Решение № 2-610/2019 2-610/2019~М-564/2019 М-564/2019 от 7 июля 2019 г. по делу № 2-610/2019

Дело №


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

8 июля 2019 г. г. Углич

Угличский районный суд Ярославской области в составе:

председательствующего судьи Мароковой Т.Г.,

с участием прокурора Шурыгиной А.М.,

при секретаре Агафоновой М.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 к ФИО11 о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

Приговором Верховного Суда Республики Крым от 28.02.2018 г. ФИО11 осужден по п. «з» ст. 102 УК РСФСР (по эпизодам убийства ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4) к 11 годам лишения свободы с отбыванием наказания в ИК общего режима.

ФИО10, являясь дочерью ФИО4, обратилась в суд с иском к ФИО11 о компенсации морального вреда в размере 3000000 руб., возмещении вреда в связи со смертью кормильца за период с 01.12.1994 г. по 24.03.2012 г. с учетом индексации в сумме 101073,87 руб., взыскания расходов за составление искового заявления в сумме 2500 руб. и возврата госпошлины. В обоснование исковых требований указала, что в результате преступных действий ФИО11, выразившихся в убийстве ее отца, ей были причинены нравственные страдания. Когда отца убили ей было 5 лет, она осталась без родного человека, его любви, заботы, поддержки, воспитания. Также в силу ст. 1089, 1086 ГК РФ полагает, что имеет право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца с индексацией, исходя из заработной платы отца на момент смерти до момента пока училась очно в университете – 24.09.2012 г.

В судебном заседании ФИО10 от исковых требований в части возмещения вреда в связи со смертью кормильца за период с 01.12.1994 г. по 24.03.2012 г. с учетом индексации в сумме 101073,87 руб., отказалась, просила производство по делу прекратить. В связи с чем судом вынесено соответствующее определение. В остальном исковые требования поддержала. Дополнительно просила учесть, что, хотя в момент исчезновения отца ей и было 5 лет, но она помнит его, как он с ней играл, как приносил ей игрушки и сладости. После его исчезновения, она реагировала на каждый стук в дверь, ждала отца. Труп ФИО4 был обнаружен только ДД.ММ.ГГГГ Истец помнит похороны, но отца ей не показали, вспоминает, что сильно плакала. Соответственно, она лишилась близкого человека, который любил ее, воспитывал, содержал. Когда стала учиться в школе, хотела узнать о причинах смерти отца, найти виновных в его смерти, поэтому поступила учиться в Санкт-Петербургский университет МВД РФ, закончила 14.06.2012 г. и стала работать старшим УУП и ПДН ОМВД России по Угличскому району. Считает, что возмещать моральный вред должен именно ФИО11, поскольку именно он являлся руководителем устойчивой вооруженной группы и принимал непосредственное участие в убийстве ее отца. К другим виновным лицам исковые требования заявлять не намерена.

Ответчик ФИО11 о времени и месте рассмотрения дела надлежаще извещен. Отбывает наказание по приговору суда в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю. Исковые требования не признал, указав, что с него в пользу потерпевшей ФИО5 – матери ФИО4 взыскано в счет компенсации морального вреда 500000 руб. При этом ФИО10 потерпевшей по делу не являлась.

От представителя ответчика – адвоката Удовиченко Б.В. поступили письменные возражения на иск (л.д. 42-43), в которых он просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Заслушав истца, изучив отзыв ответчика и его представителя, учитывая показания свидетеля ФИО6, мнение прокурора, полагавшего, что иск подлежит удовлетворению со снижением размера компенсации морального вреда до 1000000 руб., исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно абзацу 1 пункта 1, пункту 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

На основании статьи 61 ГПК РФ указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, то есть не подлежат доказыванию два факта: имело ли место определенное действие и совершено ли оно конкретным лицом.

Также в силу абзаца 2 пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Приговором Верховного Суда Республики Крым от 28.02.2018 г. ФИО11 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ст. 102 УК РСФСР (по эпизодам убийства ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4) и осужден к 11 годам лишения свободы с отбыванием наказания в ИК общего режима.

Приговором установлена вина ответчика в убийстве ФИО4, а именно указано, что совершив ДД.ММ.ГГГГ убийство ФИО1, ФИО2, действуя в составе банды и осуществляя руководство ею, совершил убийство ФИО2, ФИО3 и ФИО4 при следующих обстоятельствах.

Переодетый в форменное обмундирование сотрудника ГАИ МВД Украины ФИО7, осужденный приговором Апелляционного суда Одесской области от 18.10.2011 г. за совершение указанного преступления, ДД.ММ.ГГГГ г., находясь на обочине вышеуказанной трассы, при помощи регулировочного жезла остановил автомобиль «Фиат», в котором находились ФИО2, ФИО3 и ФИО4

В это время ФИО8, ФИО7 и иные лица, а также ФИО9, действуя умышленно, совместно и согласованно между собой, согласно плану, подбежали к автомобилю «Фиат» и, применяя насилие, вытащили из него потерпевших, причинив при этом ФИО2 телесные повреждения в виде открытой черепно-мозговой травмы - ушибленной раны, множественных переломов костей свода и основания черепа с образованием костного дефекта в лобно-теменной области слева с разрушением левого полушария головного мозга, которые расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью, кровоподтеков верхнего века левого глаза, полового члена, которые расцениваются как не причинившие вреда здоровью; ФИО3 - телесные повреждения в виде ран в области глаза, скуловой области и щеки слева, ссадин на лице справа в лобной области щеки и нижней челюсти слева, ссадин щеки и нижней челюсти, по нижнему краю правой ключицы, которые расцениваются как тяжкий вред здоровью, а также в виде кровоподтеков вокруг правого глаза, которые не повлекли вреда здоровью; ФИО4 - телесные повреждения в виде кровоподтеков поясничной области, не повлекшие за собой вред здоровью.

Затем, по указанию ФИО11, который на месте руководил действиями участников преступления, потерпевших ФИО3 и ФИО2 насильно усадили на заднее пассажирское сиденье автомобиля «ГАЗ-24», куда также сели ФИО8, ФИО9 и ФИО7, а ФИО4 насильно усадили на заднее пассажирское сидение автомобиля «Фиат», куда сели ФИО11 и иные лица.

Остальные участники преступления сели в автомобили «УАЗ-469» и «ВАЗ», после чего начали движение в сторону <адрес>.

Проехав некоторое расстояние от места захвата потерпевших, ФИО11 дал указание остановиться и увести ФИО2 и ФИО3 в лесополосу, где удерживать потерпевших до его возвращения.

ФИО8, ФИО9 и ФИО7, выполняя указание ФИО11, вытащили потерпевших из автомобиля и увели в лесополосу. Остальные участники нападения продолжили движение.

ФИО11 и остальные участники нападения, проехав далее по автомобильной трассе «Симферополь-Николаевка», остановились в районе <адрес>, где, действуя с целью доведения до конца единого умысла банды на убийство ФИО4, используя неустановленное огнестрельное оружие, снаряженное не менее чем двумя патронами калибра 7,62 мм, произвели в последнего не менее двух выстрелов, причинив потерпевшему огнестрельное пулевое ранение головы и огнестрельное пулевое ранение груди, а также применили в отношении ФИО4 неустановленное взрывное устройство, действием взрывной волны которого потерпевшему причинены множественные многооскольчатые переломы черепа. Указанные повреждения расцениваются как телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью и состоят в прямой причиной связи со смертью ФИО4, которая последовала на месте происшествия.

По данному уголовному делу потерпевшей была привлечена мать ФИО4 – ФИО5, в пользу которой указанным выше приговором с ФИО11 был взыскан моральный вред в сумме 500000 руб. Дочь убитого ФИО4 – ФИО10 не привлекалась в качестве потерпевшей по уголовному делу, однако ее родство с ФИО4 подтверждается копией свидетельства о рождении и не отрицается ответчиком. Соответственно, она вправе претендовать на взыскание компенсации морального вреда с виновного в смерти ее отца.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить обязанность денежной компенсации морального вреда. Нематериальные блага являются особым объектом гражданских правоотношений, как личное неимущественное право, которое представляет собой право гражданина на свободу определять свое поведение в индивидуальной жизнедеятельности по своему усмотрению, что исключает какое-либо вмешательство других лиц. Компенсация морального вреда позволяет возместить выраженные извне неправомерные действия одного лица в отношении другого.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «О компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. 8 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ при определении компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Установлено, что ФИО10 в момент смерти отца проживала непосредственно в полной семье, ей было 5 лет. Она помнит ФИО4, как он о ней заботился, покупал игрушки, сладости, играл, занимался. Она очень тяжело перенесла его исчезновение из жизни, с ней приходилось заниматься логопеду и психологу. Девочка замкнулась, длительный период времени ждала отца. Данные обстоятельства подтверждает свидетель ФИО6 – мать истца. Кроме того, семья, в том числе несовершеннолетний ребенок лишились дохода и содержания, поскольку ФИО4 работал бригадиром в совхозе-заводе «Янтарный» и имел достаточно высокий доход, в отличии от супруги, которая работала медсестрой. На протяжении всей жизни, ФИО10 вспоминала отца, хотела выяснить причину его смерти, найти выновных, в связи с чем поступила в высшее учебное заведение на юридический факультет, а закончив его, пошла работать в органы полиции. Данная трагедия безусловно отразилась на психике в свое время ребенка и в настоящее время возобновление всех событий в связи с расследованием, принесли нравственные страдания истцу. Самое главное, дочь лишилась одного из самых близких родных – это отца, который любил ее, воспитывал, заботился о ней.

При названных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что неправомерными действиями ответчика ФИО11 истцу был причинен моральный вред, заключающийся в нравственных переживаниях, которые она испытывает и до настоящего времени.

Вместе с тем, учитывая принцип разумности и справедливости, установленные обстоятельства по делу, суд не может согласиться с размером компенсации морального вреда, заявленным истцом, полагая его чрезмерно завышенным. С учетом нравственных страданий истца, виновных действий ответчика, суд полагает возможным снизить размер денежной компенсации морального вреда до 1000000 руб.

С доводами адвоката о необоснованности исковых требований в части компенсации морального вреда согласиться нельзя. Виновность ФИО11 как причинителя вреда установлена приговором, который провозглашен 28.02.2018 г., вступил в силу 28.06.2018 г., когда действовали нормы ГК РФ, в частности ст. 151 ГК РФ.

Соответственно отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных страданий по конкретным правоотношениям в период совершения преступления (17.11.1994 г.) не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Кроме того, при определении размера морального вреда, взыскиваемого с ответчика, суд учел активную роль ФИО11 в совершенном преступлении в отношении ФИО4, отсутствие заявленных требований к иным лицам, реальную возможность возмещения компенсации с учетом имущественного положения ответчика.

В соответствии со ст. 98, 100 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы ФИО10 в виде возврата госпошлины в сумме 300 руб. и с учетом принципа разумности и справедливости, а также отказом в части от исковых требований, расходы на составление искового заявления в размере 2500 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Взыскать с ФИО11 в пользу ФИО10 компенсацию морального вреда в сумме 1000000 (один миллион) руб., судебные расходы в размере 2800 руб.

В остальной части иска ФИО10 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ярославского областного суда через Угличский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Т.Г. Марокова