Решение № 2-1723/2019 2-1723/2019~М-1279/2019 М-1279/2019 от 29 мая 2019 г. по делу № 2-1723/2019

Дело № 2-1723/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 мая 2019 года г. Чебоксары

Калининский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики в составе судьи Лащеновой Е. В., при секретаре судебного заседания Ивановой Е.Н., с участием истца ФИО1, представителей истца ФИО2, ФИО3, представителя ответчика АО «Инкост» ФИО4, помощника прокурора Калининского района г. Чебоксары Лукиной Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Инкост» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Инкост» о взыскании компенсации морального вреда в размере 900000 руб. Требования мотивированы тем, что 19 марта 1997 года, работая по трудовому договору <данные изъяты> в АО «Инкост», при разгрузке цемента из железнодорожного вагона в цементовоз, из-за нарушения правил техники безопасности со стороны должностных лиц АО «Инкост» истец поскользнулся на обледенелом участке автомобильного переезда через железнодорожные пути и упал, ударившись головой о землю, в результате чего получил сотрясение <данные изъяты>, в связи с чем на основании акта освидетельствования от 06.10.1997 № ФИО1 установлена инвалидность третьей группы со степенью утраты трудоспособности 40%. В последующем состояние здоровья истца ухудшалось, на основании акта освидетельствования от 21.09.2000 № ФИО1 установлена инвалидность второй группы со степенью утраты трудоспособности 40%. 22 марта 2001 года степень утраты трудоспособности ФИО1 увеличена до 60%, 27.01.2004 – до 70%. На основании акта освидетельствования от 02.11.2007 № истцу установлена первая группа инвалидности со степенью утраты трудоспособности 70%. 11.03.2014 степень утраты трудоспособности истца увеличена до 90%. Ухудшение здоровья произошло из-за производственной травмы, полученной в период работы истца в АО «Инкост».

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям, вновь привел их суду. Объяснил, что после получения травмы он находился на стационарном лечении с конца апреля до 19 мая 1997 года. В связи с полученной травмой ему установили инвалидность, он переведен на облегченный труд. После получения травмы зрение стало ухудшаться, в настоящее время он передвигается с сопровождением. Первая группа инвалидности установлена в 2007 году, испытывает постоянные головные боли. До производственной травмы зрение левого глаза было 0,3-0,4, правого - 1. После полученной травмы левый глаз перестал видеть.

Представители истца ФИО3, ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали по изложенным в иске основаниям, вновь привели их суду. Объяснили, что размер компенсации морального вреда 900000 руб. установлен из расчета утраты трудоспособности в размере 90%.

Представитель ответчика АО «Инкост» ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать. Объяснила, что причинной несчастного случая явилось и, в том числе, нарушение ФИО1 трудовой дисциплины, акт о несчастном случае работником не оспорен. Травма, полученная ФИО1, в 1997 году была оценена как легкий вред здоровью. На момент несчастного случая левый глаз у ФИО1 не видел. После установления истцу инвалидности в связи с производственной травмой 02.12.1997 он был переведен на должность с легкими условиями труда, согласно приказу ФИО1 установлена выплата возмещения в размере 248,95 руб. ежемесячно, начиная с 09.04.1998 и далее до дня увольнения. ФИО1 также выплачено единовременное пособие в размере 2003,76 руб., компенсация морального вреда в размере 400 руб. ФИО1 уволен в связи с выходом на пенсию, в то время правый глаз у него видел, утраты трудоспособности в размере 90% установлено не было. ФИО1 с момента получения компенсации морального вреда с исковым заявлением о несогласии с размером компенсации, об оспаривании приказа, акта о несчастном случае не обращался. Ухудшение здоровья ФИО1 произошло ввиду того, что его левый глаз не видел с детства и в связи с полученной травмой, а также преклонным возрастом.

Заслушав объяснения сторон, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования полежат удовлетворению на сумму 700000 руб., исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

На основании приказа № от 29.06.1995 ФИО1 принят на работу в АООТ «Инкост» 03 июля 1995 года на должность <данные изъяты>.

Как следует из акта № о несчастном случае на производстве, составленным АО «Инкост», 19 марта 1997 года в 07 часов 40 минут начальник ЦМС АО «Инкост» ФИО8 с бригадой грузчиков в составе бригадира ФИО1, ФИО9 и ФИО10 приехали на территорию УПТК-1 на автомашине <данные изъяты> для разгрузки цемента из вагонов в цементовоз. Автомобильный переезд был скользкий ввиду гололеда, ФИО1 поскользнулся и упал на середине спуска ближе к правому краю дороги, ударившись головой об обледенелое покрытие и потерял сознание, это случилось в 08 часов 10 минут. ФИО1 помогли подняться и отвели в помещение для обогрева и примерно в 08 часов 35 минут на автомобиле отправили в здравпункт АО ЧПЗ «Элара». На указанном участке дороги специально оборудованных проходов не имелось, как и в местах прохода к помещению для обогрева и приема пищи, к источнику водоснабжения, столовой, туалету, расположенному в адмздании на расстоянии 200 метров. За состоянием автомобильных дорог, проходов и территории, где работают грузчики, никто не следит, проходы и проезды не очищаются, наледь не посыпается песком во время гололеда. На участке ЦМС отсутствуют инструкция по технике безопасности для грузчиков при разгрузке цемента и инструкция по поведению грузчиков на территории чужого предприятия. Бригада грузчиков не была проинструктирована о мерах безопасности во время гололеда, состояние рабочего места, проходов и проездов не проверено. Причинами несчастного случая в акте указаны: нарушение трудовой дисциплины; неудовлетворительное содержание автомобильного переезда через железнодорожный путь; отсутствие специально оборудованных проходов.

Согласно указанному акту, ФИО1 получил травму в виде сотрясения головного мозга, от подписи в акте отказался.

В акте о несчастном случае на производстве не содержится сведений о нарушении трудовой дисциплины ФИО1

Из сообщения о последствиях несчастного случая на производстве от 19.03.1997 с ФИО1 следует, что последнему установлен диагноз: сотрясение головного мозга, он освобожден от работы с 19.03.1997 по 30.04.1997, продолжительность временной нетрудоспособности – 31 день.

На основании приказа директора ОАО «Инкост» от 15.07.1998 № ФИО1 выплачивалось возмещение причиненного вреда в размере 248,95 руб. в месяц с 09.04.1998, т.е. со дня установления степени утраты профессиональной трудоспособности, в размере 40% до 01.05.1999, а также единовременное пособие в размере 2003,76 руб., моральный вред в сумме 400 руб. Из приказа следует, что средний заработок ФИО1 до причинения вреда составил 622 руб. 38 коп. в месяц.

Выплата указанных денежных сумм ФИО1 подтверждается расчетным листом за сентябрь 1988 года.

Из справки от 26.03.2019 № следует, что 19.06.2000 ФИО1 уволен по ст. 31 КЗоТ по собственному желанию в связи с выходом на пенсию, что также подтверждается приказом от 19.06.2000 №. В данной справке также указано, что АООТ «Инкост» 02.07.1996 переименовано в ОАО «Инкост», 31.03.2017 – в АО «Инкост».

Согласно акту № освидетельствования во ВТЭК от 06.10.1997 ФИО1 находился на больничном с 23.09.1997 по дату составления акта, ему установлен диагноз: частичная атрофия зрительного нерва после производственной травмы и практическая слепота вследствие расходящегося косоглазия, установлены основания для определения 40% утраты профессиональной трудоспособности, группа инвалидности – третья.ФИО1 в связи с увечьем на производстве переосвидетельствован 06.08.1998, 09.10.1998, 29.04.1999, 07.10.1999, 03.05.2000, что подтверждается актами № от 06.08.1998, № от 09.10.1998, №-К от 29.04.1999, № от 07.10.1999, № от 03.05.2000 соответственно.

На основании акта освидетельствования в бюро № от 21.09.2000 ФИО1 установлена вторая группа инвалидности.

Актом Районного (глазного) бюро МСЭ от 22.03.2001 (04.05.2001) ФИО1 установлено 60% утраты профессиональной трудоспособности бессрочно, актом № от 27.0.2004 (15.03.2004) – 70%.

На основании акта освидетельствования в бюро № от 09.02.2007 (21.02.2007) ФИО1 09.02.2007 установлена первая группа инвалидности по зрению в связи с трудовым увечьем, что также подтверждается справкой серии №.

Согласно справке серии №, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Чувашской Республике – Чувашии» Минтруда России, степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 с 14.01.2016 составила 90% в связи с несчастным случаем на производстве 19.03.1997.

Общие основания ответственности за причинение вреда предусмотрены ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, согласно которой, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, по делу установлено, что в период работы истец по вине работодателя получил производственную травму, последствия которой на протяжении всей последующей жизни влияли на ухудшение здоровья ФИО1 На момент рассмотрения заявленных требований у истца установлено 90 % утраты трудоспособности.

В п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 разъяснено, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Ст. ст. 150, 151 ГК РФ предусмотрено, что жизнь и здоровье неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом РФ и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В силу ст.22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Судом установлено и подтверждается доказательствами, что ФИО1 состоял в трудовых отношениях с АО «Инкост» с 29.06.1995 по 19.06.2000, в период работы получил производственную травму, причиной которой явились нарушения в организации условий труда: неудовлетворительное содержание автомобильного переезда через железнодорожный путь; отсутствие специально оборудованных проходов, т.е. несоблюдение работодателем надлежащих условий и техники безопасности, в связи с чем заявленное требование о компенсации морального вреда подлежит удовлетворению.

Из представленных сторонами доказательств следует, что в действиях истца ФИО1 не установлена вина в полученной им травме 19 марта 1997 года.

Также при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что согласно справке серия №, выданной 12.02.2016, ФИО1 установлена степень утраты трудоспособности в размере 90% бессрочно в связи с несчастным случаем на производстве от 19.03.1997.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что право истца нарушено виновным бездействием работодателя АО «Инкост», с учётом требований разумности и справедливости суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 400000 рублей.

Довод ответчика о том, что истцу уже выплачена компенсация морального вреда в добровольном порядке в размере 400 рублей, не влечет отказ в удовлетворении заявленных требований, поскольку с учетом всех обстоятельств получения травмы и ухудшения состояния здоровья истца в результате виновных действий ответчика компенсация морального вреда, выплаченная АО «Инкост», не соответствует требованиям разумности и справедливости.

В соответствии с ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в связи с чем с ответчика АО «Инкост» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с акционерного общества «Инкост» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 400000 (четыреста тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Инкост» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Чувашской Республики через Калининский районный суд г. Чебоксары в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 04 июня 2019 года.

Судья Е.В. Лащенова