Приговор № 1-675/2019 от 1 декабря 2019 г. по делу № 1-675/2019

Дело ***


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

*** «02» декабря 2019 года

*** районный суд *** *** в составе председательствующего судьи Брусина А.М. с участием:

государственных обвинителей: заместителя прокурора *** *** и помощника прокурора *** ***,

подсудимого ФИО1? его защитника – адвоката ***,

потерпевшей Е1,

при секретаре ***,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, ***, ранее судимого:

-приговором *** районного суда от *** (с учетом постановления *** районного суда *** от ***) за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ (в редакции Федерального закона от *** № 26-ФЗ), к лишению свободы на срок 02 года 06 месяцев условно с испытательным сроком 03 года;

-приговором *** районного суда от *** (с учетом постановления *** районного суда *** от ***) за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ (в редакции Федерального закона от *** № 26-ФЗ) с применением ст. 70 УК РФ к лишению свободы на срок 09 лет 06 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима; освободился *** по отбытии срока наказания,-

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 112 УК РФ и ч. 4 ст. 111 УК РФ,

установил:

Вину ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего, и в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 Уголовного Кодекса Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья. Преступления совершены подсудимым при следующих обстоятельствах:

1. В один из дней в период с 23 августа по *** ФИО1, находясь в помещении ***, на почве личной неприязни к Е., действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, не предвидя возможности и не желая наступления общественно опасных последствий в виде смерти Е, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть эти последствия, с силой нанес Е. один удар рукой в левую затылочную область и один удар рукой по лицу, причинив тем самым Е. телесные повреждения в ***, что повлекло причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни человека (п. 6.1.3 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека), а также в виде очаговых субархноидальных кровоизлияний (под мягкими мозговыми оболочками), *** которые обусловлены нарушением внутричерепного кровообращения на почве сдавления головного мозга указанными выше субдуральными гематомами. Смерть Е. наступила в 07 часов 15 минут *** в ГОБУЗ «*** областная клиническая больница», расположенном по адресу: ***, от сдавления головного мозга вышеуказанными субдуральными гематомами с дислокацией (смещением) головного мозга, нарушением мозгового кровообращения, с отеком-набуханием его вещества, ущемлением стволовых отделов головного мозга в большом затылочном отверстии, приведшим к параличу центров дыхания и кровообращения. Таким образом, между полученными телесными повреждениями и наступлением смерти Е. имеется прямая причинно-следственная связь.

2. В период с 10 часов *** до 08 часов 58 минут *** ФИО1, находясь в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в помещении *** ***, на почве личной неприязни к Е., действуя умышленно, с целью причинения средней тяжести вреда здоровью, подошел к Е и с силой бросил его не менее трех раз на пол, после чего умышленно с силой ударил Е. не менее пяти раз головой о поверхность пола, а также нанес не менее двадцати четырех ударов руками и ногами в область головы, туловища, верхних и нижних конечностей Е., причинив тем самым Е. телесные повреждения в области головы и туловища, а именно:

-переломы ***, что повлекло причинение средней тяжести вреда здоровью по признаку длительности расстройства здоровья свыше трех недель (более 21 дня) (п. 7.1 Медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью);

-ушибленную линейную рану на слизистой оболочке нижней губы ***, что повлекло причинение легкого вреда здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья менее трех недель (п. 8.1 Медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью);

-в области мягких тканей головы, верхних и нижних конечностей: ***, не повлекшие за собой причинения вреда здоровью потерпевшего (п. 9 Медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью);

-кровоизлияния на внутренней поверхности кожных лоскутов головы, ***, не повлекшие за собой причинения вреда здоровью потерпевшего.

Подсудимый ФИО1 в ходе судебного заседания свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, не признал, а вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, признал полностью и дал следующие показания: В деревне *** проживал его отец Е. Он приехал в д. *** после освобождения из мест лишения свободы в конце *** года, проживал как с отцом в его ***, так и с сожительницей Н. в ***. Периодически они употребляли спиртные напитки все втроем. В *** году внучка Е. Е5 дважды забирала его к себе в ***. В феврале у них был конфликт с отцом из-за котов, которые жили в доме, но ударов он отцу не наносил. Тогда Е5 в первый раз увезла отца из деревни. В конце весны отец вернулся в свой дом, они продолжили жить по-прежнему. В июле у них возник конфликт из за того, кому отец оставил свой дом, в ходе этого конфликта отец позвонил Е5 и пожаловался, что он бил его головой об стол. Внучка забрала Е. из деревни во второй раз. 26 или *** Е. вернулся в д. ***, после этого конфликтов с Е у него не возникало. И он, и Е общались по телефону с Е5, при этом Е. на него не жаловался, забрать его из деревни не просил. Он считает, что если бы такие фразы прозвучали тогда в разговоре, Е5 приехала бы и увезла Е. Отец употреблял спиртные напитки и не принимал назначенные ему лекарства, из-за этого в начале сентября ему пришлось лечь в больницу. С того дня, как Е. вернулся в деревню, и до того дня, как он лег в больницу, он отцу телесных повреждений не причинял и не видел у него никаких телесных повреждений. В доме ФИО2 бывали как он, так и Н., больше он там никого не видел. Когда Е. лежал в больнице, он ни на какие телесные повреждения не жаловался. После выписки Е. из больницы *** утром он пришел в дом к отцу. Накануне они вместе распивали спиртные напитки, и отец попросил принести ему опохмелиться. Они вновь стали распивать спиртное, и у них возник словесный конфликт, они стали обоюдно оскорблять друг друга. Сначала они с отцом сидели за столом, в ходе конфликта он стащил отца на стол, и отец упал вместе со столом на пол. Тогда он три-четыре раза ударил отца головой об пол. Также он раз пять поднимал отца и отпускал, а отец падал и ударялся об пол. Потом он снова поднял отца и усадил его на скамью. Отец стал смотреть телевизор. После этого он помыл пол, на котором оставались следы крови. Вечером он снова пришел в дом к отцу, тот жаловался, что у него кружится голова, и он отвел отца на кровать. Он остался ночевать в доме отца, а Н уезжала на похороны брата в другую деревню. Наутро отцу стало хуже, речь стала невнятной, поэтому он вызвал скорую помощь. Отца увезли в больницу, там он скончался. Он настаивает, что в период с 26 августа по *** он насилия к отцу не применял, ударов ему не наносил. К инкриминируемому ему преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 111 УК РФ, он не причастен. В ходе предварительного следствия он давал показания о том, что в конце августа – начале сентября *** года также причинял отцу телесные повреждения. Такие показания он дал под влиянием уговоров со стороны оперативных сотрудников. Он боялся оперативников и не стал ни о чем говорить своему защитнику. Он полагает, что следователь получил результаты комиссионной экспертизы и понял, что Е умер от телесных повреждений, полученных в конце августа – начале сентября. Следователю и сотрудникам полиции нужно было свалить всю вину на него, а он согласился дать нужные им показания, т.к. еще не знал о выводах экспертизы. Он причинил отцу телесные повреждения только 24 сентября, о чем добровольно сообщил в явке с повинной.

Согласно показаниям ФИО1, которые он дал в ходе предварительного следствия *** в качестве обвиняемого в присутствии защитника, оглашенным в ходе судебного заседания на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, после приезда Е. в двадцатых числах августа *** года из *** в свой дом по адресу: ***, примерно через 3 дня или неделю после приезда, то есть примерно в период с *** по ***, в вечернее время около 17 часов, у них с Е. произошла стычка, при этом они находились в доме по указанному адресу. Причиной конфликта послужило то, что Е., находясь в состоянии алкогольного опьянения, стал говорить про свой дом, что он оформлен на Е2, при этом Е. ругался матом, в том числе оскорблял его нецензурными словами. Он сказал Е в ответ на это: «Иди спать» и нанес не менее двух ударов своей рукой Е. по голове, один удар он нанес кулаком в левую затылочную область, второй удар ладонью по лицу, по щеке. Е. не сопротивлялся конфликт у них не продолжился. Более ударов он не наносил, и Е. ушел спать. Находились они при этом на кухне дома ФИО2, он в состоянии алкогольного опьянения не был. Других конфликтов между ними он не помнит (т. 2, л.д. 124-126).

Согласно показаниям ФИО1, которые он дал в ходе предварительного следствия *** в качестве обвиняемого в присутствии защитника, оглашенным в ходе судебного заседания на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, в 20-х числах августа *** года, возможно ***, точно не помнит, его отец Е. приехал из *** по месту своего проживания в дом по адресу: ***. Примерно через 2-3 дня после приезда Е., то есть примерно в период 28-***, он находился в доме Е. по указанному адресу около 17 часов 00 минут, при этом Е находился в состоянии алкогольного опьянения, а он был трезв. Е. начал говорить про дом, что дом оформлен на Е2, а также стал его оскорблять, в связи с чем он разозлился и нанес Е. два удара рукой, а именно: один удар кулаком правой руки в область головы, насколько припоминает, в область головы справа, и один удар ладонью руки, какой именно не помнит, по лицу. Более он Е. ударов не наносил, тот сопротивления не оказывал, только отмахнулся от него рукой. Данный конфликт происходил на кухне. Когда он наносил Е. удары, они оба сидели за кухонным столом, он сидел на табурете перед столом, спиной к выходу, а Е. сидел слева от него на скамейке вдоль стены. На этом конфликт закончился, от его ударов Е не падал, продолжал сидеть за столом, от ударов ни обо что не ударялся. Нанесенные им удары Е. были не большой силы, то есть убивать его он не хотел. *** он пришел в дом к Е. по указанному адресу, было около 10 часов 00 минут, Е. попросил его сходить за спиртным, он купил бутылку спирта 0,5 л, где ее приобрел, не помнит, данную бутылку они распили вместе, затем он также приобрел, где не помнит, вторую бутылку спирта объемом 0,5 л, которую также распили вместе с Е. В ходе распития спиртного у них возник конфликт, так как Е. вновь стал что-то говорить про дом и оскорблять его. В ходе конфликта из-за высказанных ему оскорблений он вспылил, толкнул Е., отчего тот упал со скамейки у кухонного стола на пол по центру кухни. После этого он подошел к Е., лежащему лицом вниз, взял его двумя руками за туловище, поднял примерно на уровень поясницы и ударил телом об пол, всего таких ударов причинил 3-4, после чего взял Е. рукой, какой уже не помнит, за голову в области шеи и затылка и ударил 5-6 раз Е. головой об пол. Таким образом, Е ударялся ребрами и головой о поверхность пола, ни о какие другие предметы не ударялся. Каких-либо других ударов Е. он больше не причинял, руками или ногами его не бил. После этого он помог Е. умыться, усадил его обратно на скамью, а затем замыл пол на кухне, на котором осталась кровь ФИО2, после чего ушел. Далее *** около 19 часов 00 минут, переживая за состояние здоровья Е. и от того, что он натворил, он вернулся в дом к Е Тот в это время лежал на диване в комнате, был в сознании, ему жаловался, что болит голова, кружится и просил пить. Он сидел с Е. всю ночь, более Е. ночью ему жалоб не высказывал, только просил пить, а он 5-6 раз давал Е. воды. К утру ***, время не помнит, состояние здоровья Е. ухудшилось, он постоянно жаловался, что кружится и болит голова. В связи с ухудшением состояния здоровья Е. около 09 часов *** он вызвал «скорую помощь». *** он узнал, что Е. умер в больнице (т. 2, л.д. 143-148).

Независимо от позиции, занятой подсудимым в ходе судебного заседания, его вина в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111 УК РФ и ч. 1 ст. 112 УК РФ, подтверждается совокупностью доказательств, представленных стороной обвинения:

Потерпевшая Е2 в ходе судебного заседания дала следующие показания: Подсудимый ФИО1 приходится ей родным дядей, потерпевший Е. был ее дедушкой. Е постоянно проживал в частном ***. ФИО1 является братом ее покойного отца, они вместе были осуждены по одному уголовному делу и отбывали наказание. Сначала из мест лишения свободы освободился ее отец, который сначала проживал в д. *** с Е., затем переехал в *** и впоследствии скончался. В конце *** года из мест лишения свободы освободился подсудимый ФИО1 и приехал жить к Е. В это время она переехала в ***, навещала деда один-два раза в месяц. Она надеялась, что ФИО1 будет помогать дедушке. Сама она не могла часто к нему приезжать, т.к. родила ребенка. ФИО1 в *** стал проживать с Н по соседству с Е. В феврале *** года ей позвонила дочь Н М* и пожаловалась, что ФИО1 постоянно избивает ее мать, и что дедушка также сильно избит, не может встать. Сама Н боялась рассказывать ей об этом, т.к. боялась, что ФИО1 изобьет ее. Она сразу приехала к дедушке, тот действительно лежал весь избитый. Дедушка рассказал, что они вместе с ФИО1 употребляли спиртные напитки, и ФИО1 избил Е. руками и кочергой, заставлял есть кошачьи экскременты. В магазине она узнала, что Е каждый день брал выпивку и закуску для ФИО1 Она вызвала полицию, но Е не захотел подавать заявление, т.к. понимал, что ФИО1 недавно освободился и может вновь оказаться в местах лишения свободы. Она увезла Е с собой в больницу в ***, выяснилось, что у него были сломаны ребра. В мае Е. вернулся в ***, она общалась с ним и с ФИО1 по телефону. В июле Н1 снова написала ей в социальной сети, что дедушка избит. Она снова приехала и увидела, что Е. действительно сильно избит, но писать заявление в полицию он вновь отказался. Она во второй раз увезла И в *** в больницу. *** ее бывший муж Е3 увез И в д. ***, при этом она предупредила дедушку, что не сможет приехать к нему в сентябре. В ходе телефонных разговоров с Е и ФИО1 она поняла, что они продолжают употреблять спиртные напитки. Они разговаривали по телефону почти каждый день. Когда ей было не дозвониться никому из них, она позвонила Н1, та сообщила, что Е. и ФИО1 пьют. Со слов Н1 ей было известно, что ФИО1, когда избивал Е., отбирал у того телефон. Когда она 4 или 5 сентября дозвонилась Е., дедушка сразу сказал, что ФИО1 его бьет, просил забрать его и увезти. Ее это удивило, т.к. раньше Е. никогда не просил сам, чтобы она его забрала. Однако у нее в тот период не было возможности приехать в ***. Потом ей позвонил ее бывший муж и также сказал, что Е просил забрать его в ***. Сам бывший муж в это время был на работе и не мог помочь Е. Вскоре она узнала, что Е попал в больницу. По телефону дедушка сказал ей, что его снова избил ФИО1, но заявление он в полицию писать не стал, т.к. опасается, что ФИО1 посадят. Дедушка говорил, что ФИО1 бил его кулаками по голове, и у него теперь болит голова. Насколько ей известно, конфликты между ФИО1 и Е. возникали из-за того, что дедушка завещал ей дом в ***, а потом подарил его ей. Когда ФИО1 узнал, что дом уже принадлежит ей, его это разозлило. Примерно 16-18 сентября она узнала от Е., что его выписали из больницы домой. Ей стало известно, что в доме дедушки отключили электроэнергию за неуплату, ФИО1 съездил и оплатил долг, но электричество подключили не сразу. Какое-то время в доме Е электричество было только из бани. В этот период ФИО1 и Е. продолжали употреблять спиртные напитки. Она сказала дедушке, что приедет и заберет его 5 октября, когда у нее появятся деньги на дорогу. Она предполагает, что при обсуждении долгов за электроэнергию мог зайти разговор о том, кто собственник дома, и это могло спровоцировать новый конфликт. 24 сентября она не смогла дозвониться ни ФИО1, ни Е., ни Н. Вечером 25 сентября она дозвонилась Н1, та сообщила, что дедушка в реанимации, в его дом приезжала полиция. Когда ей удалось выяснить, в какой больнице лежит Е., тот уже скончался. Когда она приехала в дом в ***, там было необычно чисто. Вся посуда была перемыта, при этом постельное белье отсутствовало. На чердаке она нашла окровавленную подушку, еще одну во дворе. От Н1 ей известно, что ФИО1 говорил ей, будто дедушка перед смертью упал с чердака. Она считает, что этого быть не могло, дедушка не был в состоянии поставить лестницу и подняться по ней.

Свидетель Н. в ходе судебного разбирательства дала следующие показания: ФИО1 она знает много лет, они проживали по соседству в ***, в последнее время сожительствовали. В трезвом состоянии он ведет себя спокойно, когда выпьет, становится агрессивным, периодически избивал ее. Она была знакома также с отцом ФИО1 – Е., которого звала дедулей. Они оба помогали Е., часто ходили к нему, их дома находятся по соседству. Ей известно, что ФИО1 бил Е., хотя сама она лично при этом не присутствовала. ФИО1 говорил ей, что у дедули болела голова. После того, как в феврале *** года ФИО1 избил Е внучка Е. забрала его к себе в *** на какое-то время. После этого в июле Е. снова был избит, и внучка снова забрала его к себе в ***. В последний раз Е вернулся в *** в конце августа *** года. После этого при ней у Е. не возникало конфликтов с ФИО1, но дедуля жаловался, что у него болит голова. Однажды она спросила Е.: «Тебя Витька опять бил?», и тот ответил: «да». Е. держался за голову все время, но не рассказывал подробностей о случившемся. Несмотря на то, что Е. жаловался ей, что ФИО1 бьет его, она ничего не могла сделать, т.к. ФИО1 и ее тоже избивал. Она знала, что ФИО1 конфликтовал с Е. из-за того, что Е. оставил дом своей внучке. Еще одной причиной конфликтов были коты, которые жили в доме Е. В сентябре *** года Е попал в больницу из-за проблем с давлением и с головой, пробыл в больнице примерно десять дней. Происходили ли после этого конфликты между ФИО1 и Е., ей не известно. Они втроем периодически употребляли спиртные напитки в доме у Е. *** она уехала в *** на похороны своего брата. С ФИО1 и Е. она разговаривала по телефону, в ходе общения поняла, что они оба употребляли спиртные напитки. 25 сентября она приехала за В* в ***, чтобы ФИО1 помог ей с похоронами. ФИО1 рассказал, что Е. хотел забраться на чердак, упал с лестницы, он вызвал отцу скорую помощь, и того отвезли в больницу. В больнице Е. скончался. Когда она зашла в дом вместе с сотрудниками полиции, оказалось, что в доме все тщательно убрано, особенно хорошо была вымыта кухня. Сделать уборку в доме мог только ФИО1

Согласно показаниям свидетеля Н., которые она дала в ходе предварительного следствия, оглашенным в ходе судебного разбирательства на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, *** от Е2 она узнала, что Е. умер в больнице. В тот же день она разговаривала с ФИО1 и он сказал ей, что *** он был у Е., они употребляли спиртное. В ходе распития спиртного между теми произошел конфликт, в ходе которого ФИО1 несколько раз ударил Е телом и головой об пол (т. 1, л.д. 155). Когда ФИО1 находится в состоянии алкогольного опьянения, он ругается, дерется, неоднократно избивал ее. ФИО1 часто ходил в дом к Е., помогал ему по хозяйству, а также они вместе распивали спиртное. ФИО1 и Е., находясь в состоянии алкогольного опьянения, между собой ругались, скандалы начинал ФИО1, тому не нравилось, что в доме Е. много котов, которые гадят, а также был очень недоволен тем, что Е переписал свой дом на внучку Е2, а не на него, постоянно ругался из-за котов и из-за дома. Также ей известно, что в феврале *** года ФИО1 избил Е. из-за котов, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Как именно избил, не знает, со слов бил кочергой (т. 1, л.д. 156-160).

Свидетель Н1. в ходе судебного разбирательства дала следующие показания: Ее мать Н проживает в ***. Подсудимый ФИО1 после освобождения из мест лишения свободы приехал к своему отцу Е в *** затем стал сожительствовать с ее матерью Н. Дома Е. и Н находятся по соседству, и ФИО1 с ее матерью проживал то у своего отца, то у Н. Они периодически употребляли спиртные напитки совместно с Е Мать рассказывала ей, что в трезвом состоянии ФИО1 ведет себя спокойно, а в состоянии опьянения проявлял агрессию и по отношению к своему отцу, и по отношению к ней. Было такое, что мать звонила ей и рассказывала, как ФИО1 обижает своего отца. Например, если в ходе конфликта мать выгоняла от себя ФИО1, тот шел к Е и избивал его. Она решила написать об этом в социальной сети внучке Е Е5, которая живет в ***. Она написала, что Е вызывали скорую помощь, что он весь синий от побоев. Она надеялась, что Е5 приедет и сможет как-то воздействовать на ФИО1 Первый раз она послала сообщение Е5 зимой в начале *** года. ФИО3 написала ей, что приедет в ***, однако ей не известно, приезжала Е5 к деду или нет, с самим Е. она не общалась, обо всех событиях узнавала от матери. Затем летом мать снова рассказала ей, что у ФИО1 возникают конфликты с отцом из-за того, что Е. завещал свой дом внучке Е5. Кроме этого, они конфликтовали из-за котов, которых держал в доме дедушка. Мать говорила ей, что ФИО1 избивал отца, загонял под кровать, Е. опять весь синий от побоев, ему вызывали скорую помощь. При этом мать опасалась ФИО1 и боялась ему перечить. Она снова написала сообщение Е5, и та пообещала приехать. Со слов матери ей известно, что Е5 приехала и забрала дедушку к себе в ***, однако затем он попросился обратно и вернулся в ***. Когда точно это было, она не знает. О дальнейших событиях она также знает со слов матери. Ей известно, что Е. в какой-то день стало плохо, ему вызвали скорую помощь и он какое-то время лежал в больнице. Было ли это связано каким-то образом с причинением ему телесных повреждений, она не знает. Затем Е. снова жил дома, употреблял спиртные напитки с ФИО1 О том, что Е. скончался, ей стало известно уже после похорон. Мать сообщила ей, что ездила на похороны своего брата, а ФИО1 в это время избил Е. до смерти. Другие подробности ей не известны.

Свидетель Е4 в ходе судебного разбирательства дал следующие показания: Ранее он состоял в браке с Е2, поэтому знаком с ее дядей ФИО1 и с ее дедушкой Е. Ему известно, что Е. постоянно проживал в ***, однако летом *** года Е5 забирала его к себе из-за того, что ФИО1 плохо с ним обращался. *** он по просьбе Е5 отвез Е из *** в д***, там его встретил ФИО1 После этого 01 сентября он уехал в командировку, помнит это точно и даты событий называет с уверенностью. 03 сентября ему позвонил Е. и попросил забрать его и снова отвезти к Е5 в ***. При этом Е. жаловался, что ФИО1 бьет его, наносит удары по голове. Он ответил Е., что не может сейчас его отвезти, т.к. находится в командировке. Больше он с Е. не общался. Ему стало известно, что через несколько дней после этого разговора Е. попал в больницу. Больше он по обстоятельствам дела пояснить ничего не может.

Свидетель Е6. в ходе судебного разбирательства дала следующие показания: Подсудимый ФИО1 является ее бывшим мужем. Их брак расторгнут в ***, когда ФИО1 отбывал наказание в местах лишения свободы, однако они продолжали общаться и после развода. Ее бывший муж отбыл наказание в декабре *** года, после чего приехал к ней. Затем он поехал жить в *** к своей сожительнице Н и отцу Е. При этом дома Н1 и Е. расположены по соседству, поэтому ФИО1 проживал как у сожительницы, так и у отца. Ей известно, что ФИО1 постоянно навещал Е., и у них возникали конфликты из-за дома, в котором Е. жил. Его второй сын умер, и он решил оставить свой дом внучке Е5, с чем ФИО1 был не согласен. Е. был в преклонном возрасте, страдал хроническими заболеваниями, при этом продолжал употреблять спиртные напитки. Ей известно, что он несколько раз лежал в больнице. При этом сама она в *** не ездила, с Е. общалась редко. *** он умер. Перед этим ФИО1 приезжал в *** по поводу отключения электричества за долги и заходил к ней. Еще через какое-то время они общались с ФИО1 по телефону, и он сказал, что ему надоели и дед, и сожительница. Применял ли в этот период ФИО1 насилие к Е., ей не известно. ФИО1 рассказал ей, что они пили с Е он ушел к сожительнице, а утром застал отца в крови, вызвал скорую помощь. Е доставили в больницу, где он и скончался. Больше ей по обстоятельствам дела ничего не известно.

Согласно показаниям свидетеля Е6., которые она дала в ходе предварительного следствия, оглашенным в ходе судебного разбирательства на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в *** году ФИО1 стал проживать в деревне ***, там он стал сожительствовать с Н., совместно с Е распивал спиртное на его пенсию. Когда они находились в состоянии алкогольного опьянения, становились «дурными». При этом ФИО1 и Е. ругались из-за дома, а именно ФИО1 не нравилось, что дом Е оформил на Е2 У них постоянно происходили скандалы из-за собственности на дом. Примерно по весне или лету *** года Е2 забрала Е. к себе домой после того, как ФИО1 избил Е В это время она выставила дом Е на продажу, ФИО1 увидел объявление на «Авито», сильно из-за этого переживал, более того, Е2 запретила ему приходить в этот дом, он был сам не свой. ФИО1 по характеру спокойный, но при этом хитрый, а когда находится в состоянии алкогольного опьянения, то он невыносимый, конфликтный, становится ужасен, лезет в драку и никак не успокоится, пока кого-нибудь не ударит. Когда они жили вместе, ФИО1 выпивал каждый день, пока не закончатся деньги, потом уезжал к Е., который получал пенсию, и на эти деньги продолжал выпивать, и при этом переставал ходить на работу. Когда ФИО1 вышел на волю, то жаловался ей, как ему трудно, что ему все сложно, что надо ухаживать за Е., колоть ему дрова, из-за этого он не устраивался на работу (т. 1, л.д. 166-169).

Согласно показаниям свидетеля Д, оглашенным в ходе судебного разбирательства на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, она работает в продуктовом магазине ***, работает ежедневно, кроме воскресенья. В магазин, в котором она работает, приходил закупаться Е., который проживает недалеко от магазина. В период с *** по *** Е. также ходил в магазин, но телесных повреждений у него в области головы она не видела, он ей на побои не жаловался, о том, что его бил его сын ФИО1, не говорил, но насколько ей известно, они вдвоем часто выпивали. Ей известно, что ФИО1 периодически избивал своего отца Е., когда те выпивали, при этом пили с пенсии Е. Е. вернулся из *** в 20-х числах августа *** года, и с этого времени с ФИО1 выпивал спиртное (т. 3, л.д. 203-205).

Согласно показаниям свидетеля Л, оглашенным в ходе судебного разбирательства на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, она является заведующей паллиативного отделения *** больницы ГОБУЗ «*** центральная районная больница». С *** по *** в *** больнице проходил лечение Е с диагнозом хроническая ишемическая болезнь сердца. Установлен основной диагноз заболевания сердца, жалобы у Е. были только по сердцу. Обследование проводилось по стандартам кардиологического больного, жалоб неврологического характера не предъявлялось, и в связи с этим обследование в этом направлении не проводилось. Объективных данных и подозрений на черепную патологию не имелось, соответственно обследование в данной части не требовалось. Насколько она помнит, телесных повреждений у Е. в области головы не было (т. 3, л.д. 100-103).

Согласно показаниям свидетеля К, оглашенным в ходе судебного разбирательства на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, она работает фельдшером выездной бригады ГОБУЗ «*** станция скорой медицинской помощи». *** в 09 часов 00 минут она находилась на суточном дежурстве. В 09 часов 23 минуты *** ей был передан вызов к Е. по адресу: ***, вызов поступил как травма, то есть могла быть получена за несколько дней. В это же время она выехала по данному вызову, куда прибыли в 09 часов 52 минуты ***. «Скорую помощь» вызвал сын Е – ФИО1, он же встречал их на улице около дома по указанному адресу. Она вышла из машины, сразу же спросила ФИО1 что случилось. ФИО1 говорил, что не знает, что только пришел. Она прошла в дом, ФИО1 провел ее в комнату слева к Е. В данной комнате было чисто, на полу следов крови не было. Е. лежал на кровати на боку, на нем был свитер серого цвета и брюки темного цвета. На одежде и постели были следы крови, они были засохшие. При этом она не помнит, было ли на кровати постельное белье. Рядом стояла табуретка, на которой была чашка с водой. ФИО1 сказал: «Он пить просил». Е. находился в тяжелом состоянии, на поставленные вопросы о том, что с ним произошло, ответить не мог из-за тяжести состояния, но он все время хватался рукой за голову, еле говорил: «пить», состояние все угнеталось. Она сразу позвонила фельдшеру, чтобы та позвонила в приемный покой, что у нее тяжелая травма. У Е. на лбу была открытая рвано-ушибленная рана по центру размером около 6 см, края раны неровные, зияют, кровотечения из раны не было, также имелись кровоподтеки в области лба, век, щек. При этом крови в ушах, носу у Е. не было, лицо было чистое, намытое. Ею была установлена у Е. закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга. ФИО1 о том, что произошло с Е., говорил, что не знает, пришел *** утром, тот так и лежал на кровати. Также ФИО1 пояснил, что *** Е. выпивал спиртное. Она сделала Е. повязку на рану и поставила капельницу, после чего в 10 часов 06 минут *** они начали медэвакуацию, начали транспортировать Е. в ГОБУЗ «*** областная клиническая больница». В дороге состояние Е. ухудшалось, было без положительной динамики. Е. доставлен в больницу в 10 часов 30 минут ***, в дороге и в больнице Е. о том, как получил травму, не говорил. Других травм у Е. ею установлено не было. Обстановку в кухне, коридоре дома по указанному выше адресу она не помнит, но ей запомнилось, что в доме были чистые полы, следов крови не было, не было даже песка с улицы. То, что в доме чистые полы, не было следов крови на полу, а также было чистое намытое лицо и руки у Е ей показалось подозрительным. ФИО1 старался меньше находиться в доме, неохотно отвечал на ее вопросы. Позднее от сотрудников полиции ей стало известно, что травма у Е. криминальная, что к этому причастен его сын ФИО1 (т. 1, л.д. 170-174).

Согласно рапорту оперативного дежурного *** в 15 часов 57 минут в дежурную часть *** ПОП МО МВД России ***» поступило сообщение о том, что в ГОБУЗ «НОКБ» за медицинской помощью обратился Е поступивший *** из дома по адресу: ***, с диагнозом закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга (т. 1, л.д. 92).

Согласно рапорту по поступившему сообщению *** в 12 часов 30 минут в УМВД России по *** поступило сообщение о том, что в ГОБУЗ «НОКБ» умер Е., поступивший *** из дома по адресу: *** (т. 1, л.д. 85).

Согласно копии карты вызова скорой медицинской помощи ***, *** в 08 часов 58 минут поступил вызов по адресу: ***, к Е., у которого установлен диагноз: закрытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга, рвано-ушибленная рана лба от *** (т. 2, л.д. 203).

Согласно протоколу осмотра трупа с фототаблицей от ***, в паталогоанатомическом отделении ГОБУЗ «*** бюро судебно-медицинской экспертизы» по адресу: ***, осмотрен труп Е. На голове трупа в области лба имеется ушитая рана и кровоподтек. На затылке трупа несколько правее условной середины имеется деформация черепа (т. 1, л.д. 29-35).

Согласно протоколу осмотра места происшествия с участием ФИО1 с фототаблицей от ***, осмотрен дом по адресу: ***. Дом деревянный, одноэтажный, вход в дом осуществляется через крыльцо в правой части дома. Входная дверь деревянная, дверь и запорное устройство повреждений не имеют. Далее расположен коридор. На полу перед тумбочкой в коридоре расположены: пластиковая бутылка зеленого цвета «Sprite», стеклянная бутылка с этикеткой «Русская валюта». Бутылки пустые, их объем 0,5 л. Далее на полу к стене приставлена полка от холодильника с разбитым стеклом. В помещении дома имеются две комнаты и кухня. При входе в помещение дома расположена кухня, где слева имеются проем, ведущий в комнату ***, холодильник, проем, ведущий в комнату ***, стол. Вдоль стены слева от стола имеется деревянная скамейка перед столом, а также справа от него три табурета. Далее в кухне у стены между двумя окнами расположена тумбочка с телевизором. Вдоль стены кухни, расположенной справа относительно входа в нее, расположены: сервант, газовый баллон, газовая плита, тумбочка, табурет с ведром, печь. Справа от входа около печи расположен умывальник. Под столом на кухне справа между ножками обнаружено пятно вещества бурого цвета. К данному пятну применен экспресс-тест, результат которого показал, что в данном веществе содержится кровь. На скамейке обнаружена сумочка черного цвета, на которой имеются следы вещества бурого цвета. В комнате *** слева вдоль стены расположены: комод, сундук, кровать. На кровати имеется матрас, одеяло, подушка, без постельного белья. На подушке обнаружены пятна крови слева: снизу и посередине. К пятну, расположенному посередине, применен экспресс-тест, результатом которого установлено, что в веществе содержится кровь. Участвующее лицо ФИО1 пояснил, что он *** в период с 14 часов 00 минут до 14 часов 30 минут причинил телесные повреждения Е находясь на кухне указанного дома, от которых наступила смерть Е. *** в ГОБУЗ «*** областная клиническая больница». ФИО1 показал, что он сидел на табурете перед столом, а Е. на скамейке слева от стола возле стены, затем между ними произошел словесный конфликт. Далее конфликт перешел в физический: стол упал набок вправо, а Е. упал на пол справа от стола посередине кухни, располагался лицом вниз, при этом его голова была направлена на тумбочку, а ноги к проему в комнату ***. ФИО1, показал, что он стоя слева от Е. взял его двумя руками за туловище и резко уронил его на пол, ударяя ребрами и головой, всего около трех раз. После этого ФИО1 показал, что взял Е., лежащего справа от него в том же месте в том же положении, правой рукой за голову и ударил его об пол около пяти- шести раз (т. 1, л.д. 40-53).

Согласно протоколу следственного эксперимента с участием обвиняемого ФИО1 с фототаблицей от ***, в помещении кабинета ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по *** воссоздана обстановка кухни ***. ФИО1 в присутствии защитника продемонстрировал, как он нанес Е. два удара по голове: первый удар ладонью правой руки в область левой щеки, второй удар кулаком правой руки в область головы слева (т. 2, л.д. 127-134).

Согласно представленным Е2 распечаткам сообщений в социальной сети, *** ей поступило сообщение от Н1 о том, что В* стал очень агрессивным, поднимает руку на дедушку, дедуля не говорит ничего, потому что его боится». *** Е2 отправила сообщение следующего содержания: «Этот урок вчера деда избил ночью» и получила ответ: «Только с мамой разговаривала, да, избивал его». *** от Н1 поступило сообщение: «Как найти управу на В*? У него и мама моя и дедуля как груша для битья. Дедушка с фонарями ходит из-за того, что он дом тебе подписал, а не ему». *** Е2 отправила сообщение следующего содержания: «Деду мы забрали… говорит, что голова болит сильно, а так очень большие синяки на глазах, можно сказать, черные, шишки по всей голове и ребра очень сильно болят» (т. 1, л.д. 141-146).

Согласно ответу на запрос из ГОБУЗ «НЦРБ» Е. находился на стационарном лечении с 05 сентября по *** с диагнозом «хроническая ишемическая болезнь сердца, стенокардия напряжения, ЗФК. Фибрилляция трепетания предсердий, постоянная форма. ГБ 3 риск 4. Дисциркуляторная энцефалопатия (т. 3, л.д. 68-99).

Согласно протоколу осмотра документов, содержащих сведения о телефонных соединениях абонентского номера ***, находившегося в пользовании ФИО1, за период с 24 по ***, абонент до *** включительно постоянно находился в зоне действия базовой станции, расположенной в ***. *** в 23:58, *** в 00:28 и в 08:58 осуществлялись экстренные вызовы на *** (т. 1, л.д. 192-198).

Согласно протоколу осмотра документов, содержащих сведения о телефонных соединениях абонентского номера ***, находившегося в пользовании Е2, за период с 01 августа по ***, 28.08, 29.08, 30.08, 05.09., 07.09, 09.09, 10.09., 12.09. и 23.09 осуществлялись телефонные соединения с абонентским номером ***, находившимся в пользовании Е.; 03.09., 06.09., 08.09 осуществлялись телефонные соединения с абонентским номером ***, находившимся в пользовании ФИО1 (т. 1, л.д. 201-212).

Согласно заключению эксперта *** от ***, при проведении судебно-медицинского исследования трупа Е установлены следующие телесные повреждения:

***

***

***

***

***

***

Выше приведенная локализация наружных телесных повреждений свидетельствует, что Е. было причинено не менее четырнадцати телесных повреждений (ран, кровоподтеков, ссадин), возникших от травматических воздействий тупых твердых предметов с ограниченной поверхностью. Индивидуальные особенности травмирующих поверхностей тупых твердых предметов в повреждениях не отобразились. Однако это не исключает образования указанных повреждений, например, от ударов кулаками, обутыми ногами.

Ушибленная рана слизистой нижней губы в связи с временным (до 21 дня) нарушением функции жевания квалифицируется, как повреждение, повлекшее за собой легкий вред здоровью (п. 8.1 «Медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью», приказ М3 и СР РФ от 24.04.2008 № 194н).

Ушибленная рана в лобной области длиной 4 см квалифицируется как повреждение, повлекшее за собой легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья менее трех недель (п. 8.1 «Медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью», приказ М3 и СР РФ от 24.04.2008 № 194н).

Остальные отмеченные повреждения в области мягких тканей головы, верхних и нижних конечностей, как в отдельности, так и в совокупности относятся к повреждениям, не причиняющим вред здоровью человека (п. 9 «Медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью», приказ М3 и СР РФ от *** ***н).

При исследовании трупа Е. были обнаружены переломы ***, возникли за 1-2 суток до наступления смерти Е. и расцениваются как причинившие средний вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья свыше трех недель (более 21 дня) (п. 7.1 «Медицинских критериев квалифицирующих признаков тяжести вреда здоровью», приказ М3 и СР РФ от 24.04.2008 № 194н).

Обнаруженные повреждения в области мягких тканей головы (раны, кровоподтеки, ссадины), возникшие за 1-2 суток до наступления смерти Е., не сопровождались нарушением целости костей черепа и возникновением внутричерепных кровоизлияний, в связи с чем не находятся в причинно-следственной связи с его смертью.

Отмеченные кровоизлияния на внутренней поверхности кожных лоскутов головы возникли за 1-2 суток до наступления смерти Е. от не менее десяти травматических воздействий тупых твердых предметов с ограниченной поверхностью, возможно, от ударов кулаками, ногами и относятся к повреждениям, которые в рассматриваемом случае не повлекли за собой нарушений целости костей черепа и возникновения внутричерепных кровоизлияний, в связи с чем расцениваются как не причинившие вреда здоровью.

Установленные при исследовании трупа Е. повреждения причинены за 1-2 суток до наступления его смерти. Промежуток времени, при котором наносились телесные повреждения, может исчисляться минутами, часами. Установить последовательность причинения указанных телесных повреждений не представляется возможным.

При исследовании трупа Е. на внутренней поверхности кожных лоскутов головы: в теменной области справа (в проекции послеоперационной раны на коже) установлено темно-красное кровоизлияние овальной формы размером 5x6 см, толщиной до 0,4 см; в правой лобно-теменной области на площади 8x5 см расположено 3 кровоизлияния в перимизий из гемолизированных эритроцитов с очаговым распространением на эпимизий и эндомизий с признаками пролиферации фибробластов и участками нагноения в перимизии в виде густых скоплений сегментоядерных лейкоцитов с наличием фибрина; межмышечный отек и дистрофические изменения мышечных волокон в виде мутного набухания с утратой поперечной исчерченности и глыбчатого распада единичных из них.

Из всего вышеизложенного (макро- и микроскопических данных) следует:

1. субдуральные гематомы (кровоизлияния под твердую мозговую оболочку головного мозга), расположенные в правой лобно-теменной, в левой височно-затылочной и в правой теменно-височно-затылочной областях возникли не менее чем за 3-4 недели до момента наступления смерти Е. *** и квалифицируются как повреждения, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека (п. 6.1.3 «Медицинских критериев определения тяжести вреда, причиненного здоровью человека». Приказ М3 СР РФ от 24.04.2008 № 194н);

2. смерть Е. наступила от сдавления головного мозга отмеченными выше гематомами с дислокацией (смещением) головного мозга, нарушением мозгового кровообращения с отеком-набуханием его вещества, ущемлением стволовых отделов головного мозга в большом затылочном отверстии, приведшими к параличу центров дыхания и кровообращения;

3. очаговые субарахноидальные кровоизлияния (под мягкими мозговыми оболочками), расположенными в лобной, лобно-теменной, левой височной, правой теменно-височной долях головного мозга, в области варолиева моста возникли, согласно микроскопическому исследованию, не менее чем за 3-5 дней до наступления смерти Е и обусловлены нарушением внутричерепного кровообращения на почве сдавления головного мозга субдуральными гематомами;

4. При исследовании трупа Е. не обнаружено каких-либо телесных повреждений в области головы, совпадающих по давности со временем возникновения субдуральных гематом. Как установлено, субдуральные гематомы возникли не менее, чем за 3-4 недели до наступления смерти Е., возможно, как от однократного, так и неоднократного травматического воздействия тупых твердых предметов, например, от ударов кулаками, ногами. При тупой травме мягких тканей волосистой области головы возникшие на их внутренней поверхности кровоизлияния могли подвергнуться обратному развитию и при исследовании трупа визуально не обнаружиться.

На передней поверхности правого плеча в средней трети овальный синюшно-фиолетовый кровоподтек без четких границ размером 5x3,5 см. На наружной поверхности правого предплечья в средней трети 2 округлых аналогичного характера кровоподтека диаметром 2,5 см и 2 см. На тыльной поверхности правого лучезапястного сустава овальный светло-синий кровоподтек размером 3,5x2,5 см. На тыльной поверхности правой кисти, в проекции 2-й пястной кости (1), 4-й пястной кости (1) светло-синие кровоподтеки округлой формы диаметром 1,5 см и 2 см соответственно. Локализация очаговых кровоподтеков, расположенных на передней поверхности правого плеча, на наружной поверхности правого предплечья, на тыльной поверхности правого лучезапястного сустава, на тыльной поверхности правой кисти указывает, что отмеченные повреждения могут расцениваться как следы возможной борьбы и самообороны. Потерпевший мог находится в разнообразных положениях тела при нанесении ему телесных повреждений. Указанные телесные повреждения у Е. не характерны для возникновения таковых при падении с высоты собственного роста в связи с многочисленностью и расположением на разных поверхностях, так же и с высоты не более трех метров (т. 2, л.д. 18-43).

Судебно-медицинский эксперт *** в ходе судебного разбирательства дал следующие показания: Он полностью подтверждает выводы комиссионной экспертизы. Комиссия пришла к выводу, что смерть Е наступила от телесных повреждений, причиненных ему примерно за 3-4 недели до наступления смерти. У него выявлены три субдуральные гематомы, которые на момент его смерти находились в таком состоянии, которое свидетельствовало об их образовании не менее 3-4 недель назад. Механизм их образования наиболее характерен для причинения при нанесении ударов по голове и не характерен для образования при падении. С момента образования гематом у потерпевшего мог быть длительный так называемый «светлый» период, в течение которого он мог вести привычный образ жизни. Учитывая, что Е страдал ишемической болезнью сердца, проявления этого заболевания могли скрывать последствия травмы. Однако последствия субдуральных гематом постепенно развивались, нарастали признаки декомпенсации, атрофия, сдавление вещества головного мозга, затем возник отек мозга, остановка дыхания, наступила смерть. Когда Е. был госпитализирован по поводу ишемической болезни сердца, ему была оказана медицинская помощь в связи с теми жалобами, которые он предъявлял, при этом не проводились какие-либо обследования, которые могли бы выявить травму головы. Видимые телесные повреждения в области головы также могли быть при этом не зафиксированы. В свою очередь, лечение, которое Е. получал в стационаре, в том числе положительно влияло на мозговое кровообращение и могло замедлить развитие последствий черепно-мозговой травмы. Когда Е был во второй раз госпитализирован по поводу травмы головы, у него сразу была обнаружена субдуральная гематома, и по ее состоянию было понятно, что гематома старая, хроническая. Она почти не содержала жидкой крови, при трепанации черепа обнаружено всего около 10 мл жидкости. Примерно за 3-5 дней до смерти у Е. образовались в головном мозге вторичные гематомы, это не связано с какими-либо новыми травматическими воздействиями, а является одним из последствий черепно-мозговой травмы, полученной Е. за 3-4 недели до смерти. Именно эта травма находится с его смертью в прямой причинно-следственной связи. Те телесные повреждения, которые Е. получил незадолго до смерти, в том числе в области головы, не повлияли на наступление его смерти и не состоят с ней в прямой причинно-следственной связи.

Согласно протоколу явки с повинной ФИО1 от ***, он *** около 10 часов пришел в дом к его отцу Е. по адресу: *** Совместно они распили две бутылки спирта объемом 0,5 литра. Спиртное распивали на кухне, сидя за кухонным столом. В ходе распития спиртного у него с Е вспыхнул словесный конфликт, поскольку Е. оскорблял его нецензурной бранью. Он был сильно обижен на своего отца Е. и стал избивать его. Е сидел на скамейке возле стены, а он сидел на табуретке с торца стола к выходу спиной. Он толкнул Е., отчего тот упал на пол кухни, после чего он взял Е за корпус тела, за одежду со стороны спины, поднял на уровень поясницы и с силой бросил Е на пол, так сделал примерно три раза. После этого он взял Е. за голову и начал его ударять об пол головой, так ударял примерно четыре-пять раз, после чего успокоился и перестал избивать Е. После этого он сказал Е. подниматься, тот встал, и в этот момент он увидел у него на лбу большое ранение, рассечение. После этого он помог Е умыться, затем тот сел на скамейку, а он стал убираться после драки, протер пол, на котором было много крови. После этого он ушел из дома Е. *** около 19 часов 30 минут он стал переживать за состояние здоровья Е. и вернулся в его дом. Е. сидел на скамейке в кухне, он попросил воды и отвести его на кровать, так как сам не мог. Он отвел Е на кровать, уложил его, Е. постоянно просил пить. Всю ночь он провел с Е так как боялся за него и переживал за то, что с ним натворил. Е жаловался на боли в голове и что тому плохо, на утро *** примерно в 09 часов 00 минут он позвонил в скорую помощь, так как Е. становилось хуже. После приезда скорой Е. госпитализировали в больницу, медикам он не сообщал, что у них произошло, так как боялся за последствия. Вину признает, в содеянном раскаивается (т. 2, л.д. 87-89).

Согласно протоколу явки с повинной ФИО1 от ***, в дер. *** проживает его отец Е. в ***. С Е. они совместно выпивали, в ходе распития спиртного на почве алкогольного опьянения ругались, у них происходили словесные конфликты, также они ругались из-за дома. *** около 10 часов 00 минут он пришел в дом к Е. Совместно они распили две бутылки спирта объемом 0,5 литра. Спиртное распивали на кухне, сидя за кухонным столом. Они допили вторую купленную им бутылку спиртного около 14 часов 00 минут ***. В это время в ходе распития спиртного у него с Е. вспыхнул словесный конфликт, поскольку Е оскорблял его нецензурной бранью. Он был очень сильно разозлен на Е., так как ему не понравилось, что тот его оскорбляет. В указанное время он начал причинять телесные повреждения Е Отец сидел на скамейке возле стены, а он сидел на табуретке с торца стола к выходу спиной, располагались они боком друг к другу. Он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Вначале он толкнул Е отчего тот упал на пол, в результате чего у них на кухне перевернулся стол. Е. упал на пол справа от стола на небольшом расстоянии, лежал справа от него лицом вниз. После этого он, стоя слева от Е., взял его двумя руками за корпус тела, за одежду, таким образом, Е. был спиной к нему, поднял Е. на уровень поясницы и с силой бросил его на пол, так он делал несколько раз, примерно три раза. От его действий Е бился телом об пол, а именно ребрами и головой. После этого, продолжая стоять слева от отца, он взял правой рукой Е., который лежал также лицом вниз справа от него, за голову в области затылка, и начал его ударять об пол, так он ударял несколько раз, примерно пять раз, Е ударялся головой об пол, а именно лбом. После этого он успокоился и перестал избивать Е Указанные им события происходили в течение 5 минут, не более. После этого он сказал Е. подниматься, тот встал, и в этот момент он увидел у него на лбу ранение, а именно рассечение, оно было большое длинное. В области лба у Е он увидел кровь. Он помог умыться Е у умывальника на кухне, Е сел на скамейку. Он поднял стол и начал убираться после их драки. Так как на полу справа от стола, в том месте, где он наносил удары Е., было много крови, он протер его и ушел из дома Е Вину признает, в содеянном раскаивается (т. 2, л.д. 90-93).

Согласно протоколу проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1 от *** с приложением, он подтвердил ранее данные им показания в качестве подозреваемого на месте происшествия, указал, как наносил Е. три-четыре удара телом об пол и пять-шесть ударов головой об пол, находясь в кухне *** (т. 2, л.д. 107-112).

Согласно заключению эксперта *** от ***, на футболке, иъятой у обвиняемого ФИО1, обнаружена кровь человека. Одно из пятен крови на футболке по групповой принадлежности могло произойти от Е. и не происходит от ФИО1 (т. 2, л.д. 58-64).

Оценивая перечисленные доказательства в соответствии с правилами ст. 88 УПК РФ, суд признает их относимыми, допустимыми и достоверными, а в совокупности достаточными для установления вины ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 111 УК РФ и ч. 1 ст. 112 УК РФ.

В ходе судебного следствия установлено, что *** в НОКБ скончался отец подсудимого Е., который был доставлен скорой помощью со своего места жительства по адресу ***. При производстве комиссионной судебно-медицинской экспертизы установлено, что причиной смерти ФИО2 стала черепно-мозговая травма, полученная им за 3-4 недели до наступления смерти. Наряду с этим у Е. выявлены телесные повреждения, в том числе переломы ребер, причиненные незадолго до наступления смерти, повлекшие за собой вред здоровью средней тяжести.

В ходе предварительного расследования ФИО1 первоначально подтвердил свою причастность к причинению Е. как тяжкого вреда здоровью, повлекшего в дальнейшем наступление его смерти, так и вреда здоровью средней тяжести. В последующем ФИО1 изменил свою позицию и в ходе судебного следствия утверждал, что причинил Е. только вред здоровью средней тяжести незадолго до наступления его смерти, а тяжкий вред здоровью потерпевшего не причинял и в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, не виновен.

Таким образом, обстоятельства совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, не оспариваются сторонами. Подсудимый обратился в правоохранительные органы с явкой с повинной, дал подробные признательные показания о том, как *** он в ходе конфликта нанес удары Е., а также несколько раз бросал его на пол. Эти показания Е. неоднократно подтверждал в ходе предварительного и судебного следствия, в том числе в ходе проверки на месте. У суда нет разумных оснований не доверять им, поскольку они согласуются с иными исследованными доказательствами, в том числе с протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого обнаружены следы крови в доме потерпевшего, а также с показаниями свидетелей Н Е6., К

По обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, Е занял иную позицию и не подтвердил свои признательные показания, данные в ходе предварительного следствия. Первоначально он подтверждал, что в конце августа – начале сентября *** года наносил удары Е. по голове. Однако в дальнейшем подсудимый заявил, что дал эти показания под влиянием уговоров со стороны оперативников, а также под влиянием заблуждения, так как не знал о выводах комиссионной судебно-медицинской экспертизы, согласно которым Е. умер именно от тех телесных повреждений, которые были причинены ему в конце августа – начале сентября.

По мнению суда, приведенные подсудимым объяснения причин, по которым он изменил свою позицию, нельзя признать убедительными, т.к. Е неоднократно в присутствии защитника подтверждал свою причастность к нанесению травмы головы Е. в конце августа – начале сентября *** года. Обращает на себя внимание тот факт, что эти показания Е подтвердил и в ходе следственного эксперимента, и в ходе первого допроса после ознакомления с заключением комиссионной экспертизы. При таких обстоятельствах, по мнению суда, изменение подсудимым своей позиции по предъявленному обвинению обусловлено желанием избежать уголовной ответственности за особо тяжкое преступление.

Приходя к такому выводу, суд учитывает, что первоначальные показания ФИО1 о том, что именно он причинил черепно-мозговую травму Е в конце августа – начале сентября *** года, согласуются со всей совокупностью исследованных судом доказательств.

В частности, из показаний свидетелей Н., Н1 Е., Е4, потерпевшей Е2 следует, что *** году ФИО1 проживал в д. *** в доме своего отца Е. или в доме по соседству с сожительницей Н. ФИО1 и Н помогали престарелому Е., кроме них, его дом никто не посещал. Они втроем с Е. периодически употребляли спиртные напитки, при этом у ФИО1 с Е возникали конфликты из-за того, что Е. переоформил свой дом на Е2, а также из-за проживающих в доме котов. В связи с тем, что ФИО1 применял к Е насилие, в феврале и в июле *** года Е2 увозила Е. к себе в ***. В последний раз Е. вернулся в д. ФИО4 примерно ***.

О событиях, которые произошли после ***, потерпевшая Е2, свидетели Е4 и Е. знают из телефонных разговоров. При этом как Е2, так и Е4 в своих показаниях сообщили, что в первых числах сентября Е. жаловался на то, что ФИО1 бил его по голове, и просил снова увезти его из деревни. Суд критически оценивает показания ФИО1 о том, что Е2 оговаривает его из-за права собственности на дом Е поскольку еще в *** Е подарил свой дом Е2 Кроме этого, показания Е2 и Е4 согласуются с показаниями свидетеля Н которая в конце августа – первых числах сентября *** года лично общалась с Е и слышала от него жалобы на ФИО1, который наносил ему удары по голове.

При этом как Е2, так и Н. отметили, что Е. жаловался на головную боль, но не хотел привлекать своего сына ФИО1 к уголовной ответственности, осознавая, что тот ранее судим. Этим же, по мнению суда, может быть объяснено отсутствие жалоб Е на телесные повреждения во время его госпитализации, которая имела место в период с 05 по ***. Он был экстренно госпитализирован в связи с обострением имевшихся у него хронических заболеваний и получал соответствующее лечение, при этом не проводились какие-либо исследования, направленные на выявление черепно-мозговой травмы. Из показаний эксперта *** видно, что для черепно-мозговой травмы, которая имелась у Е характерно наличие «светлого» периода, который может быть достаточно длительным. Симптомы хронических заболеваний, которыми страдал Е., могли скрывать последствия черепно-мозговой травмы, а получаемое им лечение могло улучшать его состояние в целом и продлевать «светлый» период.

Из показаний эксперта *** также видно, что черепно-мозговая травма, повлекшая за собой наступление смерти Е., образовалась при нанесении ударов по голове, а не при падении, при этом телесные повреждения, полученные Е за 1-2 дня до наступления смерти, в том числе в области головы, в причинно-следственной связи с ее наступлением не находятся.

Поэтому суд признает установленным, что именно ФИО1 при обстоятельствах, изложенных в предъявленном ему обвинении, причинил черепно-мозговую травму Е., которая и стала непосредственной причиной его смерти. При этом представленные суду доказательства позволяют сделать вывод о наличии у ФИО1 умысла на причинение Е. тяжкого, опасного для жизни вреда здоровью. Приходя к такому выводу, суд отмечает, что подсудимый неоднократно нанес потерпевшему удары руками по голове, причинил ему тяжелую черепно-мозговую травму. В то же время, как следует из показаний подсудимого, которые не опровергнуты стороной обвинения и положены в основу предъявленного обвинения, ФИО1, умышленно причинив потерпевшему телесные повреждения, опасные для его жизни, не предвидел в силу преступной небрежности последствия своих действий в виде наступления смерти потерпевшего. Таким образом, в данном случае вина ФИО1 в наступлении смерти Е. является неосторожной.

Поэтому суд соглашается с квалификацией действий ФИО1, предложенной государственным обвинителем, находит вину ФИО1 доказанной и квалифицирует его действия следующим образом:

-по части 4 статьи 111 Уголовного Кодекса Российской Федерации как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего;

-по части 1 статьи 112 Уголовного Кодекса Российской Федерации как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

При определении вида и размера наказания суд в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность подсудимого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние наказания на исправление осужденного.

Оценивая характер и степень тяжести совершенных подсудимым преступлений, суд отмечает, что ФИО1 совершил два умышленных оконченных преступления против жизни и здоровья: одно особо тяжкое и одно небольшой тяжести, а также учитывает конкретные фактические обстоятельства содеянного.

Исследованием личности ФИО1 установлено, что он ранее дважды судим за тяжкие преступления к реальному лишению свободы, в течение года, предшествующего совершению преступлений, привлекался к административной ответственности, на учете в психоневрологическом диспансере и у нарколога не состоит. Подсудимый разведен, несовершеннолетних детей и других иждивенцев не имеет, официально не трудоустроен, участковым уполномоченным по месту жительства характеризуется отрицательно, как лицо, склонное к злоупотреблению спиртными напитками, страдает хроническим заболеванием.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов *** от *** как в период инкриминируемого деяния, так и в настоящее время ФИО1 каким-либо расстройством психической деятельности или временным психическим расстройством не страдал и не страдает, в период инкриминируемого деяния мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не нуждается в применении принудительных мер медицинского характера. Он может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать о них показания, представлять свои интересы в уголовном процессе и при проведении следственных действий, участвовать в судебных заседаниях. Он не обнаруживает индивидуально-психологических особенностей, которые могли бы существенно повлиять на его поведение в исследуемой ситуации. В период совершения инкриминируемого ему деяния он не находился в эмоциональном состоянии (стресс, фрустрация, растерянность), которое могло существенно повлиять на его сознание и деятельность, а также не находился в состоянии физиологического аффекта (т. 2, л.д. 49-52).

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимому ФИО1 за оба преступления, суд признает в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ активное способствование расследованию преступления, а за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 112 УК РФ, – также явку с повинной и в соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления. В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, полное признание вины в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 112 УК РФ, и раскаяние в содеянном, признание вины в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в ходе предварительного следствия, а также состояние здоровья подсудимого.

Учитывая, что подсудимый совершил преступление против личности, предусмотренное ч. 1 ст. 112 УК РФ, в ходе употребления спиртных напитков, находясь в состоянии алкогольного опьянения, которое, по мнению суда, и стало одной из причин насильственных действий ФИО1, при этом привлекался к административной ответственности за правонарушения, совершенные в состоянии опьянения, по месту жительства характеризуется как лицо, склонное к злоупотреблению спиртными напиткам, суд в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ признает обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 112 УК РФ, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 за оба преступления, является рецидив преступлений. В соответствии с п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ в части, касающейся преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в действиях ФИО1 усматривается особо опасный рецидив.

Суд отмечает, что законом в качестве единственного вида основного наказания по ч. 4 ст. 111 УК РФ предусмотрено лишение свободы. Ввиду отсутствия исключительных обстоятельств, связанных с мотивами и целями преступления, поведением ФИО1 во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд не усматривает оснований для применения при назначении ему наказания положений ст. 64 УК РФ.

За преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 112 УК РФ, суд также считает необходимым назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы, так как с учетом обстоятельств, отягчающих наказание, применение к нему иных более мягких видов наказания не позволит обеспечить достижение предусмотренных УК РФ целей наказания. Положения ч. 6 ст. 15 и ч. 1 ст. 62 УК РФ не подлежат применению при назначении ФИО1 наказания в связи с наличием обстоятельства, отягчающего наказание.

При определении срока наказания в виде лишения свободы за каждое из преступлений суд учитывает обстоятельства, смягчающие наказание, и руководствуется правилами части 2 статьи 68 УК РФ о назначении наказания при рецидиве преступлений, поскольку с учетом данных о личности ФИО1, который ранее дважды судим за преступления против личности и вновь совершил новое аналогичное более тяжкое преступление, не усматривает оснований для применения ч. 3 ст. 68 УК РФ.

Принимая во внимание характер, степень общественной опасности и конкретные фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений, в том числе особо тяжкого, и данные об его личности, в том числе наличие и вид рецидива в его действиях, суд приходит к выводу, что достижение целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, в отношении ФИО1 невозможно без его изоляции от общества. Кроме этого, применение условного осуждения при особо опасном рецидиве преступлений недопустимо с учетом положений ч. 1 ст. 73 УК РФ. Поэтому суд считает необходимым назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы реально. При этом суд не усматривает необходимости в применении к ФИО1 дополнительного наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Согласно п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ ФИО1 должен отбывать назначенное ему наказание в виде лишения свободы в исправительной колонии особого режима. Поэтому суд считает необходимым оставить в отношении него без изменения на период до вступления приговора в законную силу меру пресечения в виде заключения под стражу.

Процессуальные издержки в соответствии с ч. 2 ст. 132 УПК РФ подлежат взысканию с подсудимого. Решение о судьбе вещественных доказательств суд принимает в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 296-302, 307-310 УПК РФ, суд

приговорил:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 111 Уголовного Кодекса Российской Федерации и частью 1 статьи 112 Уголовного Кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание:

-за преступление, предусмотренное частью 4 статьи 111 Уголовного Кодекса Российской Федерации, - в виде лишения свободы на срок 11 (одиннадцать) лет;

-за преступление, предусмотренное частью 1 статьи 112 Уголовного Кодекса Российской Федерации, - в виде лишения свободы на срок 02 (два) года.

В соответствии с частью 3 статьи 69 Уголовного Кодекса Российской Федерации путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 12 (двенадцать) лет с отбыванием в исправительной колонии особого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. Срок наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу. Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей в период с *** до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии особого режима.

Вещественные доказательства: ***

Взыскать с ФИО1 процессуальные издержки: расходы на оплату услуг адвоката *** по назначению следователя в сумме 18450 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам *** областного суда через *** районный суд в течение 10 суток с момента оглашения, а осужденным ФИО1, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Судья А.М. Брусин