Апелляционное определение № 33-1214/2026 от 19 мая 2026 г.

Судья Сухова Е.В. Дело № 33-1214/2026

УИД 44RS0001-01-2025-008842-15

№ дела в суде первой инстанции 2-1037/2026


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

20.05.2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе: председательствующего Ильиной И.Н.,

судей: Зиновьевой Г.Н., Королевой Ю.П.,

при секретаре Теселкиной К.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО1 и финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов ФИО2, действующей через представителя ФИО3 на решение Свердловского районного суда г. Костромы от 06.02.2026 г. по делу по заявлению ПАО Сбербанк в лице филиала – Поволжский банк ПАО Сбербанк об отмене решения Финансового уполномоченного.

Заслушав доклад судьи Зиновьевой Г.Н., выслушав ФИО1 и ее представителя адвоката Смирнову М.М., представителя финансового уполномоченного по доверенности ФИО3, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ПАО Сбербанк в лице филиала – Поволжский банк ПАО Сбербанк обратилось в Свердловский районный суд г. Костромы с заявлением об отмене решения Финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов ФИО2 (далее - Финансовый уполномоченный) от 13.10.2025 г. №

Заявление мотивировано несогласием заявителя с оспариваемым решением Финансового уполномоченного, так как основанием для удовлетворения требований ФИО1 явились выводы Финансового уполномоченного о том, что ПАО Сбербанк (далее - финансовая организация, Банк) выбран ненадлежащий способ идентификации ФИО1 (далее по тексту - Клиент, Потребитель), не выполнены мероприятия, предусмотренные пунктом 3 Приказа Банка России от 27.06.2024 г. г. № ОД-1027 (далее - Приказ № ОД-1027) по выявлению признаков подозрительности операций; ненадлежащим образом осуществлены мероприятия, предусмотренные статьей 8 Федерального закона от 27.06.2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" (далее - Закон № 161-ФЗ), исходя из установленной презумпции добросовестности, предусмотренной ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ); финансовой организацией нарушены требования гражданского законодательства и условий договора банковского счета.

С учетом дополнений к заявлению Банк также указывает, что у Финансового уполномоченного отсутствуют полномочия по рассмотрению данного спора с Клиентом. Взыскание с Банка денежных средств, полученных Клиентом по договору потребительского кредита на основании совершения в отношении Клиента мошеннических действий, является применением последствий признания сделки недействительной без ее признания таковой, что выходит за рамки полномочий Финансового уполномоченного.

Наличие возбужденного уголовного дела, в отсутствие вступившего в законную силу приговора суда, не является доказательством недобросовестности Банка и/или наличия факта мошенничества в отношении Клиента. Тем более, согласно пояснениям Клиента, мошенничество совершено в отношении сына Клиента. Финансовым уполномоченным не запрошены материалы уголовного дела, содержащие информацию о получателе покупок, либо информацию о связи покупателя с Клиентом/сыном Клиента, которые, в случае подтверждения таких отношений, исключают сам факт совершения в отношении Клиента противоправных действий и, как следствие, причинение ему убытков. Финансовый уполномоченный не вправе рассматривать спор без привлечения в дело получателей денежных средств и установления обстоятельств того, имело ли место мошенничество, какие правовые основания были в сделках, которые совершил сын Клиента.

Банк считает, что материалы дела не содержат доказательств наличия у оспариваемых Клиентом операций признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27.06.2024 N ОД-1027, и отнесения их к «подозрительным».

При предоставлении Клиенту услуг в мобильном приложении СберБанк Онлайн доверенного устройства Клиента Банком успешно осуществлена идентификация на основании персональных средств доступа. Процесс успешной идентификации подтверждает сам Клиент, не оспаривая, что все спорные операции совершены с использованием персональных средств доступа. Из представленных в материалы дела Банком и Клиентом документов нельзя сделать вывод о том, что оспариваемые операции совершил не Клиент.

Банком надлежащим образом исполнены требования об информировании Клиента о приостановлении исполнения распоряжения о совершении Операции. Банк неоднократно приостанавливал проведение операций, для проверки ее правомерности, и возобновлял ее проведение только после получения от Клиента подтверждения на ее проведение.

Вывод Финансового уполномоченного о наличии у Клиента убытков, связанных с неисполнением Банком договорных обязательств, не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Заключенный кредитный договор не признан недействительным, соответственно погашение Клиентом задолженности по договору нельзя признать убытками Клиента.

Предоставляя доступ к персональным данным, Клиент создал видимость полномочий, однако искусственно созданные условия не освобождают Клиента от ответственности, так как операции считаются совершенные самим Клиентом.

Полномочия по оценке действий сторон на предмет их добросовестного поведения относится к исключительной компетенции суда. При нарушении Клиентом порядка использования Сбербанк Онлайн, банковской карты, Банк не возмещает убытки Клиента по совершенным операциям.

В соответствии с обращением Клиент оспаривает только операции покупок на суммы 180 298 руб. и 169 898 руб., как суммы, списанные Банком без распоряжения Клиента, полученные по договору потребительского кредита. Таким образом, не оспаривая иные операции покупок, Клиент не отрицает их совершение.

Идентификация Клиента осуществлена на основании персональных средств доступа, полученных по карте Клиента, совершены с доверенного устройства и подтверждены в приложении Сбербанк Онлайн, а также посредством звонка на номер Клиента. Спорные операции не приостанавливались, в связи с тем, что получателем денежных средств являлось то же юридическое лицо (доверенный получатель), которое получило денежные средства по дополнительно подтвержденным операциям на суммы 153 898 руб. и 120 799,00 руб. - <данные изъяты> как через HINT-уведомление, так и на звонке Клиенту. Получатель является крупным, действующим торгово-сервисным предприятием, отсутствующим в списках ЦБ, как организация с выявленными признаками нелегальной деятельности.

По результатам обращения Клиента Банком отказано в возмещении денежных средств и аннулировании кредитного договора, поскольку все операции были проведены с использованием персональных данных Клиента посредством личного кабинета Сбербанк.

В качестве заинтересованных лиц в деле участвовали: Финансовый уполномоченный по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов ФИО2, ФИО1, ФИО4, ООО «ДНС Ритейл».

Решением Свердловского районного суда г. Костромы от 06.02.2026 г. заявление ПАО Сбербанк в лице филиала – Поволжский банк ПАО Сбербанк удовлетворено. Решение финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов ФИО2 от 13.10.2025 № в удовлетворенной части, отменено.

В апелляционной жалобе ФИО1 выражает несогласие с решением суда, просит его отменить, принять по делу новое решение, которым заявление оставить без удовлетворения.

Полагает, что у суда первой инстанции имелись правовые основания для отказа в удовлетворения требований заявителя.

Обращает внимание, что исходя из материалов дела, операции в системе дистанционного банковского обслуживания от ее имени проведены в ночное время. Операции в торгово-сервисном предприятии (ТСП) совершены в короткий промежуток времени, в ночное время, на суммы, которые являются для нее крупными, нетипичными. Полагает, что у Банка должны были возникнуть основания для квалификации данных операций в качестве совершенных без ее (ФИО5) добровольного согласия.

Считает, что Банк ненадлежащим образом осуществил ее идентификацию с целью подтверждения совершаемых операций, поскольку не исключил возможность подтверждения совершенной операции по переводу денежных средств под влиянием третьих лиц либо третьими лицами.

Указывает, что материалами дела подтверждается, что по ее счету были совершены операции на 180 298 руб. и 169 898 руб. без ее добровольного согласия, которым судом первой инстанции дана неверная оценка. Указанные операции являются сомнительными.

Обращает внимание, что Банк обязан обеспечить безопасность дистанционного предоставления услуг, исследуя при каждой операции не только соответствие устройства клиента, с которого осуществлен вход, IP адрес, время совершения операций, но и характер, параметры и объем операций, обычно совершаемых клиентом, исходя из своей риск-ориентированной модели.

Полагает, что Банк не принял всех необходимых и достаточных мер безопасности при предоставлении ей услуг, что объективно и обоснованно отражено в решении Финансового уполномоченного.

В апелляционной жалобе, срок на подачу которой восстановлен определением судьи Костромского областного суда от 08.04.2026 г., и дополнениях к апелляционной жалобе, Финансовый уполномоченный ФИО2, действующая через представителя по доверенности ФИО3, выражает несогласие с решением суда, просит его отменить, принять решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Указывает, что суд первой инстанции сделал неверный вывод об отсутствии доказательств того, что оспариваемые операции совершены не самим Потребителем или его доверенным лицом. Потребитель неоднократно указывал, что совершенные от его имени операции им не совершались, согласие на их проведение он Банку не предоставлял. В связи с незаконным списанием денежных средств ФИО5 обратилась в правоохранительные органы, возбуждено уголовное дело, в котором она признана потерпевшей. Факты совершения против нее третьими лицами противоправных действий, направленных на хищение денежных средств с банковского счета, а также признания потребителя потерпевшим в результате этих действий, установлены соответствующими постановлениями, копии которых представлены в материалы дела.

Полагает, что выводы суда о том, что факт совершения мошенничества в отношении Потребителя не установлен приговором суда, являются необоснованным, поскольку приговором суда устанавливается вина конкретного лица. Отсутствие волеизъявления Потребителя на совершение оспариваемых операций и совершение третьими лицами в отношении него противоправных действий подтверждается именно постановлением о возбуждении уголовного дела и признании Потребителя потерпевшим.

Обращает внимание, что вход в систему ДБО с доверенного устройства не свидетельствует в полной мере о совершении операции Потребителем и о его согласии с ними. Неосмотрительное поведение ФИО5 не является основанием для освобождения Банка от ответственности за убытки, причиненные вследствие неисполнения его прямых обязанностей.

Вывод суда о том, что оспариваемые операции исполнены Банком при наличии надлежащего распоряжения Потребителя, основан на неправильном применении положений действующего законодательства, поскольку распоряжение Клиента может быть исполнено только при надлежащей идентификации и аутентификации клиента.

Указывает, что подтверждение операций в Системе ДБО посредством технологии HINT(нажатие на всплывающее уведомление) и IVR не исключает возможности осуществления операций под влиянием третьих лиц либо третьими лицами.

Исходя из условий банковского обслуживания физических лиц, действовавших на момент совершения операций, в целях получения подтверждения приостановленных операций посредством звонка Клиент должен быть не только идентифицирован, но и аутентифицирован.

Вместе с тем, при подтверждении операций посредством IVR голосовой помощник общался с сыном Потребителя, однако не приостановил дальнейшие операции. Голосовой помощник не смог идентифицировать не только личность того, с кем общался в целях подтверждения совершения операций, но даже не определил несоответствие мужского голоса полу и имени владельца счета.

Таким образом, данное подтверждение путем идентификации посредством IVR и HINT не может быть достаточным, поскольку Банку необходимо было, в том числе, аутентифицировать клиента на основании правильной контрольной информации, правильных ответов на вопросы о персональных данных клиента и т.д. Подтверждения аутентификации потребителя Банком не представлено. Банком не запрашивались сведения, позволяющие достоверно установить, что подтверждение предоставлено именно потребителем, а не третьим лицом.

Вместе с тем из выгрузки историй сообщений следует, что Банком был приостановлен перевод денежных средств, полученных в кредит, однако впоследствии перевод исполнен.

Вывод суда первой инстанции о том, что аутентификация Клиента не проводилась, поскольку Потребитель не предоставлял в Банк биометрические данные для ее проведения, является необоснованным, поскольку это лишь один из способов аутентификации. Доказательств невозможности проведения аутентификации клиента иным способом Банком в материалы дела не представлено.

Вывод суда об отсутствии признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия Клиента не соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на неправильном применении законодательства.

В рассматриваемом случае Банк должен был осуществить проверку оспариваемых операций на предмет наличия признаков, предусмотренных Приказом Банка России от 27.06.2024 г. №ОД-1027 «Об установлении признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента и отмене приказа Банка России от 27.09.2018 г. № ОД-2525». И при выявлении хотя бы одного признака отказать в их совершении.

Данными признаками, в том числе, являются: несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Из характера оспариваемых операций усматривается, что они обладали признаками операций по переводу денежных средств без добровольного согласия клиента, являлись нехарактерными для потребителя, поскольку данные операции совершены в короткий промежуток времени, в ночное время суток, перевод денежных средств на крупные суммы (от 120 799 руб. до 180 298 руб.) осуществлен со всех возможных счетов и за счет кредитных средств, был закрыт накопительный счет непосредственно перед совершением операций.

Вывод суда о том, что операции 3 и 4 (на 180 298 руб. и 169 898 руб.) являлись типичными для потребителя после того, как были совершены предыдущие операции 1 и 2 (на суммы 153 898 руб. и 120 799 руб.) является несостоятельным, поскольку в рассматриваемом деле подлежат исследованию все операции, проведенные с 22.07.2025 г. 23:59:45 по 23.07.2025 г. 01:36:45, поскольку все они свидетельствуют о наличии из ключевых признаков совершения операций без согласия клиента. Совокупность подобных действий в короткий период должна была свидетельствовать банку о потере контроля клиента над счетом. При этом потребитель оспорил все операции в разных обращениях к Финансовому уполномоченному.

Вывод суда о том, что подтверждение посредством IVR части операций указывает на «типичность» операций последующих, является ошибочным, поскольку сам способ подтверждения посредством IVR является ненадлежащим.

Тот факт, что получателем денежных средств по спорным операциям является действующее юридическое лицо, отсутствующее в списках Банка России как организация с выявленными признаками нелегальной деятельности, не свидетельствует об отсутствии признаков перевода денежных средств без добровольного согласия клиента. Личность получателя денежных средств является лишь одним из признаков перевода денежных средств без добровольного согласия клиента.

Вывод суда первой инстанции о том, что Финансовый уполномоченный не проверял факт реального причинения ущерба (получен ли приобретенный товар, кем, произведен ли в случае отказа от получения товара возврат денежных средств) является несостоятельным, поскольку факт реального причинения ущерба подтверждается постановлением о возбуждении уголовного дела. При этом доказательства отсутствия ущерба не были предоставлены Банком, и не были установлены при рассмотрении дела судом первой инстанции.

Полагает, что банк, как исполнитель услуг, несет имущественную ответственность за вред, причиненный потребителю, то есть в данном случае банк обязан возместить клиенту необоснованно списанные денежные средства в сумме 350 196 руб. В подтверждение своих доводов ссылается на судебную практику.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ПАО Сбербанк в лице филиала – Поволжский банк ПАО Сбербанк по доверенности ФИО6 просит решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1, ее представитель адвокат Смирнова М.М., представитель Финансового уполномоченного по доверенности ФИО3 поддержали апелляционные жалобы по изложенным в них доводам.

Представитель ПАО Сбербанк по доверенности ФИО7 полагала решение суда законным и обоснованным, с доводами апелляционных жалоб не согласилась.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного разбирательства от них не поступало. В связи с этим на основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие не явившихся в судебное заседание участников процесса.

Изучив материалы настоящего дела, а также приложенные к нему копии материалов уголовного дела №, возбужденного по ч. 3 ст. 159 УК РФ, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений относительно них, судебная коллегия приходит к выводу о том, что обжалуемое решение суда подлежит отмене.

Согласно п.п. 1 и 3 ст. 845 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету. Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

Ст. 846 ГК РФ предусмотрено, что при заключении договора банковского счета клиенту или указанному им лицу открывается счет в банке на условиях, согласованных сторонами (п. 1). Банковский счет может быть открыт на условиях использования электронного средства платежа (п. 3).

На основании п. 1 ст. 847 ГК РФ права лиц, осуществляющих от имени клиента распоряжения о перечислении и выдаче средств со счета, удостоверяются клиентом путем представления банку документов, предусмотренных законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и договором банковского счета.

В силу п. 4 той же статьи договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и иными способами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (пункт 2 статьи 160), кодов, паролей и других средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.

В соответствии со ст. 854 ГК РФ списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента. Без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных законом или предусмотренных договором между банком и клиентом.

Согласно п. 2 ст. 864 ГК РФ при приеме к исполнению платежного поручения банк обязан удостовериться в праве плательщика распоряжаться денежными средствами, проверить соответствие платежного поручения установленным требованиям, достаточность денежных средств для исполнения платежного поручения, а также выполнить иные процедуры приема к исполнению распоряжений, предусмотренные законом, банковскими правилами и договором. При отсутствии оснований для исполнения платежного поручения банк отказывает в приеме такого платежного поручения к исполнению с уведомлением об этом плательщика в срок не позднее дня, следующего за днем получения платежного поручения, если более короткий срок не установлен банковскими правилами и договором.

Ч.ч. 4 и 5 ст. 8 Федерального закона от 27.06.2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» (далее также Федеральный закон № 161-ФЗ) установлено, что при приеме к исполнению распоряжения клиента оператор по переводу денежных средств обязан удостовериться в праве клиента распоряжаться денежными средствами, проверить реквизиты перевода, достаточность денежных средств для исполнения распоряжения клиента, а также выполнить иные процедуры приема к исполнению распоряжений клиентов, предусмотренные законодательством Российской Федерации. Если право клиента распоряжаться денежными средствами не удостоверено, а также если реквизиты перевода не соответствуют установленным требованиям, оператор по переводу денежных средств не принимает распоряжение клиента к исполнению и направляет клиенту уведомление об этом не позднее дня, следующего за днем получения распоряжения клиента.

Ч. 1 ст. 4 и ч. 1 ст. 5 Федерального закона № 161-ФЗ определено, что оператор по переводу денежных средств оказывает услуги по переводу денежных средств на основании договоров, заключаемых с клиентами и между операторами по переводу денежных средств, в рамках применяемых форм безналичных расчетов в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации. Оператор по переводу денежных средств осуществляет перевод денежных средств по распоряжению клиента (плательщика или получателя средств), оформленному в рамках применяемой формы безналичных расчетов (далее - распоряжение клиента).

В п. 2.4 Положения Банка России от 29.06.2021 г. № 762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» указано, что удостоверение права распоряжения денежными средствами при приеме к исполнению распоряжения в электронном виде осуществляется банком посредством проверки электронной подписи, аналога собственноручной подписи и (или) кодов, паролей, иных средств, позволяющих подтвердить, что распоряжение в электронном виде подписано и (или) удостоверено в соответствии с пунктом 1.26 настоящего Положения.

В п. 1.26 тоже же Положения № 762-П указано, что распоряжение плательщика в электронном виде (реестр (при наличии) подписывается электронной подписью (электронными подписями), аналогом собственноручной подписи (аналогами собственноручных подписей) и (или) удостоверяется кодами, паролями и иными средствами, позволяющими подтвердить, что распоряжение (реестр) составлено плательщиком или уполномоченным на это лицом (уполномоченными лицами).

Согласно ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 06.04.2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи» (далее - Федеральный закон "Об электронной подписи") электронная подпись - информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.

В соответствии с ч. 2 ст.5 Федерального закона "Об электронной подписи" простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Ч. 3.1, ч. 3.3 и ч. 3.4 ст. 8 Федерального закона от 27.06.2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» установлено следующее.

Оператор по переводу денежных средств обязан осуществить проверку наличия признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, а именно без согласия клиента или с согласия клиента, полученного под влиянием обмана или при злоупотреблении доверием (далее при совместном упоминании - перевод денежных средств без добровольного согласия клиента), до момента списания денежных средств клиента (в случае совершения операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России) либо при приеме к исполнению распоряжения клиента (при осуществлении перевода денежных средств в иных случаях).

Признаки осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

Оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента (за исключением операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России), приостанавливает прием к исполнению распоряжения клиента на два дня. Оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции с использованием платежных карт, перевода электронных денежных средств или перевода денежных средств с использованием сервиса быстрых платежей платежной системы Банка России, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента, отказывает в совершении соответствующей операции (перевода).

Согласно ч.3.10 ст. 8 Федерального закона от 27.06.2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» в случае, если, несмотря на направление клиентом подтверждения распоряжения или осуществление действий по совершению повторной операции, указанной в пункте 3 части 3.6 настоящей статьи, оператор по переводу денежных средств получил от Банка России информацию, содержащуюся в базе данных о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без добровольного согласия клиента, оператор по переводу денежных средств приостанавливает прием к исполнению подтвержденного распоряжения клиента на два дня со дня направления клиентом подтверждения распоряжения или отказывает в совершении клиентом повторной операции. Оператор по переводу денежных средств в порядке, установленном договором, заключенным с клиентом, обязан незамедлительно уведомить клиента о приостановлении приема к исполнению подтвержденного распоряжения клиента или об отказе в совершении клиентом повторной операции с указанием причины такого приостановления (отказа) и срока такого приостановления, а также о возможности совершения клиентом последующей повторной операции.

В соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно п. 3 действовавшего до 01.01.2026 г. Приказа Банка России от 27.06.2024 г. N ОД-1027 «Об установлении признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента и отмене приказа Банка России от 27 сентября 2018 года N ОД-2525» (далее также Приказ Банка России № ОД-1027) к признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента отнесено, в том числе несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Из дела следует, что Финансовому уполномоченному по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов ФИО8 22.09.2025 г. на рассмотрение поступило обращение ФИО1 (далее также Заявитель) в отношении ПАО Сбербанк (далее также Финансовая организация) с требованиями о взыскании денежных средств в размере 345 690 рублей 00 копеек, полученных заявителем по договору потребительского кредита и списанных финансовой организацией без распоряжения ФИО1 с её банковского счета, а также о признании недействительным и незаключенным договора потребительского кредита.

Решением от 13.10.2025 г. № Финансовым уполномоченным требования ФИО1 к ПАО Сбербанк о взыскании денежных средств, списанных ПАО Сбербанк без её распоряжения с ее банковского счета, удовлетворены. С ПАО Сбербанк в пользу ФИО1 взысканы денежные средства в размере 350 196 руб. 00 коп.

Требование ФИО1 к ПАО Сбербанк о признании недействительным и незаключенным договора потребительского кредита оставлено без рассмотрения.

Как установлено Финансовым уполномоченным при принятии по обращению ФИО1 оспариваемого решения № от 13.10.2025 г. (и те же обстоятельства установлены и судом при принятии обжалуемого решения), 25.02.2015 г. между ФИО1 (далее по тексту Потребитель, Клиент) и ПАО Сбербанк (далее по тексту Финансовая организация, Банк) заключен договор банковского обслуживания № (далее по тексту - ДБО).

В ту же дату в Банке на имя Клиента открыт счёт ****2847, выпущена карта <данные изъяты>

Впоследствии ФИО1 в Банке открыт счет ****5446, к которому выпущена карта <данные изъяты>

06.04.2021 г. в 20:24 (мск) Клиентом выполнена регистрация в мобильном приложении системы <данные изъяты>

10.01.2024 г. между Заявителем и Финансовой организацией заключен договор счета «Ежедневный %», в рамках которого Заявителю открыт накопительный счет № ****4620.

17.06.2024 Заявителем к Карте подключена услуга SMS-банк по номеру телефона <данные изъяты>, на который ранее выполнена регистрации в мобильном приложении СберБанк Онлайн, и который принадлежит ФИО1

В период с 22.07.2025 г. по 23.07.2025 г., через мобильное приложение СберБанк Онлайн, на устройстве Клиента (ФИО1) <данные изъяты> и от ее имени совершены следующие операции:

1) 22.07.2025 г. в 23:59:45 (мск) от имени ФИО1 подано заявление посредством системы ДБО на расторжение Договора банковского счета (Накопительный счет «Ежедневный %» и распоряжение на перевод операция закрытия вклада «Ежедневный %» *4620 с последующим переводом денежных средств со счета на сумму 282 292,15 руб. на карту <данные изъяты>

2) 23.07.2025 г. в 00:05:26 (мск) от имени ФИО1 произведена операция оплаты товаров в пользу торгово-сервисного предприятия (ТСП) «DNS-SHOP» (обслуживаемого сторонним банком <данные изъяты> с помощью QR-кода по Системе Быстрых Платежей платёжной системы Банка России, с карты <данные изъяты> на сумму 153 898,00 руб.;

Указанная операция по оплате на 153 898,00 руб. первоначально Банком 23.07.2025 г. в 00:05 (мск) отклонена.

Однако, поскольку указанная операция была подтверждена в мобильном приложении системы ДБО посредством технологии HINT (всплывающее уведомление), далее 23.07.2025 г. в 00:05:26 указанная операция Банком была проведена.

Как установил суд, подтверждении операции в мобильном приложении СберБанк Онлайн на экран устройства Клиента было выведено уведомление:

«Вы уверены в получателе денег? После подтверждения отменить операцию будет невозможно. Раньше вы не проводили операции на этого получателя, будьте внимательны, если совершаете платеж по просьбе неизвестных вам лиц (возможно, это мошенничество). Узнать об актуальных уловках мошенников можно в разделе: Безопасность - Не дайте себя обмануть».

Клиент подтвердил свое распоряжение на перевод денежных средств посредством нажатия на кнопку «Подтвердить», после чего Банком было исполнено распоряжение Клиента на проведение вышеуказанной операции.

3) 23.07.2025 в 00:26:28 (мск) Клиентом произведена оплата товаров в пользу «YM*dns-shop» через <данные изъяты> Клиента на сумму 120 799,00 руб.

Указанная операция первоначально 23.07.2025 г. в 00:11:16 также Банком была отклонена и проведена Банком после получения подтверждения от Клиента посредством технологии IVR (Interactive Voice Response),

Как установил суд, согласно п. 1.106 Условий выпуска и обслуживания дебетовой карты ПАО Сбербанк SberPay - это способ осуществления Операций, в том числе, оплаты товаров и услуг в сети Интернет/ перевода в рамках сервисов Банка; при совершении операций оплаты Клиент подтверждает операции в мобильном приложении без дополнительного подтверждения одноразового пароля.

После отправки запроса на перевод средств, для подтверждения перевода система СберБанк Онлайн выводит на экран приложения реквизиты операции и предлагает пользователю внимательно проверить реквизиты и, при отсутствии расхождений, подтвердить операцию. В случае несогласия с параметрами операции, операция может быть отменена Клиентом до её завершения.

23.07.2025 г. в 00:11 Клиенту на его номер телефона + <данные изъяты> направлено CMC следующего содержания:

«Операция по карте 0285 на 120 799.0RUB в YM*DNS-SHOP отклонена во избежание мошенничества. Пожалуйста, дождитесь звонка с номера 900 или позвоните на 900/<данные изъяты> Операции в интернете ограничены до подтверждения. Узнать об уловках мошенников s.sber.ru/SlR6q».

Далее, как указывалось, операция на 120 799,00 руб. была подтверждена через IVR (Interactive Voice Response) - систему самообслуживания (с голосовым меню), доступную Клиенту при звонке в контактный центр Финансовой организации, позволяющую клиенту получить информацию и/или совершить операцию в автоматическом режиме (без соединения с оператором), либо соединиться с оператором контактного центра Финансовой организации по тематике, выбранной клиентом в голосовом меню системы. После подтверждения данная операция Банком была проведена.

4) 23.07.2025 г. в 00:31:47 между Клиентом и Банком был заключён кредитный договор № (далее - Договор), в соответствии с которым Клиенту предоставлен потребительский кредит в сумме 414 000,00 руб.

Операция получения потребительского кредита подтверждена одноразовым SMS-паролем, направленным ДД.ММ.ГГГГ в 00:31 (мск) на номер телефона + 7 <данные изъяты> Также Банком направлено в 00:31:22 SMS-сообщение следующего содержания: «Получение кредита: 414 000р, срок 60 мес., 31,75% годовых, карта зачисления <данные изъяты> самостоятельная услуга программа защиты здоровья и в связи с недобровольной потерей работы заемщика - 68 310р. Код: 27600. Никому его не сообщайте. Если вы не совершали операцию, позвоните на 900.» Сообщение доставлено.

Банк в соответствии с данным распоряжением Клиента зачислил 23.07.2025 г. в 00:31:47 сумму кредита в полном объёме на карту <данные изъяты>

Ранее, в 00:31:22 Банк отклонил заявку Клиента на оформление кредита на сумму 414 000,00 руб. Однако после отклонения указанная операция была подтверждена также посредством технологии HINT (всплывающее уведомление), после Банком проведена и кредитные денежные средства 414 000,00 руб. предоставлены Клиенту.

5) 23.07.2025 г. в 00:58:02 (мск) от имени Клиента ФИО1 в системе ДБО совершена операция по оплате товаров в пользу «YM*dns-shop» с использованием SberPay с карты <данные изъяты> Клиента на сумму 180 298,00 руб.

В подтверждение совершенной покупки 23.07.2025 г. в 00:58 Банком направлено СМС-сообщение следующего содержания: «<данные изъяты> 00:58 Покупка 180 298р DNS-SHOP Баланс: 174 353.36 р».

6) 23.07.2025 г. в 01:03:59 (мск) от имени Клиента совершена оплата товаров в пользу «YM*dns-shop» с использованием SberPay с карты <данные изъяты> Клиента на сумму 169 898,00 руб.;

В подтверждение совершенной покупки 23.07.2025 г. в 01:04 Банком направлено СМС-сообщение следующего содержания: «<данные изъяты> 01:04 Покупка 169 898р DNS-SHOP Баланс: 4455.36р».

7) 23.07.2025 г. в 01:19:46 (мск) осуществлен перевод c еще одной карты ФИО1 - бизнес-карты <данные изъяты> на ее карту <данные изъяты> денежных средств на сумму 138 000,00 руб.;

8) 23.07.2025 г. в 01:36:45 (мск) от имени Клиента посредством системы ДБО с использованием карты <данные изъяты> через SberPay совершена операция оплата товаров в пользу ТСП «YM*dns-shop» на сумму 131 199,00 руб.

Доступ Клиента к системе ДБО и ее карты на момент совершения всех вышеуказанных операций Банком заблокированы не были.

Согласно данным в суде первой инстанции пояснениям ФИО1 и ее сына ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проведение спорных операций производилось на телефоне ФИО1 (Клиента) ФИО4 под воздействием мошенников. ФИО4 суду пояснил, что по требованию мошенников он подсмотрел пароль для входа в Сбербанк Онлайн на устройстве (телефоне) матери ФИО1, попросив последнюю совершить действия в Сбербанк Онлайн в его присутствии, и потом использовал данный пароль самостоятельно, получив у ФИО1 во временное пользование её телефон. ФИО4 не оспаривал, подтвердил совершение Банком действий по приостановлению операций и их отмене/отклонению, и что он обращался в контактный центр с целью подтверждения операций в автоматическом режиме, а оплату покупок в магазине DNS совершал по представленным мошенниками QR-кодам.

23.07.2025 г. в 09:42:54 по обращению ФИО1 в контактный центр Банка с сообщением о совершении в отношении ее сына мошеннических действий и совершении им операций под влиянием третьих лиц, Банк заблокировал карту ФИО1 VISA1012.

23.07.2025 г. ФИО1 обратилась также в правоохранительные органы.

В тот же день старшим следователем УМВД вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ, согласно которому «в период с 22.07.2025 по 23.07.2025 неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, используя мобильную связь, мессенджер «<данные изъяты>», а также мессенджер <данные изъяты>, путем обмана, под предлогом перевода денежных средств на «безопасный счет», ввело в заблуждение и убедило сына Заявителя перевести принадлежащие, в том числе Заявителю, денежные средства в общем размере 756 092 рублей 00 копеек в счет оплаты товаров и услуг в DNS, в результате чего неустановленное лицо похитило и причинило Заявителю материальный ущерб в крупном размере на вышеуказанную сумму денежных средств».

В настоящее время производство по уголовному делу приостановлено в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению к ответственности.

16.09.2025 г. ФИО1 обратилась в Банк с заявлением о восстановлении нарушенного права, содержащем требования о признании Кредитного договора недействительным и незаключенным, а также о возврате денежных средств в размере 345 690 рублей 00 копеек, составляющих сумму задолженности по кредитному договору (за вычетом ранее возвращенной по ее заявлению Банком платы за участие в Программе страхования (68 310,00 руб.). В обоснование заявленных требований ФИО1 указала, что Кредитный договор она не заключала, оспариваемые операции не проводила. Вышеуказанные действия были совершены в отсутствие согласия ФИО1 третьими лицами, получившими доступ к Доверенному устройству в ночное время. Претензия зарегистрирована Финансовой организацией за входящим номером №.

17.09.2025 г. Банк в ответ на претензию сообщила ФИО1 об отказе в удовлетворении заявленных требования, указав, что выдача кредита по Кредитному договору, а также оспариваемые операции проведены с использованием персональных данных ФИО1 посредством личного кабинета в Системе ДБО. Кроме того, заключение Кредитного договора подтверждено CMC-сообщением, направленным на Номер телефона.

Задолженность по кредитному договору ФИО1 в полном объеме не погашена и по состоянию на 29.09.2025 г. составляет 423 442 руб. 79 коп.

Принимая оспариваемое Банком решение и удовлетворяя требования ФИО1 о взыскании с Банка денежных средств в размере 350 196, 00 руб. (по двум предпоследним проведенным операциям на суммы 180 298 руб. и 160 898 руб.) как списанных с банковского счета без ее распоряжения, Финансовый уполномоченный, проанализировав все вышеприведенные обстоятельства, обоснованно исходил из того, что совершение операций в ТСП в короткий промежуток времени, в ночное время, на сумму, которая является для ФИО1 крупной, не является для нее типичным.

Указанные выводы Финансового уполномоченного нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. Так, из представленных выписок по счету ФИО1 в ПАО Сбербанк (л.д. 140 оборот – 148 т. 1) видно, что операций по переводам денежных средств тому же либо иному ТСП, и вообще операций на такие крупные суммы, в ночное время, ФИО1 не осуществлялось.

Учитывая, что все операции 22-23.07.2025 г. были совершены в короткий промежуток времени, учитывая нетипичность самих операций и нетипичную для клиента ФИО1 активность в системе ДБО в ночное время; принимая во внимание, что сначала была совершена операция по расторжению договора банковского счета, после чего все денежные средства, ранее находившиеся на счете Клиента, были списаны в счет оплаты покупок в «DNS-SHOP», далее был оформлен и получен кредит и кредитные денежные средства через короткий промежуток времени после зачисления кредита также были списаны в счет оплаты покупок в том же ТСП, Финансовый уполномоченный сделал правильный вывод о том, что у Банка имелись достаточные основания для квалификации оспариваемых операций в качестве соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, в связи с чем Банк должен был отказать в исполнении распоряжения об осуществлении оспариваемых операций.

Отклоняя довод Финансовой организации о том, что ею надлежащим образом была осуществлена идентификация Заявителя с целью подтверждения совершаемых операций, Финансовый уполномоченный обоснованно указал на следующее.

Подтверждено (в том числе путем исследования представленных Финансовому уполномоченному копий из материалов уголовного дела), что под влиянием третьих лиц 23.07.2025 сыном заявителя ФИО1 посредством мобильного приложения системы ДБО осуществлены, в частности, две неоспариваемые в рамках данного обращения (но оспоренные, как пояснила ФИО1, в других ее обращениях к Финансовому уполномоченному) операции по оплате денежных средств в пользу «DNS-SHOP» с помощью QR-кода на сумму 153 898,00 руб. и с использованием карты через SberPay на сумму 120 799,00 руб.

При этом указанные операции Банком были определены как соответствующие признакам операций по переводу денежных средств без согласия Клиента, и первоначально отклонены, с запросом у Клиента подтверждения его волеизъявления на их осуществление.

Подтверждение указанных выше двух операций осуществлено посредством технологий HINT (всплывающее уведомление) и IVR (Interactive Voice Response), которое, в свою очередь, также могло быть осуществлено Клиентом под влиянием третьих лиц либо самими третьими лицами.

Подтверждение операций в Системе ДБО посредством технологии HINT(нажатие на всплывающее уведомление) действительно не исключает возможности осуществления операций под влиянием третьих лиц либо третьими лицами, т.е. очевидно недостаточно для надлежащей идентификации и аутентификации Клиента.

Между тем, как верно указано в апелляционной жалобе Финансового уполномоченного, исходя из условий банковского обслуживания физических лиц, действовавших на момент совершения операций, в целях получения подтверждения приостановленных операций посредством звонка Клиент должен быть не только идентифицирован, но и аутентифицирован.

Однако никем не оспаривалось, что при подтверждении операций посредством IVR, голосовой помощник общался с сыном ФИО1 – ФИО4, но не смог идентифицировать не только личность того, с кем общался в целях подтверждения операций, но даже не определил несоответствие мужского голоса полу и имени владельца счета, ввиду чего операции не были приостановлены.

Фактически аутентификация была осуществлена Банком только на основании номера мобильного телефона, с которого давались распоряжения на осуществление операций, и производилось их подтверждение, чего очевидно было недостаточно.

Таким образом, подобное подтверждение операций посредством технологий IVR и HINT не может быть достаточным, и Банку, который должен был действовать добросовестно, необходимо было предпринять иные меры, чтобы аутентифицировать клиента на основании правильной контрольной информации, правильных ответов на вопросы о персональных данных клиента и т.д.

Вместе с тем, подтверждения надлежащей и обеспечивающей реальную аутентификацию Клиента Банком не представлено; Банком не запрашивались сведения, позволяющие достоверно установить, что подтверждение операций было дано именно владельцем счета ФИО1, а не третьим лицом; последствием стало осуществление Банком не только двух вышеуказанных операций, но и последующих, оспоренных у Финансового уполномоченного, которые Банком уже не приостанавливались ввиду подтверждения Клиентом двух первых операций.

При таких обстоятельствах Финансовый уполномоченный пришел к верному выводу о совершении операций без добровольного согласия Клиента, о ненадлежащем исполнении Банком обязанностей, предусмотренных Федеральным законом № 161-ФЗ и Приказом Банка России N ОД-1027, а потому правомерно удовлетворил обращение ФИО1 и взыскал с Банка списанные по оспариваемым операциям денежные средства.

Выводы Финансового уполномоченного соответствуют установленным фактическим обстоятельствам, при которых осуществлены оспариваемые операции, и нормам закона, приведенным выше.

Соответственно, оснований для удовлетворения заявления Банка и отмены решения Финансового уполномоченного, принятого по обращению ФИО1, у суда первой инстанции не имелось.

С выводом суда об отсутствии достоверных доказательств безусловного нарушения Банком законодательства при совершении оспариваемых операций, и отсутствии вины Банка в ненадлежащем принятии мер предосторожности при выполнении операций по покупке товаров в магазине на суммы 180 298 и 169 898 руб., согласиться нельзя.

Указанный вывод мотивирован судом, в первую очередь, тем, что идентификация Клиента Банком осуществлена в соответствии с п. 1.3.1 и п. 3.6 Приложения № 1 к Условиям ДБО, а аутентификация не проводилась в связи с тем, что Клиент не предоставлял Банку необходимые для ее проведения биометрические данные.

Однако согласно представленным Банком (л.д. 35-73 т. 2) Условиям банковского обслуживания физических лиц ПАО Сбербанк и Приложению 1 к ним «Порядок предоставления ПАО Сбербанк услуг через удаленные каналы обслуживания», доступ Клиента к Сбербанк Онлайн осуществляется при условии его успешной как идентификации, так и аутентификации; при этом аутентификация Клиента осуществляется различными способами (п. 3.6 Приложения 1).

Следует также отметить, используемые Банком способы идентификации и аутентификации клиента должны быть достаточными, т.е. таковыми, чтобы исключить совершение банковских операций в отношении денежных средств Клиента без его согласия.

Суд указал, что идентификация Клиента осуществлена на основании персональных средств доступа, полученных по карте Клиента <данные изъяты> оспариваемые операции совершены в доверенного устройства Клиента <данные изъяты> проверены Банком на соответствие признакам осуществления перевода денежных средств без согласия Клиента и подтверждены в Приложении Сбербанк Онлайн посредством нажатия в приложении кнопки «Подтвердить» и при звонке на номер Клиента + <данные изъяты>, указанного Клиентом как контактный.

Однако при этом суд не учел, что вышеуказанное подтверждение операций (которое производилось Банком посредством использования технологий IVR и HINT) не может, как верно посчитал Финансовый Уполномоченный и выводы коллегии о согласии с мнением Финансового уполномоченного по этому поводу приведены выше, быть признано достаточным.

Вывод суда о том, что оспариваемые операции не обладали признаками, предусмотренными Приказом Банка России № ОД-1027, основан на том, что эти операции не обладали такими признаками как: - совпадение информации о получателе средств с информацией о получателе средств без согласия клиента, полученной из соответствующей базы данных, формируемой Банком России; - совпадение информации и параметрах устройств, с использованием которых осуществлен доступ к программному обеспечению с целью перевода денежных средств с информацией о параметрах устройств, с использованием которых был осуществлен доступ к программному обеспечению с целью осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, полученной из базы данных.

Однако в Приказе Банка России № ОД-1027 указаны и другие признаки осуществления операции перевода денежных средств без согласия клиента.

Это, в том числе несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции; место осуществления операции; устройство, с использованием которого осуществляется операция, и параметры его использования; сумма осуществления операции; периодичность (частота) осуществления операций; получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

И именно на наличие вышеуказанных признаков было указано в оспариваемом решении Финансового уполномоченного, который правильно отметил, что все совершенные с устройства ФИО1 22-23.07.2025 г. операции были совершены в короткий промежуток времени. Эти операции были нетипичными для нее, как нетипична была для ФИО1 и вообще активность в системе ДБО в ночное время, когда совершались все операции. Финансовый уполномоченный верно обратил внимание на то, что сначала была совершена операция по расторжению договора банковского счета, после чего все денежные средства, ранее находившиеся на счете ФИО1, были списаны в счет оплаты покупок в «DNS-SHOP», далее был получен кредит и кредитные денежные средства через короткий промежуток времени после их зачисления вновь были списаны в счет оплаты покупок в той же торговой организации.

Однако суд почему-то не стал анализировать всю совокупность последовательно совершенных в кроткий промежуток времени в период с 22 и 23.07.2025 г. с устройства ФИО1 операций, начиная с операции по закрытию ее накопительного счета и направлению всех денежных средств, находившихся ранее на накопительном счете, в счет оплаты покупок в «DNS-SHOP», за которыми последовало оформление кредита и совершение за счет кредитных денежных средств новых покупок на 350 196 руб.

Суд не учел, что первые операции обладали признаками операций по переводу денежных средств без согласия клиента, что и подтверждает и тот факт, что Банк первоначально отклонил операции по переводу денежных средств в счет оплаты покупок в «DNS-SHOP» на 153 898 руб. и на 120 799 руб., а также по предоставлению кредита на сумму 414 000 руб.

Однако после получения подтверждения совершения указанных операций использованием технологий IVR и HINT, которое не было достаточным и не выявило, что операции совершает не Клиент, а иное лицо, оспариваемые операции на суммы 180 298 руб. и 169 898 руб. Банком уже не приостанавливались. Между тем оспариваемые операции также были нетипичными для Клиента, свершались на крупные суммы и в ночное время, т.е. обладали признаками перевода денежных средств без согласия клиента, и, если бы предыдущие операции были надлежащим и достаточным образом проверены Банком и Банк отказал бы в совершении этих операций, то операции оспариваемые уже не могли бы быть совершены.

С учетом этого в оспариваемом решении Финансовым уполномоченным сделан правильный вывод о том, что финансовой организацией (Банком) ненадлежащим образом исполнены обязанности, предусмотренные Законом № 161-ФЗ и Приказом Банка России № ОД-1027, в связи с чем по счету ФИО1 без ее добровольного согласия были совершены оспариваемые операции в нарушение требований гражданского законодательства и условий договора банковского счета, что повлекло нарушение прав заявителя ФИО1 и причинение ей убытков. Соответственно, Финансовый уполномоченный правомерно удовлетворил ее требование и взыскал с Банка в пользу ФИО1 списанные с ее банковского счета без ее распоряжения денежные средства в размере 350 196 руб.

При этом то, что факт совершения мошенничества в отношении ФИО1 третьими лицами не установлен решением суда на момент рассмотрения ее обращения Финансовым уполномоченным, не могло, вопреки выводу суда первой инстанции, повлечь отказ в удовлетворении требования.

Обстоятельства, при которых были совершены оспариваемые и иные операции с денежными средствами ФИО1, с достаточной полнотой следуют из материалов уголовного дела, возбужденного по заявлениям ФИО1, ФИО4 и ФИО14

Никаких противоречий выводов Финансового уполномоченного по этому поводу представленным суду копиям материалов уголовного дела, не установлено.

Указание суда на то, что Финансовым уполномоченным не дана оценка действиям ФИО1 по предоставлению ФИО4 телефона, разглашению своего идентификатора, паролей, кодов, используемых при совершении операций, в условиях выявленной недобросовестности Банка не могло повлечь отмену решения Финансового уполномоченного.

В этой связи решение суда первой инстанции не может быть признано законным и обоснованным, оно подлежит отмене по доводам апелляционных жалоб с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении заявления ПАО «Сбербанк» об отмене решения Финансового уполномоченного № от 13.10.2025 г.

При этом со всеми доводами, изложенными ПАО Сбербанк в заявлении и возражениях на апелляционные жалобы, согласиться нельзя, поскольку они основаны на иной оценке фактических обстоятельств дела и представленных доказательств.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Свердловского районного суда г. Костромы от 06.02.2026 г. – ОТМЕНИТЬ.

Отказать в удовлетворении заявления ПАО «Сбербанк» в лице филиала – Поволжский банк ПАО «Сбербанк» об отмене решения финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов ФИО2 № от 13.10.2025 г.

На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба во Второй кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 02.06.2026 г.