольку наказание для собственника во много раз превышает наказание для арендатора, на что он согласился, подписал договор аренды транспортного средства, однако на самом деле выполнял задания арендодателя, которого считает своим работодателем.

В ходе рассмотрения дела по существу, ФИО2 обратился в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1 о признании договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ недействительным (л.д.№).

Определением судьи Комсомольского районного суда Ивановской области от 03 сентября 2020 года встречное исковое заявление было принято к производству суда (л.д.№).

Встречное исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о признании договора аренды транспортного средства недействительным мотивировано тем, что ФИО2 работал у ИП ФИО1 в должности <данные изъяты>, начиная с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.№). Каждый год между ними заключался договор аренды транспортного средства на принадлежащий ИП ФИО1 автомобиль марки «С.», государственный регистрационный знак ДД.ММ.ГГГГ, на котором он работал. Данный договор заключался с целью избежать повышенных штрафов за перегруз автотранспортного средства при прохождении контрольных весов. Данный договор перезаключался каждый год.

Условия договора аренды транспортного средства никогда сторонами не исполнялись. Договор аренды носил мнимый характер. Эта сделка была совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Согласно ст.170 ГК РФ такая сделка является ничтожной.

Их отношения с ИП ФИО1 носили фактически трудовой характер взаимоотношений. Ответчик ФИО1 находил работу по грузоперевозкам, предоставлял ему, оплачивал выполненные рейсы. Все время ФИО1 самостоятельно производил ремонт автотранспортного средства, никаких вопросов между ними не возникало.

В соответствии со ст.606 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование. Доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества, являются его собственностью.

Однако он только получал оплату за выполненный рейс, которая составляла процент от суммы сделки. Денежные средства на оплату бензина на рейс также выдавал ИП ФИО1.

Все обстоятельства подтверждают, что договор аренды заключался сторонами без намерения создать последствия, предусмотренные данным договором. Следовательно, мнимая сделка не преследует целей создания соответствующих реальной сделке правовых последствий, т.е. совершается лишь для вида. Объектом такой сделки являются правоотношения, которых стороны стремятся избежать. Целью мнимой сделки является создание видимости перед третьими лицами возникновения реально несуществующих прав и обязанностей.

В ходе судебного разбирательства от истца по встречному иску ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ принято заявление в порядке ст.39 ГПК РФ об увеличении требований (л.д.133), в которых он, помимо заявленных требований о признании договора аренды транспортного средства недействительным, просит:

- установить факт трудовых отношений между ИП ФИО1 и ФИО2 в должности водителя, начиная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

- внести запись в трудовую книжку ФИО2 о работе у ИП ФИО1 в указанный период в должности водителя.

В судебном заседании истец ФИО2 по встречному иску и его представитель ФИО3 поддержали заявленные исковые требования к ФИО1 о признании договора аренды транспортного средства недействительным, установлении факта трудовых отношений, обязании внести запись в трудовую книжку по изложенным во встречном иске и заявлении в порядке ст.39 ГПК РФ основаниям, уточнив, что просят установить факт трудовых отношений с ДД.ММ.ГГГГ, ссылаясь на то, что уже с ДД.ММ.ГГГГ на банковскую карту ФИО2 поступали денежные средства от ФИО1, которые по объяснению ФИО2, являлись его заработной платой и по оплате топлива.

В судебном заседании ответчик ФИО1 (по встречному иску) и представитель ответчика ФИО1 исковые требования ФИО2 не признали, заявив при этом о пропуске срока исковой давности и срока обращения ФИО2 в суд с данным встречным иском, указывая, что ФИО2 пропустил срок исковой давности по требованию о признании договора аренды транспортного средства недействительным (л.д.№) и срок обращения в суд по установлению факта трудовых отношений (л.д.№), просят применить последствия пропуска этих сроков и отказать в удовлетворении встречных исковых требований. Кроме того, ответчик по встречному иску ФИО1 указывал, что договор аренды исполнялся сторонами: автомобиль был передан ФИО2, сторонами был подписан акт приема-передачи, арендная плата ежемесячно ему выплачивалась ФИО2, денежные средства передавались налично, о чем он писал ФИО2 расписки. В п.5.1 договора аренды транспортного средства предусмотрено, что в случае повреждения автомобиля арендатор обязан возместить арендодателю причиненный ущерб. Считает, что доказательством того, что договор аренды был заключен сторонами и исполнялся, является факт составления ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 расписки, согласно которой он обязался выплатить ФИО1 денежные средства за причиненный ущерб. В рассматриваемом случае ему было выгодно передавать автомобиль в аренду по соответствующему договору, поскольку обслуживание автомобиля в этом случае осуществлялось арендатором, а он никаких расходов по содержанию автомобиля не нес. Периодически он выступал как логист, подыскивая заказы и получая за это определенную денежную сумму. В день, когда ФИО2 был выломан фильтр и развалился редуктор моста, ФИО2 позвонил ему и сообщил об этом. Поскольку транспортное средство стоит 2 миллиона рублей, он выехал на поиски автомобиля. Считает, что доводы ФИО2 о завышенной стоимости запасных частей ничем не подтверждены. Реальная стоимость, фактически оплаченная ФИО1, указана в квитанции к заказ-наряду от ДД.ММ.ГГГГ, квитанция была передана ФИО2 после ремонта, деньги на эвакуатор ФИО2 попросил. Доводы ФИО2 о том, что расписка была написана под принуждением, считает несостоятельными. Так, в расписке указано, что ФИО2 выломал масляный фильтр заднего моста, в результате чего развалился редуктор моста. Кроме того, показаниями свидетеля подтвержден факт нахождения ФИО2 в алкогольном опьянении в момент причинения ущерба. Факт признания ФИО2 причинения ущерба подтверждается его распиской. Считает, что доказательств выполнения ФИО2 трудовых функций по его поручению, а также факта получения заработной платы от него, истцом по встречному иску ФИО2 не представлено, кроме того, ФИО2 в суд за признанием отношений трудовыми не обращался (л.д.№).

Суд разъяснял сторонам возможность заключения мирового соглашения, однако стороны от заключения мирового соглашения на каких-либо условиях отказались.

Проверив материалы дела, заслушав стороны, выслушав показания свидетелей Ш. и З., суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований как по первоначальному, так и по встречному искам по следующим основаниям.

Судом установлено, что ФИО1 является индивидуальным предпринимателем (дата регистрации с ДД.ММ.ГГГГ), что подтверждается Выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от ДД.ММ.ГГГГ №№, состоит на учете в налоговом органе – Инспекция Федеральной налоговой службы по <адрес>, зарегистрирован в качестве страхователя в территориальном органе Пенсионного фонда РФ – в Государственном учреждении – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> (л.д.№). Основным видом деятельности индивидуального предпринимателя являются: деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам; перевозка грузов неспециализированными автотранспортными средствами; аренда и лизинг прочего автомобильного транспорта и оборудования (л.д.51).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ИП ФИО1 был заключен договор аренды транспортного средства.

В силу п.1.1 договора арендодатель (ИП ФИО1) передает во временное владение и пользование арендатору (ФИО2) принадлежащий ему на праве собственности автомобиль без марки, выпуска ДД.ММ.ГГГГ, двигатель № <данные изъяты> цвета, номерной знак ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированный ДД.ММ.ГГГГ в ГИБДД г. Иваново, для использования в соответствии с нуждами арендатора.

В силу п.1.2 автомобиль должен использоваться арендатором для осуществления грузоперевозок.

В соответствии с п.2.1 арендодатель предоставляет автомобиль по акту приема-передачи, который подписывается обеими сторонами (Приложение № к договору) и является неотъемлемой частью данного договора. При передаче автомобиля стороны проверяют его техническое состояние, оговаривают имеющиеся неисправности и порядок их устранения в соответствии с разделом 5 договора. Это должно отражаться в акте приема-передачи.

Суд установил, что какого-либо акта приема-передачи транспортного средства между заключившими данный договор аренды сторонами не составлялось, поскольку доказательств этого истцом не представлено, соответственно, арендуемый автомобиль не передавался в аренду ФИО2, поскольку он никакой самостоятельной деятельностью по перевозке грузов не занимался, то есть фактически не являлся арендатором, а выполнял задания ФИО1 по перевозке грузов, когда в этом была необходимость.

В силу п.2.3 договора аренды арендатор, то есть ФИО2 осуществляет своими силами управление арендованным автомобилем и его эксплуатацию как коммерческую, так и техническую.

Суд отмечает, что фактически ФИО2 не мог самостоятельно пользоваться данным автомобилем как арендатор на постоянной основе, что также подтверждается пунктом 2.6 договора, в котором указано, что «Арендодателю предоставляется право использовать в нерабочее время сданный в аренду автомобиль в личных целях». Данные обстоятельства говорят о том, что несмотря на сданный в аренду автомобиль, арендодатель может его использовать в личных целях.

Данные противоречия в заключенном между сторонами договоре аренды подтверждают несамостоятельность арендатора, который в силу этого договора должен по акту приема-передачи получить транспортное средство и возвратить по истечении срока действия договора арендодателю в надлежащем техническом состоянии, как это предусмотрено п.2.1 и 2.2 договора.

Включение в договор пункта 2.6, предусматривающего право того же арендодателя использовать в нерабочее время сданный в аренду автомобиль в личных целях, по мнению суда, вновь предполагает составление между сторонами акта приема-передачи транспортного средства, проверку его технического состояния после, например, использования его арендодателем и повторной передачи арендатору и фактически искажает саму суть договора аренды транспортного средства, при заключении которого арендодатель не должен входить в обсуждение заключаемых арендатором договоров с организациями, которым он будет осуществлять услугу по перевозке грузов.

Так, в пункте 2.8 договора аренды стороны указали, что «при оказании транспортно-экспедиционных услуг Арендодателю Арендатор несет полную материальную ответственность за перевозимый им груз».

Внесение данного пункта в договор аренды транспортного средства подтверждает, что арендатору не запрещается оказывать транспортно-экспедиционные услуги самому арендодателю, что в совокупности с другими условиями данного договора подчеркивает то, что заключение договора аренды являлось сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, которые предусмотрены законодательством для заключения договоров аренды транспортных средств, в которых роль арендодателя является не столь главенствующей как в данном договоре. Фактически целью арендодателя в заключении договора является получение арендной платы за передаваемый в аренду автомобиль, которая и в данном договоре предусмотрена сторонами в пункте 3.1 в размере 5000 рублей ежемесячно, но истец не мог представить данных о том, что арендатор ФИО2 ежемесячно выплачивал ему за аренду транспортного средства денежную сумму в размере 5000 рублей.

Данные обстоятельства говорят о том, что договор аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ заключался между сторонами лишь для вида, а фактически арендатор выполнял задания (поручения) арендодателя по перевозке грузов, при этом не заключая с другими организациями (грузоотправитель и грузополучатель) никаких договоров, поскольку этой работой занимался арендодатель.

При полноценной передаче транспортного средства арендатору предполагается, что он самостоятельно использует автомобиль для грузоперевозок, при этом арендодателю только выплачивает ежемесячно арендную плату. В данном случае, как поясняет истец ФИО2, он ни одной самостоятельной поездки на автомобиле не выполнил, все задания по перевозкам он получал от ФИО1 и его это устраивало, он ни с кем никаких договоров по грузоперевозкам не заключал, арендная плата за автомобиль им фактически ежемесячно не вносилась. Доказательств в опровержение доводов ФИО2 о том, что арендная плата арендатором арендодателю не перечислялась, истцом не представлено.

Истец ФИО1 указывает, что в ДД.ММ.ГГГГ принадлежащему ему на праве собственности автомобилю С., ДД.ММ.ГГГГ выпуска, двигатель №, государственный регистрационный знак ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 был причинен материальный ущерб, который состоит в повреждении редуктора заднего моста автомобиля, в результате чего автомобиль не мог передвигаться, требовался ремонт автомобиля, а также пришлось воспользоваться услугами эвакуатора для доставки транспортного средства на стоянку для проведения ремонта. Истец указывает, что ФИО2 был выломан масляный фильтр заднего моста, в результате чего вытекло масло и развалился редуктор моста. Факт причинения вреда подтверждается самим ответчиком в его расписке от ДД.ММ.ГГГГ.

Суд установил, что в эту поездку по перевозке груза в ДД.ММ.ГГГГ, в которой у автомобиля «С.» возникла неисправность, ФИО2 поехал по заданию арендодателя ИП ФИО1, где в пути у него произошла поломка автомобиля, о чем он незамедлительно сообщил собственнику автомобиля ФИО1, который прибыл на своем автомобиле к месту остановки ФИО2 на автодороге в <адрес>, организовал осмотр грузового автомобиля вместе со специалистом З., передвижение автомобиля с применением эвакуатора в <адрес>, отъезд, приезд к месту стоянки автомобиля через 1-2 дня ещё двух специалистов (точные даты стороны не назвали), ремонт автомобиля на месте, после чего грузовой автомобиль под управлением ФИО2 смог произвести выгрузку груза в месте его получения и возвращение автомобиля к месту его постоянного нахождения в <адрес>.

Согласно квитанции к заказ-наряду №№ от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Т.» выполнило ремонтные работы автомобиля «С.» на сумму 197000 рублей (л.д.№).

Из справки ООО «Т.» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в квитанции к заказ-наряду №№ от ДД.ММ.ГГГГ имеются неточности записей по автомобилю, необходимо считать правильным, что квитанция составлена на оплату ремонта грузового тентованного автомобиля С. (без марки С.), VIN №, год выпуска ДД.ММ.ГГГГ, номерной знак ДД.ММ.ГГГГ (л.д.№).

Суд отмечает, что доказательств стоимости эвакуатора в сумме 16000 рублей истцом не представлено, а указанную об этом стоимость эвакуатора в данной сумме в расписке ФИО2 суд относит к недопустимым доказательствам, поскольку ФИО2 указал, что расписку писал под давлением ФИО1 (л.д.№), в связи с чем истец имел возможность представить допустимые доказательства в виде квитанции об использовании эвакуатора, чего истцом представлено не было.

Истец ФИО1 ссылается на то, что в силу п.2.4 договора аренды транспортного средства «арендатор в течение всего срока договора аренды производит капитальный и текущий ремонт автомобиля за свой счет», что связывает с тем, что ФИО2 должен возместить причиненный автомобилю материальный ущерб.

Суд установил, что каких-либо достаточных доказательств того, что –«ФИО2 умышленно выломал масляный фильтр заднего моста, в результате чего вытекло масло и развалился редуктор моста» – стороной истца не представлено.

Доводы истца о том, что ФИО2 повредил редуктор заднего моста автомобиля, находясь в состоянии алкогольного опьянения, суд отвергает, поскольку нахождение водителя в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического и иного) может быть подтверждено только медицинским освидетельствованием, показания свидетеля Ш., допрошенного по инициативе истца ФИО1, о том, что при загрузке груза (оконных блоков) с территории склада на <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ, точную дату не помнит, от ФИО2 пахло алкоголем, суд относится критически, поскольку свидетельскими показаниями нахождение водителя в состоянии алкогольного опьянения не подтверждается. Так, доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Наряду с указанными актами не исключается подтверждение факта нахождения водителя в состоянии опьянения и иными доказательствами (например, показаниями свидетелей). Таким образом, в отсутствие акта освидетельствования, показаний свидетеля Ш. не достаточно для того, чтобы сделать вывод, что ФИО2 в ДД.ММ.ГГГГ выехал в рейс, в котором у него в последующем возникла поломка в автомобиле, в состоянии опьянения.

Таким образом, умышленный характер приведения ФИО2 транспортного средства в неисправное состояние суд исключает, доказательств этого суду не представлено. Допрошенный в суде по ходатайству стороны истца свидетель З. не привел достаточных обстоятельств, при которых допускалась бы умышленная поломка водителем масляного фильтра на грузовом автомобиле. Ходатайства о назначении судебной автотехнической экспертизы о выяснении причины повреждения масляного фильтра заднего моста автомобиля, повлекшего к разрушению редуктора моста, стороной истца не заявлялось, противоправный характер возникших повреждений автомобиля по вине водителя истцом не доказан.

Доводы истца ФИО1 о том, что ФИО2 был привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ за управление транспортным средством, находясь в состоянии алкогольного опьянения и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортным средством на 1 год 6 месяцев не могут служить основанием к взысканию с него материального ущерба за поломку автомобиля, поскольку он был задержан сотрудниками ГИБДД ДД.ММ.ГГГГ при возвращении из поездки домой в 00 часов 40 минут у <адрес> (л.д.№), то есть спустя несколько дней после поломки автомобиля и его ремонта. Суд отмечает, что ремонт автомобиля к этому времени уже был произведен за счет средств собственника автомобиля, что подтверждается квитанцией к заказ-наряду от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.№). Так, если работы по ремонту автомобиля «С.» уже по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ были выполнены, то это никак не указывает на то, что в момент возникновения у автомобиля неисправностей при его движении водитель ФИО2 находился в состоянии опьянения. Данных о том, что в момент движения до поломки автомобиля у населенного пункта <адрес> ФИО2 находился в состоянии опьянения, не имеется. Последующее привлечение ФИО2 к административной ответственности по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ за управление ДД.ММ.ГГГГ транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения никак не соотносится с возникшей ранее поломкой автомобиля и не находится в причинно-следственной связи с возникшим ранее событием повреждения автомобиля.

При таких обстоятельствах, единственным основанием его ответственности по возникшему ущербу, который просит взыскать истец, является п.2.4 договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, который предусматривает капитальный и текущий ремонт транспортного средства арендатором за свой счет в течение всего срока договора аренды (л.д.№) и при этом в основу заявленных требований истец ссылается на полученную от ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ расписку (л.д.№).

Так, из данной расписки следует, что ФИО2 обязуется выплатить ФИО1 ущерб до ДД.ММ.ГГГГ в сумме 213 000 рублей; ущерб причинен в результате повреждения редуктора заднего моста авт. С., гос.номер ДД.ММ.ГГГГ. В расписке ФИО2 указал, что им был выломан масляный фильтр заднего моста, в результате этого вытекло масло и развалился редуктор моста, стоимость ремонта и зап.частей составляет 197 тысяч рублей, услуги эвакуатора 16 тысяч рублей, общая сумма 213 тысяч рублей (л.д.№).

Из пояснений ФИО2 в судебном заседании следует, что он не самостоятельно писал данную расписку, а под давлением ФИО1, который диктовал сам текст этой расписки. Написание расписки проходило в дороге, когда он ДД.ММ.ГГГГ возвращался из последней поездки на грузовом автомобиле из <адрес> после разгрузки. В пути, на территории <адрес>, ФИО1 встретил его, остановил его автомашину, сел к нему в машину и предложил написать такую расписку, он испугался и написал. В судебном заседании ФИО2 пояснил, что никаких умышленных действий по поломке масляного фильтра не принимал, расписку написал под давлением ФИО1, поскольку опасался ФИО1 и его дальнейших действий как работодателя, размер материального ущерба не знал, сумму 213000 рублей ему при написании расписки диктовал ФИО1

Согласно ст.644 ГК РФ арендатор в течение всего срока договора аренды транспортного средства без экипажа обязан поддерживать надлежащее состояние арендованного транспортного средства, включая осуществление текущего и капитального ремонта.

Согласно ст.646 ГК РФ если иное не предусмотрено договором аренды транспортного средства без экипажа, арендатор несет расходы на содержание арендованного транспортного средства, его страхование, включая страхование своей ответственности, а также расходы, возникающие в связи с его эксплуатацией.

Данных о страховании транспортного средства ФИО2 не представлено, наоборот, из пояснений ФИО1 следует, что он лично страховал свой автомобиль «С.» по договору ОСАГО.

Возражая против заявленных ФИО1 исковых требований, ФИО2 во встречном иске просит признать договор аренды транспортного средства недействительным (л.д.№), что по его мнению исключает его ответственность по возмещению материального ущерба в сумме 213000 (197000+16000) рублей, обоснованное тем, что каких-либо умышленных противоправных действий по причинению материального ущерба транспортному средству он не совершал, а обязанность арендатора в пункте 2.4 договора аренды «в течение всего срока договора аренды производить капитальный и текущий ремонт автомобиля за свой счет» при признании этого договора недействительным не наступает.

Оценивая встречные исковые требования ФИО2 – о признании договора аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ – недействительным, суд считает отказать в их удовлетворении, поскольку сторона ответчика (по встречному иску) заявляет о пропуске срока исковой давности.

В соответствии с п.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п.1 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Срок исковой давности по недействительным сделкам установлен ст. 181 ГК РФ, в соответствии с которой срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166) составляет 3 года.

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения (п. 1).

Договор аренды транспортного средства заключен между сторонами ДД.ММ.ГГГГ. Исковые требования во встречном исковом заявлении ФИО2 заявлены ДД.ММ.ГГГГ.

Сторона ответчика по встречному иску ставит вопрос о пропуске срока исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Таким образом, исходя из положений ст. 196 и 199 ГК РФ суд считает по заявлению стороны в споре (л.д.№) применить последствия пропуска срока исковой давности и отказать в удовлетворении встречного иска о признании договора аренды транспортного средства недействительным.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 4 пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует, что «возражение ответчика о том, что требование истца основано на ничтожной сделке, оценивается судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания этой сделки недействительной».

Таким образом, несмотря на то, что суд считает отказать истцу ФИО2 (по встречному иску) в удовлетворении исковых требований о признании договора аренды транспортного средства недействительным ввиду пропуска срока исковой давности в связи с заявлением ответчика (по встречному иску) о пропуске срока исковой давности, данные обстоятельства, а именно его возражения по первоначальному иску относительно того, что требования ФИО1 основаны на ничтожной сделке, а именно отсутствия оснований к ремонту автомобиля за свой счет по п.2.4 договора аренды транспортного средства, заслуживают внимания.

Исходя из смысла п.1 ст.170 ГК РФ, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу, что заключенный между сторонами договор аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ являлся мнимой сделкой.

Так, обе стороны мнимой сделки стремились к сокрытию ее действительного смысла. Следовательно, определение действительной воли, которую имели в виду стороны при заключении мнимой сделки, не требуется.

Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения создания условий для возникновения гражданских прав и обязанностей по договору аренды транспортного средства, является достаточным для квалификации сделки как мнимой.

Стороны заключили договор аренды транспортного средства ДД.ММ.ГГГГ. Три года со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки истекло к моменту подачи ФИО2 встречного иска, в котором ставится вопрос о признании договора аренды транспортного средства недействительным.

Так, суд установил, что транспортное средство – грузовой автомобиль «С.», принадлежащий на праве собственности ФИО1, фактически не передавался во временное владение по договору аренды ФИО2: Акт приема-передачи автомобиля в нарушение п.2.1 договора аренды не составлялся и неотъемлемой частью договора не являлся за отсутствием такового. Техническое состояние транспортного средства не проверялось сторонами и никак не фиксировалось.

Суд отмечает, что в силу данного договора, транспортное средство «передавалось в аренду с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ года» и фактически эксплуатировалось до ДД.ММ.ГГГГ. Собственник автомобиля забрал его у арендатора ранее срока окончания действия договора аренды.

Исходя из пояснений ответчика ФИО2, заключая данный договор аренды транспортного средства, предполагалось, что он не будет самостоятельно искать организации, которым необходимо оказать услуги по грузоперевозкам, что сразу же указывает на порочность такого договора аренды, поскольку он не отвечал целям договора аренды.

Так, в силу пункта 1 статьи 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

Арендатор своими силами осуществляет управление арендованным транспортным средством и его эксплуатацию, как коммерческую, так и техническую (статья 645 ГК РФ).

Как следует из статьи 646 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором аренды транспортного средства без экипажа, арендатор несет расходы на содержание арендованного транспортного средства, его страхование, включая страхование своей ответственности, а также расходы, возникающие в связи с его эксплуатацией.

Из содержания данных норм Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что договор аренды транспортного средства без экипажа заключается для передачи транспортного средства арендатору за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации. Следовательно, целью договора аренды транспортного средства без экипажа является не выполнение работы на транспортном средстве, а его передача во временное владение и пользование арендатору за плату.

Однако в данном случае, транспортное средство фактически не выходило из владения его собственника, и сам собственник занимался поиском грузоперевозок, предлагая эту работу ФИО2, контролируя грузоперевозки и выплачивая определенный процент (из пояснений ФИО2 – 25%) от конкретной перевозки ФИО2 как водителю, что подтверждается представленной в дело ФИО2 детализацией поступлений денежных средств на его банковскую карту за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.№). Из этой детализации, по пояснениям ФИО2, ему кроме получаемого дохода от перевозки груза также выплачивались денежные средства за топливо, что истцом ФИО1 не опровергнуто.

При этом, в соответствии с положениями ст.646 ГК РФ подразумевается, что арендатор осуществляет расходы по эксплуатации транспортного средства за свой счет, а в данном случае топливо оплачивалось арендодателем, что вновь подчеркивает мнимый характер сделки. Так, из детализации операций по карте ФИО2 № за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ следует, что на его карту поступали денежные средства, в том числе, как поясняет ФИО2, по оплате топлива, что ФИО1 не опровергнуто.

Таким образом, суд пришел к выводу, что договор аренды транспортного средства являлся мнимой сделкой, не порождающей никаких правовых последствий, но в удовлетворении встречного иска о признании данного договора недействительным суд считает отказать в связи с пропуском срока исковой давности.

Не находит суд и оснований к удовлетворению встречного иска ФИО2 в части заявленных требований к ФИО1 об установлении факта трудовых отношений между сторонами с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и обязании внести об этом запись в трудовую книжку ФИО2

От трудового договора договор аренды транспортного средства без экипажа отличается предметом договора, а также тем, что арендодатель сохраняет положение самостоятельного хозяйствующего субъекта, в то время как по трудовому договору работник принимает на себя обязанность выполнять работу по определенной трудовой функции (специальности, квалификации, должности), включается в состав персонала работодателя, подчиняется установленному режиму труда и работает под контролем и руководством работодателя; арендатор по договору аренды транспортного средства без экипажа работает на свой риск, а лицо, работающее по трудовому договору, не несет риска, связанного с осуществлением своего труда.

Сторона ответчика по встречному иску вновь указывает о пропуске срока обращения ФИО2 в суд за защитой трудовых прав.

Из пояснений ФИО2 следует, что его обращение с данными исковыми требованиями было вызвано защитой от заявленных к нему первоначальных исковых требований ФИО1 о взыскании с него материального ущерба, в противном случае он не имел намерений в обращении в суд.

Обсуждая заявление представителя ответчика (по встречному иску) о пропуске истцом ФИО2 срока обращения в суд с исковыми требованиями об установлении факта трудовых отношений, суд пришел к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

В силу ч.2 ст.392 ТК РФ за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Истец ФИО2 во встречном исковом заявлении не ставит вопроса о взыскании заработной платы и других выплат, где установлен срок давности обращения в суд в течение года.

С другими требованиями – как, например, об установлении факта наличия трудовых отношений и вытекающих из него требований внесения записей в трудовую книжку о приеме на работу истец мог обратиться в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Так, ФИО2 не обращался в суд с момента отобрания у него автомобиля собственником ФИО1, то есть с ДД.ММ.ГГГГ, при этом никаких препятствий для этого не имел, что сам подтвердил, указав, что если бы не первоначальное исковое заявление, то он не стал бы обращаться в суд.

Таким образом, заявление в порядке ст.39 ГК РФ с увеличением исковых требований ФИО2 об установлении факта трудовых отношений и обязании ФИО1 внести запись о его работе водителем с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ подано ДД.ММ.ГГГГ, то есть с пропуском срока. Об этом заявляет сторона ответчика (по встречному иску), ходатайства о восстановлении срока обращения в суд в порядке ч.4 ст.392 ТК РФ от ФИО2 и его представителя не поступило, в связи с чем суд считает отказать в удовлетворении этого искового требования по причине пропуска без уважительной причины срока обращения в суд, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Кроме того, суд учитывает, что ФИО2 в данной части не представлено достаточных доказательств, которые подтверждали бы факт его трудовых отношений с ФИО1, поскольку он выполнял задания по перевозке грузов ФИО1 не постоянно, какие-либо социальные гарантии между ними не обговаривались, в связи с чем истец не ставил вопросов о взыскании, например, заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, выходного пособия, что подразумевает возмещение работнику таких выплат при наличии установленного факта трудовых отношений. Трудовая книжка ФИО2 индивидуальному предпринимателю ФИО1 не передавалась, что устраивало обе стороны, которые заключили мнимую сделку как договор аренды транспортного средства, что суд учитывает как возражения ответчика ФИО2 при оценке заявленных к нему требований о возмещении материального ущерба.

При таких обстоятельствах, суд считает отказать ФИО2 в удовлетворении его встречных исковых требований в целом, в том числе в связи с пропуском срока исковой давности и срока обращения в суд с данными требованиями.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассмат-ривать в контексте с положениями п.3 ст. 123 HYPERLINK "http://sudact.ru/law/konstitutsiia/?marker=fdoctlaw"Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Владение технически сложной вещью – автомобилем - обязывает его собственника ФИО1 самостоятельно нести ответственность за причиненный автомобилю ущерб в результате его поломки, поскольку судом не установлено оснований к взысканию материального ущерба с ФИО2 ввиду отсутствия его противоправных действий в ходе эксплуатации транспортного средства как в общем порядке, так и по основаниям мнимой сделки - договора аренды транспортного средства. Причина возникших неисправностей транспортного средства стороной истца в отсутствие, в том числе, ходатайства о назначении экспертизы не доказана, а доказательств вины именно ФИО2 суд не установил.

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 и встречного иска ФИО2

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу расходы.

Принимая во внимание то, что в удовлетворении исковых требований как по первоначальному, так и по встречному искам судом отказано, оснований для взыскания с ответчика ФИО2 по первоначальному иску расходов по оплате истцом ФИО1 государственной пошлины в сумме 5330 рублей и расходов на оплату услуг представителя в сумме 10000 рублей не имеется, равно как и с ответчика ФИО1 по встречному иску расходов ФИО2 по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей (л.д.№).

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба – ОТКАЗАТЬ.

В удовлетворении встречного искового заявления ФИО2 к ФИО1 о признании договора аренды недействительным, об установлении факта трудовых отношений между ИП ФИО1 и ФИО2 в должности водителя за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также о внесении записи об этом в трудовую книжку ФИО2 - ОТКАЗАТЬ.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Комсомольский районный суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Председательствующий - А.Г. Прыткин

Мотивированное решение изготовлено 16 ноября 2020 года.