Апелляционное определение № 33-1070/2025 от 17 декабря 2025 г.

Судья Бембеева Н.Н. дело № 33-1070/2025

2-314/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 декабря 2025 г. г. Элиста

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в составе:

председательствующего Басангова И.В.

судей Гонеевой Б.П.

Басангова Н.А.

при секретаре Манжиковой А.Э.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «Россети Юг» в лице филиала ПАО «Россети Юг» – «Калмэнерго» о взыскании утраченного заработка в результате несчастного случая на производстве, компенсации морального вреда по апелляционным жалобам представителя истца ФИО2 и представителя ответчика ФИО3 на решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 28 июля 2025 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Калмыкия Басангова Н.А., выслушав объяснения представителя ответчика ФИО3, поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы, заключение прокурора Имкеновой Д.А. об оставлении решения суда без изменения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском к ПАО «Россети Юг» в лице филиала ПАО «Россети Юг» – «Калмэнерго» (далее – «Калмэнерго»), мотивируя свои требования следующим.

С 25 марта 1996 г. он работал электромонтером по эксплуатации распределительных сетей в Ики-Бурульском районе электрических сетей филиала открытого акционерного общества «Межрегиональная Распределительная Сетевая компания Юга» – «Калмэнерго», которое переименовано в публичное акционерное общество «Россети Юг». 05 июля 2011 г. в структурном подразделении ответчика – Ики-Бурульском РЭС с истцом произошел несчастный случай на производстве, который был оформлен актом о несчастном случае на производстве от 15 июля 2011 г. по форме Н-1 (далее – Акт № 1).

Согласно данному акту вид происшествия определен как поражение электрическим током и падение с высоты. ФИО1 получил травму, а именно: сочетанная политравма (падение с высоты при поражении электрическим током); закрытый перелом правого бедра; ожог обеих верхних конечностей I-III ст., общей площадью 15%. Данные повреждения были отнесены к легкой степени тяжести. В Акте № 1 в качестве лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, указаны: мастер Ики-Бурульского участка электрических сетей ФИО5, водитель Ики-Бурульского РЭС ФИО6, электромонтер по эксплуатации распределительных сетей Ики-Бурульского РЭС ФИО1 Поскольку вина работодателя установлена Актом №1 (указано на неудовлетворительную организацию производства работ и отсутствие должного контроля за соблюдением пострадавшим требований охраны труда), а среди лиц, допустивших нарушения, указан мастер Ики-Бурульского участка электрических сетей ФИО5, наличие в действиях истца грубой неосторожности со степенью вины 60% не может служить основанием для отказа в иске. Характер полученных травм указывает на то, что ФИО1 испытал физические и нравственные страдания, переживал за состояние своего здоровья. Он был вынужден пройти длительное стационарное лечение с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в Ики-Бурульской центральной районной больнице. После выписки из стационара он находился под амбулаторным наблюдением хирурга в следующие даты: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ истцу была повторно установлена третья группа инвалидности вследствие трудового увечья бессрочно. ФИО1, находившийся в трудоспособном возрасте 44 лет и обеспечивавший семью с двумя несовершеннолетними детьми, получил степень утраты профессиональной трудоспособности <данные изъяты>% с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 неоднократно уточнял исковые требования, по последнему уточненному иску просил взыскать с «Калмэнерго» в счет возмещения утраченного заработка, недополученного им в результате несчастного случая на производстве, за период со 02 декабря 2021 г. по 02 декабря 2024 г. в размере 421 597,47 руб., возмещение утраченного заработка, недополученного ФИО1 в результате несчастного случая на производстве, за период с 03 декабря 2024 г. до дня смерти (пожизненно) в размере 11 682,62 руб. ежемесячно, с последующей индексацией за период с 03 декабря 2024 г. до дня смерти (пожизненно) пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту его жительства, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины данные суммы должны быть не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации; компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб.

Решением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 28 июля 2025 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены.

Взысканы с публичного акционерного общества «Россети Юг» в лице филиала ПАО «Россети Юг» – «Калмэнерго» в пользу ФИО1: утраченный заработок за период со 02 декабря 2021 г. по 02 декабря 2024 г. в размере 421 597,47 руб.; ежемесячные выплаты в размере 11 682,62 руб. в счет возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью, с индексацией по правилам статьи 1091 Гражданского кодекса Российской Федерации, начиная с 03 декабря 2024 г.; компенсация морального вреда в размере 50 000 руб.

Взыскана с публичного акционерного общества «Россети Юг» в лице филиала ПАО «Россети Юг» – «Калмэнерго» в бюджет г. Элисты государственная пошлина в размере 16 039,93 руб.

Дополнительным решением Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 29 октября 2025 г. взысканы с публичного акционерного общества «Россети Юг» в лице филиала ПАО «Россети Юг» – «Калмэнерго» в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 руб.

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО2, ссылаясь на доводы, приведенные в исковом заявлении, выразила несогласие с решением суда в части размера компенсации морального вреда. В связи с чем просила изменить его, взыскав с ответчика 10 000 000 руб.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) представитель ответчика ФИО3 просил решение суда отменить, в иске отказать. В обоснование доводов жалобы указал, что причиной несчастного случая на производстве явилось нарушение трудовой и производственной дисциплины со стороны истца ФИО1, который в нарушение техники безопасности и запрета на проведение ремонтных работ по собственной инициативе поднялся на опору для расплетания провода. Данное обстоятельство подтверждается тем, что истцу было выдано распоряжение именно на производство обхода осмотра ВЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» от подстанции 110/10 кВ «Чолун-Хамур» без права производства работ. При этом с ФИО1 был проведен инструктаж по технике безопасности, что подтверждено объяснениями ФИО5, ФИО6 и самим истцом. Проигнорировав данные требования, ФИО1, не пристегнувшись фалом к опоре, принял самостоятельное решение провести ремонтные работы и устранить расплетание провода фазы «В». Вывод суда об отсутствии постоянных знаков и порядковых номеров на опорах противоречит материалам дела, поскольку из Акта № 1 следует, что «Проезжая по ВЛ ФИО1 замечает расплетание провода фазы «В» на анкерной промежуточной опоре № 174». Согласно пункту 4.53 Типовой инструкции по охране труда для электромонтера по эксплуатации распределительных сетей, утвержденной приказом Минтруда России от 02 августа 2002 г. и Минэнерго России от 25 июля 2022 г., при обходе-осмотре не разрешается проводить какие-либо ремонтные и восстановительные работы, а также подниматься на опоры воздушных линий электропередач. Между тем суд не указал какие нарушения норм техники безопасности были допущены работодателем, как именно работодатель не обеспечил безопасные условия труда. Учитывая факт неисполнения ФИО1 прямых требований распоряжения № 27, автор жалобы считает, что неблагоприятные последствия наступили не по вине ответчика. Поскольку увольнение истца было обусловлено его виновными действиями, оснований для удовлетворения исковых требований без признания такого увольнения незаконным не имеется.

Представитель истца ФИО2 в своих возражениях на апелляционную жалобу представителя «Калмэнерго» просила суд отказать в ее удовлетворении.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, просили рассмотреть дело без их участия.

Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Калмыкия о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб извещено своевременно и в надлежащей форме, в судебное заседание своего представителя не направило.

В силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, и возражениях относительно жалоб.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений на апелляционную жалобу представителя ответчика, судебная коллегия приходит к выводу об оставлении решения суда без изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО1 с 21 марта 1996 г. по 9 февраля 2012 г. состоял в трудовых отношениях с «Калмэнерго».

Приказом от 28 марта 1996 г. № 52-к ФИО1 принят на работу на должность электромонтера распределительных сетей с 21 марта 1996 г.

14 марта 2008 г. с истцом был заключен трудовой договор №, в соответствии с которым он был принят на ту же должность на неопределенный срок. Согласно условиям договора работодатель обязался, в частности, обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и труда, а также исполнять другие обязанности, предусмотренные трудовым законодательством. В договоре указано, что работодатель несет ответственность за вред, причиненный работнику в связи с увечьем либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей.

В журнале учета работ по нарядам и распоряжениям Ики-Бурульского РЭС имеется запись, согласно которой ФИО1 05 июля 2011 г. выполнялись работы по распоряжению на производство обхода-осмотра без права производства работ по ВЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» от ПС 110/10 кВ «Чолун-Хамур».

Согласно акту о несчастном случае на производстве № 1, утвержденному 15 июля 2011 г., 05 июля 2011 г. в 09:00 час. мастер ФИО5 вызвал электромонтера ФИО1, водителя ФИО6 и выдал им распоряжение № 28 на проведение обхода-осмотра без права производства работ по ВЛ-10 кВ «Кормоцех» от РП-10 кВ «Южная» и распоряжение № 27 на производство обхода-осмотра без права производства работ по BЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» от подстанции 110/10 кВ «Чолун-Хамур». После получения целевого инструктажа по производству обходов-осмотров ВЛ, около 09:30 час. ФИО1 и ФИО4 выехали с базы РЭС. В связи с тем, что BЛ-10 кВ «Кормоцех» от РП-10 кВ «Южная» по расстоянию находится ближе к пос. Ики-Бурул, чем BЛ-10 «Орошение-Зултурган» от подстанции 110/10 кВ «Чолун-Хамур», ФИО1 принял решение начать обход-осмотр с конца BЛ-10 кВ «Кормоцех». Примерно в 10:40 час. бригада приступила к производству обхода-осмотра названной линии. В 15:25 час. ФИО1 связался с дежурным диспетчером ФИО7 и сообщил об окончании производства обхода-осмотра ВЛ-10 кВ «Кормоцех» по распоряжению № 28 и о намерении приступить к проведению обхода-осмотра BЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» по распоряжению № 27. ФИО9 в 15:35 час. дал задание дежурному электромонтеру подстанции 110/10 кВ «Чолун-Хамур» ФИО10 вывести BЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» в ремонт. В 15:42 час. ФИО10 доложил дежурному диспетчеру ФИО9 о выводе BЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» в ремонт. В 15:45 час. ФИО9 указал электромонтеру ФИО1 и водителю ФИО6 на необходимость прибыть на подстанцию 110/10 кВ «Чолун-Хамур», убедиться в том, что BЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» выведена в ремонт и приступить к проведению обхода-осмотра без права производства работ. Однако ФИО1 принял решение не заезжать на 110/10 кВ «Чолун-Хамур», а начать обход-осмотр ВЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» с конца линии, при этом вторым членом бригады (водителем ФИО6) данное решение опротестовано не было. По пути к ВЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» дорогу указывал электромонтер ФИО1, а водитель следовал его указаниям. В результате ФИО1 сбился с пути и бригада оказалась на ВЛ-10 кВ «Орошение-1 Манцын-Кец». Там ФИО1 заметил расплетание провода фазы «В» на анкерной промежуточной опоре № 174. Невзирая на запрет производства работ, ФИО1, будучи уверенным, что данная воздушная линия выведена в ремонт и напряжение по ней отсутствует, решил устранить дефект. Надев монтерский пояс (но не пристегнувшись фалом к опоре), каску (оставив сигнализатор напряжения в машине), взяв с собой указатель высокого напряжения, ФИО1 начал подъем на опору. Находясь между нижней и средней фазой, он был поражен электрическим током, в результате чего упал с верхней части опоры. ФИО11, оказав первую помощь, сообщил начальнику РЭС о случившемся и доставил ФИО1 в районную больницу пос. Ики-Бурул (пункт 8).

По результатам расследования несчастного случая установлено, что причиной несчастного случая являются нарушение трудовой и производственной дисциплины, выразившиеся в следующем: при имеющемся распоряжении № 27 на обход осмотр ВЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» от подстанции 110/10 кВ «Чолун-Хамур» без права производства работ бригада под руководством ФИО1 производила ремонт ВЛ-10 кВ «Орошение-1 Манцын-Кец» от подстанции 110/10 кВ «Чолун-Хамур», находящейся под напряжением (пункт 9, 9.1).

В соответствии с пунктом 10 Акта № 1 лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, являются: мастер Ики-Бурульского участка электрических сетей ФИО5, который нарушил статью 214 Трудового кодекса Российской Федерации, раздел 5 Должностной инструкции мастера участка Ики-Бурульского района электрических сетей и пункт 3.1.11 Правил внутреннего трудового распорядка для работников «Калмэнерго»; водитель Ики-Бурульского РЭС ФИО6, допустивший нарушение пункта 2.1.9 ПОТ РМ-016-2001 «Межотраслевые правила по охране труда (правила безопасности) при эксплуатации электроустановок»; электромонтер ФИО1, нарушивший статью 214 Трудового кодекса Российской Федерации, пункты 1.4.2 и 4.15.72, раздел 3 ПОТ РМ-016-2001 «Межотраслевые правила по охране труда (правила безопасности) при эксплуатации электроустановок», пункты 1.13 и 6.10.15 ПОТ РМ-012-2000 «Межотраслевые правила по охране труда при работе на высоте», а также раздел 5 Рабочей инструкции электромонтера по эксплуатации распределительных сетей 4 разряда района электрических сетей.

С учетом заключения профсоюзного комитета «Калмэнерго» степень вины пострадавшего ФИО1 установлена в размере 60 %, степень вины водителя ФИО6 – 40 %.

В соответствии с должностной инструкцией мастера участка районных электрических сетей (РЭС), с которой ФИО5 ознакомлен 11 ноября 2010 г., мастер участка РЭС подчиняется непосредственно начальнику РЭС, должен знать Правила технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, Правила работы с персоналом, Межотраслевые правила по охране труда при эксплуатации электроустановок, Инструкцию по проведению осмотра воздушных линий электропередачи, Инструкцию о порядке вывода в ремонт оборудования электрических сетей Филиала; в его должностные обязанности входят: введение технической документации линии электропередачи КТ10/0,4 кВ, осуществление технического обслуживания и ремонт распределительных сетей 0,4-10 кВ, ТП-10/0,4 кВ. Мастер участка РЭС, в том числе имеет право обращаться к начальнику РЭС за помощью в работе, разъяснениями по отдельным вопросам и содействия в устранении причин, нарушающих нормальному ходу работы, давать задания по работе подчиненному персоналу, производить его расстановку и требовать качественного и своевременного их выполнения, не допускать выполнение работ на оборудовании, не имеющем ограждений, блокировок и прочих предохранительных средств, использование неисправного инструмента. Он несет ответственность, в частности за несоблюдение установленных правил внутреннего трудового распорядка, правил охраны труда и пожарной безопасности, трудовой и технологической дисциплины.

Из должностной инструкции электромонтера по эксплуатации распределительных сетей 4 разряда районных электрических сетей производственного «Калмэнерго» (истец ознакомлен 25 сентября 2009 г.) следует, что он подчиняется непосредственно мастеру эксплуатационного участка (на момент несчастного случая ФИО5), электромонтер должен знать межотраслевые правила по охране труда, Правила применения и испытания средств защиты, используемых в электроустановках, технические требования к ним, производственные инструкции по эксплуатации и ремонту ВЛ-10 кВ и ВЛ-0,4 кВ, проведению обходов и осмотров воздушных электрических линий, о порядке вывода в ремонт оборудования, В10-0,4 кВ, территориальное расположение и балансовую принадлежность ВЛ. В его обязанности входит, в том числе осуществлять техническое обслуживание и ремонт распределительных сетей 0,4-10 кВ ТП, обеспечивать оперативную ликвидацию аварии на распределительных сетях.

Согласно объяснениям электромонтера ФИО1 при проведении осмотра опоры он полагал, что осматривает линию ВЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган». Номер опоры, на которую он поднялся для устранения расплетания одной жилы провода верхней фазы на анкерной промежуточной опоре, ему не был известен.

В своих объяснениях водитель ФИО6 указал, что после состоявшегося разговора между ФИО1 и диспетчером ФИО9, он предположил, что распоряжение было изменено и им поручено произвести осмотр ВЛ-10 кВ «Орошение-1 Манцын-Кец». Он не стал ни о чем расспрашивать ФИО1 и поехал в указанном им направлении.

Приказом «Калмэнерго» от 09 февраля 2012 г. №-к ФИО1 уволен на основании подпункта «д» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации – однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей, установленное комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда нарушения работником требований охраны труда, если это нарушение повлекло за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве).

Справками МСЭ-2011 №, МСЭ-2006 № подтверждается, что истцу ДД.ММ.ГГГГ была бессрочно установлена 3 группа инвалидности вследствие трудового увечья, при этом степень утраты профессиональной трудоспособности составила 60 % также в связи с трудовым увечьем, полученным ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно.

На основании обращения ФИО1 от 20 июля 2012 г. ему произведена единовременная страховая выплата в размере 43 620,74 руб., с июля 2012 г. он является получателем ежемесячной страховой выплаты как пострадавший на производстве, которая с февраля 2025 г. выплачивается ему в размере 15 264,67 руб.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности того, что ФИО1 допустил осмотр ВЛ-10 кВ «Орошение-1 Манцын-Кец» вместо положенной ВЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган» ввиду отсутствия постоянных знаков и порядковых номеров на опорах, что привело к несчастному случаю. В свою очередь, непринятие действий по проведению проверки выведения линии в ремонт ВЛ-10 кВ «Орошение-Зултурган», по пристегиванию фалом монтерского пояса к опоре лишь способствовало ему. По этой причине суд пришел к выводу о возложении ответственности за несчастный случай на работодателя ввиду необеспечения безопасных условий труда. Учитывая причинение вреда здоровью истца в результате несчастного случая на производстве, повлекшего утрату трудоспособности, а также невыплату ответчиком утраченного заработка, суд пришел к выводу о взыскании с «Калмэнерго» суммы в размере 421 597,47 руб. за период со 02 декабря 2021 г. (за три года, предшествующее дате подачи иска) по 02 декабря 2024 г., ежемесячной выплаты в счет возмещения вреда, причиненного жизнью и здоровью истца, в размере 11 682,62 руб. с последующей индексацией, начиная с 03 декабря 2024 г., а также компенсации морального вреда в размере 50 000 руб.

Судебная коллегия не находит оснований для признания выводов суда незаконными, поскольку они отвечают требованиям норм материального права, регулирующего спорные правоотношения, имеющие значение для дела обстоятельства определены судом верно.

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца 10 статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Согласно статье 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника (часть 1).

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть 2 статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

При определении утраченного заработка (дохода) пенсия по инвалидности, назначенная потерпевшему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья, а равно другие пенсии, пособия и иные подобные выплаты, назначенные как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда (не засчитываются в счет возмещения вреда). В счет возмещения вреда не засчитывается также заработок (доход), получаемый потерпевшим после повреждения здоровья (пункт 2 данной статьи).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1086 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности – степени утраты общей трудоспособности (пункт 1).

В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (пункт 2 данной статьи).

Из указанных положений закона следует, что при повреждении здоровья вследствие несчастного случая работнику возмещаются его утраченный заработок, который он имел либо определенно мог иметь. При определении этого заработка пенсии, пособия и иные выплаты, назначенные потерпевшему как до, так и после причинения вреда здоровью, не принимаются во внимание и не влекут уменьшения размера возмещения вреда, то есть не засчитываются в счет возмещения вреда. Размер утраченного заработка определяется в процентах к его среднему месячному заработку до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении иска по данной категории дел (к примеру, о назначении или перерасчете сумм в возмещение вреда), предъявленного по истечении трех лет со времени возникновения права на удовлетворение требований о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, следует иметь в виду, что в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации выплаты за прошлое время взыскиваются не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска. Вместе с тем суд вправе взыскать сумму возмещения вреда и за период, превышающий три года, при условии установления вины ответчика в образовавшихся недоплатах и несвоевременных выплатах гражданину.

Оценив собранные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции установил, что ФИО1 допустил неверный осмотр воздушной линии электропередач, что стало возможным вследствие отсутствия на опорах линии необходимых постоянных знаков и порядкового номера, что в совокупности с непринятием действий по проведению проверки выведения линии в ремонт и непристегиванием фалом монтерского пояса к опоре привело к несчастному случаю на производстве.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции.

Из содержания акта № 1 следует, что вред здоровью ФИО1 получен при выполнении распоряжения № 27 на обход-осмотр воздушной линии электропередач без права производства работ, при котором он отклонился от выполнения требований непосредственного начальника – мастера Ики-Бурульского участка ФИО5, решив самостоятельно устранить обнаруженный дефект в виде расплетания провода фазы «В» на анкерной промежуточной опоре.

Среди лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, указан мастер Ики-Бурульского участка ФИО5, который вопреки статье 214 Трудового кодекса Российской Федерации не обеспечил организацию контроля за соблюдением ФИО1 требований охраны труда и правильностью применения им средств индивидуальной защиты. Также актом установлено, что водитель ФИО6 не выполнил инструктивные указания, полученные при допуске к работе по распоряжению № 27.

Приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 20 мая 2003 г. № 187 утверждены Правила устройства электроустановок, где в главе 2.5 содержатся общие требования к устройству воздушных линий электропередачи переменного тока напряжением выше 1 кВ (далее – Правила устройства электроустановок № 187 (в редакции от 01 октября 2003 г.).

Согласно пункту 2.5.23 Правил устройства электроустановок № 187 на всех опорах ВЛ на высоте 2-3 м должны быть нанесены следующие постоянные знаки: порядковый номер опоры, номер ВЛ или ее условное обозначение.

Между тем, суд первой инстанции верно установил, что из-за отсутствия порядкового номера на опоре ВЛ-10 кВ ФИО1 был произведен осмотр ВЛ-10 кВ «Орошение-1 Манцын-Кец».

То обстоятельство, что в самом Акте № 1 указан номер опоры (№ 174), не свидетельствует об осведомленности истца о порядковом номере объекта линии электропередач (опоры), поскольку данная информация прямо опровергается его объяснениями. При этом ответчиком не отрицается возможное отсутствие каких-либо знаков или номера на момент обхода-осмотра.

Доводы апелляционной жалобы о том, что произошедшее не является несчастным случаем на производстве, опровергаются установленными по делу обстоятельствами, а также тем, что сам работодатель, оформив акт по форме Н-1, признал данный случай таковым.

Неоспаривание истцом приказа об увольнении по подпункту «д» пункта 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации само по себе не свидетельствует об отсутствии нарушений трудового законодательства со стороны ответчика.

Также судебная коллегия полагает необходимым отметить, что ответчик в нарушение статьи 230.1 Трудового кодекса Российской Федерации о произошедшем несчастном случае с ФИО1 в территориальный орган, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, не сообщил, тем самым лишив его права на расследование несчастного случае в установленном законом порядке.

В связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что полученный истцом вред здоровью является основанием для возложения на ответчика обязанности возместить ему утраченный заработок и компенсировать моральный вред.

Суд первой инстанции при взыскании с ответчика утраченного заработка за период со 02 декабря 2021 г. по 02 декабря 2024 г. определил к взысканию сумму 421 597,47 руб., а также установил истцу ежемесячные выплаты в размере 11 682,62 руб. в счет возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью, начиная с 03 декабря 2024 г., с последующей индексацией. При этом апелляционная жалоба представителя ответчика доводов относительно правильности произведенных расчетов не содержит.

Несогласие стороны истца с размером компенсации морального вреда, определенным судом первой инстанции, само по себе не может повлечь изменение решения суда, исходя из следующего.

Статьей 151 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 1, 14, 27, 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действиями, посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье и др.). Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, ограничивающим возможности передвижения, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, а также требования разумности и справедливости. В свою очередь, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. Взыскиваемая судом сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Из содержания приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется на основании оценки судом конкретных обстоятельств дела. При этом суд наряду с учетом степени вины причинителя вреда, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, должен учитывать требования разумности и справедливости.

Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету.

При определении размера подлежащей взысканию в пользу ФИО1 компенсации морального вреда судом первой инстанции учтены предусмотренные законом критерии определения размера компенсации морального вреда и заслуживающие внимания обстоятельства, включая степень вины пострадавшего в несчастном случае на производстве, а также требования разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для отмены и изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционных жалоб, а поскольку в удовлетворении жалобы представителя ответчика отказано, дополнительное решение также подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия

определила:

решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 28 июля 2025 г. и дополнительное решение Элистинского городского суда Республики Калмыкия от 29 октября 2025 г. оставить без изменения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29 декабря 2025 г.

Председательствующий И.В. Басангов

Судьи Б.П. Гонеева

Н.А. Басангов