Решение № 2-74/2018 2-74/2018~М-59/2018 М-59/2018 от 2 июля 2018 г. по делу № 2-74/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

3 июля 2018 года г. Белогорск

ФИО2 гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – Гриценко В.А., при секретаре судебного заседания Пристинской О.А., с участием представителя командира войсковой части № ФИО3, представителя федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации <адрес>» ФИО4, ответчика ФИО5 <иные данные> и его представителя ФИО6, в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению командира войсковой части № к бывшему военнослужащему войсковой части № <иные данные> ФИО5 <иные данные> о возмещении материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

Командир войсковой части № обратился в суд с иском к ФИО5 <иные данные> о привлечении последнего к материальной ответственности и просит взыскать с него денежные средства в размере 46 772 рубля 56 копеек.

В обоснование исковых требований командир войсковой части № в исковом заявлении указал, что капитан ФИО5 <иные данные> с <дата> по <дата> проходил военную службу по контракту в указанной воинской части на должности <иные данные>, после чего в связи с проведением организационно-штатных мероприятий, был зачислен в распоряжение командира войсковой части №. При проведении итоговой инвентаризации в <дата> года была выявлена недостача военной техники, числящейся за ФИО5. В ходе проведения административного расследования по факту недостачи было установлено, что в <дата> ФИО5 отправил числящуюся за ним технику в войсковую часть № <адрес>, при этом документы о её передаче не оформил, что привело к утрате двух единиц военной техники. При проведении в отношении ФИО5 доследственной проверки был определен причиненный материальный ущерб в размере стоимости лома недостающего имущества 46 772 рубля 56 копеек В возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 было отказано в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

Представитель командира войсковой части № ФИО3 в своем дополнении к исковому заявлению указала, что истцом не пропущен трехлетний срок привлечения ФИО5 к материальной ответственности, поскольку ущерб был обнаружен в <дата> году, а административное расследование по этому факту окончено <дата>.

В судебном заседании ФИО3 настаивала на удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме и дала объяснения о том, что указанные в исковом заявлении единицы техники капитан ФИО5 направил в войсковую № <адрес>, там ее оставил и не представил в часть никаких подтверждающих сдачу документов. В ходе проведения инвентаризации в <дата> году была выявлена недостача. При проведении административного расследования были найдены 3 единицы техники из 5, место нахождения 2 единиц техники не установлено. В ходе доследственной проверки ответчик подтвердил, что действительно техника направлялась им в войсковую часть № и из-за его небрежного отношения к исполнению своих обязанностей не были получены документы, что техника сдана. В результате этого образовалась недостача.

Представитель УФО ФИО4 в своем письменном отзыве на исковое заявление командира войсковой части № указала, что исковые требования командира войсковой части № подлежат удовлетворению в полном объеме.

В судебном заседании представитель УФО ФИО4, поддерживая исковые требования, пояснила, что указанная в иске сумма внесена в книгу учета недостач войсковой части №

Ответчик ФИО5 не признал исковые требования командира войсковой части № в полном объеме, эту позицию поддержал его представитель ФИО6

В письменных возражениях ответчика и его представителя на исковое заявление и дополнениях к ним указано, что доказательств передачи ответчику недостающего имущества не представлено. Кроме того, указано на пропуск истцом срока исковой давности и необходимости применения последствий пропуска этого срока в соответствии со ст. 199 ГК РФ. При этом ответчик и его представитель ссылаются на то, что истцу о недостаче должно было стать известно в <дата> года при проведении итоговой инвентаризации имущества части.

В суде ответчик дал объяснения о том, что военная техника, указанная в инвентаризационной описи от <дата>, составленной при проведении в войсковой части № инвентаризации в <дата> году, была в наличии и числилась за ним, в том числе контрольно-измерительная ремонтная станция КРАС-ПМ и мастерская МРС-АР. В <дата> года он по указанию начальника службы РАВ, числящуюся за ним военную технику отправил в войсковую часть № <адрес>. При этом на пять из тринадцати единиц техники документы на передачу в другую воинскую часть он, по различным причинам, не оформил. Им неоднократно предпринимались попытки оформить указанные документы, но до исключения из списков личного состава воинской части в <дата> года он этого не сделал.

Представитель ответчика Буржинский настаивал на пропуске истцом срока исковой давности, данную позицию поддержал ответчик.

Дополнительно ответчик и его представитель пояснили, что с расчетом взыскиваемой суммы согласны.

Истец – командир войсковой части №, надлежаще извещенный о месте и времени судебного заседания, в суд не прибыл, не представил сведения о причинах неявки, поэтому в соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в его отсутствие.

Заслушав объяснения представителей истца и третьего лица, ответчика и его представителя, изучив материалы дела, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В судебном заседании установлено, что ответчик, проходящий военную службу по контракту, и являясь материально ответственным лицом, при передаче числящейся за ним военной техники в другую воинскую часть, не оформил должным образом документы на передачу пяти единиц техники, что привело к утрате двух единиц. Недостача контрольно-измерительной ремонтной станции КРАС-ПМ и мастерской МРС-АР была выявлена при проведении в войсковой части № итоговой инвентаризации в <дата> году. Размер причиненного ущерба, рассчитанный по стоимости лома недостающей военной техники, составил 46772, 56 рублей.

Эти обстоятельства подтверждаются следующими доказательствами.

Согласно выписке из приказа командующего 35 общевойсковой армией от <дата> № <иные данные> ФИО5 <иные данные> назначен на должность командира ремонтной роты войсковой части №.

<дата> между командиром войсковой части № и <иные данные> ФИО5 заключен договор о полной индивидуальной ответственности, согласно которому последний, помимо прочего, принял на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему имущества.

Согласно инвентаризационной описи от <дата> при проведении в войсковой части № инвентаризации в <дата> году за материально ответственным лицом ФИО5 <иные данные> числится имущество и военная техника, в том числе контрольно-измерительная ремонтная станция КРАС-ПМ и мастерская МРС-АР. То, что указанная техника в <дата> года числилась за ответчиком и была в наличии, ФИО5 подтвердил в судебном заседании, а также указал, что лично подписывал инвентаризационную опись от <дата>, с которой был согласен.

В соответствии с выпиской из приказа Министра обороны Российской Федерации от <дата> № <иные данные> ФИО5 <иные данные> освобожден от занимаемой должности и зачислен в распоряжение командира войсковой части №, в связи с проведением организационно-штатных мероприятий.

Согласно выпискам из приказов командира войсковой части № от <дата> № и от <дата> № <иные данные> ФИО5, уволенный с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями, исключен из списков личного состава войсковой части № с <дата>.

В соответствии с инвентаризационной описью от <дата> и актом о результатах инвентаризации от <дата>, утвержденного командиром войсковой части № этого же числа, у материально ответственно лица ФИО5 <иные данные> выявлена недостача пяти единиц военной техники.

Из заключения по материалам административного расследования, проведенного в войсковой части № в <дата> года, следует, что при проведении инвентаризации выявлена недостача пяти единиц военной техники, числящейся за капитаном ФИО5. При этом установлено нахождение в другой воинской части трех единиц, что подтверждено документально, а две единицы – контрольно-измерительная ремонтная станция КРАС-ПМ и мастерская МРС-АР не найдены.

Согласно постановлению от <дата>, вынесенному следователем в отношении ФИО5 <иные данные> в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 УК РФ, отказано, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В данном постановлении следователь пришел к выводу, что ФИО5 вследствие недобросовестного отношения к исполнению своих обязанностей по сохранности вверенного ему имущества допустил утерю контрольно-измерительной ремонтной станции КРАС-ПМ и мастерской МРС-АР, общей стоимостью 46772,56 рублей в размере стоимости лома недостающего имущества, что не повлекло причинения крупного ущерба, в связи с чем в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 отказано.

Свидетель ФИО7 показала, что является бухгалтером финансово-расчетного пункта №, расположенного в войсковой части № и ведёт учет, в том числе военной техники службы РАВ указанной воинской части. В <дата> года ФИО5 отправил тринадцать единиц военной техники, числящейся по учету за ним, в войсковую часть № <адрес>. На восемь единиц ФИО5 представил соответствующую документацию, подтверждающую передачу техники, а на пять единиц не представил необходимые для списания с учета документы. С <дата> года до исключения из списков личного состава воинской части ФИО5 неоднократно появлялся в финансово-расчетном пункте войсковой части № и заверял её, что документы на пять единиц техники обязательно представит. При проведении инвентаризаций с <дата> годы недостача пяти единиц военной техники, числящейся за ФИО5, в описях не отражалась, по какой причине ей не известно, возможно в связи с обещаниями ФИО5 представить документы не передачу техники. В <дата> году при проведении итоговой инвентаризации выявлена недостача пяти единиц военной техники, числящаяся за капитаном ФИО5. Позднее установлено нахождение в другой воинской части трех единиц техники, а две единицы – контрольно-измерительная ремонтная станция КРАС-ПМ и мастерская МРС-АР так и не были найдены.

Свидетель ФИО8 показал, что в <дата> году лично занимался вопросом недостачи пяти единиц военной техники, которая по учету числилась за капитаном ФИО5, и им были найдены три единицы в войсковой части в <адрес>. Нахождение контрольно-измерительной ремонтной станции КРАС-ПМ и мастерской МРС-АР установить не удалось.

Суд не принимает, как доказательства обоснованности иска, представленные из войсковой части № инвентаризационные описи от <дата>, <дата>, от <дата> и от <дата>, в которых указано о наличии у материально ответственного лица ФИО5 <иные данные>., в том числе, контрольно-измерительной ремонтной станции КРАС-ПМ и мастерской МРС-АР, поскольку, как установлено в суде, указанная техника отсутствовала в войсковой части № с <дата> года, документы на её передачу в другую воинскую часть также отсутствовали. Кроме того, ответчик в суде указал, что не подписывал три последних из указанных описей, а представитель истца ФИО3 просила не рассматривать эти три описи, как доказательства обоснованности исковых требований. Также ответчик пояснил, что расписался в инвентаризационной описи от <дата> за наличие у него указанной выше техники, несмотря на её отсутствие в воинской части.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей.

Согласно пункту 2 статьи 6 указанного Федерального закона размер причиненного ущерба определяется с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что из установленных судом фактических обстоятельств дела следует, что ответчик подлежит привлечению к полной материальной ответственности в размере, указанном в иске командира части, поскольку недостающее имущество было передано ему под отчет для хранения, пользования и других целей. При этом он лично занимался отправкой этого имущества и вследствие недобросовестного отношения к исполнению своих обязанностей по сохранности вверенного ему имущества допустил утерю контрольно-измерительной ремонтной станции КРАС-ПМ и мастерской МРС-АР, чем причинил ущерб.

Таким образом,с ФИО5 <иные данные>.подлежит взысканию указанная в иске сумма – 46 772 рубля 56 копеек.

Доводы ответчика и его представителя о том, что доказательств передачи ответчику недостающего имущества не представлено, признаются судом несостоятельными, поскольку при исследовании в суде инвентаризационной описи от <дата> ФИО1 подтвердил наличие на тот момент, числящегося за ним имущества, а также указал, что лично подписывал инвентаризационную опись от <дата>, с которой был согласен.

Доводы ответчика и его представителя о пропуске истцом срока исковой давности со ссылкой, что истцу о недостаче должно было стать известно в <дата> года при проведении итоговой инвентаризации имущества части, являются необоснованными, поскольку в силу пункта 4 статьи 3 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие могут быть привлечены к материальной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом в течение трех лет со дня обнаружения ущерба, а исходя из установленных судом обстоятельств дела, недостача военной техники, числящейся за ФИО5, была обнаружена при проведении инвентаризации в <дата> году. Доказательств того, что истец знал об ущербе ранее, чем за три года до дня обращения с иском в суд, не представлено.

Доводы представителя ответчика о том, что в связи с выводом ФИО5 в распоряжение командира воинской части с <дата>, командиру части с этого момента должно было быть известно о недостаче техники, числящейся за ФИО5, поскольку должен быть издан приказ о принятии у ответчика имущества и назначено принимающее лицо, чего сделано не было, поэтому трехлетний срок для обращения с иском к ответчику необходимо исчислять с <дата>, являются несостоятельными, так как исходя из объяснений самого ФИО5 на момент освобождения от занимаемой должности и зачисления его в распоряжение командира части техника находилась в другой воинской части, то есть передавать было нечего.

Указанная в иске сумма подлежит взысканию в пользу федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по <адрес>», в котором войсковая часть №, не имеющая своих лицевых счетов, состоит на финансовом обеспечении.

Судебные расходы, связанные с уплатой государственной пошлины, от которой командир воинской части был освобожден в силу закона, в соответствии с п. 1 ст. 333.19 НК РФ составляют 1 603 рубля 18 копеек и на основании ст. 98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковое заявление командира войсковой части № к ФИО5 <иные данные> о возмещении ущерба – удовлетворить.

Взыскать с ФИО5 <иные данные> в пользу федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по <адрес> денежные средства в размере 46 772 (сорок шесть тысяч семьсот семьдесят два) рубля 56 копеек.

Взыскать с ФИО5 <иные данные> в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 603 (одна тысяча шестьсот три) рубля 18 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Дальневосточный окружной военный суд через ФИО2 гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме 8 июля 2018 года.

Председательствующий по делу В.А. Гриценко